5.2

На следующее утро мы представляли собой картину, достойную кисти какого-нибудь сатирика. Собирались в "деловую поездку" как шпионы, пробирающиеся на вражескую территорию.

Я облачилась в самый простой, без вышивок, наряд. Закрепила волосы обычной лентой. И поверьте, это подвиг.

Если перед тобой лежат украшения с рубинами, с изумрудами, с сапфирами — обвязать волосы тряпкой почти от трусов, это подвиг.

С котами была отдельная история. Заставить Тай Фэна проснуться на рассвете было таким же подвигом, сравнимым с укрощением дракона. Он бубнил, что "люди спят, когда солнце еще не поднялось высоко, это противоестественно", и его пришлось буквально выкатывать из постели. И он как-то не запомнил, что половину ночи выслеживал несчастных павлинов, которых я начала беречь.

Ли Жу, наоборот, была взвинчена до предела и успела перемерить все простые платья, пытаясь найти "то самое, в котором я буду выглядеть скромно, но очаровательно". Ну, тут моя девочка.

Жун Мао оказался самым адекватным: он уже договорился с одним из возничих, подвозивших продукты в усадьбу, о повозке "без лишних вопросов". Что-то ковырял в зубах зубочисткой и выглядел очень деятельным. Он наряд евнуха не одел. Его рыжие волосы, без шапочки, определенно привлекали внимание.

— А ты не мог поскромнее?— поморщилась я, когда мы все-таки уселись в повозку.

— Глупый вопрос, хозяйка, — взметнул он свои локоны. — Я этого и добивался. Кто на вас с Ли Жу посмотрит, если есть я, такой примечательный?

И ведь не поспоришь. Красивый, хищный, с веснушками. Да, мы достигли улицы, куда и намеревались. Но Жун Мао был прав. Мы никого не интересовали. Все любовались рыжеволосым красавцем с веером, который с кошачьей грацией нас сопровождал.

— И вот не поругать тебя, — буркнула я.

— И не похвалить, — рассмеялся Жун Мао. — Хозяйка, просто расслабься и получай удовольствие. Сплетниц я беру на себя.

И он взял.

Пока мы гуляли по центру города, все свободные и несвободные барышни спрашивали, что за юноша гуляет по городу. Кошмар, по-моему, я ревную... к коту. К коту, млин, я ревную.

Столица империи Байлин была огромной, шумной и поразительно красивой. Многоэтажные здания с изогнутыми крышами, яркие вывески лавок, пестрые толпы горожан — чиновников в шляпах-путоу, торговцев в простых халатах, женщин с корзинами. Это был живой, пульсирующий организм, и после относительной тишины усадьбы его энергия била в лицо, как волна.

— Вон там, — прошептал Жун Мао, кивнув в сторону широкой улицы, которую мы только что миновали. — "Нефритовый феникс". Главная чайная. Говорят, там подают димсамы такие, что император тайком туда наведывается.

Я мельком увидела огромное двухэтажное здание с резными решетками. У входа уже толпились слуги в ливреях, ожидая своих господ. Чуть дальше виднелся другой дом, более изящный, с балконами, украшенными шелковыми шторами. Оттуда доносилась тихая музыка и смех. Тот самый "ароматный дом". Ли Жу тут же прилипла к окошку, а Жун Мао многозначительно поднял бровь.

— Интересный район, — констатировала я. — Концентрация денег и пороков на квадратный ли просто зашкаливает. Идеально.

— Для чего идеально? — сонно поинтересовался Тай Фэн, прислонившись к стенке. — Здесь же все дорого. И шумно. И люди какие-то нервные.

— Для того, чтобы нас заметили, толстяк, — объяснила Ли Жу, не отрывая глаз от улицы. — Если здесь преуспеть, все узнают. Если здесь провалиться… ну, хоть проваливаться будем с блеском.

К сожалению, нигде не было объявлений о продаже.

Мы свернули в узкий переулок, потом еще в один, еще уже. Шум большого города притих, сменившись на более камерное гудение. Мы въехали в район, который, как я позже поняла, был своего рода "буфером" между шикарным центром и ремесленными кварталами. Здесь стояли крепкие, но не вычурные дома, в первых этажах которых располагались конторы, небольшие лавки и те самые "неудачливые" заведения.

И вот, в самом тупике переулка, упиравшегося в высокую глухую стену соседнего владения, я увидела покосившейся домик. Вернее, то, что от него осталось.

Это было трехэтажное здание из темного кирпича и дерева. Вывеска, некогда резная и, должно быть, красивая, висела на одной петле, безмятежно покачиваясь на утреннем ветерке. На двери была прибита потрескавшаяся от солнца дощечка с иероглифами. "Продается. Здание с землей. Спросить внутри".

Сердце странно екнуло. Не от восторга, а от того знакомого чувства, которое бывало, когда я в своем прошлом мире находила помещение под ресторанчик. Смесь азарта, ужаса и слепой веры в то, что "вот оно".

— Ну что, — обернулась я к своим котятам, которые все меньше на них походили.— Пора осмотреть наше потенциальное разорение... ой,тьфу ты, возвышение.

Дверь скрипнула так, будто предупреждала: "Уходи, пока не поздно". Внутри пахло сыростью, пылью, старым маслом и грустью. Посителей, конечно, не было.

Лучи света, пробивавшиеся через забитые досками окна, выхватывали из полумрака печальную картину: опрокинутые скамьи, столы, покрытые толстым слоем пыли, стойку бара, на которой кто-то когда-то вырезал незамысловатый узор. В глубине виднелся проход на кухню — темный провал. Но пространство было. Высокие потолки, хорошая площадь. И лестница в углу вела наверх.

— Ого, — сказала Ли Жу без тени разочарования. — Настоящие развалины. Как в сказке про избушку, которая ждала, когда в нее вселится дух.

— Дух плесени, — флегматично уточнил Тай Фэн, чихнув от поднятой им пыли. — И мышей. Я чувствую мышей. Много.

— Зато просторно, — огляделся Жун Мао, потер подбородок. — И стены крепкие. Дверь, правда, надо менять. И окна. И пол… И, кажется, крышу. Хозяйка, оно нам надо?

Оно нам надо!

Я уже мысленно расставляла столы, вешала светильники, представляла, где будет место для сказительницы Ли Жу. Мое ресторанторское сердце забилось чаще. Да, это был конюшня. Но в каждом неудачнике скрывается потенциал. Нужно только разглядеть.

— Кто здесь? — раздался тихий, но четкий голос из темноты у лестницы.

Мы все вздрогнули. Из тени вышла женщина лет тридцати с небольшим. Она была одета просто, но опрятно, в темно-синее платье без украшений. Волосы убраны в тугой узел. Лицо умное, уставшее, с прямым взглядом карих глаз. Она держала в руках метлу. И скорее не ради уборки, а ради обороны.

— Мы увидели объявление, — быстро сказала я, делая шаг вперед и слегка кланяясь. — Интересуемся покупкой. Вы хозяйка?

Женщина медленно опустила метлу, внимательно нас оглядывая. Ее взгляд скользнул по моей простой одежде, задержался на слишком ухоженных для простолюдинок руках, потом перешел к моим спутникам. Ли Жу, вертящая головой, Жун Мао с оценивающим видом, Тай Фэн, с интересом принюхивающийся к углу. Странная компания. И хочешь не хочешь, одеты мы богато.

— Я Мэй Сю, — наконец представилась она. — Да, это мое… вернее, было моим семейным делом. А вы кто будете?

— Мы… искатели нового, — выпалила я, решив, что правда (пусть и не вся) будет лучшей политикой. — Мы хотим открыть свое дело. Заведение общепита. Видите ли, мы… с севера. И у нас есть свои рецепты, свои традиции. Это помещение показалось… многообещающим.

Мэй Сю усмехнулась, но в усмешке не было злобы. Только горькая ирония.

— Многообещающим. Да, лет двадцать назад оно и было таким. "Таверна у тихого угла". Лучший плотницкий суп в округе и пироги с угрем, которые сами просились в рот. Сюда заходили и мастера с окрестных дворов, и писцы из канцелярий. А потом… — она махнула рукой в сторону выхода, — потом там, на большой улице, открыли "Нефритовый феникс". И еще пару чайных для важных господ. Как я ни старалась, клиенты ушли. Сначала поодиночке, потом ручейком, а потом и вовсе перестали заглядывать. — Она обвела рукой пыльное пространство. — Вот и все, что осталось. Продаю, чтобы хоть какие-то деньги вернуть. Дочь замуж выдавать скоро.

— Отлично, мы готовы купить, — твердо высказалась я. — И сразу. И задаток уже готов, — я передала ей мешочек с золотыми лянями.

Мэй Сю широко раскрыла глаза. Видимо, она не ожидала таких решительных действий.

— Молодая госпожа… вы даже не торгуетесь? Не осмотрели верхние этажи? Там тоже пыльно и грязно.

— Осмотрим, — кивнула я. — Но решение я уже приняла. Место хорошее. Тупик — значит, нет сквозного потока пьяных и любопытных. Рядом богатый район, где живут те, у кого есть деньги, но которые, возможно, устали от изысканности "Нефритового феникса". А напротив, за стеной, ремесленные кварталы, где люди ценят сытную еду за разумную цену. Идеальное расположение.

Я видела, как в глазах Мэй Сю вспыхивает недоумение, а еще предположение, что я выжила из ума. И ладно, мне не привыкать.

— Вы… не первый, кто интересуется. Были купцы, хотели под склад. Один молодой повеса хотел устроить тут игорный притон. Но вы первая, кто говорит о новом заведении. С северной кухней, говорите?

— Да-да, — нетерпеливо выпалила я. — Так когда мы можем подняться на верхние этажи?

Мы поднялись по скрипучей лестнице. Второй этаж представлял собой несколько небольших комнат, которые раньше, видимо, использовались как комнаты для гостей. А на третьем располагались жилые помещения для хозяйки.

Хозяйка не соврала, грязи было предостаточно.

— Здесь мы и обоснуемся, — заявила я, обернувшись к Ли Жу и остальным. — Можно потихонечку переезжать из усадьбы.

Ли Жу уже бегала по комнатам, представляя, где поставить сундук, где постелить циновки. Жун Мао проверял прочность балок и щупал стены на предмет сырости. Тай Фэн пристроился у единственного чистого окошка, греясь на солнце, и заявил, что "здесь хорошая энергетика для сна".

Мэй Сю долго смотрела на меня, а потом неожиданно тяжело вздохнула.

— Молодая госпожа, простите, что лезу не в свое дело. Но… я не хочу вам врать и не хочу, чтобы вы потом проклинали этот день. Я должна вас предупредить.

Я насторожилась. "Вот оно, — подумала я. — Сейчас скажет про злых духов, проклятие, или что дом стоит на костях".

— Это место… оно мертвое для ресторанного дела, — тихо, но очень четко сказала Мэй Сю. — Люди сюда не пойдут. Привычка — страшная сила. Они уже двадцать лет идут на большую улицу. Они забыли эту улочку. Даже если вы будете готовить пищу богов… ее аромат не перебьет запах, доносящийся от "Феникса". А те, кто с ремесленных улиц… они скупые. Им проще похлебать похлебку дома. Ваше заведение не будет пользоваться успехом. Я уверена. Я прожила здесь всю жизнь и видела, как умирают дела. Я не хочу, чтобы вы теряли свои деньги. Вы молоды, полны энергии, найдите место получше. На оживленной улице. Даже если оно будет втрое дороже.

Она говорила это не со злорадством, а с искренней, горькой заботой бывалого человека, который не хочет, чтобы на его глазах повторилась старая ошибка.

Все замолчали. Ли Жу перестала мечтательно кружиться и посмотрела на меня.

Я понимала, что Мэй Сю права. С точки зрения обычной бизнес-логики — это самоубийство. Но я-то не обычный бизнесмен. Денег у меня полно, идей тоже. И если деньги — зло, как говорят люди, то я давно перешла на сторону добра. А еще, как бывший ресторатор, я помнила — свое дело должно процветать, но сначала "сжирать" всю зарплату.

Я подошла к Мэй Сю и тоже поклонилась, выражая уважение к ее честности.

— Благодарю вас за предупреждение, госпожа Мэй Сю. Это большая редкость — встретить такую честность. Но я все равно покупаю.

Она выпрямилась, удивленная.

— Почему? Вы не верите мне?

— Верю, — честно сказала я. — Верю каждому вашему слову. Но я верю и в кое-что другое. Давайте подождем, и я вас удивлю. Кстати, если вам интересно, я бы хотела нанять и вас, нам пригодится умелец на кухне.

Мэй Сю смотрела на меня, как на сумасшедшую. Но в ее взгляде, помимо недоумения, появился и проблеск того самого давно забытого огня — интереса, азарта.

— Нанять меня?

— Ну вас. Вы же тут работали?

— Работала.

— Тогда давайте я не буду ударяться в формулировки. Мне нужен человек, которому я могу доверять. Раз вы предельно честны, значит, доверять вам я могу. Да, — кивнула я, и общая идея обрела во мне законченную форму. — Мы не будем просто рестораном. Мы будем… службой доставки.

Доставку, по-моему, здесь еще не придумали.

Я видела, как в глазах Жун Мао загорается понимание, а потом одобрение. Ли Жу захлопала в ладоши. Они большие знатоки доставки. К нам каждый день курьеры мотались.

Мэй Сю медленно покачала головой, но теперь это было не отрицание, а изумление.

— Служба доставки… такого здесь еще не было. Только разносчики с лотками на базаре. Но чтобы из постоянной кухни… да еще в такие районы…

— Вот видите, — улыбнулась я. — Мы будем первыми. А теперь, госпожа Мэй Сю, оформим бумаги? И, если вы не против… я хотела бы предложить вам остаться. Не как хозяйке, а как управляющей. Вы знаете этот район, знаете людей. Вы мне нужны.

Ее лицо дрогнуло. Она смотрела то на меня, то на пространство своего бывшего заведения.

— Я… я подумаю, — наконец выдохнула она. — Сначала оформим продажу.

Уже ближе к полудню, я держала в руках сверток с документами и ключ. Тяжелый, железный ключ от моей новой, безумной авантюры.