Глава 25

– Кто такая Стася? – Реально интересно, но в ответ тишина. Выхожу в коридор, иду в гостевую спальню. – Майя? Оу.

– Нет, – весело фыркает Мышка, оборачиваясь в коленно-локтевой. Да с таким прогибом в пояснице, что… – Кот!

– Мм? – Присаживаясь за ней, обвожу изгибы, в этой позе вообще крышесносные.

– Никаких «мм», ты меня и так за… да хватит. Костя! – Она со смехом падает набок. – Имей совесть.

– Совесть неинтересно, – хмыкаю и прекращаю беспредел, – интереснее тебя.

– Да фу на тебя, – пихает меня Мышка, сдувает прядь волос с лица. Вздыхает, а потом снова залезает под кровать.

– Что ищешь-то?

– Не скажу. – Вот это новость. – Ну, Кот, бывают и у девушек секреты.

– Прокладки, что ли? – Нашла секреты. Как будто мне пятнадцать. – Поехали в аптеку, и не надо будет дышать подкроватной пылью.

– Ты невозможный! – рассерженно фыркает Мышка, вылезает из-под кровати. Естественно, ярко-пунцовая. – Вот как с тобой, вообще, говорить?

– Честно со мной говорить. – Поднимаюсь, подаю ей руку. – Честно, чётко и по делу.

– Угум, – недовольно смотрит она из-под ресниц. – Какие-то капец кардинальные изменения за два дня.

– Кто же виноват, что ты такая космическая, – смеюсь, а внутри легко и радостно. – За каких-то два дня уложила убеждённого бабника на лопатки.

– Кто кого уложил, – ворчит Мышка. – И, вообще, где мой телефон?

Точно, купить телефон. А пока, так и быть, отдам ей старый.

Свернув на половине пути, беру курс на спальню.

– Держи, – набираю код прямо при ней и вскрываю сейф. Уж во что, а в Мышкину подлость не верится. – Только давай больше без Скорых, полиции и пожарных. Поехали.

– Да не я это! – разводит она руками.

– А кто? – И тут до меня доходит. Окидываю её прищуренным взглядом. – Значит, Стася…

– Какая ещё Стася? – мгновенно пугается Мышка. – Я вызвала. Надеялась сбежать, пока ты разбирался. И куда мы опять едем?

– Не куда, а зачем. – Кровать навевает ленивые мысли. Ленивые в смысле послать всё и всех и остаться дома. – За телефоном и за вещами.

– Ты издеваешься, – вздыхает она и плюхается на край кровати. Крутит в руках телефон, поднимает взгляд. – Какие ещё вещи?

– Твои вещи, в которых ты будешь ходить дома. У нас, – сразу расставляю все точки.

– Кот, это же… – снова вздыхает. – Я не могу жить у тебя. С тобой.

– Живи у нас, – улыбаюсь, окидываю взглядом спальню. – Всё, хватит разлагаться, у нас тьма дел. Гардероб сам собой не заполнится, – и за руку я утягиваю её к выходу.

– Боже, в кого я влюбилась, – стонет Мышка по пути.

Сердечная мышца ёкает, но я молчу. Нет уж, пусть сначала привяжется крепче, а с признаниями потом. А то опять испугается, сбежит и ищи-свищи эту максималистку по всему городу.

В аптеке мы заканчиваем очень быстро. Мышка просится в туалет, а через пару минут выходит заметно повеселевшей.

– Всё? – хмыкаю и переплетаю наши пальцы.

– Всё.

– Супер, тогда у нас ещё одно дело. Заедем кое-куда. – Открываю дверь машины, дожидаюсь, пока она сядет. Сажусь на водительское. – Нас там не то чтобы ждут, скорее даже наоборот, но заехать всё равно надо.

– Что это за место такое? – смешно морщится Мышка.

– Увидишь, – со вздохом торможу у ближайшего цветочного. – Обещаю, в отличие от меня ты будешь в восторге.

И Мышка действительно в восторге. Затаив дыхание, они вместе с Крис гулят над бело-розовым свёртком. Интересно, если я скажу им, что Василиса Никитична один хрен ещё ничего не понимает, меня прибьют сразу или будет шанс на амнистию?

Фыркнув, рассматриваю из окна больничный двор. Работающий мини-фонтан в центре, пара круговых дорожек вокруг, скамейки и бесконечные кусты.

– Кот. – Оборачиваюсь, встречаюсь с какой-то мягкой и светящейся изнутри Крис. – Спасибо, что приехали. Ник мотается по городу, у него тренировки, Данькина школа, секции, приборка… к нам он заезжает хоть и каждый день, но на пять минут. А одной с ума сойти можно.

С ума сойти можно от растерянной улыбки женщины, которую боялась… всё ещё боится половина офиса. А остальное можно пережить.

– Какая красивая! – выдыхает Мышка, а я засматриваюсь. На неё, не на свёрток.

И подписываюсь под каждым словом. Красивая, живая, невероятная. Лучшая из всех. Моя.

Почувствовав взгляд, встречаюсь с Крис. Слава богу, с привычной насмешливой Крис, которая вмиг вспоминает про все свои подставы. И явно собирается провернуть одну из них прямо сейчас.

– Майя, можно я тебя попрошу? – Да твою же мать. На эту притворную беспомощность я насмотрелся выше крыши. – Василиске должны были прислать неонатолога с утра, а время уже к обеду. Можешь дойти до медсестёр? Мне пока тяжеловато, – добавляет она с улыбкой.

А я понимаю, что звездец тяжело станет сейчас мне. Но Мышку не торможу, даю ей выйти за дверь, а Крис поиграть в допрос.

– Аня, – сурово хмурится она.

– С Аней всё, если тебя интересует это. – Хмыкаю, подхожу ближе к ней.

– А Аня в курсе? – И в этот момент свёрток начинает извиваться и что-то издавать на своём нечеловеческом.

– В курсе.

Отгибаю угол пелёнки, всматриваюсь в сморщенное личико.

– А Майя?

– Прекращай, Крис, – морщусь, но не отвожу взгляд от племянницы. Странное зрелище. Инопланетное, но затягивающее. – Я в состоянии разобраться со своими женщинами без тебя.

– А Майя тоже твоя? Уже? Молоденькая же совсем, а ты старый прожжённый…

И здесь я начинаю беситься. Поднимаю взгляд, но напарываюсь на веселье и… одобрение? Да охренеть просто.

– Дети это, конечно, прекрасно, – последний раз взглянув на Василиску, я отхожу, – но вы с Ником посимпатичнее будете.

– Я придушу тебя, Воскресенский! – притворно замахивается Крис, смеётся и хочет что-то добавить, но в этот момент в палату входит Мышка.

– А мне можно? – фыркает весело. – Придушить.

– Тебе можно всё. – Я снова на ней зависаю. В мозгу мелькают особо впечатляющие картинки ночи, а Мышка снова краснеет. Отучится когда-нибудь?

Друг от друга нас отвлекает кашель.

– Ребят, даже мне от вас жарко, а я только что родила, – смеётся Крис.

А мне хочется прибить её за то, что Мышка смущается ещё сильнее. Опускает голову, прячется за волосами.

– Вот и сиди тогда одна, – хмыкнув, беру Мышку за руку и веду к выходу.

– Кот, это слишком жестоко даже для тебя, – издевается она в спину, но очередное угуканье и Крис мы теряем сразу и навсегда.

– Счастливая, – выдыхает Мышка уже в машине.

– Хочешь так же? Могу устроить. – Резким движением выруливаю с парковки. – Дней через пять, когда ты будешь в состоянии.

Встречаюсь с её непонятливым взглядом. Жду, пока дойдёт, и с каким-то извращённым удовольствием смотрю, как Мышка давится воздухом. Крис права, девчонка же ещё совсем. Хотя фокусы, что она творила и повторяла ночью… жаль, очень жаль, что всё так быстро накрылось. Но ничего, я терпеливый, подожду.

– Не хочу я ничего! Тем более такого, – округляет она глаза.

– Такого нам и не надо. – Выруливаю на проспект, встаю в пробку. – Ник – балбес, ему мячом половину мозга отбило. Если рожать, так где-нибудь в Израиле, хотя и это под вопросом.

От любого случайного касания в кровь впрыскивается убойная доза эндорфинов. С желанием продлить ощущения переплетаю наши пальцы и утягиваю Мышкину руку на общий подлокотник.

– Я не особо интересовался темой, надо будет углубиться.

– Не надо никуда углубляться! – Пугается Мышка. – Ты совсем уже, Кот? Какой Израиль?

– Обычный, – пожимаю плечами, но, поймав ошарашенный взгляд, смеюсь. Подношу её руку к губам, легко целую костяшки. – Что, не хочешь стать такой же счастливой, как Крис?

– Да… нет… да не знаю я! Не сейчас же. – Она вырывает руку, ёжится, хотя в машине тепло. – Не в двадцать и не с… – осекается.

– Не со мной? – уточняю насмешливо.

Можно, конечно, вызвериться на тему Маратика, но это если совсем не иметь мозгов. Потому что Мышка здесь, рядом со мной. И ушла она вчера тоже со мной. И стала женщиной со мной. И много ещё чего было и будет. Потому что хрена с два я её отпущу.

Разве что к отцу и то исключительно в своей компании.

– Кот, я не то имела в виду. Не про то, что не с тобой, а… я, вообще, не хочу ещё детей. Сама ещё ребёнок и…

Пользуясь очередным затором, разворачиваюсь к ней всем корпусом. Мышка смотрит на меня, кусает губы и ведёт себя настолько переживательно, что прямо приятно. Так и бы попользовался ещё её чувством вины.

– Расслабься, Май. – Коснувшись щеки, легко целую её в губы и возвращаюсь к рулю. Бросаю на Мышку быстрый взгляд. – Знаешь, в чём преимущество заводить отношения с мужиком вдвое старше тебя?

– Нет у нас отношений, – бурчит она.

Ну-ну.

– Серое вещество у нас уже не просто абстрактное словечко из анатомии. Оно реально работает и работает на тебя.

– Чем это? – всё ещё недовольна Мышка.

– Если меня что-то не устроит, я скажу прямо. Если ты скажешь что-то не то – выясню, что конкретно имелось в виду. Без идиотских обид, эмоциональных качелей и остальных выходок.

– То-то ты сначала гонялся за мной по крыше, а потом пристёгивал наручниками.

Пробка внезапно заканчивается и приходится отвлечься от занимательного разговора. На светофоры и на двух дебилов, что решили погоняться по оживлённой однополосной улице в час пик. Поэтому возвращаюсь к Мышке я только припарковавшись у торгового центра, в котором мы уже были.

– Если бы не пристегнул, ты бы сбежала, – с поднятой бровью. – Смотри, как всё удачно получилось.

– Удачно? – взбрыкивает она. И раздражённо косится на меня всё время, пока я обхожу машину.

– Ок, был неправ, готов извиниться. И начну прямо сейчас, – улыбаюсь, беру её за руку и утягиваю к входу.