Глава седьмая. Обвинитель и обвиняемый

Адриант’эл

Я уже неделю избегал разговора с Сордидусом. Умом понимаю, что откладывать нельзя, что нужно уже допросить его и вынести вердикт, но... Всегда находились дела поважнее. Вереница наместников городов Мары, с которыми нужно познакомиться и решить, как быть дальше, допросы министров и советников, не вызывающих доверия, работа над открытием производств по всему государству, над налоговой системой, над налаживанием безопасности и морем других дел. Но... Есть у меня к дяде несколько важных вопросов, которые всё-таки необходимо задать.

Я спускался по крутым и слишком уж высоким ступенькам в подвал, где располагались темницы. С каждым шагом становилось холоднее. Воздуха не хватало, хотелось развернуться.

Преодолев последний лестничный пролёт, столкнулся со стражником и попросил проводить до камеры Сордидуса, а после отпустил его до тех пор, пока не позову. Мне не нужны лишние уши.

– Долго же ты тянул, – с ленцой проговорил дядя.

На некогда холёном лице бывшего Владыки отросла щетина, глаза болезненно сверкали.

– Было бы проще убить тебя в поединке, – признал я.

– Но тебе нужна показательная казнь.

– И любопытство не даёт покоя.

– Спрашивай. Мне всё равно уже нечего терять, – он лёг на узкую кушетку, закинул руки за голову и уставился в потолок.

Я опустился на пол напротив камеры, прислонился спиной к холодной каменной стене и заговорил.

– У меня не вяжется образ демона, которого я одолел в поединке с тем, кто подчинил себе весь Криперум и претендовал на Астранию. Ты не похож на того, кому всё это нужно. Ты похож на повесу и бабника, а не на Владыку.

– Племянник, а ты не церемонишься, – протянул пленник.

– А должен? Ты убил моих родителей, и меня прокляли по твоему приказу. До сих пор не понимаю, как ты одолел отца с такими средними навыками.

– Я его отравил. Как и твою матушку. Я не так силён, как Александр’эл, зато всегда был хитрым и прекрасно втирался в доверие. Одна беда – получив власть, я понял, что не знаю, как её удержать и, что вообще делать дальше. Мне так хотелось править, что всё остальное не имело значения. Ты умнее меня, не казнил сразу. Вот и мне надо было сначала узнать всё от прежнего Владыки, а уже потом избавляться от него... Или хотя бы оставить в живых Владычицу, она была в курсе большинства дел мужа, могла бы помочь.

Тон Сордидуса вызвал грусть и горечь. Это был тон полностью проигравшего существа.

– То есть у тебя не было плана?

– Я был молод. Даже моложе, чем ты сейчас. Мне казалось, что всё просто. Алекс был таким высокомерным. Никогда не находил времени на младшего брата. Я злился и завидовал. Он был сильным, таким из себя мудрым и властным. Меня это бесило… И тогда я решил, что тоже так смогу, только от брата нужно избавиться. И избавился.

– Что было потом? Это ведь не ты на Астранию напал, верно? – я смотрел на дядю и мне было его даже жаль.

Конкурировать с отцом невозможно. Сила. Власть. Авторитет. Он имел всё это. Но находиться рядом с ним было сложно даже самым близким.

– Потом, потом сыграли два фактора – почти фанатичное преклонение демонов пред Владыкой и неразбериха из-за смены правителя. Я с самого начала понимал, что моя Сила не так велика, как у Алекса и, что один не справлюсь. Нашёл молодого амбициозного генерала, поставил его командовать войсками, а сам с трибуны провозглашал красивые речи о том, что демоны – великий народ, который должен главенствовать над остальными. По материку мои, хотя, скорее, его, войска прокатились сметающей всё на своём пути волной. Алекс разбаловал остальные народы. Столько лет мира и разумного управления... Они совсем не ожидали нападения. Только дроу щитом закрылись. И то, если бы не горы, мы бы его преодолели, а так мороки больше, чем смысла. Тогда-то мой генерал и переметнулся на Астранию, но и там победа не далась. Магию эльфов очень трудно одолеть. Но нам и почти всей площади Криперума хватало, чтобы пировать и богатеть. Верхушку демонов я просто купил. Раздал всё, что можно, а сам жил за счёт дани от вампиров и людей… Вот и получилось, что вояки ели у генерала из рук, подогреваемые жаждой новых завоеваний, а чиновники подсели на моё золото. В какой-то момент мне показалось, что я добился успеха. Такой дурак был, слов нет. Я так жалел, что отдал Корвиру приказ тебя убить… Вместе у нас был бы шанс что-то поправить. Если бы я только знал, что ты жив…

– И этот твой генерал и сейчас рвётся на Астранию, да?

– Да. Ему тут тесно. Демоны у него под пятой, вампиры и люди выживают из последних сил. Дроу защищают горы и щит. На Астранию высадиться проще. Их щит пошёл трещинами. Эльфам и людям надо защищать гораздо большую площадь, чем дроу, да и побережье куда удобнее для высадки, чем горная гряда.

– И как его зовут?

– В том-то и беда, что я не знаю его истинного имени. Я назвал его просто Командиром. Таково было его условие. Иначе сделал бы всё, чтобы подчинить. Но, думаю, ты узнаешь его, когда увидишь. Светло-зелёные глаза, которые всегда смотрят оценивающе. Его не спутаешь ни с кем. К тому же он полукровка. В его роду точно были дроу. Кожа темнее, уши длиннее. Ах да, у него очень характерный нагрудник. На нём древо Жизни выгравировано. Чудной он, конечно…

– Выходит, опасаться нужно было не тебя.

– Выходит, что так, – он невесело усмехнулся и сел. – Ад, я никогда не искуплю того, что сделал. Я всё прекрасно знаю. Знаю, что мне осталось недолго. Знаю, что виноват перед тобой. Что мои амбиции стали виной всему, что сейчас происходит. Мне не нужно твоё прощение, я его не заслуживаю. Я только хочу тебя предупредить. Будь осторожен и правь своим умом. Не давай никому власти.

– Не волнуйся об этом. Я подниму Мару с колен и окорочу амбициозный молодняк. Я исправлю всё, что ты натворил. И я оставлю в памяти этот разговор. Мне жаль, что ты прожил свою жизнь так, а не иначе.

– Верю. Ты сильнее своего отца. Я чувствовал твою Силу даже отсюда. Невероятно, что ты смог пережить проклятье вампира и сделаться ещё лучше. Возроди Мару. Ад, прежде чем казнить, забери мою Силу, я отдаю её добровольно.

– Не такого последнего разговора с убийцей родителей я ожидал, – я вглядывался в лицо Сордидуса, который сидел на койке и тоже смотрел на меня.

Очень старался найти подвох.

Не нашёл… Совершенно измученный своими решениями, понимающий, что ничего не добился…

– Поверь, я тоже не так себе всё представлял, – он улыбался, но улыбался с такой горечью в глазах, что я в очередной раз опечалился тем, какую жизнь выбрал для себя дядя.

Молодость и глупость сгубили не одного наследника. Вот Эний тоже пал жертвой своих глупости и амбиций. Жаль, что всё сложилось так. Вместо убийства мог бы выбрать другой путь. Стать наместником в одном из городов и доказать свою значимость. Такой путь готовили мне. Но нет, Сордидус изменил путь, предначертанный ему, а заодно и мой превратил в полосу препятствий.

– Гораздо приятнее было считать тебя отъявленным негодяем, чем запутавшимся мальчишкой, который не смог исправить то, что уже нельзя было изменить.

– В любом случае, именно мои действия привели ко всему, что ты сейчас видишь вокруг. Я разорил Мару, почти угробил Тенебрис, срывал свою злость на наложницах. Я не ищу оправданий, мне не нужно прощение. Мой путь подошёл к концу. Я проиграл везде, где только мог. Но я хотя бы уйду с пониманием того, что для демонов возможно лучшее будущее, чем то, которое сложилось бы при мне. Но Силу возьми, её не бывает много.

Ну почему он не мог оказаться обычным монстром? Зачем нужно было признавать и осознавать все ужасы, которые сотворил? Почему в мире не бывает чёрного и белого? Было бы так легко. Казнить и забыть. Ведь пало бы от моей руки чудовище. А теперь я вижу перед собой обычного демона со своими грехами, каменной плитой давящими на плечи. Избалованный, подлый, но признавший свою вину. В нём нет раскаяния, потому что прощения он не заслужил, зато есть горечь понимания. Когда-то он всё испортил. И да, этого не изменить и не исправить. Он умрёт за свои глупость и гордыню.

– Я не откажусь от твоего подарка, – я поднялся на ноги, подошёл к решётке.

Сордидус сделал то же самое. Мы были очень похожи. Рост, цвет волос, черты лица. Он был тоньше и уже в плечах. Я протянул руку, положил ему на лоб и начал вслушиваться в слова древнего заклятья передачи Силы.

Голос дяди был уверенным. Он всё решил. Он не будет бежать. Не станет просить милости.

Что ж, сила действительно не бывает лишней. Я чувствовал, как струйка чужой энергии перетекает в меня и легко сливается с моей собственной.

– Не затягивай с казнью. Я очень устал ждать своей участи. И умереть я хочу от твоего приказа. Пусть весь Аквалис видит, как могущественен их новый Владыка. Думаю, это я заслужил.

– Это заслужил я.

Я вышел из темницы с тяжестью на сердце. Не могу сказать, что простил его. Убийство – есть убийство, и молодость с глупостью едва ли можно считать смягчающими обстоятельствами, но я его понял. А понимать того, кого лишу жизни, совершенно не хотелось. Хотелось видеть в нём только зло. Снова жизнь не даёт мне лёгкого пути.

Теперь ещё и кукловода искать. Где прячется этот демон, который руководит армией? И можно ли доверять солдатам или только гвардии. А гвардии можно? Столько вопросов остаются без ответа...

Наянтиэль

Я сидела в своём новеньком кабинете и под присмотром Элениэль, так звали мою новую наставницу по этикету, училась есть правильно. На Энелоте было попроще, чем в крутых земных ресторанах со всеми этими рыбными вилками, миллионом бокалов, но всё же... У королевских персон свои заморочки. Как сидеть, в каком порядке употреблять незнакомые мне блюда, о чём говорить за столом.

Эльфийка всё ещё была задумчива и пуглива, но во время наших бесед немного оживала. Было заметно, что она со всеми этими правилами этикета жила всю жизнь. Я до сих пор не знала, как она попала на Криперум и не планировала на неё давить. Надеюсь, позже она сама расскажет.

Своё отрезанное ушко Элениэль прикрыла косой, заплетённой на правую сторону. Обязательно попрошу Арантиэля вернуть девчонкам уши, когда он приедет меня замуж отдавать. Души им, конечно, этим не излечишь, но тело без увечий – уже многое даёт. А эльф без ушей... Всё равно, что человек с рабским клеймом на лице.

– Элениэль, не понимаю я, какая разница в каком порядке закуски со стола брать? – я в очередной раз сверилась со своими заметками.

– Никакой, леди Натильяэль. Но это фактически никакой, а вот в глазах высшего общества вы себя уроните. Всё должно идти в строгом порядке.

– Не ледьствуй, пожалуйста. Мы же договорились, наставница ученицу леди назвать не будет. Я бы и на сокращённые имена перешла, но для тебя это уж слишком, так что не буду настаивать.

– Хорошо, леди Натильяэль.

Захотелось её треснуть. Но ведь она даже не увернётся, воспримет как само собой разумеющееся. Пришлось запихнуть своё раздражение куда подальше.

– Ладно, леди Элениэль, будь по-твоему, – я закатила глаза и продолжила записывать, что салат надо есть после сыра.

А если я не хочу салат или сыр, что делать? Аристократия, что б их...

И вот в этом гадюшнике мне всю оставшуюся жизнь маяться? Нет уж, увольте. Побуду примерной женой немножко, а потом начну правила этикета перекраивать. Но, чтобы переделывать, надо их изучить.

Надеюсь, Эль позже проникнется моим духом панибратства и станет похожа на Теаля. Он вон тоже сначала иначе как «светлейшая» ко мне не обращался, и посмотрите, где мы теперь. Интересно, насколько я смогу склеить и разморозить эту остроухую статую с очень печальными зелёными глазками. Вызов моим способностям целительницы душ принят.

Мы занимались ещё два часа. Потом пришла портниха снимать с меня мерки. Мода академии значительно отличалась от здешней. Нужно соответствовать. Мне хоть и не перечит пока никто, но стоит выглядеть солиднее, а то придётся к братику за защитой бегать. Не хочу!

Вот тут эльфийка оживилась. Было заметно, что её увлекает одежда, причём, судя по всему, привлекает она её не с точки зрения нацепить всё на себя, а как элемент прекрасного, что ли... Может, потом выяснится, что Эль в душе мечтала быть дизайнером. Это могло бы пригодиться. Творчество исцеляет.

Ещё три часа прошло за снятием мерок, обсуждением моего будущего гардероба и прочей малозначительной болтовнёй. Короче говоря, я выуживала сплетни. Выясняла отношение к Владыке у всех, кого могла. Информация не бывает лишней.

Пока выходило, что речь Ада на церемонии народ вдохновила, но вдохновила настороженно. Если активных действий не увидят, они ему не поверят. Логично. И радует. Меня пугает это странное преклонение пред Владыкой. А тут прорисовываются зачатки собственного мнения и аналитического мышления. Не всё потеряно в этом королевстве демонов.