Глава 16

Со стороны Глеба Игоревича очень жестоко назначать роспись на утро! Потому что не ему пришлось вставать в четыре утра, чтобы вынести трёхчасовую пытку у стилиста. – Исходник ужасный! – мерзко пищит Гриша, звёздный стилист, – кожа совсем не подготовлена. Было бы больше времени, я бы нарастил ресницы и пару укольчиков в губы сделал. В ужасе прикрываю губы ладонью. – Не надо в губы! – Нет, они, конечно, у тебя от природы пухлые, выразительные. Но ты пойми, на снимках теряться будут. Да и пусть! Всё равно свои губы в обиду не дам! Ни одна работа этого не стоит. – Ладно, чего уж сейчас об этом говорить, всё равно времени и возможности нет тебя подкорректировать. Придётся работать с тем, что имеем. Его помощники собирают мои волосы в строгую причёску, макияж тоже делают достаточно сдержанным. Помогают переодеться в свадебное платье. Строгое, прямое, длиною до колена. Дедушке понравится. А я бы отдала предпочтения чему-нибудь более современному и интересному. С короткой пышной юбкой, например. Или в греческом стиле мне нравится. Вот когда буду по-настоящему замуж выходить, обязательно что-нибудь такое выберу. Лёгкое, на ветру развевающееся. Правда, когда вижу себя в зеркале, с сожалением признаю: у моего временного мужа хороший вкус. Выгляжу я классно. Сразу вспоминаются английские принцессы. Я им нисколько не уступаю. Долго кручусь перед зеркалом. С детским восторгом рассматриваю своё отражение, пока за мной не приходит Краснов. Пора ехать в загс. Он не отвешивает комплиментов. Сдержанно кивает Грише, бросает: «как всегда, отлично» И выходит из комнаты. Обидненько. Мог бы и сказать что-нибудь приятное. Чурбан бесчувственный! Холодность Краснова спускает меня на землю. Залюбовалась тут образом. Замечталась. Позволила себе забыть, что замуж выхожу понарошку на полгода. Так сильно злюсь на себя, что забываю о главном: на свадьбе будет присутствовать дед. Вспоминаю, когда слышу знакомый голос. От волнения запинаюсь, как настоящая Золушка теряю свою туфельку. Не хрустальная, но стоимостью как автомобиль (об этом мне стилист поведал). И я бы с лестницы кубарем скатилась, но Глеб Игоревич успевает меня подхватить. Прижимает к себе, и я теряюсь. От аромата лесной свежести. От жара его тела. И сердца, которое в бешеном ритме стучит прямо под моей ладонью. Смотрим друг другу в глаза, и моё дыхание сбивается. Странная реакция. Неправильная. Словно он мне нравится. А это совершенно не так! Краснов – гад ещё тот. И вообще, я столько лет Васю любила. Нельзя в одночасье перестать любить одного и влюбиться в другого. Я же не какая-нибудь ветреная особа. Просто ссора с Васей плохо сказывается. Отсюда и странная реакция на Краснова. Да. Всё дело в ссоре. Вот помиримся, и всё у нас будет хорошо. Дыхание будет сбиваться от прикосновений Васи, а не от чужого мужчины. – Здравствуй, Лисёнок, – раздаётся голос деда совсем рядом. От испуга хочу отскочить, но снова чуть не падаю. Хорошо, что Краснов продолжает меня удерживать. И, кажется, ещё ближе к себе прижимает. Да что он себе позволяет! Тут же дедушка стоит, а ещё Никита! Кручусь в мужских руках, желая выбраться. Отталкиваю от себя. – Пусти, – шиплю разъярённой кошкой. Но этот гад лишь забавляется моей реакцией. Прижимает на доли секунд ещё ближе к себе. Не успеваю разразиться новой гневной тирадой. Высказать всё, что думаю о нём. Как Краснов отпускает, но перед этим нагло целует в губы! Дезориентирует меня. Ведь поцелуй совсем не похож на те, что были у меня с Васей. Никаких слюней и отвращения. Наоборот, даже приятно, кажется. – Мы так не договаривались! Моему возмущению нет предела, а Краснов лишь на ушко тихо отвечает: – Так правдоподобней выглядит, что я голову от тебя потерял и сразу в загс потащил. Он, наконец, меня отпускает. Разворачиваюсь и сразу на пристальный взгляд деда натыкаюсь. От неловкости мнусь с ноги на ногу. Как же всё ужасно выглядит со стороны! Вчера свадьбу с Васей планировала, а сегодня выхожу замуж за другого. И не просто другого, а за богатого мужчину старше меня! Позорище! – Дед, всё не так, как кажется. И как сказать единственному родному человеку, что не испортилась в большом городе, не повелась на достаток Краснова. И при этом не нарушить с последним наш договор. Дед лишь качает головой. – Позже поговорим, – обрывает меня и что-то внутри разрушается. Оказывается, так страшно разочаровывать близкого человека.