Глава 21

Королевский дворец Белого города был прекрасен. Белые купола его сияли среди густой зелени королевского парка. В городе ходили легенды, что этот парк может спасти от зноя и голода весь Белый город – буквально всех его жителей!

Индира, впрочем, уже имеющая представление, сколько едоков содержит богатый дом, очень сомневалась в возможностях даже такого большого сада. Впрочем, главной ценностью дворца, как и любого крупного дома Белого города, была вода. Прохладные фонтаны, скрытые в павильонах и флигелях, давали обитателям дворца все необходимое. Вода в пустыне порой дороже золота!

Уже у ворот дворца ощущалось свежее дыхание влаги из густой древесной тени. Повозка, как и положено было, остановилась, ее тщательно досмотрели и пропустили. А вот «кошку» предупредили, что ей придется оставить оружие вместе с обувью у привратника того павильона, куда ее пригласили.

Индира поблагодарила за предупреждение и не спеша двинулась вслед за девочкой-сопровождающей. Все же королевский сад был удивительно красив. Раскидистые гранатовые деревья давали густую тень, по шпалерам вился виноград, во влажных низинах радовали глаз апельсины, а на солнцепеке – финиковые пальмы. Каждому растению находился удобный и уютный уголок, а в их тени прятались клумбы с пряными травами, красивыми цветами и лекарственными растениями.

Гранатовый павильон отличался от прочих строений дворца своим цветом. Его стены были сложены из красноватого песчаника, добытого, вероятно, где-то на морском побережье. «Кошка» не знала историю этого павильона, поэтому спросила у девчонки-сопровождающей, дополнив вопрос серебряной пряжкой. Та охотно ответила:

– Этот павильон был подарком принца Лукаса своей возлюбленной супруге, принцессе Лукреции. В ее родном городе все дома были из красного камня или красного кирпича. Когда принцесса родила дочь, ее старший супруг нанял работников, чтобы доставили камень, и по его рисункам был выстроен этот павильон. Принцесса Лукреция первая высадила в королевском саду гранатовые деревья, привезенные с ее родины, они стали символом любви этой прекрасной воительницы и ее нежного супруга.

Легенду о Лукреции Индира знала – она входила в список обязательных для всех детей Белого города.

– Не знала, что во дворце сохранились такие древние сооружения, – небрежно сказала она, разглядывая источенные временем и оттого еще более необычные красноватые стены.

– Во дворце есть колодец, которому больше тысячи лет, – фыркнула девчонка, – согласно легенде, его выкопала воительница Лисанна!

– А чем еще знаменит этот павильон? – стояла на своем Индира. Она строго взглянула на девчонку, и та потупилась. Все-таки помощница привратницы и «кошка» – две разные величины. А воительнице нужно было собрать как можно больше информации о грядущей вечеринке.

– Сейчас он принадлежит принцессе Арвиде, – девчонка сморщила облупившийся на солнце нос. – Она любит вечеринки, сладких мальчиков и рахат-лукум!

«Кошка» хмыкнула. Среди воительниц любить сладости было равно изнеженности и слабости. Нет, тайно многие не отказывались от кусочка лукума или ореховой нуги, но если об этом болтают слуги – значит, хозяйка действительно позволяет себе лишнего. К тому же к «сладостям» относился и сладкий до приторности финиковый ликер, и тягучий дикий мед, и… мужчины, прошедшие определенное обучение. В общем, все вместе это характеризовало хозяйку гранатового павильона не самым лучшим образом.

Однако гости добрались до изящной арки, обозначающей вход в павильон. Девчонка указала на коновязь и передала Индиру дежурной прислужнице. Та вежливо поклонилась и предложила проводить мужчин госпожи к другим мужчинам. «Кошка» благожелательно кивнула – раз она не одна явилась в гости с мужчинами, значит, ничем этикет не нарушила.

Между тем ее перехватила вторая служанка и проводила в просторную гостиную, отделанную не яркой плиткой, а плоскими пластинками того самого песчаника, лишь чуть-чуть тронутого привычной яркой керамикой. В остальном все было как обычно – высокие лежанки вдоль стен, покрытые коврами, яркие подушки, низкие столики для кофе и множество красивых и разнообразных кальянов.

Хозяйка – принцесса Арвида – лежала в центре на огромной пуховой подушке. Перед ней стоял на коленях мальчик лет десяти, держа в руках мундштук кальяна. Еще один мальчик, постарше, варил в жаровне кофе. Ароматы табака, кофе и сладких притираний заполнили просторное помещение настолько, что «кошка» еле удержалась от чихания.

Осторожно подойдя к хозяйке, она чуть склонила голову и представилась:

– Индира, «кошка» третьей пограничной десятки первой сотни Камалы! Принцесса лениво потянулась и воззрилась на гостью в недоумении:

– Кто?

Возлежащая поблизости сухопарая дама постарше обнажила крепкие белые зубы:

– Племянница старухи Лавсикаи! Наследница!

– А! Добро пожаловать, славнейшая воительница! – принцесса выдавила улыбку и указала Индире на одно из свободных возвышений.

«Кошка» осторожно добралась до ковра, сунула под локоть подушку, прилегла, скинув обувь, и огляделась. Судя по всему, здесь собрались дочери знатных семей, никогда не бывавшие на службе, и некоторое количество их подпевал. Возле каждой гостьи сидел симпатичный мальчик с кальяном или жаровней для кофе. Некоторые пили что-то покрепче – и явно не дешевое финиковое пиво.

К устроившейся на ложе «кошке» тоже подошел мальчик – невысокий, миловидный, с чистым лицом и ясными карими глазами:

– Чего изволите, госпожа? Кофе? Кальян? Вино со льдом?

– Кофе! – воительница знала, что ей понадобится трезвая голова, и не собиралась туманить свой разум даже дымом.

Мальчик тут же принес жаровню с песком, турку, пару крохотных стеклянных чашек в серебряном приборе, вазочку с лукумом, кувшин ледяной воды и мешочек с молотым кофе. Индира благосклонно наблюдала за тем, как юный слуга готовит напиток. Она знала, что, пока не выпьет три глотка, с ней никто не заговорит, кроме хозяйки приема. Но принцесса была занята беседой с лежащей рядом женщиной, так что у новой гостьи было время оглядеться.

За резной каменной решеткой, задернутой изнутри парчовой занавеской, размещалась мужская комната. Любопытные мужья и наложники могли наблюдать за женским пиром, не показываясь посторонним на глаза. Иногда, впрочем, занавесь легонько колыхалась, привлекая внимание, доносился звон бубенцов или перебор струн, но в целом мужчины общались куда тише женщин.

«Кошка» возлежала в томной позе, но на самом деле была настороже. Ждала, кто же подойдет к ней с предложением взять себе мужчин в гарем? Эта худая и желчная особа, небрежно запустившая руку в кудри слуги? Или вот эта дама с развитыми мускулами? А может, та седовласая «кошка» с жестким и цепким взглядом?

Пока девушка раздумывала, мальчик сварил кофе и подал его на маленьком круглом подносе. Отхлебнув из бокала ледяной воды, воительница освежила рот, чтобы в полной мере ощутить вкус и крепость кофе. Обжигающий напиток скользнул по губам, наполняя все вокруг вкусом и ароматом. Чтобы отметить старания слуги, Индира не прикоснулась больше к бокалу с водой, показывая, что желает как можно дольше сохранить во рту вкус и аромат великолепно сваренного кофе. Слуга довольно заулыбался, и едва «кошка» поставила чашку после третьего глотка, как хозяйка приема хлопнула в ладоши, приподнявшись на своей подушке:

– Уважаемые гости, думаю, все уже отдохнули и расслабились, а теперь настало время повеселиться!

По ее хлопку отворилась малоприметная дверь, и оттуда разноцветным ручейком потекли юноши в ярких одеяниях танцоров. Зазвучала музыка, и многие гостьи сели удобнее, чтобы насладиться зрелищем.

Индира тоже поменяла позу, делая вид, что заинтересована. На самом деле «кошка» невольно сравнивала этих танцоров с мужьями и едва не морщилась. Мальчики, конечно, были симпатичные, но из всего разнообразия танцев умели только вилять бедрами, да и музыка проигрывала той, что звучала в ее гареме.

Зато другие гостьи были в восторге – хлопали в ладоши, присвистывали, хватали мальчиков за стройные ноги и упругие попки. В общем, вели себя, как пьяные солдаты в увольнении где-нибудь в глуши, где кроме дешевого пива и такого же дешевого борделя и развлечься нечем.

Воительница прятала недовольство за новой чашкой кофе. Как-то иначе она представляла себе высшее общество! Вечеринка, конечно, неформальная, они с подругами порой тоже чудили, но вот так откровенно пугать мальчишек? Да еще лапать их, прилюдно обсуждая стройность ног и размер достоинства? Фу!

Между тем занятая этими мыслями «кошка» пропустила момент, когда к ней поближе перебралась одна из дам. Вежливо спросила разрешения, присела рядом и кивнула на творящееся безобразие:

– Эх, какие мальчики! Вкусные, сладкие!

Индира пожала плечами:

– Почтенная тетушка оставила мне свой гарем, так что сладких мальчиков мне на целый год хватит, каждый день менять!

У собеседницы загорелись глаза:

– Так уж и хороши?

– Танцуют точно лучше, – не удержалась «кошка».

Напряжение выплескивалось из нее раздражением, и все сложнее было держать себя в руках, когда буквально рядом с ее ложем попискивал мальчишка, зажатый рослой воительницей с крупными руками и широкими плечами.

– Развлечения – это весело, но рожать дочерей лучше от проверенного мужчины из хорошей семьи, – небрежно сказала воительница, представленная как Сафрина.

Индира безмятежно улыбнулась в ответ:

– Моя тетушка дальновидная женщина, – сказала она, легонько касаясь шнурков в прическе, – она заключила договор помолвки, когда я взяла в руки первый лук. Теперь у меня есть три прекрасных мужа, от которых не стыдно родить дочерей.

Сафрина свела темные брови и бросила осторожный взгляд на хозяйку дома. Принцесса вроде бы не смотрела на них, но «кошка» чуяла взгляд и понимала, что за разговором наблюдают.

– Но разве кто-то может сравниться с цветами королевского дома? – в отчаянии переговорщица начала говорить практически открыто.

– Цветок приятного вида не всегда обладает приятным ароматом, – осторожно ответила Индира, – да и польза от такого цветка сомнительна.

– Золотой цветок принесет с собой золотое удобрение! – совсем перестала таить свой интерес воительница.

– Золотое или позолоченное? Некоторые цветочки и с приплатой никто не возьмет, – небрежно отмахнулась Индира, – потому что рядом с ними гибнет все живое…

Сафрина помолчала, наблюдая за тем, как танцовщики, кое-как отбившись от похотливых женщин, убегают прочь. Потом открыла было рот и закрыла его снова. Мрачно взглянула на «кошку» и напророчила:

– Кто слишком сильно охраняет свой сад, однажды засыпает и теряет его.

Индира склонила голову к плечу, копируя манеру тетушки разговаривать с неприятными ей людьми, и ласково ответила:

– «Кошки» чужого не берут, но и свое не отдают.

Видимо, эта воительница госпожу Лавсикаю знала лично и неплохо. Потому как вздрогнула и вскоре, скомканно произнеся приличные фразы, ушла к принцессе – докладывать о провале своей миссии.

Индира же оценила падающие через окно солнечные лучи, мысленно вздохнула и велела маленькому слуге приготовить еще чашечку кофе. Уходить с вечеринки раньше чем через три часа считалось дурным тоном.