Глава 10

Чайник весело закипел. И в сугубо мужском кабинете руководителя полиции Ригольской монархии стало чуточку уютнее. Пододвинув кресло к камину, который зажегся, лишь ей стоило подумать, что хорошо бы огоньку добавить, она устроилась в кресле и тоже немного расслабилась. Выпив чай и съев пирожки, почувствовала, что не так уж и плоха жизнь. И даже лицо нормальное, а не серо-белое. Спать Лин совсем не хотелось. Поэтому скоро стало скучно. И девушка, изучив внимательно стол начальника, нашла там чистые листы бумаги и карандаш. Подложив под них толстую книгу с названием «Законодательства Ригольской монополии», положила сверху бумагу и, немного подумав, в который уже раз вывела сверху: Кому выгодна смерть ректора? Ей таким образом лучше думалось и анализировалось. Сторожа писать не стала, решив, что он просто нечаянный свидетель. И неожиданно для себя пришла к выводу, что практически не выгодна никому, кого она подозревала раньше. Любовнице? Но она и так поимела с него самое дорогое, что было у ректора. Хотя тера Рихардсон и не понимала действия этого газировательного артефакта, но очевидно, что он значил много, раз Лифшиц даже теракт устроил ради него? Поэтому напротив фамилии сделала надпись: «Узнать реальную стоимость и значение артефакта». Муж любовницы? Во время преступления он был рядом. И стрелял точно не он. Она это своими глазами видела. Хотя мог кого-то и нанять. Артефакт был практически в его владении тоже. Если только убрать любовника жены. Но, как она поняла, он его и так не один год терпел. И чем вызвана столь резкая перемена? Рядом с фамилией бон Ром Лин поставила жирный вопросительный знак и мелким почерком добавила: «Требует дополнительной разработки». Дальше шли жена и сын Ливингстоуна. Жена вряд ли. Хотя наличие любовницы может привести в отчаяние даже самую терпеливую женщину. Все опять упирается в стоимость и значимость артефакта. Нужно срочно все о нем разузнать! А вот сын – это уже интереснее. У него может быть мотив для убийства отца? И причиной может быть все та же любовница. Дети часто более категоричнее родителей. И если есть обида на отца, то он мог все это сделать собственноручно. Для этого, пожалуй, стоит познакомиться с мальчиком поближе. За размышлениями девушка не заметила, как Кристофер проснулся и теперь с любопытством заглядывал ей через плечо: – Аналитика в действии? – хриплым спросонья голосом поинтересовался он. – Да, – Лин кивнула в ответ. – Я думаю, нам прямо с утра нужно посетить школу, где этот парень учится. Подростки могут быть очень даже импульсивными и агрессивными, если их что-то не устраивает. – Ты так рассуждаешь, словно сама была агрессивным подростком, – усмехнулся он. – А может, и была? – девушка даже немного обиделась. Лида Рихамова боялась в своей жизни лишь одного: пузырьков. А так она и на горных лыжах кататься умела, и даже обучалась езде на мотоцикле. Правда, безрезультатно. Никак не могла повернуть ручку газа до того положения, чтобы мотор не захлебнулся и позволил агрегату сдвинуться с места. Только вовремя спохватилась, что вспоминать об этом здесь и сейчас, пожалуй, не стоит. – Была, была! – неожиданно миролюбиво согласился он. – Пойдем домой, спать давно пора. Лин зябко поежилась, представив, что сейчас нужно выйти в промозглую ночную темень. В кабинете было тепло и уютно. И она даже поела. Однако то ли все мысли были написаны у нее на лице, то ли руководитель умел читать их, но он вдруг достал крохотный голубой камушек и сжал его в руке. И пред ними развернулся портал. Вот где разгадка! Они ходят по пространству не сами, а с помощью артефактов! Удобно, но, очевидно, дорого. Вышли в холле дома бон Каллена. Мужчина устало кивнул на прощание – Спокойной ночи, Лин! – Спокойной ночи, терано! – ответила она. А Крис поморщился на обращение «терано». Однако называть его Кристофером не предложил. А она, кажется, поняла, почему. Вдруг со второго этажа донесся звонкий голосочек: – Кристюша! Я тебя уже жду. Здорово я придумала, правда? – и за балюстрадой на втором этаже показалась тера Алисия в небесно-голубом платьице. Оно было премиленькое и очень простенькое, удачно подчеркивало совершенство красоты хозяйки. – Лис, что ты здесь делаешь? – мученически простонал он, закатив глаза. – Как что? – искренне удивилась она. – У тебя сейчас в разработке серьезное дело. Ты устаешь на работе. А тебе даже поделиться не с кем, снять хотя бы часть груза с плеч. И вот я здесь и готова тебя выслушать! Лин уже зашла за угол и позволила себе негромко рассмеяться. Как же нужно хотеть замуж, чтобы вот так являться на ночь глядя к собственному жениху? И при этом на дворе отнюдь не ХХI век с его свободой нравов. А может, она специально это делает, чтобы оказаться скомпрометированной им? А Крис, как порядочный мужчина, наконец-то соизволит на ней жениться? Из обрывочных фраз она поняла, что в женихах бон Каллен ходит очень давно. Но дата свадьбы так и не назначена. Понятно, что девушке это не нравится. Да и король намекал, что сердце руководителя практики свободно… И тут она услышала то, что каким-то образом открывало завесу тайны их отношений. – Лис, какая, к граху, поддержка? Я тебе не раз говорил, чтобы ты без приглашения в моем доме не появлялась. Вот возьму и брошу тебя. И останешься опозоренной и никому не нужной. – Ах, это я останусь опозоренной? – мелодичный голосок тут же сменился на визг обиженной стервы. – Да ты когда себя последний раз в зеркале видел? Да на тебя ни одна нормальная девушка не посмотрит. Даже практикантка не делает никаких поползновений в твою сторону. Зря я на ее счет волновалась. Тера Рихардсон думала, что уснет мгновенно, лишь только коснется головой подушки. Однако она сильно ошибалась. События сегодняшнего дня всё пытались выстроиться в ряд, поэтому водили хоровод в ее мыслях и никак не хотели успокоиться. В конце концов, устав вертеться, Лин встала и пошла на кухню «попить водички». А реально она собиралась там… померзнуть. Когда-то давно она прочитала в умной статье, что если у вас бессонница, то идите и мойте пол. Организм далеко не дурак и резко захочет спать. До мытья полов у нее ни разу не дошло. Зато она поняла, что, если посидеть раздетой в прохладном кабинете, теплая кровать потом кажется раем. И засыпаешь почти мгновенно. Только она не учла одного. Времени прошло не так много, как ожидалось. И терано бон Каллен, оказывается, весьма громко продолжал выяснять отношения. В спальне стояла плотная дверь, а тут девушка оказалась один на один с их перебранкой. – Так, чем ты еще недовольна? – казалось бы, простая и достаточно нейтральная фраза, была произнесена Кристофером таким тоном, что Лин сразу от него поежилась и замерзла. Надо было бы идти обратно в комнату. Но стало очень любопытно, что ответит руководителю практики его собственная невеста. – Ты мне совершенно не даришь подарков! – вот это по-нашему, по земному. Алисия не придумала ничего нового в отношениях мужчины и женщины. – Я тебе дарил цветы. На праздники присылал торты из лучших кондитерских, – горячо возражал Крис. Непонятно было, с чего завязался этот спор и что она хотела в итоге. – Но не подарил ни одного колечка, даже самого маленького! – Лин не видела спорящих. Но прямо кожей почувствовала, как невеста терано надула губки. – Но ты же знаешь, что кольца дарят не раньше, чем на помолвку! – возразил жених. Получается, они даже не помолвлены? Тогда девица ведет себя слишком капризно и раскованно. Даже на Земле могли бы такого не понять. И обычаи интересные. – Хорошо, тогда сделай мне полезный подарок! – вдруг миролюбиво предложила она. – Полезный? – он очень сильно удивился. – И что же ты хотела бы получить? – А ты разве не догадываешься? Я, как любая ригольская девушка, мечтаю о газировальном артефакте! – неожиданно выдала она. И если секунду назад Лин хотела незаметно вернуться в комнату, то сейчас решила, что ей нужно остаться и обязательно дослушать, чем закончится разговор. Возможно, она получит ответ на тот вопрос, который стеснялась задать просто так. А вдруг этим выдаст то, что она попаданка? – Грах, вы что, с ума все посходили с этим артефактом! – вдруг выругался Кристофер. – Ты разве не понимаешь, что он был экспериментальной разработкой группы артефакторов. Работали они под руководством ректора. А Ливингстоун, как ты догадываешься, мертв. И завтра с почестями будет похоронен на центральном кладбище Рильи. И я даже не знаю, есть ли второй экземпляр этого прибора. – А первый у кого? – не сдавалась настырная девица. – Первый он отдал своей секретарше. –Так забери у нее! По голосу Криса Лин слышала, что он еле сдерживается. – Я не могу! Я же тебе уже говорил, что сам был свидетелем, как он передал артефакт ей по своему разумению и согласию! И без веской причины забрать не могу. Для этого суд должен вынести решение. У Лин тут же в голове всплыла мысль: «Добровольная передача артефактов. Статья 345 Гражданского кодекса Илбании». Отлично, в ее голове, оказывается, есть в наличии не только законодательство Российской Федерации, но и законы нового места жительства. Только нужно уточнить, насколько сильно совпадают кодексы Илбании и Риголя. Ведь жители говорят на одном и том же языке. Да и культуры у них похожи. Возможно, два государства когда-то были одним. Только пока она об этом рассуждала, потеряла нить разговора. И очнулась, когда Алисия безапелляционно заявила: – Тогда я сейчас уйду отсюда, и больше моей ноги не будет в этом доме! Посмотрим, кто согласится родить тебе наследника! – послышался стук каблучков, а затем громко хлопнула дверь. И пока Лин хлопала глазами, не понимая, что сделать или сказать, перед ней вырос сам терано. – Много слышала? – буркнул он. – Почти все! – покаялась Лин. – Прости, что так вышло! – решил извиниться мужчина. А девушка решила, что хоть время и очень позднее, но вполне уместно сейчас расспросить, а что это за артефакт. И она, состроив невинное личико, ввернула: – Терано, а чем это артефакт так знаменит?