Глава 38. Необратимое решение

Первое воспоминание заставляет украдкой вздохнуть. Это был один из тех моментов, которые остаются запечатленными в памяти навсегда. Хэйвен — в своей обычной снисходительно-властной манере — встал на одно колено и немного приподнял подол моего платья, чтобы снять подвязку. И вдруг взглянул на меня совершенно иначе, чем обычно — снизу вверх, с обожанием, какого я еще не видела в его глазах.

Тот миг был таким чувственным, таким нежным, что я забыла обо всем. Мы словно оказались одни, хотя вокруг стояла толпа любопытных гостей.

Смотрели в глаза друг другу, улыбались. А горячие пальцы Хэйвена тем временем медленно и осторожно стягивали подвязку с моего бедра, по которому метались всплески волнения и от прикосновения самого желанного мужчины.

И когда Хэйвен отдал подвязку Олмену, тот прочувствованно заявил, что будет хранить ее как напоминание об этом прекрасном торжестве.

Тогда я посмотрела на него — и почему-то показалось, будто я его знаю.

А теперь… Я точно знаю, почему его лицо так знакомо мне.

— Гевард, — шепчу я, но слова застревают в горле.

— Да, леди Вилард? — учтиво отзывается он. — Простите, я ушел от темы моего визита. Дело в том, что у меня появилась идея, которая может вас заинтересовать. Мой кузен — лорд Рестон, он приходил со мной в прошлый раз — имеет полезные знакомства в академии стихийной магии…

Опускаюсь в кресло и кладу руки на стол, ладонями вниз. И смотрю на них. Пальцы подрагивают. Если бы это были руки Беатрис, на пальце сейчас красовалось бы совсем другое кольцо.

Потому что за неделю до моей гибели — то есть гибели Беатрис — Олмен сделал мне предложение.

Вспыхивают и сразу гаснут короткие обрывки наших встреч. То самое интервью, которое переросло в ужин, а потом в волшебную ночь. И как я возвращалась в свою квартирку в Льняном переулке под утро, покачиваясь, словно опьянела от счастья.

Сколько же всего было… Меня накрывает теплой волной воспоминаний о шуме волн на озере, о взгляде, который говорил больше любых слов, и о том тихом согласии, когда наши руки неожиданно встретились.

Вот с кем была та романтическая встреча в кафе, которую я вспомнила на днях! Вот к кому ревновал меня Корнан! В нашем кафе, с его уютными углами и ароматом свежесваренного кофе, мы обсуждали мечты и будущее. Тот вечер стал началом чего-то большего, романтического, хотя я и не подозревала об этом тогда. Гевард смеялся, а я ловила себя на мысли, что в его голосе звучало что-то особенное, что заставляло меня чувствовать себя живой.

Пикники в парке, полные солнечного света, стали нашей с Гевардом традицией. Мы брали с собой свежие фрукты и хорошее вино, раскладывали плед на траве, самозабвенно делясь историями и смехом. Прохожие издалека смотрели на нас с завистью, а я лишь улыбалась, ощущая, как господствует свобода и легкость в этих мгновениях. В целом, нам было все равно — мы были в своем мире.

А благотворительные поездки вскрывали новые грани моего восприятия жизни. Каждый выезд к тем, кто нуждался в помощи, наполнял сердце трепетом. Гевард всегда говорил, что наша любовь будет крепче, если мы будем делиться ею с другими.

Вновь вспоминаю, как Корнан мрачнел, когда я рассказывала ему о наших с Гевардом планах. Но я точно знала, что нашу дружбу не разрушит даже мое замужество. О боги… Ведь если бы я тогда не поехала следить за шайкой Крэйта…

Сейчас, в эту минуту, я могла уже давно быть женой Геварда .

Мы были бы вместе, делились бы мечтами, проводили время вдвоем, уезжали бы в далекие края и искали приключения под звездами. Я бы чувствовала его близость, его руки на талии, его нежный взгляд, полный любви и заботы. Каждый день был бы полон радости, смеха и доверия.

Но вместо этого я оказалась здесь, среди теней прошлого, затерянной в море тайн и неясностей. Всего одно решение свернуло меня с пути. Как легко все могло бы сложиться, если бы я могла вернуться назад во времени и… просто не ездить в пригород тем вечером!

Сердце сжимается от тоски.

Поднимаю глаза на Геварда, а он вдохновенно рассказывает о своей идее. Слова еле доходят до меня, словно я закутана в плотное одеяло. Звуки рассыпаются где-то вдалеке, а мысли крутятся вокруг нашего прошлого. И как теперь быть?!

Искушение слишком сильное.

Решено: я задам ему один вопрос. Единственный, не относящийся к нашему разговору. Но спрошу то, что непременно заставит его вспомнить Беатрис. А там… будь что будет.