18.1

Первые гости появились еще засветло. За ними другие. И вскоре мне стало казаться, что вся столица решила одновременно проверить, выдержит ли «Демонический мурлыка» нашествие благородных кланов.

У ворот Ло Чэнь с невозмутимостью каменного льва внимательно рассматривал каждое приглашение. Иногда поднимал листовку к солнцу, иногда проводил пальцем по печати, иногда просил человека немного подождать и подзывал Линь Мо. И несколько особо предприимчивых господ действительно отправились домой.

Ага, я права, приглашения уже начали подделывать.

Зал постепенно наполнялся людьми.

Сегодня здесь собралась почти вся знать Байлин. Дамы в расшитых золотом ханьфу удивленно оглядывались по сторонам, прикрывая улыбки веерами. Господа негромко переговаривались.

Кто-то с любопытством рассматривал дым курильниц, кто-то осторожно трогал вырезанные на тыквах кошачьи морды, кто-то с подозрением косился на черные бао. Но больше всего мне нравились лица гостей.

Сначала была настороженность, потом удивление, а следом появлялось то самое выражение, которого я добивалась — детское любопытство. Даже самые суровые чиновники начинали рассматривать украшения так, словно снова стали мальчишками.

На небольшой сцене уже танцевали девушки из Ароматного дома. Их алые и золотые рукава взлетали в воздух, словно языки пламени. За их спинами медленно колыхались черные полотнища с вышитыми серебряными кошачьими глазами.

Музыканты перебирали струны гуциня, флейты перекликались с тихим звоном маленьких колокольчиков, и весь зал постепенно погружался в странное ощущение праздника, который одновременно обещал веселье и легкую тревогу.

Именно этого я и добивалась.

Вдруг снаружи раздался протяжный окрик дворцового распорядителя:

— Его Величество, Сын Неба, император Байлин!

Все разговоры оборвались. Гости одновременно поднялись со своих мест. Я же поспешила к входу.

Первым вошел Чжэн Фэй, все оглядел, а за ним появился император. Следом величественно шествовала Благородная наложница, за ней семенил Суань Хуа. Чуть поодаль спокойно шел Суань Лин.

Наши взгляды встретились лишь на одно короткое мгновение. Он едва заметно кивнул. Мне. И это было приятно.

Позади наследника уже входили канцлер Янь Чжоу, генерал Лун Цзюэ и остальные придворные.

Я вместе со всеми низко поклонилась.

— Добро пожаловать в Демонического мурлыку, повелитель.

Император обвел взглядом зал. Задержался на убранстве и чуть-чуть улыбнулся.

— Ты расстаралась, все выглядит необычно и интригующе. Я жду представления, и у меня большие ожидания.

— Постараюсь вас не разочаровать, — поднималась я с колен, слушая внутри биение сердца.

Первое впечатление удалось. Гостей проводили к заранее приготовленным местам. Императорская семья, конечно, заняла самые почетные. Им был отдан весь второй этаж.

Подавальщицы плавно скользили между столами, расставляя блюда. Все спрашивали, что это такое, а девушки с удовольствием пересказывали рецепты.

Бедный генерал Лун Цзюэ к экзотике не привык, а еще боялся, что я его отравлю. Посему к еде не притрагивался. Зато коктейль хлестал, как из ведра.

Жун Мао, наблюдавший из-за кулис, довольно потер ладони.

— Боится тебя, хозяйка.

— Да, жаль, у нас слабительного не было, — посетовала я. — Как бы феерично завершился вечер.

Но пора было возвращаться к реальности. Я легонько ткнула его локтем.

— Иди готовься.

Он важно кивнул.

— Великие актеры не любят, когда их торопят.

— Великие актеры сметану с кухни не воруют.

— Уже бегу.

Он исчез за ширмой. Я встретилась взглядом с Мэй Сю. Пора.

Мы одновременно подошли к ближайшим тыквам и принялись задувать свечи. Свет постепенно исчезал. Зал медленно погружался в полумрак.

Гости начали переглядываться, а разговоры стихали сами собой.

Последняя свеча погасла. На несколько мгновений воцарилась почти полная темнота.

Тинь...

В тишине прозвенел одинокий колокольчик.

Из густого дыма курильниц медленно выступила моя Ли Жу. Она сидела на низком деревянном помосте, скрестив ноги. Серые кошачьи ушки возвышались над серебристыми волосами.

В руках покоилась старая деревянная трость сказителя. Лицо девушки освещал лишь мягкий свет одной маленькой лампы. Ли Жу тихо заговорила:

— Давным-давно... когда люди еще не умели отличать золото от солнечного света... а демоны свободно ходили среди смертных... — Ее голос был негромким, но в наступившей тишине его слышал каждый. — Жил Король-Кот, владыка жадности, повелитель раздора. Он собирал не золото, не нефрит, не драгоценности. Он крал человеческие сердца.

Люди невольно подались вперед. Благородная наложница перестала играть веером.

— Стоило ему войти в чей-то дом... — Ли Жу медленно улыбнулась. — Как брат начинал ненавидеть брата, сын отца, друг друга, потому что Король-Кот шептал каждому одно и то же... — Она понизила голос почти до шепота. — «Возьми себе еще...»

У меня у самой мурашки пошли. Лу Жу необычайно талантлива.

В этот момент из-за ширмы с оглушительным ревом выкатилось огромное мохнатое существо.

— Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А!!!

Тай Фэна мы и назначили на роль демона-кота, но его сложно было узнать во всем облачении. На нем красовалась огромная круглая маска улыбающегося кота с выпученными глазами. Пузо свисало почти до колен. Мохнатые штаны болтались при каждом шаге.

Он шел вперевалку, размахивая лапами, то и дело хватаясь за чужие пиалы, веера и воображаемые сокровища.

— Моё! — Он выхватил у какого-то чиновника пустую чашку. — Моё! — Сделал вид, будто стащил драгоценный пояс.— Всё моё!

Зал дружно расхохотался. Король-Кот важно выпятил живот. Потом неожиданно поскользнулся на собственном хвосте. Публике не понять, но хвост был настоящим.

Совершил три невероятных оборота и с грохотом рухнул на спину. Даже император не удержался от смеха.

В этот момент музыканты ударили в барабаны. Из клубов дыма вылетел красивый, грациозный Жун Мао. На нем сияли легкие доспехи, украшенные полосами, напоминавшими тигриную шкуру. Лицо скрывала благородная маска древнего воина. В руках сверкало длинное копье.

Ли Жу торжественно объявила:

— И тогда явился великий Предок-Основатель Байлин...

Музыканты отрывались. Я их предупреждала, что это будет момент кульминации, и они могут творить все, что они хотят. Они и творили.

Жун Мао рванул вперед. Тай Фэн испуганно завизжал. Началась битва актеров, которая, естественно, походила на танец. Они то прыгали, то перекатывались, уклонялись, сторонились.

Король-Кот то подпрыгивал неожиданно ловко для своего огромного живота, то смешно падал, то пытался спрятаться за столбом, то вытаскивал воображаемые сокровища прямо из рукавов придворных.

Жун Мао кружился вокруг него, словно не касался пола. Дым клубился все гуще. И наконец, после последнего стремительного прыжка, копье героя пронзило грудь Короля-Кота.

Ну, не по-настоящему. Копье пролезло между рукой и туловищем Тай Фэна.

Тай Фэн замер, медленно посмотрел на торчащее из живота древко, трагически поднял лапы к небу и с таким отчаянным воплем рухнул на помост, что половина зала снова разразилась смехом, а другая — аплодисментами.

***