Глава 27 · Лука
На следующий день я поехала на почту и обнаружила в своем абонентском ящике то, чего вообще не ожидала, – письмо от Гриффина.
Он написал мне?
Сказать, что я испытала замешательство, было бы преуменьшением. Я думала, что время, когда я получала от него письма, прошло. Он звонил мне каждый день, где бы ни находился, и его письмо безусловно стало для меня сюрпризом.
Взяв конверт, я почувствовала знакомое возбуждение. Я уже забыла, как мне не хватало предвкушения чтения письма, а теперь осознание возвращения этого ощущения застало меня врасплох. В конце концов, нас с Гриффином закружило в водовороте чувств. После того как я приехала в Калифорнию, все произошло так стремительно. Казалось, что только вчера нас не связывало ничего, кроме писем.
Бегом вернувшись к машине, я распечатала письмо.
Дорогая Лука!
Привет тебе из темного туристического автобуса, колесящего по какой-то глухомани в штате Вирджиния где-то в районе шоссе I-95. Парни отдыхают, занимаясь своими делами, а я забрался в койку, чтобы побыть одному. Возможно, ты думаешь, что мне некомфортно в этом крохотном пространстве, но оно больше, чем тебе кажется, – мы называем наш автобус двухэтажной «квартирой». Здесь уютно и тихо – идеальное место для сочинения стихов. На самом деле, гул автобуса, катящего по дороге, чаще всего убаюкивает меня по ночам.
У меня есть кровать и телевизор, и, как ни странно, это все, что мне действительно нужно. Постой. Нет. Далеко не все. Единственное, чего мне не хватает, это тебя. Я знаю, мы ежедневно разговариваем по телефону, но это слишком торопливые разговоры. И это моя вина. Обычно, когда у меня выдается свободная минута, уже слишком поздно. Но такова гастрольная жизнь.
Сегодняшний концерт в Вашингтоне оказался просто изнурительным. Удивительно, что я смотрю на аудиторию из тысяч восхищенных лиц, выкрикивающих мое имя, и меня это ничуть не волнует. Я так пресытился их вниманием, что даже немного разочарован. Не говоря уже о том, что теперь мне чертовски тяжело исполнять «Луку». А эту песню всегда хотят услышать зрители. Я все еще хочу поменять в ней слова. Потому что теперь эта история получила продолжение, не так ли? Если бы они только знали! В любом случае я должен перестать жаловаться на свою работу, потому что, на самом деле, мне чертовски повезло, что она у меня есть, и я это понимаю. Я не хочу показаться неблагодарным.
Просто мне хочется, чтобы ты была здесь. Вот и все. Я говорил себе, что это письмо должно получиться легким и веселым, чтобы вернулось прежнее настроение. Боюсь, я уже все испортил, да? Я скучаю по нашей ночной пицце. Я скучаю по поездкам за продуктами вместе с тобой. Блин, скучаю даже по Гортензии. (Вчера на завтраке я отказался от бекона. Сущая правда, любимая.)
Так или иначе… я скучаю по тебе.
Сегодня думал о тебе и слушал песню «ABBA». Она произвела на меня чертовски гнетущее впечатление. «One of Us»[15], вот как она называлась. Послушай слова. Ты поймешь, что я имею в виду.
Также «Knowing Me, Knowing You»[16], надеюсь, что это письмо повлечет за собой продолжение нашей переписки. Я могу только надеяться, что моя «Dancing Queen»[17] поймет намек и ответит мне. Остается только ответить на вопрос… как, черт возьми, твои письма будут доходить до меня?
«Mamma Mia», вот головоломка. Прими это как вызов. Как получают письма, пока находятся в пути? Мне плевать, как ты это сделаешь, просто «Gimme! Gimme! Gimme!»[18] Придумай, как будешь посылать мне письма. Ты знаешь мое расписание. Я бросаю тебе вызов. «I Have a Dream»[19], что ты найдешь способ это сделать.
Мог ли я БЫТЬ более назойливым, воспользовавшись для общения с тобой песнями «ABBA»? (Снова наш друг Чендлер Бинг.)
Господи, как я устал. И как взвинчен. И я говорил, что скучаю по тебе?
До скорого, приятель,
На самом деле…
С ЛЮБОВЬЮ,
P.S. Ответ – Да, Да, Да, ДА. Вопрос в том, очень ли сильно Гриффин любит Луку.
P.P.S. Смею надеяться, что в свое ближайшее письмо ты включишь песни «ABBA», которые я не упомянул. Посмотрим, у кого лучше получится. «The Winner Takes It All»[20]. (Еще одна, которой ты не сможешь воспользоваться.)
P.P.P.S. Пустячок из «ABBA» для тебя. Как насчет песни «Super Trooper»[21]? Я послушал ее, и мне стало жутко от того, что она отражает мою сегодняшнюю жизнь.
Что же, ему это удалось. Ему удалось заставить меня улыбнуться. Очко в его пользу.
Я прижала письмо к груди, после чего перечитала еще пару раз.
Гриффин прислал мне полное расписание своих гастролей и телефон менеджера на случай, если мне понадобится срочно связаться с ним. Если я разумно все спланирую, то мои письма доставят в города проведения концертов. Именно так я и должна была бы поступить. Нужно было позвонить менеджеру и узнать, как отправить письмо Гриффину. Это означало, что я также принимаю вызов насчет «ABBA».
* * *
Казалось, что вернулись прежние времена, когда я поздно вечером, устроившись на диване, начала сочинять ответное письмо. Просто какое-то дежавю!
Дорогой Гриффин!
Вот это да. Каждый день я узнаю о тебе что-то новенькое. Честно говоря, никогда не прислушивалась к словам «Super Trooper». Некоторые считают, что эта песня – о том, как сложна жизнь суперзвезды. Меня особенно тронул куплет, в котором они поют об одиночестве, несмотря на то что за ними по пятам следует толпа фанатов. И о том, что жизнь известного человека не избавляет его от тоски. Черт, это, как в зеркале, отражает все, о чем ты говорил в письме.
Я грезила о том, чтобы ночью притулиться рядом с тобой на твоей узкой койке. Было темно, но свет нам не понадобился. Только ты, я и звук скользящих по дороге шин… Я много думала об этом. Душой я там, с тобой, в этом автобусе. Прошу тебя, помни об этом.
В любом случае, «Honey Honey»[22], я стараюсь взять себя в руки, чтобы письмо не получилось слишком эмоциональным или грустным. Потому что в наших письмах мы всегда старались поднять друг другу настроение. (Даже когда обижали друг друга.) Поднять настроение, наверное, можно было бы песней «The Name of the Game»[23], но боюсь, что не смогу сдержаться. Сегодня вечером я во власти эмоций.
У меня в голове постоянно звучит песня «The Day Before You Come»[24], никогда не могла бы представить себе, насколько время, проведенное с тобой, изменит восприятие моей теперешней жизни без тебя. Теперь, когда ты появился и исчез, я понимаю, насколько ярче становится мир, когда ты рядом. «When All Is Said and Done»[25], я нахожу, что мне очень трудно жить без тебя. Но я не стала яснее понимать, как могли бы сложиться наши дальнейшие отношения. Не слишком ли многого я требую от тебя, говоря «Take a Chance on Me»[26], когда могу подвести тебя? Просто я не знаю верного ответа. Все, чего мне действительно хочется, – это сказать тебе «Lay All Your Love on Me»[27], но я боюсь и посылаю во вселенную сигнал «SOS», чтобы она помогла мне выбрать правильный курс.
Господи, я потерпела полный провал, стараясь обратить все в шутку. Получилась бессвязная, удручающая филиппика моей беспомощности вперемешку с букетом песен «ABBA». Но я хотя бы заработала очки за то, что включила их в письмо, как ты просил?
Как бы то ни было, я скучаю по тебе. Очень скучаю. В каком городе, ты говорил, будет прямая трансляция концерта, чтобы я смогла посмотреть? Кажется, это будет ближе к концу турне? С нетерпением жду, когда смогу увидеть тебя, Гриффин. Хотя я должна была бы присутствовать там, прошу тебя, знай, что я очень горжусь тобой, тем, как ты выходишь на сцену и выступаешь, даже находясь в подавленном состоянии. Это отнимает много сил. И я знаю, что причина некоторых мыслей, которые в последнее время, приводят тебя в уныние, во мне. Мне ужасно хочется все изменить. Но измениться должна я. А это очень трудно.
Я люблю тебя.
P.S. «Hasta Mañana»[28] (прикинь, я припомнила еще одну).
* * *
Спустя несколько дней раздался звонок. Мое сердце забилось чаще, когда я увидела номер Гриффина.
Я сняла трубку.
– Привет!
– Молодец, малышка! Мне доставили письмо в гримерную в театре «Palladium». Я знал, что ты не подкачаешь.
Мое сердце затрепетало.
– Я так рада, что оно дошло до тебя. Я переживала, что оно потеряется или просто не застанет тебя, и тогда мне придется придумать способ доставить его по другому адресу.
– Нет, все отлично. – Он нерешительно замолчал. – Послушай, у меня немного времени, потому что мне пора на саундчек, но я хочу предупредить тебя кое о чем. Я подумал, что ты не узнаешь об этом, если все еще держишь свое обещание не гуглить меня.
У меня внутри все оборвалось. О чем я не знаю?
– Да…
– На сайте знаменитостей разместили фотографии, на которых мы с тобой покидаем отель в Чикаго во время пожарной тревоги.
Я с облегчением выдохнула.
– Понятно.
– Ты ведь иногда читаешь желтую прессу в супермаркете, а я пока не знаю, появились ли какие-то из этих снимков в журналах, но я хотел предупредить тебя на случай, если ты вдруг увидишь их.
– Все нормально… Веришь или нет, я не слишком тревожусь, что меня могут сфотографировать. Конечно, это вторжение в личную жизнь, в чем нет ничего хорошего, но у меня совсем не началось паники или чего-то в этом роде.
– Что же, у меня гора с плеч, потому что поездка и без того довольно сложная, не хватало еще показаться тебе подлецом.
– Все в порядке. Не тревожься из-за этих фотографий.
Он шумно выдохнул, и я поняла, что ему полегчало. Да мне и не хотелось спорить по пустякам. Поскольку я заслуживала упреков во многом, имея в виду наши отношения, то самое малое, что оставалось в моих силах, – это выкинуть из головы злосчастные фото.
– Я по-прежнему удивлен, что они не узнали тебя. Если бы они обнаружили, как тебя зовут, то начался бы кромешный ад. Могу представить себе заголовки новостей…
Он на секунду умолк прежде, чем сменить тему.
– Кстати, о желтой прессе, я сегодня позвонил отцу.
Я удивилась.
– Правда?
– Да. Не знаю, что на меня нашло. Думаю, мне показалось, что пришло время. Он просит меня приехать к нему погостить в Лондон. Он вроде как извинился за свой поступок и хочет загладить вину.
– Это замечательно, Гриф.
– Да. Но мне придется вести себя осторожно, не хочу, чтобы он снова причинил мне боль.
– Понимаю.
Его слова немного расстроили меня, мне ведь не хотелось быть той, кто причинит ему боль. Я услышала, как кто-то окликнул его, и он сказал:
– Мне нужно идти.
– Иди. Готовься к концерту. Спасибо, что позвонил.
– Я люблю тебя, Лука.
– Я тоже тебя люблю.