Глава 15

Только через три дня у меня получилось продолжить поиски и обследовать спальню бывшего казначея Волчьих Клыков, моего отца. Она находилась в старой части замка. Оказалось, что там гуляли лишь сквозняки. Ни людей, ни волков я не встретила. И амулет не нашла. В комнате, хоть и тщательно прибранной, было пусто. Ни мебели, ни штор, ничего.

Я подумала, что сведения, которыми снабдил меня отец, устарели. Нужно попробовать поискать амулет в спальне нового казначея, вот только где же эта спальня… И кто теперь казначей? Мной начинало овладевать отчаяние. Отец задал мне явно непосильную задачу.

Выйдя в залитый светом Богини замковый сад, я пошла по аллее с кустами луноцвета, растирая закоченевшие ладони — я забыла взять перчатки — и стараясь обрести душевное равновесие.

Вечером госпожа Мод предупредила, что уже завтра состоится следующее испытание, а значит, мне снова нужно будет пытаться остаться на отборе. Я знала, что не имею права просить об этом Богиню, но я просила, остановившись и подставив лицо ее лучам.

— Богиня, помоги мне, молю... Мне не справиться без твоей помощи…

— Разве вы не должны отдыхать перед завтрашним испытанием? — Я вздрогнула, услышав голос советника, стрелой пронзивший замерзшее тело.

Глубоко вздохнув, обернулась. Гервальд в тяжелом плаще, накинутом на широкие плечи, внимательно смотрел на меня своими янтарными глазами. Стальные пряди в его ореховых волосах серебрились, будто присыпанные инеем.

— Мне не спится, советник... — Увидев укоризненный взгляд, тихо добавила: — Гервальд.

Он улыбнулся.

— Раз уж и меня замучила бессонница, не составите в таком случае мне компанию? — Увидев мой непонимающий взгляд, советник пояснил: — В прогулке по саду.

— С удовольствием, — вырвалось у меня. Мы медленно пошли по аллее. Снег тихо похрустывал под ногами. — Как ваша рана? — спросила я.

Советника я не видела с того самого дня, когда он подарил мне ожерелье. Его брат после приезда из Вольфгрейда тоже не жаловал амари своим вниманием. Госпожа Мод говорила, что альфа готовится к испытанию, и только я знала, что на самом деле он занят поисками Клана Чистокровных.

— Почти зажила. Благодарю, Лири. — Я вздрогнула. Мое имя, произнесенное советником едва слышно, отозвалось внутри непонятной тоской. — Вы не замерзли? — спросил он вдруг.

— Нет.

И хотя я сказала не совсем правду, мне не хотелось уходить сейчас. Почему-то в присутствии Гервальда я чувствовала себя… под надежной защитой. Откуда взялось это чувство, я и сама не могла объяснить.

— И все же возьмите мои перчатки. Я настаиваю. — С этими словами Гервальд снял свои огромные, отороченные темным мехом перчатки, и протянул мне.

— Спасибо, — тихо сказала я, принимая и надевая их. Они хранили тепло советника, и хотя мои руки совершенно утонули в огромных перчатках, я понемногу начала согреваться.

— Альфа рассказал, что возил амари на прогулку по Вольфгрейду. Вам понравился город? — спросил Гервальд.

— Очень, — кивнула я, подумав о том, рассказал ли альфа советнику о моей расточительности. — Там так красиво и… многолюдно. Я росла в уединении и такое скопление народа очень непривычно для меня. Но мне и правда понравилось. Там чувствуешь биение жизни.

Я рискнула посмотреть на советника, залюбовавшись его точеным профилем. В Пустынной Розе из мужчин моего возраста нас навещал только Эстин. Он был темноволосым, стройным и невысоким, а по характеру очень спокойным и воспитанным. Иногда зимними вечерами, пока мы занимались рукоделием, Эстин приезжал с новой книгой и читал нам вслух.

Я знала, что однажды выйду за него замуж — мой отец сговорился с его отцом уже давно — и представляла себе череду спокойных, неторопливых дней, из которых будет состоять моя жизнь. Поэтому сейчас в присутствии советника, волка к тому же, я не знала, как себя вести. От него исходила сила. Пугающая, опасная, первобытная. Так себя чувствуешь, когда сталкиваешься с чем-то стихийным, непонятным, неуправляемым. Тело напряглось, как струна, каждая клеточка будто вопила, предупреждая… Но вот о чем?

Я безумно боялась разоблачения, но после происшествия в лесу советник, кажется, стал мне доверять.

— Скоро в городе состоится праздник начала зимы. Думаю, вы будете приятно удивлены. Со всей Даннарии в Вольфгрейд съедутся торговцы, фокусники, гадалки, музыканты и ремесленники. Будут различные увеселения, а еще вы обязательно должны попробовать печенье со взбитым кремом. Его пекут только на этот праздник, раз в году. А в конце дня на центральной площади обычно устраивают фейерверк.

— С удовольствием бы посмотрела, — вырвалось у меня.

Я уже представляла себе то, о чем раньше не могла и мечтать. Вот бы и Мисси смогла это увидеть! Едва я вспомнила о Мисси, проснувшаяся совесть тут же погрозила мне пальцем. Я не должна думать о развлечениях!

— Альфа обязательно свозит всех амари.

— Если в это время я еще буду на отборе.

Советник, кивнув, остановился около куста с цветами, дотронулся до одного из них пальцами. С лепестков щедро посыпалась призрачная пыльца.

— Луноцветы, — сказал Гервальд задумчиво. — Они растут лишь в Волчьих Клыках и Храме Луны. Вы знаете историю появления этих цветов?

— Нет. Расскажите, — попросила я.

Советник кривовато улыбнулся, кивнув. Стальная прядь упала ему на лицо, прикрыв глаз.

— Когда первый альфа обрел наконец свою фиалу и отдал ей часть своей силы, в ту же ночь в замковом саду распустились луноцветы. Считается, что их даровала сама Богиня, как символ связи альфы и его супруги. Луноцветы растут круглый год. Морозы, снежные бури, туманы, дожди, ветра — им все нипочем.

— Они очень сильные, — отозвалась я, любуясь игрой лунных бликов на пышных лепестках цветка.

— Верно, — как-то странно улыбнулся Гервальд. — Они способны выстоять при любой опасности. То, что для других смерть, для них — лишь очередная, не стоящая внимания неприятность. Супруга альфы должна быть такой же, — добавил он вдруг. — Сильной.

— Но ведь и самого сильного можно сломить, — вырвалось у меня. Я вспомнила советника в облике волка и заалевший от крови снег.

— Это так, — кивнул Гервальд, несколько озадаченный моим ответом. — Но вдвоем легче противостоять невзгодам судьбы.

Я пошевелила пальцами в огромных перчатках, не понимая, куда клонит советник. Вспомнились слова отца. А вдруг это какая-то из проверок, которую решил устроить мне Гервальд?

— Для этого ведь и устроен отбор. Нужно верить, что Богиня поможет альфе Арвальду определить подходящую девушку, — сказала я.

— Но вы не хотите победить, — проницательно заметил советник, а мое сердце заколотилось быстрее. Я опустила глаза, будто в них советник мог увидеть ответ на свой вопрос.

— Я… боюсь, — вырвалось у меня. И хотя это и было правдой, просто не в том смысле, в котором имел в виду советник, я в волнении закусила губу, опасаясь дальнейших расспросов.

Гервальд кивнул, смерив меня задумчивым взглядом.

— Я понимаю, Лири. Но обещаю, что на этом отборе ни одна амари не пострадает.

— Могу я задать вопрос? — вырвалось у меня.

— Конечно.

— Альфа обретает свою единственную и передает ей часть своей силы, но ведь одной Богине ведомо, сколько им отпущено времени вдвоем… и я лишь хотела узнать, как… то есть может ли альфа потом… — Я смешалась, уже пожалев, что начала говорить.

— Вы хотите спросить, может ли альфа вступить в брак снова? — спросил советник. Голос его стал холоден. Я кивнула, радуясь, что он меня понял. — Да, Лири, может. Но только в том случае, если Богиня не подарила им с супругой наследника. Но и это будет брак без взаимных чувств со стороны альфы.

— Почему же? — прошептала я.

— Потому что при ритуале альфа отдает фиале не только часть своей силы, но и часть себя, своего сердца и души. Истинная — это теперь и есть твоя душа и сердце. И бо́льшая часть тебя умирает, если Богиня вдруг разлучает вас.

— Это… так ужасно, — прошептала я.

Гервальд мрачно кивнул.

— Ужасно, что сердце продолжит биться, даже если от него останутся лишь осколки. — Советник замолчал.

Начал падать снег. Кружась, мелкие снежинки садились на скулы советника и тут же таяли. Янтарные глаза Гервальда мерцали. Он, не отрываясь, смотрел на меня, будто пытаясь увидеть что-то скрытое. По спине у меня поползли мурашки.

— Вижу, вы хотите спросить что-то еще.

Я кивнула, чувствуя непонятное волнение.

— А как же сама фиала? Ведь она…

— Советник, — услышали мы голос и одновременно обернулись.

— Лорд Седрик, — кивнул Гервальд, приветствуя черноволосого мужчину в запыленной дорожной одежде. Мужчина был ниже советника на полголовы, но смотрел гордо и прямо. — Это леди Лирилия эр Воркран, одна из десяти амари. А это лорд Сердрик Вейсмарк, кастелян Волчьих Клыков.

— Всего лишь скромный управляющий замка, к вашим услугам, — склонил голову Седрик. — Это ведь, кажется, ваш батюшка, лорд Осберт, служил казначеем в Волчьих Клыках?

— Да.

— Отец Седрика, лорд Ричард, теперь занимает эту должность, — объяснил Гервальд. — Когда вы вернулись? — спросил он Седрика.

Тот бросил на меня взгляд ярких голубых глаз.

«Будто незабудки», — подумала я.

— Только что.

— Как ваш отец?

— Безутешен, но на все воля Богини. Матушка теперь в лучшем мире. — Седрик поднял глаза к небу.

— Соболезную, — вырвалось у меня.

Седрик чуть склонил голову.

— Благодарю вас, леди Лирилия. Советник, если я вас не сильно отвлеку, я хотел бы обговорить один момент…

— Я как раз собиралась уходить, — сказала я. — Доброй ночи, Герв… советник, лорд Седрик.

— Доброй ночи, леди Лирилия, — эхом откликнулись мужчины, и я, повернувшись, быстрым шагом направилась в замок.

Только оказавшись в своей комнате, я обнаружила, что забыла вернуть советнику перчатки.