Глава четырнадцатая

НАТАЛИ

— Как странно это было, — ворчит Мередит, явно разочарованная тем, что Кэм так рано сбежал.

— Надеюсь, с ним все в порядке, — добавляет Грейс.

Тайрон, напротив, совершенно равнодушен к этой минутной драме.

— Сегодня мы несколько часов бродили по этому полю, — говорит он, потягиваясь. — Мужчина имеет право просто устать.

Похоже, это успокаивает всех остальных в джакузи. И все же я никак не могу отделаться от ощущения, что с Кэмом что-то не так. Отрицать очевидное глупо: его поведение ненормально. Я бросаю быстрый взгляд на Джека, и он отвечает мне тем же. Мы с ним согласны. Что-то здесь не так.

— Я и сама порядком устала, — сообщаю я компании. Затем встаю, даю воде стечь с тела и беру полотенце.

— Да ладно тебе! Ты тоже? — ноет Джесси.

Я расстраиваю будущую невесту, но благополучие моего лучшего друга сейчас гораздо важнее.

— Да, от вина, пузырьков и тепла в джакузи меня клонит в сон, — говорю я, слегка зевнув, чтобы показать, что я очень устала.

Я не задерживаюсь, чтобы проверить, поверили ли они мне. Плотно завернув полотенце под мышками, я надеваю шлепанцы и иду на цыпочках по коридору.

Тук-тук-тук.

— Кэм?

После нескольких секунд тишины я слышу шаги. Дверь открывается. Кэм, только что из душа, стоит на пороге в одном лишь полотенце на бедрах. Я пристально смотрю ему в глаза, чтобы не зацикливаться на широких плечах и рельефных мышцах пресса.

Соберись, Натали.

— Что случилось? — спрашивает он.

— Можно войти?

Камден колеблется. Секунду спустя он приоткрывает дверь чуть шире, позволяя мне перешагнуть порог. Дверь тихо щелкает за моей спиной.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

Мне безумно хочется протянуть руку и коснуться его предплечья. Его рельефные мускулы так и манят, но я должна уважать его личные границы.

Должна же, верно?

— Я в порядке, — резко отвечает он, и мы оба понимаем, что он лжет. Я жду, что он передумает и попытается еще раз — на этот раз подобрав слова получше. Кэм молчит, его взгляд пуст, как воздух между нами.

— Ты поговоришь со мной?

— Честно, Натали. Я просто устал.

Кэм говорит это, и я бы поверила ему, если бы не напряжение в его голосе. Что заставило его выглядеть таким измученным?

Или кто?

— Еще раз спасибо за шарф, — нарушает он затянувшееся молчание. — Он мне правда очень нравится.

Его улыбка не затрагивает глаз, словно он пытается казаться бодрым, но у него просто нет на это сил. Не то чтобы я не верила в его благодарность. Я просто не верю, что он счастлив.

— Пожалуйста, — отвечаю я, но сейчас мне плевать на этот дурацкий шарф. Мне не плевать на него.

— Тебе стоит вернуться к остальным.

Когда Камден открывает дверь и ждет, пока я выйду, я не двигаюсь с места, отказываясь принимать этот намек. Я не хочу уходить от него.

Я хочу его обнять.

Я делаю шаг к нему и обнимаю его за талию, вжимаясь всем телом в его знакомый запах, его знакомое тепло. Он отпускает ручку двери, но не обнимает меня в ответ. Его руки неподвижно висят вдоль тела.

Почему?

И все же я не отпущу его. Я лишь прижимаю его к себе еще крепче. Уткнувшись носом в его мягкую грудь, я внимательно прислушиваюсь к биению его сердца. Оно колотится, как кулак в дверь, умоляя, чтобы открыли.

Что будет, если я открою?

Ответ на этот вопрос упирается мне в живот, напоминая о наших почти обнаженных телах. Неужели это снова чисто мужская реакция? Он ведь тоже это чувствует. Эту кинетическую энергию между нами. Это неоспоримое притяжение. Я не знаю, что происходит, но это что-то невероятное.

Я поднимаю взгляд на Кэма и встречаю его глаза, полные тайн. Мне нужны ответы, и нужны они мне сейчас.

Хватит секретов, Кэм.

— Что происходит?

Мужчина в моих объятиях не отвечает. Вместо этого он хватает край моего полотенца и стягивает его с меня. Я ахаю от ощущения, что наши тела так близко соприкасаются. Я упираюсь в его рельефные руки, впиваясь пальцами в бицепсы.

На этом он не останавливается. Кэм поднимает руки: одну кладет мне на бедро, другую — на щеку. Его большой палец очерчивает маленький круг на моей обнаженной тазовой кости. Костяшкой пальца другой руки он обводит контур моей нижней губы. Я замираю, боясь шелохнуться, чтобы он не заметил легкую дрожь, пробежавшую по моему позвоночнику.

— Я не могу сказать тебе, — произносит Камден так тихо, что у меня разрывается сердце.

— Можешь. — Я едва узнаю собственный голос. Темные, полные боли глаза Кэма прикованы к моим губам. Я хочу облегчить эту боль. И кажется, знаю как.

Я наклоняюсь ближе, упираюсь руками ему в грудь и приподнимаюсь, чтобы оказаться с ним на одном уровне. Наше дыхание смешивается, все вокруг становится теплым, воздух между нами пылает.

— Ты меня убиваешь, — эти слова срываются с губ Кэма за мгновение до того, как они накрывают мои.

Боже.

Мои губы сливаются с его в нежнейшем поцелуе. Я ловлю его нижнюю губу своей, вкладывая в это движение каждую каплю своих чувств. Каждое «спасибо за то, что ты рядом». Каждое «ты идеален, потому что ты именно тот, кто мне нужен».

Чувствует ли он, как сильно я им дорожу?

Кэм замирает на одну долгую секунду — секунду, которая кажется мне вечностью.

О боже. Что я наделала?

Но стоит мне отстраниться, как Кэм подается вперед. Его ладони ложатся мне на лицо, удерживая мои губы рядом со своими. Он наклоняет мою голову, запускает пальцы в мои волосы и приоткрывает рот навстречу моему.

— Натали…

От звука моего имени, с таким вожделением слетающего с его губ, по телу пробегает дрожь. По всему телу.

Я вытягиваюсь на цыпочках еще выше, цепляясь за него и обвивая руками его шею. Он отвечает тем же: обхватывает мою талию и прижимает меня к себе так крепко, как только может. Наши губы сливаются в поцелуе, мы не можем оторваться друг от друга и не хотим останавливаться.

Боже мой. Я целую Кэма.

Я целую своего лучшего друга.

Я целую его и не могу остановиться.

Я проскальзываю языком между его губ, лаская внутреннюю сторону его верхней губы. Он рычит, заведенный моей смелостью. Его пальцы оставляют огненные следы на моей шее и плечах. Его руки исследуют меня, запоминая изгиб спины и очертания бедер. Каждое прикосновение такое нежное, но в то же время такое страстное.

Вскоре все сводится к неистовым поцелуям и страстным стонам, которые, я почти уверена, издаю я сама. Я прижимаюсь к его плечам, оставляя следы на его груди. Мои пальцы скользят по его животу, а затем по выпуклости под полотенцем.

Кэм резко отстраняется, его глаза полны вопросов.

Но времени на вопросы больше нет. Мы и так потеряли его слишком много.

Я не сдергиваю его полотенце так, как он поступил с моим. Вместо этого я наклоняюсь, чтобы поцеловать его в шею, и медленно развязываю узел спереди. Прижавшись губами к его теплой шее, я кладу ладонь на его самое чувствительное место. Полотенце падает на пол, и Камден остается полностью обнаженным в моей руке. Я отступаю, желая увидеть, что передо мной.

Он прекрасен.

Его тело — словно у какого-нибудь бога из мифологии, он великолепен. Тот же Кэм, но в то же время совсем другой. Мужчина, который, несомненно, хочет меня. Как я могла пропустить целую главу своей жизни, которая так терпеливо ждала, пока я переверну страницу?

Я страстно целую Кэма, и этот поцелуй говорит о том, что я его не отпущу. Он более чем рад уступить моим требованиям, особенно теперь, когда его руки нашли мою попку в бикини. Он проводит пальцами по ткани, а затем просовывает их внутрь и крепко сжимает. Я ахаю, а он ухмыляется мне в губы.

Я почти не замечаю, как он теснит меня назад, пока мои колени не упираются в кровать и не подгибаются. Я падаю на спину, а он забирается на меня и жадно целует мою грудь, словно умоляя о большем, чем позволяет это бикини. Его густые темные волосы скользят между моих пальцев, и я не могу налюбоваться их текстурой. Я стону, когда уголок его рта касается моего соска, выглядывающего из-под ткани. Не в силах больше ждать, я снова притягиваю его лицо к своему, сплетаясь языками и покусывая друг друга.

Если мне и было холодно после того, как я вылезла из джакузи, я уже об этом забыла. Да к черту, я вообще забыла, что такое холод. Здесь, под этим мужчиной, движущимся надо мной, я чувствую только огонь.

Сквозь плавки бикини я ощущаю сильное давление. Я чувствую его потребность во мне, горячую и властную. Это так хорошо, так правильно, и я не могу удержаться от того, чтобы не податься бедрами ему навстречу.

Ты мне тоже нужен.

Он издает низкий гортанный звук, от которого у меня внутри все трепещет. Боже мой, этот звук — как музыка. Я ни разу в жизни не слышала от Кэма ничего подобного, но внезапно мне захотелось, чтобы он сделал это снова — желательно как можно скорее.

Его член идеально массирует мой ноющий клитор. Боже, я могла бы кончить от этого снова, вот так.

Я опускаюсь руку ниже и беру его толстый член. Несколько уверенных движений — и я слышу самый восхитительный стон из его груди.

Представляю какие звуки он будет издавать, когда окажется внутри меня.

Я сдвигаю трусики от бикини в сторону, позволяя ему потереться членом о мою влажную промежность. Он вздрагивает надо мной, охваченный экстазом.

И все же Камден колеблется.

Я стону и обхватываю его ногами.

— Чего ты хочешь? — шепчет он.

— Тебя. Внутри меня, — выдыхаю я. — Я хочу тебя, Кэм.

Его губы снова на моих, горячие и требовательные, и я цепляюсь за него, отвечая на поцелуй до тех пор, пока голова не идет кругом.

И как раз в тот момент, когда он начинает подаваться вперед, прижимаясь к моей пульсирующей плоти, раздается стук в дверь.

У меня все сжимается внутри. Мы с Кэмом одновременно поворачиваем головы на звук.

— Эй, впустите меня.

Черт.

Это Джек.