19.3

Суань Лин и не помнил, когда в последний раз покидал дворец дважды за один вечер.

Ночная столица затихала. После покушения улицы опустели быстрее обычного. Лишь редкие фонари раскачивались под теплым ветром, да патрули внутренней стражи попадались гораздо чаще, чем прежде.

Чжэн Фэй ехал рядом молча. Каждый думал о своем.

Когда впереди показалась вывеска Демонического мурлыки, наследник сразу заметил, что праздник действительно закончился.

Несколько часов назад здесь гремела музыка, смеялись люди, толпились экипажи благородных домов. Сейчас двор выглядел так, словно по нему прокатилась маленькая война. Несколько разбитых столов сложили у стены. Работники смывали кровь с каменных плит. Кто-то собирал осколки пиал, кто-то снимал сорванные полотнища.

У входа, вооружившись метлами, трудились Жун Мао и Линь Мо.

Вернее, художник Линь Мо трудился, а Жун Мао изображал человека, который ужасно устал от тяжкой жизни и потому каждые несколько взмахов метлой находил крайне важную причину остановиться.

— Мне кажется, кровь лучше оттирается, если выждать сутки.

— Она оттирается, если приложить усилия и не болтать, — холодно произнесла стоявшая рядом госпожа Мэй Сю. — Хватит отлынивать! Не мне же это делать? Ты забыл, что я женщина?

— Очень властная и настырная женщина. А еще сильная и с опытом.

— Метлу держат другой стороной, — не велась на его провокации Мэй Сю.

Заметив принца, все поспешили поклониться.

— Ваше Высочество...

Суань Лин коротко кивнул.

— Мы...

Не успел он договорить, как улыбка рыжего повесы померкла. Он молча поднял руку и показал куда-то за здание.

— Она... там.

Суань Лин догадался, кого он имеет в виду.

— Госпожа попросила никого не впускать, — вклинилась в беседу Мэй Сю.

— Но я же не обычный человек, — спокойно произнес принц. — Она примет меня.

Мэй Сю пришлось промолчать. Они с Чжэн Фэем молча обошли здание.

За рестораном оказался небольшой внутренний дворик. Суань Лин сюда никогда не заходил, впрочем, устройство ресторана Гао Лань его никогда не занимало.

А зря, местечко было живописным. Места мало, тесно, очень много настилов, чтобы сушить травы, но еще здесь было большое раскидистое дерево, а под ним маленькая терраса.

Гао Лань сидела на этой террасе возле низкого столика. Как и предполагал Чжэн Фэй, она упивалась собственным чувством вины. Упивалась в буквальном смысле слова.

Перед ней стояло три кувшинчика, в которые разливают крепкое вино, и неподалеку выстроились ряды других кувшинчиков. Не откупоренных.

Она задумчиво покачивала пиалу, наблюдая, как по стенкам медленно стекает рисовое вино. Удивительно, что она еще сидит прямо. Такое количество выпивки и тигра снесет.

Услышав шаги, девушка подняла голову, чуть качнулась. Несколько секунд внимательно смотрела на гостей. Остановилась на Чжэн Фэе...

Потом подняла палец и совершенно серьезно указала на освещенное окно второго этажа.

— Она там.

Чжэн Фэй даже уточнять не стал. Просто коротко поклонился.

— Не буду мешать вам.

Друг дверью не воспользовался, прыгнул по настилу, зацепился за ставни и пропал в указанной комнате. Суань Лин проводил его взглядом и невольно улыбнулся.

— Ваши слуги удивительно быстро переняли твою манеру объясняться, Гао Лань. Жун Мао сказал ровно то же самое, когда я приехал.

Гао Лань сделала еще глоток.

— Очень удобно, не находишь?

— Не спорю.

Он подошел ближе. До него донесся запах вина. Не легкого сливового, а крепкого рисового.

Суань Лин едва заметно приподнял бровь.

— Ты выпила все это?

Она перевела взгляд на кувшины. Голос у нее чуть изменился. Появилась легкая, пьяная хрипотца.

— Возможно.

— А стоишь... то есть сидишь вполне уверенно.

— Не сглазь, еще пару бокалов... то есть пиал, и есть шанс, что я буду спать во дворе.

Наследный принц закатил глаза и подошел к ее столику. Не спрашивая разрешения, он сел напротив, взял свободную пиалу, которую Мэй Сю наверняка принесла для вида, налил себе немного вина.

— Теперь понимаю, почему твои мысли сегодня такие смелые. Ты все-таки принцесса. Не ожидал увидеть тебя за столь... неподобающим занятием. Почему рисовое вино?

Конечно, он хотел спросить о другом. О том, как она переносит ранение Ли Жу. Осознал, что она эту слабость показывать не захочет, и не настаивал.

Гао Лань фыркнула.

— Обычно я предпочитаю мужскую кровь, но сегодня ограничилась вином.

Суань Лин опустил взгляд в пиалу.

— Благодарю Небо за столь милосердное решение. Ты такая добрая. Почему же напиваешься одна? Для такого занятия нужна компания.

Она посерьезнела.

— Мне не нужна. Я редко остаюсь одна, я искала одиночества.

Атмосфера поменялась, шутки стали неуместны.

— Не страдай и не вини себя. У твоей Ли Жу отличные защитники, а скоро появится еще один, — попытался заверить ее Суань Лин. — Она будет жить, ее раны быстро затягиваются. Она защищала тебя, и я уверен, что она не пожалела.

Гао Лань пьяно прикрыла веки. Очень медленно выдохнула.

— Спасибо... — она протянула руку и коснулась пальцев принца. — Мне очень хотелось, чтобы кто-то сказал, что я не виновата.

— Ты не виновата, — разгоряченно проговорил он. — Если тебе нужно найти виновника, то гневайся на меня.

Девушка сжала кулак, отодвинув ладонь.

— Нет, ты здесь тоже ни при чем. Гневаться я буду на тех, кто это устроил.

Именно это тронуло Суань Лина сильнее всего. Пострадала она сама, были ранены ее близкие, а к служанке Ли Жу она относилась, как к родной сестре. Она могла попасть в темницу, не будь отец таким дальновидным.

По всем правилам Гао Лань должна разозлиться именно на него. Он втянул ее в интриги, от которых она старательно бежала. А она все равно не держала зла на него.

Он отпил немного вина.

— Сегодня ты помогла мне больше, чем можешь представить.

Она грустно поморщилась.

— Я и не сомневалась. Ты хоть представлял, какое я сокровище?

— Не просто сокровище, ты героиня, — подтвердил Суань Лин. — Ты заставила тех, кого я годами пытался вывести из тени, сделать первый шаг. Отец увидел то, чего раньше предпочитал не замечать. Но, — теперь он наклонился ближе и потянулся к ее руке, — зачем? Почему ты мне так помогаешь?