Глава 18. Майя

– Всё?

Ниже голос, похабнее взгляд.

– Договор. – Внутри вибрирует, и я торможу его ладонь, скользнувшую на талию. – Ты подпишешь.

– Договор на что? – хмыкает Марат.

Не спеша обходит стол, садится на своё место. Откидывается на спинку кресла.

Поганее некуда. Звягинцев прекрасно понимает, что я в его власти. Снова. Но в этот раз я на два года умнее.

– Я… – сглотнуть. – Я согласна на всё, если ты не расскажешь обо мне отцу.

– С чего вдруг такая немилость? – Марат крутит в пальцах карандаш. Не фирменный, с золотой каймой по краю.

И лучше я сосредоточусь на карандаше, чем встречу его взгляд.

– Не твоё дело. Так что, согласен?

– Маленькая, – нараспев, отчего меня начинает подташнивать, – упустить тебя второй раз было бы непростительно. И всё-таки у меня есть вопросы.

Стоять перед ним навытяжку удовольствие ниже среднего. Поэтому я возвращаюсь в кресло, где очнулась. Выпрямляю спину, вздёргиваю подбородок.

– Всё интереснее и интереснее. – Изучающий взгляд проходит по джинсам, поднимается к джемперу. Мой рука дёргается, чтобы поправить сползший ворот, но я себя останавливаю. – Что в твоём понимании считается договором?

– Официально заверенная юристами бумажка. Где в деталях будет расписано, что я должна сделать. И что после ты забудешь о моём существовании.

Говорить об этом – уже сумасшествие, но по-другому не получается. Я не хочу возвращаться к отцу. Я знать его не хочу. И пойду ради этого на всё. Реально на всё, даже на то, что легко читается во взгляде Звягинцева.

Да, глупо. Да, безумно. Да, откат вывернет меня наизнанку. Но отец… наверное, я всё же обиделась. Сильно. До того, что готова разменять себя на его незнание. И это уже аукнулось мне историей с Котом. Аукнется и договор с Маратом. Но что значат какие-то мимо проходящие мужики в сравнении с человеком, который предал всё. Моё доверие, мою любовь, мою веру.

Меня.

– Это тоже будет прописано в договоре?

– Будет прописано всё. – Натягиваю рукава на пальцы. – А если ты соврёшь, если сдашь меня отцу… – Мрачно обвожу взглядом кабинет. – Я заберу «Прометей».

– «Прометей»? – с коротким смешком переспрашивает Марат. – Мою компанию?

– Не твою. Любой дурак знает, что без Олега Ивановича ты бы давно…

– Заткнись! – Хлопок по столу, бешеный взгляд.

Есть отчего дёргаться, но я продолжаю сидеть. Сидеть и смотреть на того, кого когда-то боялась. Сейчас от этого страха, от всей меня не осталось ничего. Нутри пусто.

Жаль. Стася будет злиться.

– Если ты не собираешься меня обманывать, не потеряешь ничего. Я выполню свои обязательства, ты свои. И разойдёмся навсегда.

– Хор-рошо, – выдыхает Марат. – А если ты не захочешь расходиться?

Серьёзно? Я и не захочу?

– А если не захочу я? – продолжает он.

– Для этого и нужен договор, – пожимаю я плечами.

Мрачно глядя на меня, Марат барабанит пальцами по столу. Явно прикидывает, как отхватить больше.

– Допустим, – вдруг расслабляется он. – А под своими обязательствами ты подразумеваешь…

– Всё что угодно, кроме прыгнуть с высотки или другого подобного бреда.

Холодно.

– Всё что угодно, это… – премерзко ухмыляется Марат.

– Да, даже секс. – Пора ведь уже называть вещи своими именами? – Только одна ночь. Без вариантов.

– Маленькая, а ты интригуешь. – Прищур, блеск в глазах. Пожалуйста, пусть уже конец, а. – То есть ты готова отдаться мне на всю ночь?

Готова? Это худший кошмар в моей жизни. И в нём я тоже буду винить отца. Пусть живёт с тем, на что я пошла, лишь бы оказаться подальше от него.

– Я пересплю с тобой, так достаточно понятно? – рычу на огрызках, оставшимися от эмоций. – Или надо найти ещё синонимов, чтобы до тебя дошло?

– До меня дошло. – Усмехнувшись, Марат поднимается и подходит ко мне. Опирается ладонями о подлокотники. Нависает. – Только с чего вдруг мне рисковать компанией? Пусть даже ради дочки олигарха?

Меня передёргивает от отвращения, скрыть это не получается. Да и плевать.

– Потому что упустить меня второй раз будет непростительно. И потому что… потому…

Я снова задыхаюсь. Щёки горят, ногти до боли впиваются в ладони.

– Потому что я…

Марат смотрит с интересом. Ждёт, пока я договорю, но это выше всех моих сил.

Он приподнимает моё лицо за подбородок, большим пальцем оглаживает нижнюю губу. Его взгляд тяжелеет, дыхание сбивается.

– Я буду у тебя первым?

Стыд пробивает изморозь, что покрыла внутренности. Меня опаляет жаром, и он никак не связан с желанием.

Идиотка. Последних мозгов лишилась, чтобы предлагать ему такое?

Дёргаюсь, вырываю подбородок из захвата сильных пальцев. Вскакиваю. Отлетаю от Марата на другой конец кабинета. Пульс долбит по венам, от частого дыхания кружится голова.

Нет, нет, нет. Ни за что. Я не смогу. Не с ним.

– Страх – это нормально, – поворачивается ко мне Марат. Усмехается. – В твоём случае, маленькая, положено бояться. Но я буду нежным. Тебе понравится.

А это я уже слышала. Только не понравилось.

– Так что, зовём юристов? – сыто улыбается он.

И я не могу отказаться.

– Вот только есть нюанс. – Бежать, срочно. Но этот урод идёт ко мне, оттесняя от двери. Закричать? Проверить, насколько Микаэла любит начальство? – Проверка.

– Какая ещё проверка?

Я отступаю, пока не загоняю сама себя в угол. И не успеваю больше ничего – Марат молниеносно зажимает меня со всех сторон сразу.

– Проверка, тест, демоверсия, называй как хочешь. – Он ведёт носом по моей щеке, глубоко вдыхая. Я не дышу вовсе. – Поцелуй, маленькая.

– А не жирно? – огрызаюсь.

Выбираю момент, чтобы оттолкнуть его, почти вырываюсь… но Марат перехватывает мои ладони. Дёргает на себя, заворачивает руки за спину.

– Не заставляй делать тебе больно.

Давит сильнее, и от резкой боли у меня непроизвольные слёзы. Сволочь!

– Ничего страшного я с тобой не сделаю. Сейчас, – добавляет он со смешком. – От поцелуев не умирают, зато мы оба узнаем, так ли хорошо подходим друг другу.

– Чёрта с два!

Я дрыгаюсь, дёргаюсь, пытаюсь его укусить, но бесполезно. Мы в разных весовых категориях. Одной рукой удерживая обе мои, Марат придавливает меня к стене собственным телом. Практически обездвиживает, второй рукой больно удерживая за подбородок. Коленом раздвигает мои ноги.

А я очень хочу вернуться в обморок. Готова отдать за это всё, но…

Чужое дыхание касается моих губ, и меня разом парализует. Всё, что я могу – это зажмуриться. И не думать.

– Маленькая моя, – шепчет Марат. Его язык оставляет мокрые следы на подбородке, щеке, скуле.

И мне плохо от одной только мысли, что он будет хозяйничать внутри меня.

Но в этом, как и во всём остальном виновата только я.

Идиотка.

И, плотно сжав губы, я понимаю, что всё, конец. Сейчас Марат дёрнет меня за волосы, я открою рот и… и никакая Стася меня уже не спасёт.

Но и сдаться ему тоже уже не могу. В конце концов, сама заварила, мне и расхлёбывать. Даже если горькими, но заслуженными слезами.

И, вдохнув в последний раз, я задерживаю дыхание.