Глава 414f7b7c

Через час Индира с мужьями покинула посольство, а на следующий день после свадеб отправилась знакомиться с наследством среднего супруга, оставив Ларишу, Рантила и десяток «кошек» охранять особняк и следить за новостями.

Последнюю ночь перед отъездом она снова провела в домике у реки. Теперь ею двигала благодарность. Иссильхан же яростно вколачивался в ее тело, пылая гневом и ревностью.

– Уедешь? С мужьями? – несколько раз спрашивал он.

– Уеду, с мужьями, – отвечала она, выгибаясь под его яростным напором. – А ты не хочешь устроить прогулку по королевству? С гаремом? – шутила она, прикусывая его крепкое плечо.

Правитель темнел лицом и разворачивал ее спиной, чтобы снова удивить натиском и изощренностью.

Расстались они на рассвете, и первую часть пути в Магриб «кошка» спала в мужской повозке.

К вечеру она проснулась и занялась делом. Нужно было узнать, что продают на базаре, сколько стоят пряности, и почему именно в этом саду выращивают апельсины, а в следующем – гвоздику. Мужья, если и подозревали что-то, оставили свои подозрения при себе. Только Хара был особенно нежен к супруге, исполнял ее малейшие прихоти и всегда был готов позвенеть мечами на стоянках. Индира не чувствовала вины перед мужьями, но иногда ее ласки становились особенно страстными, и тогда перед глазами мелькало лицо Иссильхана – яростное и жаждущее, как в их последнюю встречу. Впрочем, «кошка» умела хранить свои тайны и не доверила секрет даже подушкам.

Путешествие растянулось. Поначалу Зор и Айдан увлеклись торговыми премудростями, вели записи, узнавали особенности регионов, кое-где прикупали землю, где-то, наоборот, продавали и вкладывали деньги в новые посадки мускатного ореха или имбиря. Пару раз промахнулись, потом научились осторожности и хитрости, равняясь на местных купцов.

Их караван не спеша переползал от одного сада к другому, но через полтора месяца Индиру накрыло тошнотой. Спасал прежде нелюбимый зеленый чай и пресное имбирное печенье, но ей становилось все хуже. Еда не привлекала, щеки запали, глаза обвели серые тени. Встревоженные мужья пригласили лекаря и потом радостно скакали вокруг стола, узнав, что их возлюбленная супруга беременна.

Однако возвращаться в столицу или в Белый город было рано. Лето в разгаре, пряности и фрукты только начали собирать, и пока трудно было сказать, каким будет урожай и что сады Абармала смогут предложить Белому городу. К тому же нельзя было забывать про столицу Барабистана – Абармал был лучшим поставщиком Двора, и терять это звание Лариша не хотела.

Так что Индира с мужьями путешествовала по садам и плантациям до глубокой осени. Беременность к тому времени стала заметной, а урожай убрали в закрома и занялись сбором зимних плодов и подготовкой почвы к посадкам. На самом Юге некоторые долины позволяли снимать в год два урожая скороспелых сортов.

Достигнув крайней точки своего путешествия, Индира получила письмо от госпожи Вандеи и была счастлива объявить мужьям о том, что они возвращаются в столицу, а оттуда – в Белый город.

– Наши дочь или сын должны родиться на Родине, – с улыбкой сказала она, и мужья тотчас обняли супругу, не давая ей загрустить.

Уже утром их маленький караван повернул на Север, и через три недели быстрого пути «кошка» с облегчением увидела знакомые контуры дворцовых башен.

В особняке их встретили с восторгом. Лариша смущенно обнимала пока небольшой животик, Рантил держал в руках кипу свитков, требующих решения, резолюции или подписи. Даррая, к удивлению «кошки», стояла рядом с безусым юнцом удивительной красоты.

– Это Саррем, он поэт, и он слеп, – сказала она. – Я взяла его мужем и хочу остаться с ним здесь.

– Да будет к вам благосклонна Мать, – ответила традиционным пожеланием новобрачным Индира и, отговорившись усталостью, скрылась в своих покоях. Ей предстояло много дел: встреча с госпожой Вандеей, законниками, утрясание договора и оплата сезонных работ, но… больше всего она сейчас хотела увидеть Иссильхана. Зажечь огонек в маленькой хижине у реки и рассказать правителю Юга, как она скучала.

Дождавшись сумерек, молодая женщина неспешно спустилась вниз, подошла к воротам конюшни и остановилась. Ее ждал Хара.

– Госпожа моя, я прошу разрешения сопровождать вас ради безопасности – вашей и ребенка, – сказал он, глубоко поклонившись.

Индира глубоко втянула воздух, стараясь сдержать невольные слезы, а старший муж прижал ее к себе и шепнул на ухо:

– Клянусь, я не буду вам мешать, госпожа. Просто позвольте мне убедиться, что вам ничего не угрожает!

«Кошка» вздохнула и махнула рукой:

– Поехали!

Они пересекли мост, и Хара остался у коновязи, а Индира вошла в домик и зажгла фонарик на подоконнике. Она не знала, как Иссильхан узнавал о ее прибытии, но если она приезжала первой – он появлялся через пару часов.

Так было и на этот раз. Правитель появился и стиснул ее в объятиях. Потом отстранился, заметив ее живот, и ревниво спросил:

– Там один из твоих мужей у коновязи?

– Старший, – кивнула Индира, – они очень меня берегут.

Иссильхан поморщился, но не возразил. У них было мало времени на разговоры.