Глава тринадцатая

КАМДЕН

Стоя под струями воды в душе, я чувствую облегчение. После целого дня, проведенного на обширном поле для гольфа с однокурсниками, я устал гораздо сильнее, чем ожидал. Гольф никогда не был моим любимым видом спорта. Слишком много ходьбы, слишком мало игры. Я предпочитаю более азартный хоккей.

Я вспоминаю сияющую улыбку на лице Натали, когда она сидела на трибуне во время моей последней игры. Ее энтузиазм всегда заразителен, он заставляет меня играть усерднее и быстрее. Интересно, чем она занималась весь день. Дегустация вин — не совсем ее конек, но я надеюсь, что она хорошо провела время. Может быть, вино помогло ей расслабиться и избавиться от нервозности, которая всегда возникает в компании подруг.

Оглядываясь назад, я понимаю, что не стоит жаловаться. Было здорово провести день с ребятами. Мы легко вернулись к нашей непринужденной манере общения, как в студенческие годы, и подкалываем друг друга за каждую пропущенную лунку. Это одновременно и весело, и утомительно, но я готов тратить на это силы, потому что мы с ребятами теперь видимся не так часто.

Я выключаю душ и, оставляя мокрые следы на кафельном полу, вытираю волосы полотенцем. Обернув его вокруг бедер и выходя из ванной, я замечаю время на будильнике у кровати. Пора присоединиться к остальным у костра. А после этого мы проведем вечер в джакузи. Душ не помог унять головную боль, которая мучила меня весь день, так что, надеюсь, теплая вода поможет.

Я роюсь в сумке и достаю плавки, которые купил во время последней прогулки по торговому центру с Натали.

«Темно-синий — твой цвет,» — сказала она, бросая их мне. Это было все, что мне нужно, чтобы их купить. Натали повлияла и на этот аспект моей жизни.

Настанет ли когда-нибудь день, когда я перестану ассоциировать ее со всем, что меня окружает?

Боже, надеюсь, что да.

Я оставляю плавки на кровати и одеваюсь для посиделок у костра в джинсы и футболку. Немного уложив гелем все еще влажные волосы, я выхожу за дверь, и единственные, кто меня сопровождает, — это мои мысли.

Когда я подхожу к поляне на заднем дворе базы отдыха, костер еще не разожгли. Грейс и Мередит уже расположились вокруг каменного кострища.

— Привет, Кэм, — улыбается Мередит. На ней только верх от купальника и спортивные штаны, а на плечи накинут свободный кардиган в тщетной попытке защититься от холода. На мой взгляд, температура слишком низкая для такого откровенного наряда. Судя по тому, как она сжимает грудь и улыбается мне, вряд ли она думает о погоде.

— Как поиграли в гольф? — искренне интересуется Грейс. Она одета куда практичнее: в простой объемный свитер, легинсы и длинные носки.

— Было весело, — отвечаю я, наполовину лукавя. — Хотите, я разожгу костер?

— Какой джентльмен, — мурлычет Мередит.

Сотрудники базы уже заготовили дрова и растопку. Я приседаю на корточки у кострища и начинаю сооружать основу для нашего костра.

— А где Натали? — Я тут же жалею о своем вопросе, так как лица у обеих вытягиваются. Похоже, я совершенно не умею скрывать свои чувства.

— Не знаю, — отвечает Мередит, откидываясь на спинку стула и вальяжно потягиваясь. — Наверное, с Джеком?

— Ой! Они что, вместе? — спрашивает Грейс. И я понимаю, что под словом «вместе» она имеет в виду не просто нахождение рядом.

— Спроси Кэма, — говорит Мередит, переадресовывая вопрос мне. Мне не нравится, как она смотрит на меня, словно провоцируя.

— Точно нет, — отрезаю я, но от этих двух дамочек и их расспросов мне становится ужасно не по себе. В колледже они вообще не разговаривали со мной, если рядом не было Джека. Наверное, то, что я каждую неделю провожу по десять часов в спортзале, изменило их отношение ко мне. Или, может быть, дело в дипломе о медицинском образовании и приписке «доктор медицины», которая стоит перед моей фамилией. Конечно, все это не имело бы для них значения, если бы они знали, насколько я эмоционально недоступный человек.

— Кто знает, — произносит Мередит и тычет Грейс в бок, отчего та вскрикивает. — О боже, перестань, ты же знаешь, что я боюсь щекотки! — визжит Грейс. Начинаются новые толчки. Визг становится невыносимым, как будто в мою и без того раскалывающуюся голову втыкают острые иглы.

Я рад, что занят делом, и у меня есть веский повод игнорировать этих женщин. Неужели они и в колледже были такими раздражающими? Похоже, Натали была абсолютно права, когда каждый раз избегала тусовок с ними. Кстати, об этом… Где Натали? Она с Джеком? В одном из их номеров?

От этой мысли я начинаю представлять себе самые невероятные вещи. Я никогда раньше об этом не задумывался. Возможно ли, что они испытывают чувства друг к другу? Эта идея кажется мне абсурдной, но еще месяц назад я бы решил, что испытывать чувства к Натали — это нелепо.

Желудок сводит спазмом. Я сжимаю в руках растопку и бросаю ее поверх дров. Черт возьми, мне нужно выкинуть эту женщину из головы, пока одно лишь упоминание ее имени не разрушило меня окончательно.

— Привет!

Легка на помине. Я не могу сдержать облегчения, когда оборачиваюсь и вижу Натали без Джека. На плече у нее висит объемная сумка, а одета она в растянутый вязаный свитер, штаны для йоги и пушистые ботинки. Вид Натали в этой уютной одежде вызывает во мне бурю эмоций. Именно так она одевается, когда мы остаемся вдвоем, валяемся на ее диване и смотрим дурацкие фильмы. В этих вещах нет ничего особенного, но именно это и делает их особенными. Теперь все увидят Натали такой, какая она есть: идеальной и невероятно красивой. Я сглатываю горечь во рту, не желая признаваться себе, насколько сильно ревную.

— Ты мило выглядишь, — говорит Мередит.

— Спасибо. — Натали смеется, оттягивая край свитера. — Вообще-то, в этом я собиралась спать.

— Садись к нам! — зовет Грейс, похлопывая по стулу рядом с собой. Это мой сигнал к отступлению.

— Пойду возьму жидкость для розжига на террасе, — говорю я, быстро проходя мимо Натали.

— Подожди! — Она бежит за мной, но я не сбавляю темп. Когда мы оказываемся в нескольких шагах от остальных, я чувствую, как ее рука обхватывает мое запястье. Мое сердце учащенно бьется.

— У меня для тебя кое-что есть, — говорит она, и в ее голосе слышится улыбка. Я не хочу на нее смотреть, но приходится.

Проклятье.

Ее глаза завораживают в лучах раннего вечера. Они блестят ярче, чем озеро, которое на их фоне кажется жалким зрелищем. Ее щеки все еще розовые — полагаю, после дневного винного тура. Интересно, на вкус ее губы как мерло? Не успеваю я наклониться, чтобы попробовать, как ее взгляд опускается к сумке.

— Я весь день ждала возможности отдать тебе это. Никак не могла найти подходящий момент, но, к черту все, да?

Натали достает из сумки длинный вязаный шарф. Темно-зеленый с голубым — цвета озера и окружающих его деревьев. Мне не нужно спрашивать, чтобы понять, что она связала его сама.

Я усмехаюсь.

— До Рождества еще почти два месяца.

— Я слишком переволновалась. — Она тихо смеется.

Я не могу сдержать улыбку. Шарф восхитительно мягкий на ощупь. Я уже чувствую, как он сохраняет тепло в этот прохладный вечер.

Ее руки прижимают концы шарфа к моей груди, она смотрит на меня снизу вверх и улыбается. Была ли она когда-нибудь красивее, чем сейчас?

— Спасибо, — бормочу я, не отрывая взгляда от ее губ.

— Всегда пожалуйста, — шепчет она. На ее щеках проступает румянец, или это просто мое воображение разыгралось?

Должно быть, я молчу слишком долго, потому что Натали снова заговаривает: — Так где жидкость для розжига?

— Кто ее знает. Мне просто нужна была передышка от этих сплетниц.

— Ой, да ладно тебе! Не ты провел с ними весь день.

— Как все прошло? — Я готов задавать Натали вопросы хоть всю ночь, лишь бы ее руки оставались на моей груди.

— Ну, ты же знаешь… это совершенно не мое. — Она закатывает глаза. — Как гольф?

— Гольф как гольф. — Я пожимаю плечами, и она смеется. — По крайней мере, тут есть джакузи, — с ухмылкой замечает она.

— Это точно.

— Эй! Мы оба резко оборачиваемся, и Натали убирает руки с моей груди. Тайрон и Джесси, широко улыбаясь, идут к нам по склону со стороны озера.

— Он сделал мне предложение! — кричит Джесси, бросаясь к Натали и заключая ее в объятия.

— Поздравляю!

— Наконец-то, — говорю я и тянусь, чтобы пожать руку Тайрону. Он ухмыляется и крепко пожимает ее.

— Все должно было быть идеально, бро. Идеально.

В этом я с ним согласен.

Глаза Натали сияют, пока она разглядывает кольцо Джесси.

— Боже мой, Тайрон, оно прекрасно!

— Правда же? — визжит Джесси, утирая выступившие слезы.

— Пойдем, покажем остальным, — говорит Натали, сжимая руку Джесси.

— Что за шум?

Джек спрыгивает с террасы, а за ним по пятам следует Макс. Вся компания в сборе. Голова болит так, что хуже некуда. Сейчас не время поддаваться личным страхам и желаниям. Сейчас время поздравить двух влюбленных друзей. Надо быть милым.

––

Изрядно согревшись пивом и вином, мы покидаем костер и направляемся к джакузи. Я удаляюсь в свой номер, чтобы надеть плавки. Видимо, я оказался быстрее остальных, потому что прихожу к джакузи первым. Или нет.

Сквозь клубы пара, поднимающиеся от бурлящей воды, я вижу, что Натали уже там. Она лениво откинула голову на выложенный камнем бортик. Ее грудь соблазнительно выглядывает из воды небольшими полушариями мягкой бледной кожи. Одинокая капелька пота скатывается по ее шее, исчезая в ложбинке бледно-лилового верха от купальника.

Должно быть, она слышит мои шаги, потому что открывает глаза. Ее лицо раскраснелось, словно у нее только что был самый восхитительный секс в жизни.

— Это просто потрясающе, — мурлычет она, и в ее голосе звучит чистое наслаждение.

Боже. От одного только звука ее голоса мой член заинтересованно дергается. Мне нужно быстрее залезть в воду, пока Натали не заметила, как оттопырились мои плавки.

Я соскальзываю в джакузи, и теплая вода обволакивает меня. Пузырьки щекочут яйца, и я стискиваю зубы. Мне и без того хватает стимуляции в этом месте.

Господи, Кэм. Держи себя в руках.

— Ты в порядке? — спрашивает Нат, наклоняясь ко мне. Вырез ее купальника сползает еще ниже. Она даже не замечает, что одна ее грудь вот-вот вывалится наружу. Она явно обеспокоена моим состоянием. Я даже не знаю, что привлекает меня сейчас больше: ее тело или ее характер. Под бурлящей водой мой член твердый, как камень.

— О да, черт возьми! — кричит Джек, ухмыляясь и стягивая с себя футболку.

Не успеваю я ответить Натали, как Джек прыгает к нам в воду. Я мысленно благодарю его за поднятые волны, которые еще надежнее скрывают мое возбуждение. Я был так поглощен Натали, что даже не услышал, как он и остальные подошли. Они заходят в джакузи, изрядно навеселе. Все одобрительно стонут, когда бурлящая вода начинает массировать им руки и ноги.

Разговор, естественно, заходит о свадебных планах Тайрона и Джесси, но я не могу уследить за тем, кто что говорит. Все, что я могу делать, — это стараться не слишком отвлекаться на происходящее вокруг.

Джек сидит вплотную к Натали. Ее голова удобно пристроена на его плече, а грудь трется о его руку. Они выглядят так гармонично — мужчина и женщина, которым абсолютно комфортно друг с другом.

Господи, какой же я жалкий. От одного только вида их идиллии у меня обрывается сердце, а живот сводит от целого водоворота смешанных чувств.

Я так больше не могу.

— Куда это ты собрался? — спрашивает Мередит, хватая меня за руку, когда я встаю, чтобы выйти из воды.

— Я устал, — отвечаю я, и это не совсем ложь. — Думаю, мне лучше лечь спать.

— Понимаю, — зевая, говорит Макс, и я благодарен ему за поддержку.

— Ну ладно. — Мередит вздыхает, отпуская меня.

Теперь обе мои ноги на суше. Если бы только мое либидо не зашкаливало, это было бы неплохим завершением напряженной ночи. Я как можно быстрее оборачиваю полотенце вокруг своего мокрого тела и возвращаюсь в отель. Я, не оглядываясь, чувствую, как обеспокоенный взгляд Натали сверлит мою спину.

Не смотри на меня, Натали. Тебе не понравится то, что ты увидишь.