6.1

Этим же вечером мы вернулись в усадьбу, а то мы словно совсем забыли про ее существование. Прислуга либо по нам скучала, либо волновалась, что доносить нечего, потому что мы постоянно отсутствовали. Они на нас набросились с расспросами и поклонами. Еле-еле от них избавились.

Когда солнце уже утонуло за стенами усадьбы, окрасив небо в цвета увядающего персика, мы с Ли Жу устроили в моих покоях настоящее переодевальное безумие.

Жун Мао притащил нам мужскую одежду, и мы там особенно и не поняли, чем она отличалась от женской. Если честно, она была удобнее, и рукава не такие широкие.

— Хозяйка, — жалобно прошептала Ли Жу, глядя на наше отражение в полированном бронзовом зеркале. Свет масляной лампы дрожал на его поверхности, делая изображение призрачным. — Мы совсем не похожи на мужчин. Мы похожи на девочек, которые стащили у папы одежду.

Я критически оглядела нас. Она была права. Тонкие запястья, торчащие из широких рукавов, гладкие, без единой щетинки подбородки, странная, слишком уж осторожная осанка. Я выпрямила плечи, попыталась встать вразвалочку, как виделa когда-то у рабочих на рынке.

— В том мире, где я выросла, — сказала я, глядя в свои собственные, слишком большие и теперь лишенные привычной подводки глаза в зеркале, — мужчины другие. Широкие в плечах, часто с бородой, грубоватые. Кому я объясняю, сама все видела. Здесь все аристократы выглядят как тщательно нарисованные картинки. На их фоне мы просто… немного женственные юноши. Допустим, из очень знатной, изнеженной семьи.

— А если нас раскусят? — Ли Жу нервно поправила шапку, отчего та съехала еще больше.

— И что сделают? — скривилась я. — Опозорят? Тебе, Ли Жу, не плевать? Ты для всех служанка, а я принцесса-пленница, которая отказалась от титула. Нам позориться уже не страшно. Главное — вести себя соответственно. Поменьше жестов, покрупнее шаг. И не улыбайся так часто. Мужчины здесь, кажется, улыбаются только тогда, когда собираются кого-то прирезать или заключить сделку.

Мы выбрались из покоев, крадучись, как настоящие шпионы, или как коты, идущие мимо миски со спящей собакой. Нам нужно было добраться до заднего выхода, минуя основные помещения, где могли оставаться слуги. Каждый скрип половицы заставлял мое сердце колотиться чаще.

В узком переходе, ведущем к служебному двору, мы столкнулись лоб в лоб с двумя темными фигурами. Я чуть не вскрикнула, но вовремя подавила звук.

— Тихо, хозяйка, это мы, — прозвучал знакомый, насмешливый шепот Жун Мао.

Он и Тай Фэн стояли перед нами, но это были не те евнухи, которых все знали. Они тоже переоделись. В темные, облегающие штаны и короткие куртки без рукавов, перехваченные широкими поясами. Одежда была простой, почти бедной, но сидела на них с какой-то дикой, хищной грацией. Жун Мао, как всегда, выглядел вызывающе эффектно даже в этом, его рыжие волосы были скрыты под темным капюшоном. Тай Фэн зевнул, и в полумраке блеснули его зубы.

— Супер, молодцы, — похвалила я. — Куда нам теперь? Вы же знатоки...

— Обиделас-сь? — поймал мой тон Жун Мао. — Хозяйка, что, ревнуешь?

— Конечно, она ревнует, — вступилась за меня Ли Жу. — В ароматный дом сходили, а мы вас за пряностями посылали. Кто же знал, что там так занятно.

— А я напоминаю, если это кому-то хоть капельку важно, что там вообще не занятно, — влез в наш диалог Тай Фэн.

— А ты молчи, — огрызнулась я. — Теперь я знаю про тех, у кого тихий омут.

— Я ничего не понял.

— И не надо, куда нам идти?

Жун Мао кивнул и, не производя ни звука, скользнул дальше по коридору. Мы потопали за ним, стараясь повторять его бесшумные движения, что получалось у нас, мягко говоря, паршиво. Тай Фэн шел позади, как темная, неторопливая гора, прикрывая тыл.

Мы вышли на маленький, закрытый со всех сторон высокими стенами двор. Здесь хранились дрова, старые бочки и прочий хозяйственный скарб. Луна, тонкий серп, уже висела в небе, бросая слабые, обманчивые тени. Цель была очевидна — высокая, гладкая стена, отделявшая усадьбу от узкой темной улочки.

— И как мы это сделаем? — спросила я, с сомнением глядя на внушительную высоту. В моем прошлом теле я бы и не подумала такое преодолевать. В этом, молодом и гибком, теоретически могла бы… но опыта лазанья по стенам у принцессы Гао Лань, понятное дело, не было.

Жун Мао и Тай Фэн переглянулись. И тогда я увидела это снова — тот самый, забытый за суетой человеческих дел, проблеск их истинной природы. Их позы изменились, стали собранными, пружинистыми. Они отступили на несколько шагов, оценивая стену взглядом.

Они оба сделали несколько легких шагов, потом резко оттолкнулись. Их тела взмыли вверх с неестественной, пугающей легкостью. Они не карабкались. Они взбежали по почти вертикальной поверхности и, перекинувшись через верх, бесшумно исчезли по ту сторону. Весь путь занял пару секунд.

Я и Ли Жу застыли с открытыми ртами.

Потом Жун Мао выглянул и буквально гарцевал на стене, которая теперь показалась мне очень тонкой.

— Хозяйка, это легко.

Ли Жу отпустила мою руку. Она зажмурилась, сделала глубокий вдох и рванула с места. Ее движения были менее отточенными, более порывистыми, но та же дикая легкость была в них. Она зацепилась за выступ, неуклюже перебралась через гребень стены и с тихим, испуганным «мяу!» свалилась на другую сторону.

Я осталась одна во дворе. Луна смотрела на меня сверху, холодная и равнодушная. Стена высилась, как неприступная крепость.

Через несколько секунд еще двое взобрались на стену. Ли Жу, Жун Мао и Тай Фэн шепотом уговаривали меня повторить за ними.

Фигня же, я вот тоже взлечу на пару метров и переметнусь на другую сторону. Что-то мне подсказывает, что нет. Я-то не кот.

— Чего ты боишься, хозяйка? — смеялся Жун Мао.

— Вы, коты со сверхъестественной силой, не испытывайте мое совершенно не сверхъестественное терпение, — искала я иной способ перебраться так, чтобы другая прислуга нас не заметила.

— Да даже если не получится, то ничего не произойдет, — флегматично добавил Тай Фэн.

— Ага, только будете мои мозги соскребать.

— Мозги вкусные.

— Правда? — изумилась Ли Жу. — Не помню, чтобы хозяйка их готовила.

— А она не готовила, их Мэй Сю делала. На вкус как печенка.

— Ой, я люблю печенку...

Вот же... коты.

Я игнорировала беседу Тай Фэна и Ли Жу, взобралась по бревнам и подозвала к себе Жун Мао.

— Возьми меня за руки и тяни.

Он и потянул, но едва я взобралась на парапет, как чуть не рухнула вперед, носом на мостовую.

— Эй, осторожней, давай, — ужаснулась я, с трудом обретя равновесие.

— Хозяйка, если ты умрешь, я обязательно извинюсь.

Так успокаивает.

Чудом мы перевалили за стену. Я мысленно себе поклялась, что такие ответственные дела доверять своим котам нельзя. У них девять жизней, а у меня одна. Мы медленно побрели в сторону ароматного дома, но я никак не могла отделаться от мысли, что за нами кто-то следит.

Сложно объяснить, но я ощущала на себе чужой, липкий взгляд. *** Куда же без иллюстраций?