Глава 18

Чернов пучил глаза, пока я делал предложение, от которого сложно отказаться. Ну, не такое, конечно, которое делал крёстный отец в одноимённом фильме, просто взаимовыгодное.

Для Чернова-то финансовый вопрос вообще вдруг встал ребром: или согласиться, или контору придётся закрывать. Совсем он её не закроет, восстановит, когда будет возможности, но время на это уйдёт. Да и чего бы не помочь, мне это пригодится.

— Я пойду с мужиками покурю, — проговорил он.

— Конечно, без проблем, — я кивнул.

Он вышел. Настолько растерялся, что забыл, что это его кабинет, а не мой. А я же сидел себе, разглядывая плакаты со схемой разборки пистолета, смотрел, кто ответственный за противопожарную безопасность и прочую бюрократию, в кабинет как раз стащили кучу табличек с фамилиями.

Я не просто так пришёл к ним. У них есть лицензии и на охранную, и на детективную деятельность, а получать такие с нуля — тот ещё геморрой даже в 90-е, тем более две сразу. И ладно, если бы я просто искал деятельность для себя, мог бы заняться, но у меня-то другая задача, и со всей этой волокитой возиться не хотел.

А тут всё уже готово. Будет фирма под легальной вывеской, а где-то внутри, далеко от чужих глаз, будет особая законспирированная группа реагирования, собственные аналитики и всё остальное, что может пригодиться. И сама фирма работает, чтобы обеспечивать эти отделы ресурсами и информацией, причём вполне себе легально.

Так это я себе представлял изначально, когда начал планировать, а по ходу дела будем вносить корректировки. Если что — изменим всё полностью, посмотрим на первый опыт.

Условия Чернову я озвучил такие: надо взять ещё несколько людей по моей рекомендации, обучить их и посодействовать, чтобы им дали лицензии. Ну и переименоваться заодно. И я становлюсь совладельцем конторы. Всей работой не занимаюсь, только некоторыми контрактами, которые выбираю сам. Взамен — финансовая поддержка и решение разных вопросов.

Вот только звучит это так, будто я собирался под прикрытием ментовского ЧОПа ставить крыши. Я сам бы подумал именно так, если бы ко мне завалился парень двадцати с небольшим лет в костюме и начал совать деньги в руки.

Об этом Чернов и заговорил, когда вернулся. Или сам додумался, или кто-то из сотрудников подсказал.

— Ты крыши коммерсантам хочешь ставить? — бывший следак шумно дышал через нос.

— Нет, снимать эти крыши… для начала. И сейчас возможность есть, в городе банд много, но сильных из них мало. Помнишь, какие идейки у первого хозяина были? Агентство «Антикрыша»? Громов всех с таких расчётом к себе и звал.

— Ну, помню, — он неохотно кивнул. — Не бухал бы, глядишь, и начали бы скоро в этом направлении копать.

— А вот сейчас подходящий момент, потом будет поздно. С крупными группировками пока не сладим… пока. Но вот мелких можно отвадить… большинство отпора не ждут, и можно их крепко прижать.

Ну и попутно — выяснять, собирать информацию, ну и заниматься тайной работой. Чернов, как я планирую, останется лицом компании, ведь он всё же бывший следак, да и взрослый мужик. Официальные клиенты будут ему доверять, а мне-то сейчас двадцать три на вид.

Плюс, он уже освоился в бизнесе, пусть и ведёт его, мне не придётся заниматься всем самому и отвлекаться на мелочи. Упрямый, конечно, как и все следаки, но я-то с такими всю жизнь общаюсь. Да я сам такой, ёклмн, чего скрывать? Так что разберёмся.

И я думаю, вот именно ему со временем открою, в чём суть организации. Но пока буду молчать. Сначала надо подход к нему найти, чтобы он сам загорелся этим делом. У каждого бывшего следака по особо важным делам обязательно есть какой-то тип, который сто пудов был виновен, но которого не получилось закрыть. У меня вот Басманов был, у Чернова тоже кто-то есть, и я даже догадываюсь — кто именно…

— Дело опасное, — проговорил он, всё это время тоже думая.

— Ещё бы. Сейчас даже в магазине сидеть опасно, налететь могут. Хрясь, и с обрезом налетает обдолбыш, кассу чистить хочет, ёпрст

Да, частный охранник в 90-е — это не вечно спящий чоповец в магазине у дома, как будет в будущем. Сейчас охранника запросто и покалечить могут, а то и ножом ударить или стрельнуть.

— Может организовать то, что вы давно собирались, — говорил я. — Телохранителей и частных детективов, пока лицензию на это не отобрали.

— А где ты его найдёшь, грамотного частного детектива? — с недоверием спросил он. — С улицы на это дело никого не возьмёшь, тут профи нужен. Чтобы и башка варила, и опыт был, и связи с милицией, и образование, чтобы все эти юридические дела знать.

— Вышка и у меня есть, и связями обзавёлся, поэтому и иду сюда. А ты же знаешь Седова, опера из УГРО Атамановского РОВД?

— Он не пойдёт, — Чернов покачал головой. — Он мент до мозга костей, к частникам никогда не пойдёт.

— Если приспичит — пойдёт. Ладно, Андрей Иваныч, — я легко стукнул ладонями по столу, — я пока всё говорить не буду, обсудим всё детально, когда будем подписывать контракт.

— Контракт? — он удивился.

— А ты как думал? Просто деньгами поделюсь, а чтобы потом догонять их? Не, Андрюха, — я помотал головой, — так бизнес не делают, и мы с тобой не родные братья. Я адвоката найму, чтобы всё перекрыто было, да и тебе спокойно будет, чтобы ты не думал, что это развод… не будет, как в рекламе: я не халявщик — я партнёр, хе!

Чернов засмеялся, я тоже. Чем больше живу в этом времени, тем больше вспоминались всякие фразочки, всякие рекламы, которые народ запомнил. Будто память пробуждалась, видя всё это вокруг.

— Но ты позвони собственнику, — посоветовал я, — скажи, что всё нашли средства, оплатим аренду в ближайшее время, чтобы не выселял. А как всё утрясём с лицензией и остальным — оформимся.

— Ты прям быка за рога берёшь.

— Время поджимает, а закроют вас, что тогда, другую фирму искать? — я усмехнулся и показал на вывеску, а потом протянул ему визитку. — Как тебе название? — спросил я.

— Вот это? — Чернов всё никак не мог перестать удивляться. — Почему ОББ? Почему «Г. Р. О. М.»? В честь Громова? А точки зачем?

— Придумаем потом расшифровку. И форму. И шевроны даже нашьём, и на тачки эмблемы сделаем. Слушай, — я наклонился и поманил его к себе. — Думаешь, я прикалываюсь? Или молодой парень бабками разжился и бизнес решил открыть, потому что все так делают?

— Если честно, — он с хрустом почесал бритый затылок. — Ну…

— Так вот… в ближайшие месяцы ожидается крупный контракт от одного московского богатея. А то его братва клюёт, и ему понадобится охрана на его точки, и анализ тех, кто на него наезжает. Куш — приличный, на миллионы. И если к тому времени всё подготовим и специфику рабочую под него сделаем как надо — дело выгорит. Потому что никто в области такое не обеспечит в короткий срок, а вести спецов оттуда — дорого очень, невыгодно, проще на месте искать. Причём сделаем по совести, чтобы не развод голимый, а всё по чесноку, надёжно, чтобы прям и дальше хотел с нами работать.

Вот это ему понравилось, и всё ему сразу стало понятно. Ну, про контракт я пока не уверен, что будет, но подходящего богатея с фамилией Александров знаю, он как раз был третьим, с кем я тогда хотел познакомиться, когда только начинал планировать, что делать дальше.

С Ивановым и Некрасовым, двумя людьми из этой тройки, я повстречался, остался только этот промышленник Александров, которому и правда портит кровь местная братва по наводке от конкурентов.

Но это всё постепенно, чтобы не спугнуть. Надо ещё сил накопить для такого крупного дела. И подзачистить самых наглых бандюков.

— Ну это интересно, — проговорил Чернов. — А то у нас вся работа — дальнобоев сопровождать, если груз дорогой. Так прикинь, что сейчас говорят? Мол, раз банду разбили, то грабить фуры больше некому и нужды в ваших услугах нет. И нахрена мы ментам помогали? — он развёл руки в стороны. — Сами себе всё испортили. Как в анекдоте про адвоката, слыхал? Папа, я в суде за один день дело выиграл, которое ты тридцать лет выиграть не мог?

— Слыхал, да. Мол, тупой ты, сына, мы тридцать лет этим делом жили, кормились, кто теперь нас кормить будет?

— Вот-вот, — он заулыбался.

— А ты честный человек, кстати, — я посмотрел ему в глаза. — Другой бы на твоём месте на своих ребят напялил бы маски, и сам бы наехал на фуру, типа, платите за проезд. А потом бы ещё пришёл к коммерсанту, мол, опять бандиты лезут? Так помогу, расценки знаете.

Чернов потупил взгляд, подумал, а потом захохотал.

— Вот же блин, даже в голову не пришло.

— Теперь уже не надо, оставь на крайний случай, — мы снова посмеялись. — Будет нормальная работа. Короче, звони, а я скоро приду с адвокатом. А это, — я пододвинул к нему две пачки денег. — Мой первый вклад в общее дело, аванс. А второй вклад — пошёл я, короче, вашу разрешительную систему душить. Кажется, знаю я, кто там сейчас рулит.

— Пистолет они забрали, — напомнил он. — Не то чтобы нужен сильно, но он у нас один. Мало ли, пригодится.

— Вернут, — пообещал я.

* * *

Теперь надо отправляться в местную разрешительную систему — они же выдавали лицензии частным охранным фирмам и охранникам, и сами же их гоняли за любое нарушение. С начальниками разрешительного отдела предпочитали дружить директора любых ЧОП, иначе работа станет совсем невыносимой.

Я знал и старого начальника отдела, и его зама Епифанова, который со временем сам станет руководителем, но ненадолго. И да, он правда взятку тянул с Чернова, намекал именно на это, а пока прессовал, чтобы запросить побольше.

Он такой и есть. Потом уедет в Нижний Тагил, но не работать, а пожить на несколько лет, там как раз есть подходящее место для таких, как он — «красная» зона.

Но обойдётся этот любитель пива и без взятки, найду к нему подход. И по пути увидел возможный шанс, как на него повлиять.

Хотел вызвать такси на выходе из конторы, но увидел вишнёвую девятку, которая торчала у остановки трамвая. Водитель в костюмчике вылез и помахал мне рукой. Хм… этого мужика не знал, но зато знал того, кто сидел на заднем сиденье.

Угу, решили обсудить нюансы вчерашнего дела? Ну, почему бы и нет. Так что подошёл без лишних сомнений.

Водитель открыл мне заднюю дверь, садись, мол. Но я сначала заглянул в салон.

— Доброе утро, Алексей Матвеич, — произнёс сидящий там полковник ФСБ Иванов. — Как ваша жизнь молодая?

Трезвый как стёклышко, выбритый, будто вообще не пил. И на «вы» снова, хотя когда напьётся, снова будет говорить по-простому, на «ты», иногда срываясь на угрозы.

— Не жалуюсь, Валентин Сергеич, — я оглядел машину. — А вам разве девятка положена? Думал, полковникам ФСБ тачку покруче дают.

— Моя тридцать первая в ремонте, — пробурчал он. — Езжу на том, что дают.

— О тридцать первая! «Волга» особая, «догонялка»? А я думал, вы все на Мерседесах гоняете, — я усмехнулся и сел на сиденье.

— А почему именно Мерседесы? — тут же спросил Иванов, хитро глядя на меня. — Видели где-то, Алексей Матвеич?

— По ящику, — я пожал плечами. — И в журнале листал, видел там, бронированный кабанчик. Вот бы такой завести. А у вас что, кто-то из коллег ездит на таком?

Он чуть помотал головой и поцокал языком.

— Не положено, хотя бывшим сотрудникам это никто не запретит. Но вы много спрашиваете, — Иванов наклонился ко мне. — А в городе Мерсов не так много, да вот иногда приезжают из соседней области. Видели, может?

— Не-а. Так бы сразу заметил, в городе один шестисотый, но он старый совсем. Новый бы сразу на глаза попал.

Так-так-так, не без причины он это говорит и спрашивает. Хочет понять, не видел ли я тех людей, которые приезжали к оперу на Мерседесе? Хотя я не сказал «нет», но тонкие намёки ему сделал, он понял их, и в ответ тоже кое-что сказал.

Упомянул про то, что это бывший сотрудник Комитета, и что машина из соседней области. Но номера я не видел, темно было.

Нравится эта конспирация Иванову, его хлебом не корми, дай что-нибудь такое сказануть, особенно когда трезвый. Он же раньше в контрразведке вроде бы работал.

Но работаем с тем, кто есть. Я вот тоже намёки делать умею.

— А где Наум? — продолжал напирать он.

— А откуда я знаю, — я развёл руками. — Он мне не друг, чтобы я им интересовался. Может, он вообще свалил в Китай. В Маньчжурию, допустим, уехал.

— Угу, уехал, — чекист хмыкнул. — А брат что говорит?

— А насчёт брата у нас договорено было, что его никто не трогает. Вот он и отдыхает от городской суеты. Как только пойму, что ему ничего не угрожает — вернётся, поработаем. Знаете, он тут решил сменить деятельность, надоел ему бандитский беспредел, хочет честно работать.

— Вот как? — Иванов всё сверлил меня взглядом. — Ну, мы его и не трогаем, пускай отдыхает, — он махнул рукой водителю. — Езжайте, Виктор. Вперёд куда-нибудь.

— А добросьте меня до РОВД, — предложил я. — Надо по работе всё решать, а тут вы как на удачу. Вот и поговорим по дороге.

Чекист кивнул, водитель поехал вперёд. Солнце светило в глаза, он опустил козырёк.

— Так вот, я новости смотрел, — сказал я, садясь поудобнее. — Вроде бы операция успешная выдалась.

— Очень, — пробурчал полковник и замолчал на пару секунд… и вдруг спросил с напором: — А где Зиновьев?

— Ну, с ним-то я тем более не общался, — абсолютно честно произнёс я.

А что, это чистая правда, я ему ни слова вчера не сказал. Сразу пальнул.

— Вот вы, Коршунов, вчера покладистее были, на контакт шли, — Иванов хмыкнул. — Но смотрите сами. Если что…

— Если что, мой номер у вас есть. Мне-то главное — что брата пока не трогают… некому больше. И от друга с его младшим братом тоже отстали, а то подсадить его хотели на дурь.

Я сделал короткую паузу, глядя в окно на город.

— Родные и друзья всегда важны, — продолжил я. — У меня детей нет, а у вас сын же ещё младший.

— Хм, — он посмотрел на меня и задумался. — Ну, моя семья — моё дело. Ну а ваша — ваше.

— Не спорю.

— Я вот что хотел обсудить…

Чекист ненадолго замолчал, пропал в собственных мыслях. Может, о детях задумался, вспомнил, что и второй пацан есть, о котором он уже подзабыл из-за трагедии первого. А то и второго сына ждёт не лучшая судьба, слишком похожая на судьбу первенца. Может, отец и займётся им, и в этот раз со вторым ничего подобного не случится.

Ну или хитрый комитетчик сейчас попробует сбить меня с толку. Ну или всё разом.

Так и вышло.

— Кто Зиновьева грохнул? — спокойно и буднично спросил он, но всё равно, пытаясь сбить меня с толку.

— Ну, спросите у того, кто замочил Беляша, — парировал я спокойным голосом, даже не растерялся. — У них там вчера месиво было, по новостям говорили. Но вообще… Зиновьев же ведь не только барыг крышевал, да? И друзья у него были, так что закрыть его официально не вышло бы никак… если за эту цепочку потянуть.

— Друзей у него нет и быть не могло, у таких как он друзей не бывает, — Иванов снова крепко задумался, но говорить он стал спокойнее. — Зато у него всякие знакомые были. Но не на работе, своим ближайшим коллегам он не верил, зато тем, кто подальше, в других близких структурах… Но вообще, может… хм-м…

— А у него самого была крыша? — спросил я. — А то везучий он больно… был.

— Был? — он сощурил глаза.

— Ну да. Вы же сами сказали, что его грохнули, — заметил я. — Вдруг крыша собственная есть. Как он так долго на плаву держался? Должны же были знать, чем он занимается в свободное время.

— Ну, знаете, Алексей Матвеич, на крышу лезть опасно, упасть можно, — предупредил Иванов. — Но с крыши вроде и видно дальше, да вот всё равно хрен разглядишь, что внизу происходят.

Кажется, мы увлеклись намёками и полунамёками. Он явно понимает, что я знаю больше, но его это будто устраивает. Будто устраивает само решение вопроса таким образом… будто не мог он добраться до него иначе. И сам даёт намёки в ответ, а не пытается выбивать из меня показания.

И про крышу сказал, что есть и опасная. Но слишком они высоко, чтобы смогли разглядеть меня. Пусть пока так и остаётся, а потом они крепко удивятся.

— Знаете что, Коршунов? — всё ещё вежливо произнёс комитетчик. — Ваш номер у меня есть, а вот мой, прямой, если понадобится.

Он полез за визиткой во внутренний карман, а под пиджаком стала видна кобура с пистолетом. Старый добрый ПМ, только рукоятка чёрная и шире обычной. ПММ это, модернизированный Макар. Не знал, что у ФСБ такие на вооружении. И почему полковник носит оружие? Он кабинетный начальник, такие обычно не вооружаются, им пушки без надобности.

— А то мало ли, как вы говорите, вдруг цепочку выйдет потянуть… — проговорил чекист, глядя перед собой. — Особенно если эта цепочка — от бачка в туалете, потянешь — всё и выпадет, вода польётся. Но если будет какая-то конкретика — звоните.

— Обсудим.

— И кстати? — Иванов будто только что вспомнил что-то важное. — Что за Г. Р. О. М. на вашей визитке? Почему про него никто не знает?

— Скоро открытие, узнаете. Даже приглашу. Может, коньяк будет.

— Не забуду.

Машина всё это время ехала дальше вдоль трамвайных путей. Вскоре высадили меня там, где я хотел, как раз напротив РОВД, рядом с пивнушкой.

И там как раз сидел капитан Епифанов из разрешительной системы, его видно через окно. Ну, время я себе экономлю. Капитан посмотрел на нас с тревогой, особенно на Иванова. Знает он его и побаивается, как-то доводилось им пересечься, и опыт для Епифанова был неудачный.

Тогда используем это, чего время терять?

Я крепко пожал Иванову руку на прощание, чтобы Епифанов это увидел. Полковник немного удивился, но ничего не сказал. А я вышел из машины и сразу направился в пивнушку.

Епифанов пил пиво. Усатый мужик с большой лысиной в ментовской рубашке, которая сильно натянулась на объёмном пузе, меня пока не заметил, да и не знал он меня ещё лично. Но в машине Иванова должен быть видеть.

— Товарищ капитан, — я подошёл к Епифанову, и тот вздрогнул, немного расплескав пива из полной кружки. — Ко мне тут обратились знакомые, у них, якобы, нарушения выявлены, и лицензию на работу отбирают. Вот, пошёл по друзьям, чтобы решить вопрос, и… — я показал в окно, где девятка с Ивановым ещё не уехала, а полковник говорил с кем-то по мобиле. — Так вот, давайте обсудим, зачем сразу отзывать лицензию? Дайте им время устранить замечания, он же только за, сами хотят по закону работать. И всё оперативно исправят.

— Это насчёт конторы Чернова? — тут же вспомнил он и с опаской посмотрел в окно. — Да там, по сути, и немного пунктов найдено. Надо просто устранения нарушить… кхм-кхм, нарушения устранить, и всё. А речи об отзыве лицензии и не идёт, вы что?

— Тогда обрадую друзей, — с намёком сказал я.

— Я акт осмотра им пришлю сегодня, пусть всё проверят по нему, — Епифанов вытер вдруг вспотевший лоб. — Ну и всё… и ствол верну, само собой. Там просто замок сменить на второй двери в комнату, которая из решётки, хлипкий он. И сейф с оружием к стене приделать, а то он на болтах ржавых держится. Там решётка же есть, к стене намертво приделанная, приварить к ней сейф и готово, вопросов больше нет. Приду тогда и акт подпишу новый.

— Ну вот и славно, — я взял солёную фисташку из чашки, стоявшей перед ним, разломил скорлупу зубами и съел на ходу.

Иванов всё ещё не уехал, ждал меня у двери. Вид у него стал недовольный.

— Это ты меня сюда привёз, чтобы свои проблемы решать? — возмутился он.

— Да я твою фамилию даже не упомянул, — вполне честно сказал я. — Мало ли кто там сидит снаружи, может, дела там у тебя. А тебе и делать ничего не пришлось, сидел себе в машине, а я вопрос важный порешал.

— Ну, Коршунов, ну ты даёшь.

Он усмехнулся, сел в машину, и водитель тронулся с места.

* * *

До назначенного часа встречи с Юлькой у меня дома ещё оставалось время, и я решил закрыть ещё пару вопросов.

Жаль, что пока в фирме Чернова ещё нет своих частных детективов, так бы отправили поработать, узнать про владельца вчерашнего Мерседеса.

Можно обратиться к кому-нибудь из частников, по пока никто не знает, кто владелец, лучше не светиться самому лишний раз. А то вдруг кто влиятельный, сдадут меня, скажут, мол, кто-то вашей машиной интересуется…

Я поехал на Остров. Там, за овощебазой была небольшая мастерская. В ней делали мебель на заказ, достаточно дорогую по местным меркам, но заказы были всегда. Иногда там подрабатывал мой дядя. Хотел с ним поздороваться, а то когда снова оказался в этом времени, видел его всего разок.

Ну и другая причина — там по соседству было СТО, и там работал Валерка, которого я сегодня видел на рынке. Но подходить к нему не стал, ведь он же меня ещё не знает. Странное ощущение: ты сам про человека знаешь всё, общались, в передрягах бывали, выпивали, видел его смерть, думал об этом годами, смирился… а сейчас его видишь живым и здоровым, но ты сам для него никто, какой-то непонятный парень, которого он видит впервые в жизни. Да, очень странное.

Сначала зашёл в мебельную мастерскую. Едва открыл дверь, как сразу запахло свежими опилками, ими был завален пол. Ревела циркулярка, толстый рыжий мужик, чем-то похожий на Карлсона, вырезал детали из широкой доски. Мизинца у него не было, и я, видя его манеру опасно держать руку у пилы, совсем не удивился.

Я кивнул ему в знак приветствия и прошёл дальше, в подсобку. Там сидели мастер, сборщик и водитель, ну и дядя Юра тут как тут. Но собрались они там не просто так: на столе перед ними стояла сковородка с жареной картошкой, сбоку примостилась открытая банка с сайрой, рядом тарелка с крупно порезанным чёрным хлебом, ещё были варёные яйца, лук, солонка, ну и водка, которую только что закончили разливать.

— Приятного аппетита, — сказал я. — Во всю трудитесь, я смотрю. Здорово, дядя Юра!

— Вот те на, ядрёный корень, — дядя поставил стакан на место. — Какими судьбами, племяш?

— Да тут в контору новую устраиваюсь, а у них мебель — дешёвый хлам. Может, чего сообразить можно? Что у вас есть подходящего?

— Ну, для конторы у нас тут чего только нету, — влез чернявый мастер, достал из-под сковородки журнал, поплевал на мозолистые пальцы и открыл. — Смотри! Расцветки разные можно. Размеры надо снять, а вот шкафы, столы… ну это за милую душу соберём. Родственнику Юрчика ещё и побыстрее сделаем, в очереди ждать не надо.

Ну, удачно зашёл, а то мебель в конторе у Чернова местами уже на ладан дышала. Вообще, представительных расходов на фирму будет много — тачка ещё одна, желательно джип, вдруг на стрелки придётся ездить, форма ещё, ружья… и тёмные стволы, о которых разрешительная система знать не будет.

Но надо, чтобы и доход появился дополнительный, ведь имеющиеся деньги уйдут быстро.

Вот бы ещё понять, откуда ключи от ячеек. Кстати, а такими можно пользоваться любому человеку, у кого есть ключ, или только тому, кто арендовал её? И ячейки у нас ли в городе или нет? А то если в Швейцарии, дело усложнится.

Ладно, с мебелью обсудили, погнали дальше. Рядом с фирмой был СТО, небольшая совсем, на пару гаражей. Слышал про это место, потому что хоть СТО и держала братва, но некоторые коллеги по милиции и прокуратуре загоняли сюда свои тачки, и им всё чинили бесплатно. Ну, само СТО денег не брало, а вот владельцам СТО обладатели тачек оказывали разные услуги взамен за этот ремонт. Так уж тогда было заведено.

Своей машины пока нет, так что зашёл внутрь на своих двоих. В одном гараже стоял «Мицубиси Паджеро» красного цвета. Здоровенный джип, настоящий «танк», братва эту машину уважала. Капот «поджарого» поднят, молодой работник копошился внутри. Волосы скрыты под кепкой, надетой задом наперёд, на руках белые китайские перчатки с пупырками, как раз уже появились.

Да, это Валера, тот самый, которого я видел на рынке. Он пока работает здесь. Потом устроится в милицию, попадёт в ОМОН, где уже раскачается и станет таким крепким кабанчиком. И его тоже отправят в командировку на Кавказ вместе с нами.

Гляжу на него, вспоминаю тот взрыв. Вот он открывает багажник и…

Я отогнал наваждение. Нет, теперь это воспоминание о будущем, которое не случится. Я принял на себя вид, будто вижу парня впервые, и подошёл ближе. Он удивился, снял перчатки, взял ветошь из ящика и худо-бедно вытер руки.

— Здорово! — сразу бросил я. — На рынке был, слышал, как ты другу рассказывал, как тебя на пятнадцать суток упекли. Но подойти не успел.

— Ну, было дело, — непонимающе ответил Валера.

— Лёха, — представился я, протянув руку.

— Валера, — он пожал её в ответ. — Но я…

— Короче, мы собираем про этого гада, который тебя подставил, всё, что есть. Что расскажешь — поможет всё. Адрес, где он был, с кем разговаривал, как выглядит, какое погоняло. Прижучить мы его хотим.

— Вы из милиции? — недоверчиво спросил Валера.

— Не совсем. Но он дорогу кое-кому перешёл, хотим с ним повидаться.

— Ладно, — удивился он.

Валера начал рассказывать об одном ублюдке, которого я знал лично. Валера мне и в первой жизни про него рассказывал, но сейчас деталей было больше, потому что воспоминания ещё свежи в его памяти.

Погоняло злодея — Кент, это мелкий бандит. Хотя понтов у него было много, на деле он мало что собой представлял. Но он действительно знает в городе многих, и связи у него, как оказалось, есть.

Бизнес у него специфический — держит несколько шалманов на окраине города, то есть борделей. Держат их многие, бизнес выгодный, ведь проституция, как говорится — одна из самых древнейших профессий.

Вот только у этого гада была особенность: ему всё было мало. Поэтому он искал новых работниц, но заманивал их к себе не добровольно: подставлял, требовал отработать долг, который вешал на неудачливых девушек всякими схемами, отбирал паспорта и подсаживал на дурь, чтобы выжать из них всё возможное.

Что плохо — я так и не узнал, кто его крыша. Бытует мнение, что братве заниматься шалманами нельзя, мол, западло это, но чтобы бандиты да отказались от таких лёгких денег?

Поборников воровских традиций на кладбищах полно, а выжившие стали более гибкими в таких вопросах. На словах одно, на деле другое. Бывало по-всякому, и крышевать шалман мог как местный пахан, так и какой-нибудь капитан, работающий на этой территории.

Так что кому-то Кент платит за защиту, и мне ещё предстояло это выяснить.

Помню, что этого Кента кто-то влиятельный отмазал, и он тогда в первую мою жизнь избежал суда: вместо ареста он получил подписку о невыезде, которую нарушил и свалил из области, а потом вообще уехал за бугор. Помню, его даже как-то по ящику крутили в одной из криминальных передач про 90-е. Представлялся авторитетом и сочинял, каким крутым паханом он был.

Помню, как некоторые зубами скрипели от злости: почему такой гад не получил за свою деятельность вообще ничего? Валера вот тоже злился, когда мы обсуждали это дело во время нашего короткого знакомства. Я же этого Кента пытался ловить, а он от него пострадал.

С Валерой вышло так: у него есть невеста, которая устраивалась на работу в одну контору по продаже косметики. Но контора оказалась подставной, и при подаче заявления о приёме на работу девушке предложили подписать разные бумаги.

Среди них оказалась долговая расписка на крупную сумму с огромными процентами, которую она не заметила и машинально подмахнула.

И вот, вместо предложения о работе к ней заявился Кент со своими торпедами и потребовал вернуть деньги или будет совсем худо, и показывал бумажку с её подписью. А когда она сказала, что денег нет, то Кент потребовал у неё их отработать.

А тут как раз Валера домой вернулся. Хотя сейчас он не на массе, но смог отхреначить этих торпед, а за Кентом гнался по улице с монтировкой, грозя ему эту самую монтировку забить в место, для этого природой не предназначенное.

Но это не удалось: на пути попался наряд ППС, который даже разбираться не стал, что случилось. Вот Валеру и забрали, оформив на него нарушение общественного порядка, нецензурную брань, а ещё оскорбление человеческого достоинства за появление в пьяном виде, потому что парень в конце рабочего дня выпил с парнями банку пива, и от него немного пахло спиртным.

Хорошо хоть, что девушка у него смогла тогда спрятаться, временно уехать, пока жениха нет. Ну и Кент к ней больше не возвращался, наверняка нашёл другую цель, попроще.

— Вот такие пироги, — проговорил Валера и развёл руками, — с котятами, как у меня бабка говорила.

— Ладно, — я поднялся. — Благодарю за информацию.

— А что вы с ним делать будете? — спросил он.

— Ты главное, если что — меня не видел. А что делать будем… ну, что получится. А если что — вот визитка.

Когда Валера узнает, где этот тип и что он действительно делает с девушками, тоже будет не против с ним поговорить. Но пока обсужу детали с братом, когда увидимся, прикинём, как всё провернуть.

А вмешаться я хочу не потому, что в первой жизни он уехал и избежал суда, а потому что пострадавших от этого Кента было много. Кого-то калечили, кого-то садили на наркоту… много кому он сломал жизнь…

Отправился домой на такси. Ехали мы через центр, я смотрел в окно, думая о делах и глядя на прохожих. Вдруг ещё какой знакомый появится, который ещё не всплыл в памяти, у меня есть большое преимущество в том, что я в первой жизни познакомился со столькими людьми и в курсе, что они собой представляют. Сразу понятно, с кем можно дела иметь, а с кем лучше не связываться.

Но увидел я нечто другое.

— Здесь тормозните, — сказал я, встрепенувшись, и сунул водителю три помятые купюры по десять рублей. — Пройдусь пешком.

Мы как раз проезжали мимо ресторана «Сибирь», модного места и дорогого, расположенного прямо в центре. Готовили там фирменный борщ, шашлыки, каждый вечер была живая музыка. Димка всё мечтал, что его пригласят сюда петь, потому что публика здесь была богатой и деньгами сыпала постоянно. Но слушали только шансон.

А недалеко от входа стоял Мерседес, чёрный, новенький, W140, шестисотый мерин, кабан… как его только не называли. Тот самый мерс, что я видел у дачи Зиновьева, но только сейчас я мог разглядеть номера, ведь вчера для этого было слишком темно.

Трёхзначные нового образца, регион не наш, соседний. Стёкла тонированы в ноль, но через лобовое окно видно, что внутри скучал только один человек — водитель. Пока я шёл к нему, он вышел покурить.

Вот из-за этого мерса я и вылез из такси. Пока тачка здесь, надо бы узнать для начала, кто на нём приехал и кому принадлежит этот Мерседес. И тогда станет понятно, что делать.

Проще будет планировать, когда знаешь, кто это такие и что им надо.