Глава 26

Глеб заказал для детей специальное шоу с аниматорами. И пока дети заняты, у взрослых появилось свободное время. Точнее, у женщин. Мужчины давно разместились в специальной зоне, пьют кофе и обсуждают дела. У Краснова все друзья как на подбор: высокие, мускулистые, с мужественными лицами. Никогда не видела такое количество ТАКИХ мужчин в одном месте. Жёны под стать им. Роскошные. Стыдно признаться, но я ждала, что они все будут выглядеть одинаково, как на картинках во всех соцсетях. Один размер груди, похожий объём бёдер, брови одинаковой формы, пухлые губы, чёткие скулы. В реальности все присутствующие здесь девушки красивы, но естественной красотой. – Алиса, пойдём знакомиться, – Света, самая юная в их компании, ободряюще сжимает мою руку и ведёт к диванчикам, – не пугайся нас. Мы не кусаемся, честно. Мне всегда было сложно идти на контакт с новыми людьми. С этими девушками – тем более. Они ведь жёны миллиардеров! О чём им говорить с обычной студенткой из провинции? Я не разбираюсь в брендах. Из современных художников знаю только Бэнкси и Эрика Булатова. Интересно, а кто из писателей сейчас в моде? Начинаю нервничать из-за того, что не смогу поддержать разговор. Нужно было подготовиться! Но я же не знала, что Глеб захочет познакомить меня со своими друзьями. Все страхи оказываются напрасными: со мной никто не разговаривает свысока. Наоборот, все милые и приветливые. Шутят и помогают мне освоиться. – Рассказывай, – Даника подаётся ко мне навстречу, – у вас, как у нормальных людей, отношения и любовь, или ты новый член нашего клуба фиктивных жён? – Клуб фиктивных жён? – Ага, – смеётся Света. – Здесь все, кроме Софы, начинали с этого. – Понимаешь, Алис, – флегматично замечает Наташа, – нынче мужчины пошли ленивые. Вместо того чтобы завоёвывать, ухаживать, они просто договор суют на отношения. – Неандертальцы, одним словом, – поддакивает ей Ангелина. Кажется, у меня рот раскрывается от шока. А ещё пугаюсь, что не смогла сохранить наш с Глебом секрет. Потому что девчонки легко считывают правду. – Эх, я всегда думала, что Краснов хотя бы проявит фантазию. – Но он хотя бы свадьбу не зажмотил, – с грустью замечает Даника. – Нет, всё-таки Дёма задолжал мне! – Угу, я как-то попыталась намекнуть Руслану, что у нормальных людей церемония, праздник. – А он что? – Предложил купить платье и устроить фотосессию, а потом отпраздновать вдвоём. У Ангелины резко розовеют щёки, что всем сразу становится ясно, как именно ей муж предложил отмечать бракосочетание. И хотя она ворчит, но в каждом слове чувствуется столько любви, что становится ясно: идея мужа ей по вкусу. Моя маленькая надежда в груди начинается разрастаться. Если у девочек фиктивные браки переросли в настоящие, значит, и у нас с Глебом так может быть! Мне очень хочется, чтобы наши отношения стали настоящими. Тем более Ник дал понять, что не против. С девочками мы обмениваемся телефонами. С Евой даже договариваемся встретиться. У нас с ней, оказывается, много общего. Поэтому и решаем где-нибудь погулять вместе. Домой возвращаюсь в великолепном настроении, что совсем не ускользает от Краснова. – Понравилось? – Да, спасибо! Это было круто. И друзья у тебя классные. – Я рад, что ты нашла с ними общий язык. Всю оставшуюся дорогу мы с Ником без умолку болтаем про аквапарк, шоу и понравившиеся горки. Глеб в нашей беседе не участвует, лишь глядит на нас в зеркало заднего вида и улыбается. Сейчас ощущение, будто бы мы одна семья. Настоящая. Я не хочу заменять Нику мать, но кто бы знал, как мне хочется быть ему другом. Дома Глеб практически сразу скрывается в своём кабинете. Ник садится за книгу, которую им задали прочитать по литературе, а я пытаюсь сосредоточиться на дипломной работе. Получается плохо. Мыслями я до сих пор в аквапарке. На репите прокручиваю наши объятия с Красновым. Хочется верить, что это было по-настоящему и он тоже что-то чувствует ко мне. Хочется позвонить кому-нибудь, по-девчачьи всё обсудить, но у меня нет близких подруг. Да и нельзя кому-либо рассказывать про наши фиктивные отношения, а новым знакомым я звонить не решаюсь. Вот и приходится самой разбираться: было что-то в объятиях Глеба настоящее или всё это была лишь игра на публику?