Глава 35 · Аврора

Queen: Ты готов? У меня не так много времени этим утром.

Phantom: Много дел?

Queen: Нужно собираться на свадьбу.

Phantom: Ого, не знал, что ты выходишь замуж. Я думал, мы друзья.

Queen: Не на свою. Хватит болтать, мы успеем сделать пару заездов.

Phantom: Эй, не будь такой вредной. Мы давно не болтали.

Мы с Фантомом не играли на протяжении всего гоночного сезона и только в последние дни смогли вернуться к нашему вечному противостоянию. Он не знает, что я профессиональная гонщица, поэтому думает, что у меня работа, требующая путешествий по миру.

Phantom: Будешь ловить букет невесты?

Queen: Не думаю. Я не верю в эту чушь.

Но, тем не менее, я берегу жемчужину, которая, возможно, вообще не имеет никакого смысла.

Phantom: А во что ты веришь?

В Лирору.

Queen: В одного человека, которого люблю.

Phantom: Тот, кто назвал тебя «королевой»?

Queen: Да.

Phantom: Я все еще считаю, что он мог придумать что-нибудь получше. Ни ума, ни фантазии.

Queen: Например?

Phantom: Не знаю, если честно. Может быть что-то вроде «ужасно раздражающая женщина»?

Queen: Ты такой отвратительный. Как тебя только терпит твоя девушка?

Phantom: О, моя девушка просто без ума от меня.

Queen: Сочувствую ей.

Мы начинаем гонку, но после десятого круга Фантом неожиданно пропадает из игры. Я еду до конца, потому что не хочу портить свою статистику. Вдруг моя реальная гоночная карьера потерпит неудачу, и мне придется вернуться в виртуальный мир? Нужно держать планку.

Queen: И куда ты пропал? Понял, что я побеждаю, и не захотел проигрывать? Не расстраивайся, в следующий раз поддамся тебе, если пообещаешь быть милым.

Queen: Я вижу, что ты в сети.

Queen: Ладно, надеюсь, что ты просто пошел купить цветы своей бедной девушке. Кстати, какие ее любимые?

Phantom: Бордовые каллы.

Phantom: Еще она любит отвратительные чипсы.

Phantom: И постоянно говорит нелепые фразы Молнии Маккуина.

Phantom: Она до ужаса упрямая. Временами – невыносимо вредная. Постоянно наступает мне на ноги, когда мы танцуем. Еще ей каким-то странным образом импонируют потолки. И, вероятно, сегодня она меня убьет – но сначала покажет средний палец на прощание, чтобы не нарушать традицию. Однако я все равно люблю ее.

Мои руки зависают над клавиатурой, и в этот момент раздается стук в мою дверь. Я поднимаюсь на ватные ноги. Какого черта?

Открыв дверь, вижу Лиама, одетого в смокинг и с бордовыми каллами в руках. Он засовывает телефон в карман и поднимает ладонь, готовясь к защите.

– Я тебя прикончу, – шиплю я, пылая от гнева.

– Хорошо, что ты любишь каллы, а не розы. Это безопаснее, – он отскакивает, когда я замахиваюсь, чтобы ударить его в грудь.

– Все эти годы! – кричу я. – Все эти годы ты общался со мной, притворяясь другим человеком? Ты совсем ненормальный, Рассел?!

На лице Лиама отражается вина, но затем там появляется улыбка.

– По сути, ты никогда не спрашивала моего имени.

Я снова замахиваюсь, и он перехватывает мою руку.

– Хватит, – он притягивает меня к себе, пока я пытаюсь вырваться, ерзая, как букашка. – Мне не стоило заниматься этим, но, попробовав, я не смог остановиться. Я так хотел чувствовать твою энергию, что стал зависимым. Мне хотелось признаться. Правда, хотелось. Но потом я понял, что для тебя наше общение тоже является неким убежищем. Я просто хотел… быть с тобой. Просто хотел нас – даже с дурацкими никами вместо имен. Прости меня.

Я выдыхаю и расслабляюсь. Вот что мне с ним делать, когда он говорит такие вещи? Когда он всегда поддерживает меня и следует за мной, куда бы я ни шла?

– Ладно, живи. Но чтоб ты знал, в данный момент твоя девушка от тебя не без ума! – Я выхватываю цветы и пропускаю его в квартиру.

Соседняя дверь открывается, и моя пожилая соседка высовывает голову.

– Боже милостивый, эта квартира проклята.

– Нет, это просто аура сестер Андерсон, – взмахивает рукой Лиам, захлопывая дверь.

Я фыркаю от смеха, вспоминая, как Аннабель рассказывала мне, что эта старушка все время подсматривала за ней и Леви.

– Не улыбайся, – я топаю в свою небольшую кухню и ставлю цветы в вазу. – Я все еще зла.

Он складывает руки на груди, опираясь на дверной косяк.

– Ты только что хихикала.

– Мне можно хихикать, тебе – нельзя.

Он цокает.

– Не будь такой вредной, Рора.

– Не будь вредной? У тебя чертово раздвоение личности, мне нужно это осмыслить. – Я ухожу в ванную и яростно хлопаю дверью.

Как только остаюсь одна, меня настигает приступ смеха, который не удается остановить. Я закрываю рот ладонью, чтобы Лиам не услышал ни звука, потому что я действительно зла, но эта ситуация – просто цирк какой-то. Наверное, мне стоит обижаться сильнее и отхлестать его цветами. Но мне жалко цветы. И Лиама тоже жалко, в конце концов, у него красивое лицо.

Но если серьезно, то я просто не вижу смысла ругаться из-за того, что мне действительно приносило положительные эмоции. Фантом или Лиам – всегда мог меня развеселить и отвлечь от гнетущих мыслей. Конечно, мог. Ведь этот человек знает меня, как свои пять пальцев.

Когда приступ смеха немного отступает, я вытираю слезы с уголков глаз и тяжело вздыхаю. Ситуация абсурдная до невозможности, но мне становится чуть легче. Легче от того, что Лиам был всегда намного ближе, чем я думала.

– Я слышал, как ты хохочешь, – кричит он.

– Это голоса в твоей глупой голове!

Лиам

Я лежу на кровати Авроры и не шевелюсь. Сейчас с ней нельзя рисковать – вдруг она вцепится мне в горло за то, что пол под моими ногами скрипит при каждом шаге. Леви и Аннабель сделали ремонт в этой квартире, и теперь она выглядит намного лучше, но все еще слишком старая. В интерьере преобладают бежевые тона с акцентами на темной мебели, которой не так уж много, учитывая, что гоночный симулятор занимает больше половины этой маленькой комнаты.

Каковы риски кровожадного убийства, если я соберу все ее вещи и перевезу в свою квартиру?

Ответ: высокие.

Я хватаю телефон и пишу парням в чат.

Я: Леви, Аннабель была сильно зла, когда ты нагло купил эту квартиру?

Макс: Давайте не будем забывать, кто помог ему это сделать.

Нейт: Макс, сними корону, а то на солнце она меня ослепляет.

Макс: Надень солнцезащитные очки.

Я: Может ли он надеть очки поверх очков?

Нейт: Я могу.

Макс: Конечно, можешь, ты безвкусный идиот.

Нейт: Эй! Хлоя говорит, что я самый стильный.

Я: Ты купил носки с поцелуями?

У невесты Нейта есть свадебная книга, которую она написала еще в детстве. Там указано, что ее жених обязательно должен быть в носках с поцелуями.

Нейт отправляет фотографию своих ног в носках, которые заставят Хлою выйти за него замуж.

Макс: Какие уродские ноги.

Я: Макс, Рора сказала, что Валери хотела, чтобы ты был Чаком Бассом на вашей свадьбе. Он тоже иногда носил цветные носки.

Нейт: Ты смотрел «Сплетницу»?

Макс: Снял вопрос с языка.

Нейт: Фу, я ничего не снимал с твоего языка.

Я: Не смотрел.

Конечно, смотрел. Аннабель и Валери заставили меня.

Макс: Тогда откуда тебе известно о носках Чака Басса?

Леви: Что происходит? Почему здесь фотка отвратительных ног Натаниэля?

Нейт: Прекрасные ноги. Как и у моей жены.

Леви: Она еще не твоя жена.

Нейт: Это детали.

Леви: Отвечая на вопрос Лиама: нет, Аннабель не сильно злилась. Она просто швыряла в меня подушки, а потом пошла со мной на свидание. Учитесь.

Я: Ты забыл упомянуть ту часть, где она прочитала твое нытье, которое ты писал годами.

Нейт: А я считаю, это было очень трогательно и романтично. Леви, я накосячил в последнем чертеже.

Леви: Тебя спасает только то, что сегодня твоя свадьба.

Макс: Надеюсь, Хлоя сбежит.

Нейт: Надеюсь, Брауни отгрызет тебе член.

Я: Короче, я хочу забрать Рору из этой квартиры. Тут пахнет старостью. И дело не в соседке, которая все еще почему-то жива.

Леви: Она подглядывала за нами с Аннабель и отбирала у нее завтраки, которые я ей оставлял.

Макс: А Аврора в курсе, что ты хочешь ее забрать?

Я: Не совсем. Мы ведем переговоры. Она правда заперлась в ванной, но это по другому случаю.

Макс: Удачи. Я верю в тебя.

Нейт: Примени свой аристократический шарм.

Леви: Что ты опять, черт возьми, сделал?

Я подпрыгиваю, когда дверь ванной хлопает, и Аврора шлепает ногами по полу. Голая. Она даже не смотрит в мою сторону, когда начинает натягивать на себя белое кружевное белье.

Я скольжу языком по нижней губе и ухмыляюсь, пока мой член натягивает брюки.

– И что это такое?

– Весенняя коллекция Натали.

Я протягиваю руку, чтобы коснуться ее красивой попки, но она шлепает меня по руке.

– Смотреть можно, трогать нельзя. Ты наказан.

Я стону и плюхаюсь обратно на кровать. Аврора подходит ко мне и толкает в бок.

– Ты лежишь на моем платье, Рассел. Сейчас будешь его заново гладить.

– Нужно ли мне будет для этого раздеться? Утюг вроде горячий и все такое.

Я знаю, что сейчас Аврору можно развеселить только всякой чушью. Она смотрит на меня, как на идиота.

– Ты когда-нибудь гладил?

– Нет, – улыбаюсь я.

Аврора снова пихает меня в бок, и я встаю, чтобы освободить ее бледно-розовое платье, подходящее под цветовую гамму свадьбы. Она надевает его, а затем тянется к молнии на спине.

– Давай я.

Мои пальцы скользят по ее позвоночнику, и кожа моментально покрывается мурашками.

Аврора прочищает горло.

– Я могу сама.

– Я знаю.

Я медленно застегиваю молнию, покрывая поцелуями ее спину. Аврора покачивается и откидывается на мою грудь.

– Ненавижу тебя, – хрипит она.

Я обхватываю ее челюсть ладонью и наклоняю так, чтобы захватить эти бордовые губы в поцелуй. Наши языки сплетаются, поглаживая друг друга.

– Гляди-ка, не так уж сильно и ненавидишь, – я прерывисто дышу ей в рот.

К тому времени, как мы садимся в машину, гнев Авроры слегка поутих, но в воздухе все еще витают агрессивные флюиды. Мы быстро добираемся до парка, где будет проходить свадьба, но между нами царит молчание.

Ладно, время признать – я облажался. Но странно ли, что не сожалею о содеянном? Если бы я знал, что все так получится, то все равно поступил бы так же. Да, это глупо. Да, это неправильно. Но, черт побери, я не мог с ней не взаимодействовать.

Я могу быть эгоистом, когда дело касается Авроры. И в этом случае мне просто нужно было хоть на мгновение почувствовать себя лучше. Даже если это были обычные гонки и дурацкие переписки.

Я не замечаю, что Аврора вышла из машины, пока она не стучит в окно с моей стороны.

– Хватит разговаривать с самим собой и дуться, – возмущается она, когда я открываю дверь.

– И это я дуюсь? Кто бы говорил… – ворчу, следуя за ней и ее развевающейся юбкой.

Она резко останавливается и разворачивается так, что ее каблуки скребут по асфальту.

– Что ты сказал?

Этот вопрос звучит как «Тебе жить надоело?».

– Говорю, ты великолепна, Королева, – я усмехаюсь, потому что мне нравится эта игра «я обижаюсь, но не обижаюсь».

Догнав Аврору, беру ее за руку и ощущаю, как она расслабляется. Ее тело никогда не врет. Когда эта девушка действительно хочет, чтобы к ней прикоснулись, она тает, как мороженое на солнце.

На время церемонии мне приходится оставить Аврору и занять место рядом с Нейтом. То же самое делают Макс и Леви. Мы можем сколько угодно подкалывать друг друга, но, честно признаться, между нами крепкая связь. В минуты, когда все зависит от нас, мы отбрасываем личные разногласия, сарказм и колкости, оставляя только поддержку.

Осенний парк, утопающий в мягком свете закатного солнца, стал идеальным местом для этой церемонии.

Листва на деревьях переливается оттенками золота и розового, создавая впечатление, будто весь мир обернулся в нежные акварельные краски. Вокруг пестрят подсолнухи – большие, яркие, словно кусочки солнца, расставленные повсюду. Они украшают арку, столы для гостей с бледно-розовыми скатертями и даже маленькие дорожки, ведущие к месту церемонии.

Хлоя выходит из-за густых деревьев под руку с отцом. Ее платье цвета шампань мягко блестит в лучах солнца, идеально гармонируя с окружающей природой. На мгновение все вокруг замирает.

Нейт, увидев ее, будто забывает, как дышать, а его руки предательски дрожат.

Он пережил столько ночей, утопленных в одиночестве и тишине, столько моментов, когда жизнь казалась бесконечной борьбой. Но сейчас, глядя на Хлою, я думаю, он чувствует себя живым. Настоящим.

Я стою рядом с Нейтом, чувствуя, как этот момент, словно волна, накрывает всех нас. Я переполнен эмоциями – радостью, гордостью и, признаюсь, даже завистью. Не в том смысле, что я хотел бы быть на месте своего друга, но я осознаю, что мне хочется, чтобы Аврора тоже шла ко мне в свадебном платье.

Мой взгляд находит ее. И она уже смотрит на меня. Мы не отрываем глаз друг от друга.

Я беззвучно произношу:

– Королева.

И она проводит средним пальцем по бордовым губам.

Мне приходится приложить все силы, чтобы не рассмеяться. Как долго она будет признаваться мне в любви таким способом?

Церемония продолжается, но мои мысли где-то далеко. Может, когда-нибудь я тоже буду стоять под аркой и смотреть, как моя любимая женщина идет ко мне. Только если она будет готова. А до тех пор… я просто буду рядом, пока она этого хочет. До тех пор, пока она любит меня.

Торжество продолжается в приятной, теплой атмосфере. Небо окрашивается в мягкие розово-золотистые тона, словно подстраиваясь под настроение этого вечера. Легкий ветерок приносит аромат цветов и листвы.

Гости постепенно перемещаются к украшенной огоньками площадке, где накрыты столы и слышится тихая, ненавязчивая музыка. Свет гирлянд отражается в бокалах с вином, добавляя особое волшебство.

Когда первые аккорды живой музыки заполняют пространство, Нейт и Хлоя выходят на танцпол. Она нежно обнимает его за плечи, он осторожно держит ее за талию, словно боится, что этот момент может исчезнуть. Спустя время к ним присоединяется дочь Натаниэля, Хоуп, и все женщины в радиусе мили падают в обморок. Признаться честно, даже мое сердце пропускает несколько ударов.

Валери, сидящая напротив меня, заливается слезами, а Макс то и дело подает ей салфетки.

– Хватит вытирать мне слезы, лучше дай мне еды.

Мы смеемся, а Макс послушно накладывает в ее тарелку все, что она просит.

– Вы придумали имена для детей? – спрашивает Леви, расположившийся по правую руку от меня. Он обнимает Аннабель за плечи, а она, как и Валери, утирает слезы.

Аврора даже не замечает, как сжимает мою левую руку, с трепетом наблюдая за Хлоей и Нейтом.

– Нет. Кто знал, что выбирать имя так сложно? Тем более два имени, – отвечает Макс.

– Четыре. Потому что мы еще не знаем пол. Нужно учитывать варианты и для мальчиков, и для девочек.

Аврора спрашивает:

– А если будет мальчик и девочка?

Валери пожимает плечами.

– Мне кажется, что будут однополые.

– Можно первое время называть их Бейбик Один и Бейбик Два, – хмыкает Леви.

Аннабель ахает:

– Леви, так нельзя!

Дети подбегают к нам, задавая тысячу и один вопрос.

– Почему Валери такая опухшая?

– Почему подсолнухи на земле, а не на солнце?

– Почему дядя Лиам еще не мой муж?

Вопрос Оливии заставляет всех покатиться со смеху. Кроме Леви.

– Он не может быть твоим мужем, – отвечает он.

– Потому что он любит Рору? – шокирует всех Хоуп.

Этот ребенок наблюдательнее ее отца.

Аврора ерзает на своем месте, но я кладу руку ей на бедро, успокаивая ее нервозность.

– Да.

Оливия драматично вздыхает:

– Всех мужчин разобрали!

– Лив, ты еще маленькая, – замечает ее брат с умным видом.

Леви бормочет:

– Спасибо, сынок.

– Рора тоже маленькая, не такая старая, как мама, но ее любит дядя Лиам!

Аврора вытирает пот со лба.

– О боже, не самый лучший пример.

Аннабель же стонет:

– Я что уже выгляжу старой?!

– Рора не такая маленькая, как ты, – продолжает Марк. – Ты до сих пор не умеешь завязывать шнурки!

Оливия закатывает глаза.

– Это может делать мой муж.

Мы продолжаем наблюдать за этой оживленной дискуссией с открытыми ртами.

– Подождите, подождите, – Хоуп поднимает маленький пухлый палец, испачканный в какой-то еде. – Нужно кольцо.

Дети смотрят на руку Авроры.

– Пока у нее нет кольца, Оливия может сделать своим мужем дядю Лиама, – продолжает Хоуп, чей IQ, видимо, стремится в космос.

Макс сквозь смех говорит:

– Тут даже не поспоришь. Аргумент железный.

– У нее будет кольцо. – Аврора смотрит на меня, широко раскрыв глаза, но я остаюсь спокойным. – Но главное, что ее имя – на моем сердце.

Валери опять шмыгает носом.

– Я не переживу этот вечер.

Аврора кладет голову мне на плечо и шепчет:

– Ты действительно только что это сказал? – Ее голос дрожит, но я слышу в нем смешок. – Я же могу счесть это за предложение.

Я слегка поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее, чувствуя, как теплое дыхание щекочет мою шею.

– Может быть, это и есть предложение, – шепчу в ответ. – Не слишком романтичное, но зато честное. Ладно, если серьезно, то для начала просто позволь мне забрать тебя к себе в квартиру.

Спасибо детям за эту идеальную многоходовку.

– А у тебя там есть чипсы? – хихикает она.

– Для тебя у меня есть все.