Глава 23 · Аврора

С каждым шагом теплая вода все больше обнимает мое тело. Я оглядываюсь через плечо и вижу, как Лиам несется ко мне. Предвкушение, смешанное с желанием, вибрирует в каждом моем вдохе. Однако я все равно убегаю, желая продлить это мгновение. Мгновение, когда этот человек чувствует себя настолько свободным от груза на своих плечах и удушающих обязательств, что на его лице сияет улыбка, подкашивающая колени, а глаза светятся как солнечные блики на воде.

Дыхание становится тяжелее, а мышцы сковывает. Я не сильна в плавании. Взгляд снова переходит за плечо, но не находит Лиама.

Все внутри меня холодеет. Что-то скользит по моим ступням, а затем тупая боль, как от укуса, пронзает бедро. От испуга я резко дергаю ногой.

Черная копна волос появляется на поверхности, а потом и хищник, нацелившись на меня, выныривает со стоном.

– Ты с ума сошел? Я чуть не задохнулась от страха. Это могла быть акула, пиранья или чертов огромный осьминог! – Размахиваю руками я. Брызги летят во все стороны.

Лиам смеется, запрокинув голову, совершенно не обращая внимания на разбитую губу. Черт.

– Лиам! – разъяренно окликаю и приближаюсь к нему. – Я разбила тебе губу.

Его веселый взгляд встречается с моим, а мои пальцы скользят возле раны. Он крепко обхватывает мою талию рукой, и я обвиваю его торс ногами.

– Так залечи ее.

– Говорят, морская вода лечит все болезни, – игриво пожимаю плечами.

– Говорят, поцелуи Авроры Андерсон лучше любого моря и всех лекарств.

– Кто так говорит?

– Я.

Мы соприкасаемся носами, вода скользит по нашим лицам и оставляет соленый след на губах. Кончиком языка я прослеживаю нижнюю губу Лиама, а затем захватываю ее в поцелуй, залечивая рану, как он и просил.

Мои нежные ласки резко прерываются страстным порывом. Рука Лиама обхватывает мой затылок и притягивает ближе. Его губы открываются шире, смешивая наши дыхания. Кончик возбужденного члена скользит между моих бедер, и мы в унисон сотрясаемся от громких стонов. Одна моя дрожащая рука обхватывает плечи Лиама, а другая погружается в волосы, оттягивая мокрые пряди.

Я чувствую, что мы ходим по грани. И почему-то Лиам до последнего не хочет ее переступать, хотя желание ярко горит в его глазах, когда взгляд направлен на меня. Когда его руки скользят по моей коже. Когда наши сердца бьются в унисон.

– Ты боишься? – Мой голос дрожит то ли от прохладного ветра, касающегося мокрой кожи, то ли от волнения, наполняющего меня.

Лиам смотрит прямо мне в глаза и уверенно отвечает:

– Нет.

– Тогда почему…

– Потому что боишься ты. – Он соприкасается со мной лбом, поглаживая ладонью мою поясницу. – Ты можешь обманывать кого угодно, Аврора, но не меня. Я знаю, что существует что-то, что имеет над тобой власть. Страх, он слишком часто мелькает в твоих глазах, даже когда ты со мной. Ты знаешь, что я терпелив. Порой даже слишком. Однако я хочу быть уверенным, что забирая у тебя то, что хотел у тебя отобрать какой-то мудак, ты вкладываешь в мои руки добровольно. Без страха. Без напускной смелости, с которой следуешь по жизни.

Слезы накатываются на мои глаза от того, что этот прекрасный мужчина, вряд ли планировавший подарить свое сердце вредной женщине, спрашивает меня. А тот, кто воспользовался маленькой девочкой и совершал омерзительные вещи без спроса, совершенно не чувствовал себя виновным.

– Я уже говорила, но скажу еще раз. – Мои ладони обхватывают его лицо. – Во всем мире только тебе никогда не нужно мое разрешение. В тебе есть редкая сила, Уильям Аарон Рассел III – делать меня до безумия счастливой. Поэтому я готова всегда говорить тебе «да».

Кажется, это все, что было ему нужно, чтобы потерять контроль и терпение. Его ладони до приятной покалывающей боли сжимают мои ягодицы, а губы снова лишают меня дыхания. Лиам выходит из воды и укладывает меня на плед. Последние лучи багрового солнца освещают его тело. Каждая капля воды светится, когда скользит по его мышцам.

Я зачарованно произношу:

– Ты светишься, как Эдвард Каллен.

– Это кожа убийцы, bella, – он произносит «красавица» с прекрасным итальянским акцентом. А затем хохочет и целует меня за ухом.

Смех Лиама быстро переходит в стон, когда моя ладонь накрывает член. Его губы посасывают и покусывают нежную кожу на шее, а затем спускаются к груди, ловя каждую каплю воды и накрывая сосок. Язык щелкает по нему несколько раз, пока руки обводят мои ребра.

Я выгибаюсь в спине, потому что, кажется, моя душа пытается покинуть тело. Такое ощущение, что она стремиться к нему. К его душе.

Колено Лиам упирается между моих бедер, я поддаюсь навстречу, чтобы утихомирить неумолимую пульсацию. Громкий стон звучит на всю бухту и эхом отражается от окружающих нас скал.

– Лиам, – удается вымолвить мне. – Мне нужно, чтобы…

– Чтобы… – искушает он, нежно поглаживая мой клитор большим пальцем.

– Чтобы ты взял то, что принадлежит тебе. – Я впиваюсь в него взглядом.

– Тогда я хочу неспешно насладиться каждой секундой, – с этими словами он плавно и уверенно вводит в меня палец.

Его движение заполняет меня жаром, который распространяется по всему телу. Моя голова запрокидывается, а дыхание превращается в частые рваные вдохи. Лиам наблюдает за мной, его взгляд теплый и обжигающий одновременно, как будто он наслаждается моими ощущениями.

Я готова взорваться от того, что прикосновения, оказывается, могут быть такими невероятными. Что я могу быть живой и жаждать, чтобы этот человек не прекращал дотрагиваться до меня. Мне хочется залезть внутрь него, закрыться на замок и выбросить ключ.

– Скажи мне, что это не станет последней нашей близостью, как стало с нашим первым поцелуем, – шепчет он, проводя губами по моему подбородку и оставляя легкие поцелуи вдоль линии челюсти. – Скажи мне, что я твой. Навсегда.

– Мой, только мой, – слова срываются с губ вместе с громким стоном, когда его палец начинает двигаться глубже, медленно исследуя, а затем добавляется второй.

Дыхание Лиама становится тяжелее, он целует меня, губы жадные, требовательные, словно он испивает меня до дна. Его пальцы двигаются с такой точностью, что мне кажется, будто он читает каждую мою мысль, каждую скрытую эмоцию.

За мгновение до моего взрыва Лиам тянется к брюкам, чтобы достать презерватив, но я обхватываю его руку.

– Не надо.

Он сводит брови к переносице.

– Я принимаю противозачаточные и здорова. Ты…

– Тоже. Я не был ни с кем… – он прочищает горло, но не сводит с меня глаз. – Очень долго.

Теперь моя очередь хмуриться. И он отвечает на вопрос, который крутится у меня в голове.

– Я не спал ни с кем с того дня, как случайно стал твоим другом. И неслучайно по уши влюбился.

Я открываю рот и не нахожу слов. Лиам покрывает мое лицо поцелуями и шепчет:

– Ничего не отвечай. Скажешь это, когда станешь Рассел.

Его голос срывается на последнем слове, словно он сказал то, что хранил только в своем сердце. Это не неуверенность, а неистовая искренность, которая заставляет мое сердце сжаться и замереть одновременно. Я смотрю на него, словно вижу впервые, хотя, кажется, знаю каждую линию его лица, каждую тень в его глазах.

– Лиам… – начинаю я, но он прижимает палец к моим губам, останавливая меня.

Мои губы снова захватывают его в поцелуй. Мысли путаются, а сердце поет от всего, что связано с этим мужчиной.

Лиам продолжает приближать меня к оргазму обжигающими прикосновениями пальцев. Я выгибаюсь ему навстречу, ловлю губами его хриплое дыхание, скольжу пальцами по груди, накрывая ладонью наши имена. Отпечатываю на своей коже «Лирору».

Горячий рот Лиама ласкает мой сосок, подводя меня к обрыву. Я дрожу под ним, спина выгибается дугой, а внизу живота туго натянутая струна лопается.

Оргазм накрывает меня жадной волной, и в этот момент Лиам раздвигает мои бедра шире и плавно толкается в меня.

– Я умру на этом пляже, погруженным в тебя, – то ли хрипит, то ли рычит он.

Его член мягко скользит и растягивает, задевает каждый нерв, но абсолютно не причиняет боли, потому что все тело искрится от удовольствия, вызванного оргазмом. Я похожа на глину в этих крепких руках. Податливую и мягкую.

Я вскрикиваю, когда Лиам погружается до основания, и меня пронзает небольшой укол боли, быстро сменяющийся жаром.

– Дыши, Королева. – Лиам нависает надо мной и не шевелится, хотя весь дрожит от возбуждения, которое пытается взять над ним верх. – Ты так прекрасна.

Я глубоко дышу и чувствую, как снова расслабляюсь.

– Ты тоже. Ты тоже прекрасен. – Я впиваюсь ногтями в его крепкие ягодицы и обхватываю одной ногой талию. – А теперь прокати меня.

На моем лице появляется улыбка, а из Лиама вырывается раскатистый смех.

Он резко перекатывается на спину, не выходя из меня. Я оказываюсь сверху.

– Прокатись, – приподнимает бровь он.

Я опираюсь руками на его грудь и покачиваю бедрами. Мягкое скольжение наэлектризовывает наши тела. Лиам не сводит с меня глаз, не отрывает своих рук. Он направляет и помогает мне не для того, чтобы достичь кульминации, а для того, чтобы дать мне понять, что мы команда во всем.

Я опускаюсь и поднимаюсь, моя грудь покачивается в такт моим движениям. Еще никогда в жизни мое тело не ощущало себя таким свободным, красивым и живым. Под взглядом и в руках Лиама я чувствую, что каждый раз перерождаюсь. Каждый раз дышу по-новому.

Глубокие стоны срываются с наших губ, чем быстрее мы двигаемся. Они сливаются со звуком соприкосновения тел и шумом моря, которое потеряло свою гладь.

Лиам перехватывает инициативу с решимостью, которая заставляет меня задержать дыхание. Его сильные руки обхватывают мои бедра, удерживая меня так, чтобы я полностью ощутила его. Он входит с точностью и силой, заставляя забыть обо всем на свете, кроме нас двоих.

– Черт возьми, мы еще не закончили, но я уже хочу это повторить, – он приподнимается и покусывает мою шею.

Я чувствую, как его пальцы чуть сильнее впиваются в мою кожу, чтобы притянуть меня ближе, будто пытаясь стереть расстояние, которого и так нет, но которое всегда нас разделяло.

Разные страны. Города. Сотни дорог и трасс.

Мое тело полностью отдается ему, мы движемся в унисон, словно музыка, которую никто больше не услышит. Словно наш личный плейлист.

Его взгляд не отрывается от моего, в нем читается столько эмоций – желания, обожания, любви.

– Мое сердце бьется только для тебя, Королева, – говорит он, и его голос звучит, как обещание, данное вечности.

Я наклоняюсь ближе, чтобы впиться в его губы, и этот поцелуй становится кульминацией всего. Это не просто страсть, это признание. Слияние наших душ.

Мы достигаем предела вместе, наши стоны сливаются в одно целое, их подхватывает ветер, унося в бескрайнее море. Когда я снова открываю глаза, Лиам смотрит на меня так, будто я – единственное, что имеет значение в этом мире.

И позже, перед тем как запрыгнуть на спину мужчины, готового положить к моим ногам весь мир, мои глаза находят проблеск света в темноте. Жемчужину. Я беру ее и крепко сжимаю весь путь до виллы. А затем прячу, надеясь, что наши чувства не погаснут.