Глава 23 · Лука

– Лука, я считаю, что для вас это очень хорошая возможность продолжить десенсибилизирующую терапию.

Мы гуляли с Доком по лесу. День был немного прохладным, поэтому я накинула легкую куртку. Мой верный психотерапевт надел подаренный ему на Рождество свитер с круглым вырезом и изображением Иисуса, поднявшего ладонь с двумя пальцами в виде буквы «V», символизирующей знак мира. Надпись под картинкой гласила: «Давайте веселиться, потому что сегодня – день рождения крутого парня». Док хранил одежду не по сезону в багажнике своей машины, так как в его крохотном домике не хватало места. Видимо, свитер оказался первым, что попалось ему под руку, и он надел его на прогулку.

– Я понимаю, но не думаю, что наши отношения созрели для этого. Все началось так недавно… мы впервые встретились лицом к лицу меньше месяца назад. Что, если я не выдержу, и у меня начнется тяжелая атака, и… это отпугнет его?

Док остановился и посмотрел на меня.

– Позвольте спросить вас кое о чем. Разве от того, что вы встретились не так давно, Гриффин кажется вам менее реальным?

– Ну, нет…

– Хорошо. Значит, то, как вы оказались на стадии, на которой сейчас находятся ваши отношения, несущественно. Признаюсь, что ваши обстоятельства несколько исключительны, но вы знаете этого человека уже более десяти лет. Это не то же самое, что ввязаться во что-то с незнакомцем. Полагаю, вы влюблены в него?

Я вздохнула.

– Да, влюблена. Очень сильно.

– Что же, тогда вы должны выяснить, получится ли у вас жить вместе. Мне кажется, он готов подчиняться настолько, насколько это возможно для того, чтобы во всем разобраться. Разве будет хуже, если вы станете еще ближе, чем сейчас, и поймете, совместимы ли ваши жизни?

– Я думаю…

– Давайте, я расскажу вам о неразлучнике.

– О ком?

– Об африканском попугае, мы называем их неразлучниками.

– Ой, хорошо. Так что там с ними?

Док протянул мне руку, и мы снова пошли по лесной тропинке. Он любил рассказывать всякие истории, когда мы прогуливались.

– Большинство людей думают, что неразлучник – это птица, которую любимый человек дарит вам в знак романтической привязанности на День святого Валентина, потому что они – однолюбы. Но на самом деле для того, чтобы выжить, им не нужно объединяться в пару и спариваться. Неразлучнику требуется компаньон, и эту связь может обеспечить ему человек, если рядом нет другой птицы. Я уверен, что вы прекрасно выжили бы, проведя остаток жизни, соседствуя только с Гортензией. Но когда неразлучники вступают в моногамные отношения, они становятся спокойнее и увереннее.

– Вы считаете, что я стала бы спокойнее, вступив в серьезные отношения?

– Да, Лука. Люди, страдающие паническими атаками, очень редко отгораживаются от мира так, как это сделали вы. Обычно они старательно скрывают свое состояние, стыдясь или опасаясь того, что паническая атака начнется на виду у всех. Вот почему им так необходим круг поддержки. Как только вы увидите, что люди, которых вы любите и которым доверяете, принимают вас такой, какая вы есть, и не судят вас, вы, вероятнее всего, пойдете на риск. Возможно, он приведет к тому, что о вашем паническом состоянии узнают за пределами вашего круга поддержки. Позволить себе влюбиться – это следующий логический шаг для вас. За несколько лет, что я знаком с вами, вы достигли удивительного прогресса, но это все, чего мы можем добиться вместе. Теперь вы должны решиться и попытать счастья.

* * *

Гриффин не спросил, о чем мы беседовали с Доком. Он также больше не давил на меня, заводя разговор о своем предложении. Вместо этого он оставил выбор за мной.

Мы провели великолепную ночь любви, потом съели пиццу в постели и вскоре задремали – или мне так показалось.

Около двух часов ночи я проснулась от пристального взгляда Гриффина. Он улыбнулся.

– Тебе неуютно от того, что мне очень нравится смотреть на тебя, когда ты спишь?

Я хрипло проговорила:

– Отчасти.

Он ухмыльнулся.

– Я разбудил тебя, подкравшись к тебе?

Я откинула волосы с лица.

– Не думаю. Кажется, я проснулась от того, что у меня голова идет кругом. Обычно, если меня что-то тревожит, я сплю беспокойно.

Гриффин кивнул. Ему не было нужды спрашивать, что меня тяготило. Вместо этого он наклонился и прикоснулся губами к моим губам.

– Что я могу сделать для того, чтобы ты уснула? Принести тебе теплого молока или погладить по спинке?

– Нет, со мной все хорошо. Спасибо.

Он задумчиво изогнул бровь.

– Я слышал, что после интенсивной физической нагрузки хорошо спится.

Я улыбнулась.

– Если это верно, то теперь мне придется проспать целую неделю.

Гриффин провел большим пальцем по моей губе, прикоснувшись так нежно, что мои тревоги развеялись.

– Ну, раз уж ты проснулась, – прошептал он, – можно я скажу тебе кое-что, что вертится у меня в голове?

– Разумеется. Конечно.

Гриффин пристально посмотрел мне в глаза.

– Мне страшно, Лука.

Я привстала, опершись на локоть.

– Чего ты боишься?

– Боюсь, что ты ничего не захочешь от меня. Что тебе от меня ничего не нужно.

У меня упало сердце.

– О боже, Гриффин, ты сильно ошибаешься. Я хочу что-то получить от тебя. – Я положила ладонь ему на грудь. – Я хочу вот чего, я хочу твою душу.

– Но ты не желаешь хотеть ее.

Господи, я все испортила! Я так волновалась из-за того, что боюсь испытать счастье, что ни на секунду не задумалась о том, что Гриффин, возможно, тоже переживает из-за того, что влюбился. Его обманывали женщины и друзья, его мучили собственные сомнения. Однако этот красавец все еще слепо доверял мне, говоря, что любит меня, перестраивая свои планы, чтобы как-то совместить наши жизни. Я испытывала массу сомнений и страхов, но не сомневалась в его намерениях или в том, что он хочет быть со мной. А все потому, что Гриффин так и не сказал мне, что любит меня, – хотя демонстрировал мне это самыми разными способами.

Мне нужно было сделать то же самое – показать ему, что я люблю его. Глубоко вздохнув, я решила, что хочу стать неразлучником.

– Давай попробуем. Я поеду вместе с тобой.

Гриффин просиял.

– Ты серьезно?

Я кивнула.

– Я до ужаса боюсь панической атаки. Но еще больший ужас я испытываю при мысли о том, что завтра позволю тебе выйти из дома, даже не попробовав самой сделать этот шаг. Ты уже завладел моим сердцем, Гриффин. Если ты уедешь без меня, ты просто увезешь его с собой, и у меня внутри останется пустота.

Схватив меня за плечи, Гриффин притянул меня к себе, крепко обнял и заговорил, зарывшись лицом мне в шею.

– Я люблю тебя, крошка. Спасибо тебе. Обещаю, что сделаю все, что в моей власти, для того, чтобы ты никогда не пожалела о своем решении.

Я знала, что он говорит правду. Только не знала, достаточно ли у него сил и возможностей для того, чтобы у нас все сложилось.

* * *

Мы отвезли Гортензию на ферму, где она всегда оставалась, когда я уезжала.

Гриффин загружал багаж в арендованный внедорожник, а я втайне от него пошла в свою комнату позвонить Доку. У меня оставалось всего несколько минут перед тем, как мы отправимся в путь. Поскольку мы решили ехать посреди ночи, было уже поздно, но я сказала Доку, чтобы он дождался моего звонка.

Он ответил после первого же гудка.

– Вы уже уехали?

– Мы как раз готовы к отъезду. Я хотела связаться с вами перед тем, как сесть в машину.

– Конечно. Как вы себя чувствуете?

Я вздохнула.

– Тревожно.

– Этого следовало ожидать…

– После нашего вчерашнего разговора мне показалось, что я обязана рискнуть и отправиться в эту поездку… Но я все еще раздумываю, не совершаю ли я огромную ошибку. Меня долго не будет дома, нам придется переезжать с одного места на другое… срыв вполне возможен… я…

– Лука, – прервал он. – Вы помните правило номер один, о котором мы всегда говорили?

Я ненадолго задумалась, а потом ответила:

– Жить настоящим.

– Да. Если жить настоящим и не думать о том, куда вас заведут ваши мысли, вы всегда будете в безопасности. Сейчас вы в безопасности. В данный момент вы находитесь в своей спальне и разговариваете со мной. Только это реально. Ваши тревоги связаны с вашими прошлыми переживаниями и страхом будущего. Если вы будете повторять эту мантру, что бы вы ни делали, с вами все будет в порядке. Если вы вспомните что-то неприятное во время поездки, то просто подумайте о том, что нужно жить настоящим. Прислушайтесь к звуку работающего мотора, сосредоточьтесь на каплях дождя за окном, съешьте что-нибудь вкусное, чем, я уверен, Гриффин накормит вас. Используйте эту ментальную практику.

– Хорошо, я постараюсь. Но, пожалуйста, будьте готовы, на всякий случай, если вы мне понадобитесь.

– Я всегда готов, моя дорогая. И запомните, я невероятно горжусь тем, что вы совершаете такой шаг.

Войдя в комнату, Гриффин хлопнул в ладоши.

– Готова?

Я кивнула.

– Ладно, Док. Мне нужно идти.

– Удачи, Лука! Если увидите в Мичигане канадских журавлей, прошу вас, сфотографируйте их для меня.

Все его мысли только об одном.

Я тихо засмеялась.

– Хорошо, договорились.

Закончив разговор, я взглянула на Гриффина, который, казалось, наблюдал за мной. Он склонил голову набок.

– Ты в порядке, крошка?

У меня часто билось сердце, мне было очень холодно, что частенько случалось, когда я сильно нервничала.

– Да, просто в последнюю минуту меня охватила какая-та паника.

Обхватив меня руками за талию, он заговорил, приблизив свои губы к моим:

– Да ладно, у меня случайно есть с собой лекарство от паники в последнюю минуту.

– Да? Что это?

– Я слышал, помогает, если сесть любимому на лицо.

У меня отвисла челюсть.

– Неужели…

– Да. На самом деле, это называется КПСЛ.

– КПСЛ?

– Когнитивно-поведенческое сидение на лице.

Я прыснула со смеху.

– И как же это работает?

– Ну… мы начинаем атаку на твой образ мыслей, ставя под сомнение вопросы, которые крутятся у тебя в голове и пугают тебя. Одновременно я занимаюсь с тобой оральным сексом и довожу тебя до оргазма. Конечный результат заключается в том, что все остальное не имеет никакого значения, не считая того, что ты кончишь мне в рот.

Я рассмеялась.

– Мне кажется, это какая-то особая психотерапия. Нужно ли иметь диплом, чтобы назначать ее?

– Этому можно научиться самостоятельно. Честно говоря, у меня есть некоторый опыт. И, судя по всему, ты могла бы прямо сейчас использовать некоторые приемы КПСЛ. В общем, я тебе предлагаю аболютно беспроигрышный вариант.

Я удивилась.

– Хочешь заняться со мной оральным сексом?

– Машина загружена. Мы опережаем график. Я думаю, что мы могли бы с пользой провести время.

Я не стала возражать. Может, оргазм принесет мне пользу и успокоит мои нервы. Но сесть ему на лицо? Я не была уверена, что меня это устраивает.

Он, вероятно, почувствовал мои опасения.

– Я успокою тебя. Я обещаю.

Гриффин лег на кровать и стянул через голову рубашку. Я не переставала восхищаться красотой его торса, а татуировка на смуглой коже только усиливала впечатление. Мне никогда не требовалось много времени, чтобы проникнуться настроением Гриффина, – достаточно было взглянуть на него.

Он заговорил хриплым голосом.

– Стой там, где стоишь. Медленно раздевайся, а я посмотрю на тебя. Начни с бюстгальтера. Хочу увидеть, как одна за другой выскочат твои сиськи.

Я сделала так, как он сказал, постепенно снимая с себя одежду. У меня сморщились соски, когда Гриффин расстегнул джинсы и достал свой огромный член. Я заметила, что его кончик уже увлажнился, и облизала губы от острого желания взять его в рот. Гриффин начал мастурбировать, держа пенис в руках, глядя, как я раздеваюсь. Мне понравилось, что он так сильно возбужден, я просто с ума сходила от этого.

– Поиграй со своим клитором, пока смотришь, как я дрочу.

Прижав два пальца к клитору, я начала поглаживать его круговыми движениями. Глядя, как Гриффин облизывает губы, я продолжала думать о том, что он почувствует, когда прикоснется ко мне. С каждой секундой ощущая все больше влаги под пальцами, я остановилась, чтобы не кончить. Видя, как любимый мастурбирует, видя, как его большая рука сдвигает вверх и вниз крайнюю плоть, я страшно возбудилась. Такое у нас происходило впервые: это было неожиданное, но желанное отступление от наших планов, без которого этот вечер наполнился бы для меня стрессом.

Он поманил меня.

– Иди сюда.

Я подошла, потом села над ним на корточках на кровати. Продолжая ласкать себя, он придвинул меня к своему лицу. Тепло, исходящее из его рта, которое я ощутила у себя между ног, породило во мне незнакомое, но ошеломительное ощущение. Волосы Гриффина покалывали мою нежную кожу. Честно говоря, со мной такого еще не случалось, и все мои сомнения и опасения быстро сошли на нет, когда я поддалась новому невероятному ощущению. Очень быстро оно достигло невероятной остроты благодаря захлестнувшим меня неизведанным раньше эмоциям.

Гриффин заговорил.

– Скажи, что тебя сейчас тревожит…

Не в силах подобрать слова, я только простонала.

– Ммм…

Он выполнил свою задачу, потому что мой чересчур активный мозг превратился в кашу-размазню. Я не только не могла вспомнить, что меня тревожило, я едва ли помнила собственное имя.

Мой нежный клитор трепетал, когда Гриффин продолжал лизать и обсасывать меня, я схватила его за голову, заталкивая ее глубже себе между ног.

– Оседлай меня, крошка! Мне нравится пожирать тебя вот так. Я все чувствую и все ощущаю на вкус. Я так сильно хочу кончить.

Его язык ласкал мои эрогенные зоны. Я больше не могла терпеть. Один из самых мощных оргазмов, какого я никогда прежде не испытывала, пронзил мое тело насквозь. Держа одной рукой пенис, а другой обнимая меня за ягодицы, Гриффин прерывисто дышал подо мной. Я поняла, что он кончает. Всей кожей я ощутила вибрацию от приглушенного звука, вырвавшегося у него в тот момент, когда его наслаждение достигло пика.

Он нежно облизал меня, пока мы оба приходили в себя.

– Это было… изумительно. Раньше я никогда этого не делала, – задыхаясь, сказала я.

Он перевернул меня на спину, накрыл мое тело своим, и я увидела, как его губы блестят от моей влаги.

– Я претендую на еще одно первенство. Именно таким способом, какой мне нравится.