Глава 20

Глава 20

Еще засыпая, я подумала, что завтра, — а точнее, уже сегодня, — я пропущу работу. Впервые в жизни у меня не было ни на что сил. Нежность, с которой меня целовал Леша, давала надежду, что в его словах больше бравады, чем правды. Хотелось верить, что наутро мы поговорим и хоть к чему-то придем. Не знаю, может, что у нас будут еще «уроки», что мы попробуем стать любовниками… Я готова была на все: не требовать у него, чтобы он бросил Катю… По крайней мере, сразу. Мириться с этой «свободной любовью», лишь бы не отпускать его. Иметь возможность снова и снова оказываться в его объятиях.

Но Леша решил иначе. Он осторожно вынул руку из-под моей головы и, тихо собрав одежду, прокрался из комнаты. Сразу дал понять, что не хочет даже полежать рядом, побыть вдвоем, не говоря о том, чтобы спать в одной постели. Он предпочел моему удобному дивану матрас на полу, и лучше бы он просто плюнул в мою сторону.

Я заставила себя подняться по будильнику, хотя от недосыпа даже кости ныли, а голова звенела, как чугунный колокол. И на работу я все же собралась, но не потому, что так хотела. Просто невыносимо было оставаться дома, и, если честно, я не знала, как переживу выходные. Поэтому хотя бы пятницу решила отсидеться на работе.

Однако уйти незамеченной мне не удалось, как я ни старалась. Я даже завтракать не стала: полностью одетая на цыпочках направилась сразу к входной двери, но Леша как раз вышел из ванной и чуть не сбил меня с ног.

Я отскочила от него, как ужаленная, и вцепилась в сумочку, будто она могла меня защитить. Боялась не столько его, сколько своей собственной реакции. Бог — свидетель, Леша на меня влиял, как тяжелый наркотик.

— Что, утро пришло, и ты снова вся из себя приличная девушка? — усмехнулся Марков.

— Мне… Мне просто на работу пора.

— Ясно. Слушай, у меня для тебя еще один подарок…

— Новый год? Или это бонус за секс?

— Скорее, медалька для прилежной ученицы, — он протянул мне небольшую упаковку.

— Что это?

— А ты открой.

— Леш, мне на работу уже…

— Давай-давай.

Вздохнув, я развернула непрозрачную обертку безо всяких опознавательных знаков. На коробке было нарисовано что-то не очень понятное, но явно неприличное. Я повертела и так, и эдак: сзади красовалась наклейка на русском языке, и она гласила: «виброяйцо с дистанционным управлением». Правда, понятнее от этого не стало, потому что предмет на картинке на яйцо походил мало. Какая-то розовая дуга, как у наушников, только с одного конца — толстая плотная штучка, напоминающая не слишком ровное яйцо, слепленное дошколенком, а с другого — небольшое утолщение в форме капли.

Упаковка изо всех сил кричала, что у меня в руках какой-то необыкновенно инновационный продукт, лучше всех остальных аналогов. Проблема заключалась лишь в том, что я понятия не имела, для чего нужны эти самые аналоги. Нет, я догадывалась, что толстым концом, видимо, полагается это воткнуть себе между ног, а куда при этом должна деваться дуга с каплей оставалось тайной, покрытой мраком.

— Слушай, пока я не распаковала… Может, вернешь на витрину? — я жалобно наморщила лоб. — Я в таком не особо шарю… Да и тот вибратор отличный.

— Ни в коем случае. Это то, что тебе нужно. Я так решил.

— Давай я хотя бы заплачу! Явно ведь не из дешевых.

— Юль, это подарок. Слышишь? Я хочу сделать тебе приятное, — он взял меня за руку, и где-то глубоко внутри у меня встрепенулась надежда. Может, я ему все-таки небезразлична? — На окончание наших занятий.

И вот тут все оборвалось. Яснее он намекнуть не мог, что никаких уроков, никаких псевдоуроков, ничего, связанного с сексом в наших отношениях больше не будет. А значит, ничего не будет вообще, потому что для Леши ничто другое значения не имеет. На что я могла надеяться? В постели я, видно, в подметки не гожусь его опытным партнершам.

— М-м-м… Ясно, — я заставила себя улыбнуться. — Что ж, спасибо. Я тогда пойду, а ты отнеси в комнату, хорошо?

— Нет-нет, в том-то и дело, что это мобильная версия. Я хочу, чтобы ты попробовала эту модельку на рабочем месте.

— Я — что?! — я аж слюной поперхнулась от неожиданности. — Как ты себе это представляешь? Начну прямо под столом что-то запихивать себе между ног?

— Это работает не так. Лучший вариант для игр в публичных местах: никакого шума, хорошая мощность — и стимулирует сразу две зоны. Яйцо — точку джи, а вот эту штучку кладешь между губами в сторону клитора — и вуаля, — он торжествующе улыбнулся. — Джекпот!

— Но… Слушай, все же увидят…

— Нет! Никому и в голову не придет. А главный бонус этой штучки — дистанционное управление. Вот, скачиваешь приложение, и прямо с телефона управляешь.

— Леш, я еще не настолько…

— Вот именно, — перебил он. — А я хочу, чтобы настолько. Ты научилась кончать сама, потом со мной, теперь я хочу, чтобы ты смогла это сделать при максимуме отвлекающих факторов. Если ты сможешь настолько расслабиться в общественном месте, то потом у тебя не будет проблем с мужчиной.

— Да не, я как-то… Давай уж в понедельник…

— Сегодня! — Леша был непреклонен. — Это последний этап, и когда ты его пройдешь — можешь считать себя свободной. Я свою миссию выполнил.

Видимо, он думал, что мотивирует меня этим, хотя на самом деле все сделал с точностью до наоборот. Теперь мне хотелось никогда не использовать это яйцо — лишь бы между нами оставалось какое-то незаконченное дело.

— Итак: урок шестой, Юля, — он взял меня за плечи и заглянул в глаза. — Ты сейчас пойдешь, помоешь и введешь эту штучку, и тебе нельзя ее вынимать, пока не кончишь. Ну? Ты ведь не разочаруешь меня?

До этой фразы я еще сомневалась, но теперь просто не нашла в себе сил отказать. Честно — у меня не было ни желания, ни настроения для этих развлечений. Леша и так меня вчера по максимуму удовлетворил, а у меня не настолько сильная потребность в сексе, как у него. Я не могу дважды за сутки.

И все-таки отказаться я не смогла. Решила, что потом, в офисном туалете, выну, скажу, что все получилось, и буду оплакивать наше несостоявшееся будущее.

— Окей, — выдала я, наконец, донельзя обрадовав Маркова. Сбегала в ванную, сделала все, как было нарисовано в инструкции. И стоило признать: форма у штуковины была действительно комфортная и, по крайней мере, «медалька» не доставила мне никаких неприятных ощущений.

Показав Леше большие пальцы и вернув пустую коробочку, я поехала на работу. И я бы даже забыла про всю эту историю, если бы не одно «но». Прямо в метро, когда я висела, держась за поручень, зажатая со всех сторон толпой, яйцо проснулось.

Оно вдруг задрожало внутри меня, как миниатюрная копия холодильника «Саратов». Я вздрогнула, огляделась, насколько мне позволяли люди вокруг, и покрепче схватилась за поручень.

Мало того, что я абсолютно не возбудилась, так еще и испугалась до чертиков. Нет, конечно, я не верю в восстание машин, но оно ведь включилось само! Я не то, что кнопку никакую не нажимала, я даже приложение еще скачать не успела.

Повибрировав и чуть не прибавив мне седых прядей, яйцо стихло. Толпа схлынула на Кольцевую, и я выдохнула, почувствовав облегчение. Решила, что, возможно, случайно нажала на какой-то скрытый переключатель из-за всей этой давки.

Однако потом, когда я вышла из поезда, прямо на платформе, оно ожило снова, и я чуть не подскочила на месте. Остановилась. Снова сделала несколько шагов, в надежде снова нажать этот чертов выключатель, но ничего не происходило. Оно вибрировало внутри меня — и легонько дрожало снаружи, на клиторе. Случись все это дома, я бы, возможно, расслабилась и получила удовольствие, но в метро?! Нет, это уж слишком.

Ни туалета, ни укромного местечка не предвиделось до самого офиса! Разве что Макдональдс, но там всегда в женский туалет очередь, а мне и так надо двигаться в темпе вальса, чтобы не опоздать.

Едва выйдя из метро, — то останавливаясь, то меняя позу, — я схватилась за телефон. Со стороны я, наверное, выглядела, как сумасшедшая, которой управляют голоса в голове. Но я не знала, что мне делать! Яйцо реально издевалось надо мной: то невинно затихало, то вдруг начинало вибрировать, набирая обороты. Как тогда, когда я лежала в ванной, а Леша играл с режимами гидромассажа…

Эта мысль заставила меня замереть на месте. Пазл сложился! И теперь мне все стало настолько очевидно, что даже мелкое дрожание виброяйца внутри меня не могло сбить меня с толку. Леша! Его непонятный азарт, эта настойчивость… Нет, мол, только сегодня, давай, последний урок… Ну да! Эта же штука с дистанционным управлением! И не просто с пультом — через приложения. И он, должно быть, веселился на всю катушку.

Ускорив шаг и собрав всю силу воли в кулак, чтобы не думать про долбану штуковину у меня между ног, я набрала Маркова.

— Ты издеваешься? — прошипела я в трубку, едва услышав его голос. — Какого хрена ты творишь?

— Что-то случилось? — отозвался Леша таким невинным тоном, что я чуть был не уверовала в его непричастность.

— Ты случился! Отключи немедленно это долбанное яйцо.

— А, оно все-таки работает?

— Работает?! — я аж засопела от возмущения. — Да я тут как на электрическом стуле.

— Окей, окей, — в трубке что-то зашуршало, пикнуло — и о, чудо! — эта фиговина выключилась. — Довольна?

— Нет! — ответила я, но уже значительно спокойнее. — Леш, это не смешно. Я ехала в метро, и вдруг оно начинает… Хреначить! Как будто я на муравейник села.

Вместо того, чтобы посочувствовать, Леша бессовестно расхохотался прямо мне в ухо. Я догадывалась, что звучит это забавно, но только для тех, кто сам пять минут назад чуть не снес извращенческое яичко на глазах у всей столицы.

— Зачем ты вообще это сделал? — не унималась я.

— Маленькая проверка, соррян, — огорошил меня Марков.

— Проверка — чего? Мог просто дома включить и посмотреть, работает оно или нет…

— Я проверял, выполнила ли ты мои указания. Теперь ясно: все сделала, как надо. Удалось возбудиться?

На мгновение я застыла, пытаясь понять, он просто так издевается, или я когда-то умудрилась его смертельно обидеть.

— Ты, блять, совсем что ли?! — заорала я, до смерти перепугав невинного мужичка с большим портфелем и тубусом. Он аж подскочил, выронил свою ношу. Потом посмотрел на меня, как на опасную сумасшедшую и побежал ловить укатившийся тубус. — Какое возбудиться? — я понизила голос. — Метро! Давка! Да я чуть от стыда и страха там не умерла!

— Ладно-ладно. Но в офисе обязательно попробуй. Ты обещала! Я скину тебе ссылку на приложение…

— Иди ты, знаешь куда! — буквально выплюнула я в трубку и помчалась в офис.

До обеда все было чудесно, но стоило мне вернуться из кафешки на первом этаже, как прямо в лифте яйцо очнулось снова. И я уже собралась опять набрать и отчитать Лешу, а потом избавиться от его идиотского подарка, но в лифт вошел Роман Викторович, тот самый акционер, о котором я фантазировала, будучи без трусов.

Я была уверена, что молния не бьет дважды в одно и то же место, но моя жизнь упорно доказывала обратное: второй раз я взяла с собой… Скажем так, «учебу» в офис, и снова я за этим делом столкнулась с Романом Викторовичем.

Двери схлопнулись перед нами, прежде чем я сообразила, что делать. Останавливать лифт и выбегать было бы слишком странно, поэтому я максимально отстранилась от начальства, крепко сжала ноги и изо всех сил постаралась хотя бы телепатически достучаться до Леши, чтобы он отключил свою заразу.

Но нет. Он, кажется, только начал. Более того, увеличил мощность. В абсолютной тишине кабинки мне чудилось, будто я слышу едва различимое жужжание маленького, но, сука, сильного агрегата.

Номера этажей на мониторе сменялись дико медленно, мне казалось, что лифт специально ползет так медленно именно сейчас. Вдобавок то ли из-за сжатых ног, то ли из-за того, что Леше как-то удалось нащупать нужный режим, яйцо начало меня возбуждать. Вибрации попадали по нужным точкам, и кровь прилила к промежности, а с губ слетел прерывистый вздох.

Роман Викторович, который до этого будто не замечал меня, удивленно обернулся и окинул меня пристальным взглядом. Я поняла, что краснею, но ничего с этим поделать не могла. Яйцо вытворяло такое, что я изо всех сил держалась, чтобы не застонать в голос.

— Вы в порядке? — поинтересовался мужчина, не догадываясь, как трудно мне сейчас разговаривать членораздельно.

— Да… — я отчаянно пыталась вспомнить, как это называется… Благоразумно? Благопристойно? Благонадежно?… Мать твою, почему обязательно благо?.. — Все благо… получно… — сдавленно пробормотала я и попыталась улыбнуться.

Черт! Почему я не могла сказать «нормально»?

— Вы ведь тогда делали доклад по прибыли… — он прищурился. — Точно, я вас узнал! У вас давление? Или сердце? Вы вся красная и тяжело дышите…

— Нет-нет…

— Не спорьте! Дайте сюда руку! — он схватил меня за запястье. И зря!

Зря он это сделал, потому что прикосновение сухой и теплой мужской ладони к чувствительному, — как внезапно выяснилось, — местечку вызвало во мне новую волну удовольствия, и я, закусив губу, тихонько замычала. Эти чертовы эрогенные зоны вообще у меня закончится? Окей, я открыла свою чувственность, но мне хватит! Я не хочу завтра узнать, что я кончаю еще и от того, что кто-то трогает мои уши!

— Вам больно? — теперь уже Роман Викторович забеспокоился не на шутку. — У вас пульс зашкаливает.

Господи, да отпусти ты меня, и все будет нормально.

— Ничего… Это со мной бывает… — мой взгляд упал на его шею, кадык и белоснежный накрахмаленный ворот рубашки. Этот контраст загорелой мужской кожи и белого хлопка… А узел галстука… Воображение сразу нарисовало, как Роман привязывает мои запястья к кованной спинке кровати…

— Юля?..

— Да… Я согласна…

— Вызываем скорую? — этот вопрос меня немного отрезвил, и я, наконец, отдернула руку.

— Нет!

— А на что вы тогда согласны? — он пытливо заглянул мне в глаза, прислонил ладонь ко лбу. — Да вы вся горите!

Едва лифт прибыл на наш этаж, он буквально выволок меня в холл и позвал секретаршу:

— Ксения!

— Да, Роман Викторович! Только я — Оксана…

— Какая разница! Не видите, человеку плохо? Скорую срочно!

А тем временем Марков делал с моим яйцом что-то невероятное. Дрожь раз за разом прокатывалась по всему моему телу, внутри все сжималось, и я в ужасе понимала, что оргазм близок, и я ничего не могу с этим поделать. Более того, сама ситуация: я, лифт, Роман Викторович, будто сошедший со страниц «50 оттенков серого», этот его шелковый галстук… И тот факт, что Роман даже близко не подозревает о том, какая я плохая девчонка, прибавлял моим ощущениям особой остроты.

Осознав, что еще немного, и мой секрет перестанет быть секретом, я вырвалась и ломанулась обратно к лифту.

— Не надо скорую! — крикнула я, судорожно нажимая на кнопку первого этажа. — У меня есть таблетки… Внизу… Я забыла…

Двери закрылись, оградив меня от ошалевших Романа Викторовича и Оксаны и избавив от лишних объяснений. Дождавшись, пока лифт тронется, я вдавила кнопку «стоп» и, убедившись, что я остановилась между этажами, и случайных свидетелей не будет, позволила себе застонать в голос.

Я царапала гладкие стальные стенки, едва удерживаясь в вертикальном положении, мне казалось, что я не выдержу или сойду с ума. Прислонилась к стене, уперевшись ногами в пол, и тут меня накрыло.

Хватая ртом воздух, я сотрясалась в конвульсиях, рискуя в любую секунду рухнуть на пол. Туги волны расходились от центра моего удовольствия по всему телу, как круги по воде, и я, едва дыша, наслаждалась терпкими и сочными ощущениями.

Когда оргазм, наконец, отступил, пришло мучительное осознание того, что я только что натворила. Точнее — что Леша натворил. Я, образцовый работник, бухгалтер со стажем. Ни единого нарекания за все время работы. Идеальная репутация. И вот я кончаю в лифте — чудо, что не на одного из акционеров. Веду себя, как умалишенная. И все потому, что связалась с Лешей.

Ему плевать, что подумают окружающие, его мало интересует моя карьера. Развлекся? Прокачал навыки сексолога? Остальное пусть идет лесом.

Я возвела глаза кверху, и заметила камеру в углу кабины. Супер! И что обо мне сейчас подумали охранники? Разве Лешу это волновало, когда он без предупреждения включил режим вибрации? А я ведь собиралась прямо здесь вытащить это чертово яйцо… И как бы я потом проходила мимо поста охраны? Да обо мне судачило бы все здание!

Нет. Достаточно. Срочно в туалет — и больше я на фокусы Маркова не поведусь. Я и так зашла с ним слишком далеко, забыла о своем достоинстве, спала с ним, зная, что у него есть другая. Зная, что это секс — и ничего личного. Хватит. Сегодня же скажу ему, что я благодарна ему за уроки, конечно, но с этих самых пор — мы всего лишь соседи по квартире. Никаких подарков.

Яйцо все еще жужжало, и я позвонила Маркову.

— Выключи немедленно. Я все, — и отключилась, чтобы не дать ему снова предложить мне какое-нибудь задание.

Пригладила волосы, одернула блузку и, нажав на «отмену», запустила лифт. Однако там меня ждал очередной сюрприз. Двери распахнулись, и я увидела своего бывшего собственной персоной.