Глава 9

Три дня до совершеннолетия принца Роберта

– Здравствуйте! С вами Алия Данбровски, «Вечерние новости». Срочное сообщение из дворца: свадьба его высочества принца Роберта состоится завтра в девять часов утра во дворце Вильяма Победоносного. На площади перед дворцом уже начали собираться желающие первыми поздравить жениха и невесту.

Камера показала дворцовую площадь, на которой каэльцы деловито разворачивали палатки. На королевскую стражу, по случаю торжества переодетую в парадную форму, они не обращали ни малейшего внимания.

Камера вернулась в студию, где ведущая в строгом костюме без улыбки продолжила:

– Избранницей принца стала Лиана Саливан, восемнадцати лет. Девушка воспитывалась в детском доме, её родители неизвестны.

Камера показала принимающую поздравления Лиану. Двигалась она скованно – возможно, первый раз перед камерой, стесняется. Или не привыкла носить официальный костюм. Наверняка: Лиана умудрилась запутаться в узкой юбке и чуть не упала, но принц невесту удержал. Девушка благодарно улыбнулась жениху. Впрочем, счастливая улыбка не сходила с её лица.

– Лиана Саливан с десяти лет стоит на учёте комиссии по делам недееспособных граждан с диагнозом «алалия». Страдающие от этой болезни не могут воспроизводить или понимать речь вследствие повреждения речевых областей в полушариях головного мозга.

Камера показала его высочество.

– Моей королеве требуется больше заботы и участия, только и всего, – говорил он. – Да, это тяжёлый диагноз, и мы не надеемся на полное выздоровление. Но мы любим друг друга, и это главное.

На два шага позади него как обычно возвышался дракон Сильвен, и вид имел такой, словно его только что заставили проглотить лимон.

Камера снова вернулась в студию.

– Смотрите прямой эфир королевской свадьбы завтра в девять часов. К другим новостям…

***

– И специальный гость нашей программы, – объявил ведущий «Каэльских сплетен», самой рейтинговой развлекательной программы на каэльском телевидении за последнюю неделю. – Встречайте – юный наследник, его высочество принц Роберт! М-м-м, и с невестой.

Эта студия разительно отличалась от новостной: вместо строгого письменного стола и экрана сбоку от ведущей здесь сцена имитировала гостиную. Разве что огромный, на всю стену экран светился за спинками диванов. Сейчас на нём сиял герб Каэлии, и в студии включили гимн. Зрители дружно встали, подпевая.

Влюблённая пара выглядела прекрасно – с этим ещё раньше согласились абсолютно все таблоиды. «Ах, как они друг другу подходят!» Невеста сияла от счастья, принц сдержанно улыбался. Но как они друг на друга смотрели!..

– Ну же, ваше высочество, мы здесь, – игриво напомнил ведущий – экстравагантный мужчина за тридцать, сам, по слухам, активно предпочитавший отнюдь не девушек. – Ах, сколько сердец разбилось сегодня! Моё совершенно точно разбито. Ваше высочество, как вы могли?!

Роберт отвлёкся от невесты – он усадил её рядом с собой на диван, аккуратно обнимая за талию – и бросил на ведущего спокойный взгляд.

– Господин Невицки, вы смущаете мою королеву.

Девушка и правда прятала лицо на груди принца. Даже такая интимная и неуклюжая поза у этих двоих выглядела красиво.

– Королева? – подхватил ведущий. – Какое интересное любовное прозвище.

– Это титул, – поправил принц.

– Но коронация ведь…

– Завтра, во время свадьбы. – Роберт повернулся к жене и тут же на его губах заиграла нежная улыбка. – Лиане очень нравится её корона. Правда, солнышко?

Девушка медленно и как-то заторможено кивнула. Это неестественное движение привлекло всех в студии и вызвало новый вопрос:

– Скажите, ваше высочество, а как вы относитесь к диагнозу вашей невесты?

Роберт удивлённо посмотрел в камеру.

– Я люблю её, с диагнозом или без. Конечно, я был бы счастлив, будь Лиана здорова, но это невозможно…

– Эта болезнь, алалия, она не лечится? – перебил ведущий.

Принц вздохнул.

– К сожалению, на данный момент нет. Мы поощряем развитие технологий в этой, а также в других областях здравоохранения, но приходится быть реалистами. К несчастью, я никогда не услышу голос Лианы…

По студии прошёл дружный стон: «О-о-о!» В основном, от женской половины. Все дружно жалели принца.

Роберт поцеловал Лиану в щёку и ласково улыбнулся.

– Но я люблю тебя такой, какая ты есть, – тихо сказал он.

«О-о-о!» – снова высказалась аудитория, на этот раз одобрительно.

– А теперь давайте обратимся к экспертам, – предложил ведущий. – Ваше высочество, вы не возражаете?

– Как пожелаете, господин Невицки, – отозвался принц, прижимая к себе невесту.

Ведущий театрально закатил глаза.

– Я пожелал бы, чтобы вы выбрали меня, но чёрт возьми, это невозможно! – воскликнул он, и его дружным гудением поддержали зрительницы, а также некоторое количество зрителей.

Роберт усмехнулся и что-то зашептал Лиане на ухо. Девушка счастливо улыбалась.

– Итак, в нашей студии сегодня профессор медицины, заведующий кафедры неврологии Каэльского королевского университета лорд Арич. Сэр, прошу вас…

***

Роберт плеснул холодной водой в лицо и тяжело облокотился о раковину. К чёрту, что грим потечёт, это было последнее на сегодня интервью. Лиана не ошиблась: грим при сьёмках, а уж тем более во время прямого эфира использовали всегда. Короля, когда он появлялся перед народом, красили особенно сильно, даже магию использовали, и всё равно последствия его болезни скрыть не могли. Его величество умирал, и это было понятно абсолютно любому, кто на него смотрел.

Принца гримировали легко – чтобы лицо не сверкало от света софитов, чтобы глаза казались ярче, потому что камера их цвет немного искажает… и так далее. Очень часто приходилось замазывать синяки под глазами. Так что грим – обязательная процедура перед любым выступлением.

Роберт привык. И к вниманию, особенно женскому привык тоже. И к неудобным вопросам, к навязчивости некоторых особенно ярых поклонниц. Привык улыбаться и казаться довольным, когда на душе скребли кошки. И даже привык держать себя в руках, когда хотелось заехать по физиономии тому же Невицки, если тот очень уж распускал язык, а то и руки перед камерой. Привычка казаться очаровательным и уверенным всегда, в любой ситуации, значительно повышала его рейтинг доверия.

Лгать Роберт тоже привык. Все политики лгут, все улыбаются, все кажутся милыми в меру своих сил и испорченности. Ложь Роберт считал частью своей работы – в конце концов, так или иначе это на благо Каэлии.

Но сейчас было мерзко. Как же мерзко – Роберт поднял голову, долго пристально смотрел в зеркало. Его выворачивало от боли.

Впервые принц ненавидел своё отражение. Ненавидел так сильно, что рука сама поднялась и ударила.

Раньше у него не было таких нервных срывов. Раньше он замыкался в себе, и проблема как-то решалась. Сейчас принц впервые столкнулся с тем, что решить невозможно. Оно будет так. Всегда. Он знал, что это правильно. Почему же тогда так больно?

Он бил, пока зеркало не хрустнуло, а костяшки пальцев не заломило от впившихся осколков. И это тоже было правильным. Он хотел, чтобы было больно – как будто физическая боль могла заглушить душевную. Нет, не могла.

Когда в туалетную комнату ворвался Сильвен, Роберт всё ещё бил несчастное зеркало. Его руки истекали кровью, но принц этого как будто не замечал.

– Роб? Ты чего? – Сильвен оттащил от раковины. – Чёрт!

Принц уставился на него: дракон пытался одновременно найти в поясной сумке медицинского робота и написать сообщение охранникам. Это вдруг показалось Роберту таким смешным, что он громко расхохотался, заставив Сильвена вздрогнуть. И смеялся, пока вызванный со съёмочной площадки дежурный врач не вколол принцу успокоительное.

Вот тогда к Робу вернулось его обычное поведение: он надолго замолчал и закрылся в себе. От Лианы шарахнулся, слава богу, не на людях – то есть личные телохранители принца болтать, конечно, не будут.

А потом приказал:

– Пусть летит в другом каре.

– Ваше высочество, – тут же подал голос руководитель королевской пресс-службы господин Даневич. – На площади Изабеллы уже собрались люди, наверняка над дворцом летают дроны папарацци. Если снимут, как вы выходите из разных каров…

– Так сделайте, чтоб не сняли! – сорвался на крик принц. – Сбивайте дроны! Почему я должен вас учить, это, чёрт возьми, ваша работа!

Сильвен скорее подтолкнул его к кару. Принц послушно забрался внутрь, но и дракону в итоге досталось.

– Оставь меня в покое! – рявкнул на него Роберт уже в салоне. – Я не кукла, чтобы переставлять меня с места на место!

– Ты – нет, – спокойно отозвался Сильвен.

Роберт закрыл лицо ладонями и стал раскачиваться вперёд-назад. Потрясённый Сильвен смотрел. Таким он хозяина ещё не видел.

Чуть позже, когда они поднялись в воздух, Сильвен опустил перегородку между салоном и кабиной, где сидели телохранители.

В салоне тут же стало на порядок темнее и воцарилась тишина. Только Роберт тяжело дышал, завороженно глядя на свои руки, но вряд ли их замечая.

– Роб, – позвал Сильвен.

Принц словно не слышал.

Дракон осторожно встряхнул его за плечи. Поймал рассеянный взгляд и позвал снова:

– Роб, ты меня слышишь? Что с тобой? Давай, отвечай, не молчи.

Принц поёжился и отодвинулся от Сильвена.

– Больно…

– Руки? Или что-то ещё? Роб, не молчи, – повторил Сильвен. – Когда это началось? Ты пил что-нибудь после интервью?

Принц угрюмо усмехнулся.

– Ты же знаешь, что нет. Ты же следишь за мной.

Но он не сопротивлялся, когда Сильвен взял его за руку, снова надел на запястье робота-медика и проверил показания.

– Нет, ты не отравлен, – пробормотал дракон, хмурясь.

– Нет, я не отравлен, – с усмешкой повторил принц.

Дракон принюхался.

– Это не может быть магия, я бы почувствовал…

Принц встрепенулся.

– Магия! Точно! – И принялся что-то набирать на планшете.

Сильвен изумлённо смотрел. Его хозяин совершенно точно был здоров. И совершенно точно не в себе.

Стоило им вернуться во дворец, Роберт сразу помчался к лифту. Сильвен еле за ним поспевал.

– Ты куда это намылился?

– К магам, – буркнул принц. И, обернувшись, бросил: – Один. Ты остаёшься здесь.

– Но…

– Это приказ.

Принц не видел, как обиженно Сильвен поджал губы. А может, и видел, но ему было всё равно.

Сердце Каэлии – один из самых могущественных артефактов в мире – по сути было именно сердцем всего королевства. Как объяснял юному Роберту его первый учитель теории магии, в этом артефакте сходились невидимые обычным людям силовые линии, пронизывающие страну. Сердце связывало их воедино, и именно с помощью этого артефакта древним драконам удалось превратить когда-то пустынный край в процветающие земли. Один из драконов, предок Дастиса, позже ставший королём, как рассказывал Роберту учитель, просто привязал магические линии к себе. Как и многие драконьи заклинания, оно передалось сыну короля по наследству, и так далее, пока Вильям Победоносный не убил Дастиса. Тогда Каэлия стремительно начала возвращаться в своё первоначальное состояние: вулканы проснулись, с моря пришли тайфуны, цунами смывали плодородную землю… Пока Вильям и его друг-маг не вытащили из тела Дастиса сердце, не превратили его в камень и не вставили в корону. А эту корону Вильям надел на себя. Дальнейший рассказ обычно изобиловал магическими терминами – волшебники вообще любили рассуждать насчёт драконьей артефакторики. Но Роберт уяснил одно: магическим линиям нужен живой носитель, и им стал сначала Вильям, а потом его сын, и так далее. Заклинание продолжило передаваться по наследству, но теперь у него было два центра: королевская семья, всегда немногочисленная, и Сердце.

Существовали очень точные законы, когда Сердце оживало, и вот тогда первыми начинали страдать король и принц (со времён Вильяма у короля рождалось не больше одного ребёнка, и всегда мальчики). Чуть позже, с опозданием в несколько дней – мощь магии чувствовала на себе вся Каэлия.

Так было, когда Роберт искал невесту. Наверняка то же самое, думал принц, творится и сейчас. Королева должна быть счастлива, а счастье Лианы навеяно магией. Нельзя же обмануть Сердце так просто? Что бы там волшебники ни говорили.

Роберт собирался сам в этом убедиться. Первым делом он вытащил Верховного мага с совещания. Эол устраивал своим Старшим очередную головомойку (он очень это любил) и весьма удивился, когда в его кабинет ворвался запыхавшийся принц и не терпящим возражений тоном приказал следовать за ним.

– Ваше высочество, что произошло? – пытался выяснить он по дороге.

Роберт молчал. Сам он был обычным человеком, то есть никакие силовые линии не видел, но мог понять, когда Сердце активно – а для благополучия Каэлии оно должно спать. Активное Сердце сияло. Ну, то есть должно сиять, так Роберт видел на учебных видео.

То, что сейчас оно наверняка активно, принц не сомневался, а Верховный маг нужен был, чтобы объяснить, как это чёртово драконье наследство угомонить.

Кроме Роберта и короля, Эол был единственным, кто мог спускаться в эту секцию королевской сокровищницы. Сердце охраняли как, пожалуй, ничто на земле. Секретные пароли доступа, механические, потому что сетевые всегда можно взломать, королевская семья меняла каждый год. Эол был семьёй – не близкой, но всё же. Единственный сын сестры бывшей королевы, матери Роберта, он тоже рано лишился семьи и, в отличие от принца, воспитывался во дворце. Впрочем, близок к королю он от этого не стал, но Роб привык называть его кузеном. Отношения между ними были сугубо рабочие – Эола терпели лишь по одной причине: он был сильным магом и никогда не забывал своё место.

Роберт открыл последнюю дверь, вошёл в хранилище, где на подставке под колпаком из пуленепробиваемого стекла лежала корона, и, не глядя, ткнул в неё.

– Вот. Что с ней не так?

Эол посмотрел на принца как на сумасшедшего.

– Ваше высочество, прошу прощения… А что с ней не так?

Роберт, и так на взводе, моментально взъярился:

– Кто из нас двоих маг, дорогой кузен? – зашипел он, подходя к поставке. – Почему эта дрянь не… – Он присмотрелся и замер. Единственный алмаз в железной короне не сиял. Точнее, в неярком свете ламп под потолком он казался даже мутным, Роберту почудилось, что он видит, как внутри плавают тени.

Но артефакт совершенно точно не сиял.

Может, учебные видео врали?

– Кузен Эол, – хмурясь, Роберт приник к стеклянному куполу. – Сердце, оно же до сих пор активно. Так?

Верховный маг подошёл ближе. Вид он имел смущённый.

– Ваше высочество, нет. Поверьте мне, все силовые линии в порядке. К тому же, видите, камень не светится. Когда Сердце просыпается…

– Я в курсе, – бросил Роберт. – Но почему он не светится?!

Верховный маг откашлялся, скрывая то ли смущение, то ли страх.

– Ваше высочество, вы… хорошо себя чувствуете?

– Нет! – закричал Роберт, и его голос многократным эхом отразился от круглых стен. – Я ужасно себя чувствую! Мне больно! – и, отдышавшись, чуть тише добавил: – Из-за этого же… Да?

– Ваше высочество, простите, но нет. Сердце спит, уверяю вас.

Роберт потрясённо смотрел на корону.

– Кузен Эол, объясните. Я понимаю, что магия столкнула меня с Лианой… с драконом. Магия заставила её полюбить. Я полагал, что магия заставляет меня переживать о ней до сих пор. В чём дело? Магия не засыпает вместе с Сердцем?

Эол улыбнулся, но от взгляда принца улыбка погасла. Маг снова откашлялся.

– Ваше высочество, простите меня, но вы… эм-м-м… немного неверно понимаете феномен драконьей истинной пары.

– Что же я не понимаю?

– Истинная пара – это сильная влюблённость, даже одержимость и последующие ограничения: вы не можете, например, изменить партнёру. Однако если ответной любви дракон не получает, магия просто засыпает. Да, потомства у такого дракона не будет, но как вы знаете, для них это никогда не было проблемой, скорее, – Эол усмехнулся, – наоборот. В вашем случае всё немного иначе: от счастья вашей избранницы зависит благополучие королевства. Но раз она вас любит, с помощью магии или нет, это неважно, драконья магия спит.

– И что… вы хотите этим сказать? – медленно произнёс Роберт.

– Всё, что вы чувствуете сейчас, принц – только ваше и не навеяно магией. Поскольку магия спит, вы сейчас свободны от её силы… Боюсь, мой принц, все ваши чувства к этой девушке настоящие и полностью ваши. Не волнуйтесь, даже у людей любовь зла.

Роберт ошарашенно смотрел на мага.

– Я предлагаю просто подождать, – после паузы сказал Эол. – В конце концов, сложно любить пустую куклу. Всё пройдёт, мой принц. Потерпите.

Роберт сдержался чудом. Он плохо помнил, как закрывал многочисленные двери и, уже без Эола, менял пароли.

Эта боль, эта… вина? Настоящие. Он любит Лиану. Да ладно! Как сказал бы Сильвен, не смешите мои лапки.

В его гостиной, когда Роберт вернулся, дракон кормил Лиану мясным пирогом. С руки – девушка покорно жевала, но взять кусок даже не пыталась, так что дело явно не двигалось.

– Что ты делаешь? – удивился Роберт.

– Она с утра ничего не ела, – отозвался Сильвен, и в его голосе принцу послышался упрёк. – Прикажи ей поесть.

Принц с омерзением смотрел на него. Дракон поймал его взгляд и осклабился.

– Больно тебе, да? А она умрёт от истощения, если ты о ней не позаботишься. Тебе не стыдно?

Роберт вспыхнул. О, ещё как стыдно. И от этого стыда он не мог убежать, как раньше. И исправить ничего тоже не мог.

Ему потребовалась минута, чтобы взять себя в руки. Он забрал у Сильвена пирог, сел рядом и попытался представить, что перед ним незнакомая девушка, которой и правда нужна помощь. Не жизнерадостная Лиана, превращённая в куклу при его молчаливом согласии.

Получилось не очень. Лиана не ела сама, только с рук, и то кое-как. Её здоровый драконий аппетит словно испарился. Роберта передёргивало каждый раз, когда приходилось касаться девушки, а когда один-единственный раз её губы случайно задели его пальцы, принца чуть не стошнило.

– Да что с тобой не так? – сказал наблюдавший за ними Сильвен. – Ты ещё утром был совсем не против её общества, а сейчас шарахаешься. Что?

– Это не она, – пробормотал Роберт.

– В смысле? А кто же?

– Кукла.

Сильвен фыркнул.

– Прости меня, твоё высочество, но это ведь ты её такой сделал. Что, противно смотреть на результат? Кишка тонка, а?

Не будь у Роберта заняты руки, он бы Сильвену врезал. Но он как раз поил Лиану чаем, а когда закончил, обида прошла. А стыд остался.

– Да, – отозвался он. – Противно. Силь, я виноват и не знаю, как это исправить. Я не знаю, что мне делать.

Дракон молча смотрел на него какое-то время, потом встал.

– Ничего не делать. Смирись. Для тебя это так тяжело, человек?

Роберт грустно усмехнулся.

– Я выбирал между ней и моим королевством. Мне казалось, выбор очевиден. Но я смотрю на неё и понимаю, что, кажется, выбрал неверно. Как это может быть? Одна девушка, дракон и… Мой народ.

Сильвен покачал головой.

– Тут я тебе точно не судья, но знаешь, что? Не всегда выбор бывает правильным или неправильным. Если честно, я вообще не понимаю, чего ты паришься? Твоя Лиана всю жизнь жила в четырёх стенах и рано или поздно и так стало бы понятно, кто она. Её бы всё равно запечатали, а служить она не умеет, сорвалась бы… Мне кажется, то, что дал ей ты – лучшее, что могло с ней случиться. Счастливый сон – это, поверь мне, неплохо.

Роберт задумчиво вытер руки салфеткой. Лиана сонно смотрела на него и… Да, улыбалась. Принцу казалось, эта улыбка будет посещать его теперь в кошмарах.

– Ты же говорил, что в питомнике вас пугали этим заклинанием. Если всё так хорошо, почему же вы его так боитесь?

– Чувство самосохранения, – отозвался Сильвен. – В драконах оно очень сильно. В общем, Роб, не парься. Всё кончилось хорошо.

Принц молча смотрел на него с минуту, потом задумчиво произнёс:

– Знаешь, мне только сейчас пришло в голову… Почему я просто не мог на ней жениться?

– На драконе, – хмыкнул Сильвен, ушам не веря. – Жениться. Роб, да ты явно не в себе.

– Нет, правда. Я бы сделал её счастливой, она мне нравилась. Это, может, и не было любовью, но я не знал её настоящую и… Если не было, почему мне так плохо без неё сейчас? Нет, правда, вот это был бы счастливый конец…

– Ну ты договорись ещё до освобождения драконов, – хохотнул Сильвен. – Принц, ага. Тебе бы к психиатру, ты, похоже, тронулся.

Роберт хмуро посмотрел на него и только плечами пожал. Может, и тронулся. Но мысль была очень уж соблазнительной… И совершенно невозможной.

Ночью ему приснилось, что они поменялись ролями, и всё на самом деле наоборот: дракон – это он, а Лиана – принцесса, и она с грустной улыбкой говорит ему прежде чем отдать магам: «Это ради Каэлии». Во сне ему было страшно. «Это мой долг», – вздыхала она. Во сне он убеждал её: «Раз ты принцесса, разве тебя не должно волновать счастье любого твоего подданного? Чем я хуже других? Только тем, что родился драконом?» Лиана качала головой и говорила: «Ты не понимаешь». А потом она уходила, а вместо неё появлялся король и с садистской улыбкой сам отрезал ему крылья, приговаривая: «Долг важнее всего».

Он проснулся и, с трудом выровняв дыхание, выбрался из кровати. Было три часа ночи, во дворце царила тишина, Роберт слышал только напоминавшее треск костра похрапывание Сильвена. Стараясь не шуметь, он вышел из спальни в гостиную и аккуратно закрыл за собой дверь.

Лиана спала на диване ровно в той же позе, в какой принц оставил её вечером, когда приказал заснуть и укрыл одеялом. Даже во сне она улыбалась.

Роберт опустился рядом с ней на колени, закрыл дрожащими руками лицо и тихо заплакал.

Он не заметил, как открылась дверь, но когти по паркету, конечно, услышал. Вытерев лицо, принц обернулся и даже смог выдавить какое-то подобие улыбки.

– Сильвен. Я разбудил тебя? Прости.

Дракон уселся рядом с ним на пол.

– Так и знал, что с приходом твоей невесты всё испортится. Ну вот: ты испортился.

Роберт улыбнулся, на этот раз грустно.

– Больно, Сильвен, – признался он. – Очень больно.

Дракон покосился на спящую Лиану, потом потянулся и похлопал принца по плечу.

– Потерпи. Пройдёт.

Роберт очень в этом сомневался, но спорить не стал.

– Вообще-то разбудил меня не ты, – помолчав, сказал Сильвен. – Тут такое дело… Когда её отца, – он кивнул на Лиану, – отпустили, я повесил на него маячок. А потом отправил дроны для слежки за его домом. Три дрона отправил, и их все недавно сбили. Один – глушилкой, два других – прямым выстрелом. И все этой ночью. А ещё по моим данным сквер перед его домом вдруг стал местом встречи наёмников, которые работают на Крыса. Там уже три человека собрались. Пока они ждут, но ты знаешь…

Сильвен недоговорил, всё и так было ясно. Роберт не сдержал усмешки: граф Стенли не стал бы действовать самостоятельно, выходит, король просто сделал вид, что уступил сыну. Как это на него похоже!

Принц быстро поднялся и открыл планшет.

– Скинь всё, что у тебя есть по нему. И адрес ещё раз.

Сильвен поморщился.

– Так и знал, что зря я тебе сказал…

– Сильвен!

– Да, щас… Минута-две, не убьют же его за это время.

Роберт совсем не был в этом уверен. Он бросил дракону свой браслет.

– Сделай так, чтобы его не могли взломать хотя бы в ближайшие три часа.

– Зачем? Роб, что ты делаешь?

Принц осторожно потряс Лиану за плечо.

– Просыпайся, моя королева. Пожалуйста, ты нужна мне.

Драконица тут же распахнула глаза и села.

Роб улыбнулся ей и поспешил в гардеробную. Минуту спустя к нему присоединился и Сильвен.

– Ты думаешь, я тебя одного отпущу? Три часа ночи, Роб! Куда ты собрался?!

– Отпустишь, – Роберт сосредоточенно одевался. Удивительно, но он чувствовал облегчение, даже тоска как будто притупилась. – Помоги, надень это на Лиану, – он бросил ему плащ и шёлковый шарфик. – Если мы пойдём вместе, нас остановят ещё на взлётной площадке. И ты нужен мне здесь, ты знаешь.

Сильвен уставился на него как на сумасшедшего.

– Ты, – выдохнул он, добавив непечатное слово, – хочешь сдохнуть перед свадьбой, да?!

– Не выражайся. И я возьму с собой Лиану. К тому же, там Тайная полиция, мне они не навредят. И Саливану, если я буду рядом, тоже.

Силь неожиданно хмыкнул.

– Ну хорошо. Зато ты навредишь. Притащишь к нему дочку под кайфом. Это жестоко, ты в курсе?

– Он сам её здесь оставил, пусть посмотрит, чего добился, – отозвался принц.

– А перекладывать ответственность за свои решения на других – ещё и низко.

– Силь, хоть раз в жизни заткнись, а?

Лиана покорно дала себя переодеть и последовала за принцем к его личной взлётной площадке. Роберт спешил, но страха совсем не чувствовал. У него был план на похожий случай, а принц всегда любил действовать по инструкции, даже если сам её себе написал. Сейчас был именно такой случай.

Силь успел создать слепую зону. Ненадолго, но Роберту этого хватило, чтобы вылететь за пределы дворца, а в городе кар без опознавательных знаков и маячка – Роберт уже приноровился их отключать – быстро смешался с другими, благо даже глубокой ночью столица не спала. Особенно перед королевской свадьбой: в небе было практически не протолкнуться от каров и дронов.

Итан Саливан жил в тихом и респектабельном районе (здесь даже в небе было пусто). Одинаковые однообразные коттеджи: веранда, балкон, два этажа, чердак и садик перед домом. Ярко горели фонари и гирлянды электрических цветов, которыми украсили столицу по случаю предстоящего торжества. На улице царила тишина, но Роберт не сомневался, что приехал чуть не в последний момент. Судя по сообщениям Сильвена, вокруг прогуливались уже как минимум пятеро наёмных убийц – и как же это, интересно, их понесло в спальный район, где даже ресторанов, не то что баров нет?

Роберт оставил кар на пустой детской площадке у дома и постарался успокоиться. Не получилось.

«Они могли сбежать, – неожиданно подумал он. – Хотя бы попытаться! Почему, чёрт возьми, он ей не позволил?» Глупая мысль слабака, который и правда перекладывает свою ответственность на других. Роберт отмахнулся от неё.

Теперь маячки можно было включить. Роберт был абсолютно уверен в своей безопасности, но Лиану всё равно попросил оставаться начеку. В отличие от Сильвена навыков самообороны у неё наверняка не было, так что это лишнее… Впрочем, смогла же она сбежать из камеры, а? Воспоминание неожиданно вызвало улыбку, но Роберт отмахнулся и от него. Времени оставалось мало.

Он по крайней мере минуту, не меньше, звонил в дверь. Лиана стояла рядом, улыбалась, а вокруг царила странная, жуткая тишина. Впрочем, три часа ночи, нормальные люди спят.

Наконец на экране домофона появилось заспанное лицо Итана.

– Что вам нужно?

«Идиот, – подумал Роберт. – Как ему вообще удавалось столько лет прятать дочь?»

Он снял капюшон толстовки и профессионально улыбнулся.

– Доброй ночи, господин Саливан. Впустите меня, пожалуйста.

Последовала пауза, потом зашуршали замки, и дверь открылась.

От Итана сильно пахло перегаром, вид он имел помятый и одет в уже знакомую Роберту пижаму-единорога – очевидно, у них с Лианой были парные комплекты.

Дочь он заметил тут же и, конечно, узнал даже в человеческой маске.

– Лиана?

Драконица продолжала сонно улыбаться. Итан смотрел на неё, как на самый страшный кошмар, и дрожал. Впрочем, на улице было прохладно для единорожьей пижамы.

Роберт понял, что это может длиться вечность, если не дольше, и невежливо подтолкнул Итана внутрь, потом впустил Лиану и закрыл за собой дверь.

– Господин Саливан, вы меня слышите? Пожалуйста, включите свет. И поярче.

Итан заторможено – почти как дочь – сделал это. Роберт с удовольствием отметил, что в прихожей большие окна, его должно быть видно, как на витрине. Действительно, точки, отмечавшие на карте Сильвена наёмников, больше не двигались. Зато их стало шесть. Что они собрались делать в таком составе с одним-единственным человеком? Тем более из офисного планктона? Да ещё и пьяным от горя.

Впрочем, голос мужчины прозвучал довольно твёрдо, когда он спросил:

– Зачем вы пришли?

Роберт отметил отсутствие вежливого обращения – впрочем, он почти ожидал, что отец Лианы ему врежет. Наверняка он смотрел вечернее интервью и уж конечно впечатлился.

– Господин Саливан, вы уезжаете.

– Что?

– Лиана, пожалуйста, помоги своему отцу побыстрее собраться.

Роберт знал, что нельзя вот так просто прийти к человеку посреди ночи, сказать: «Вы уезжаете» – и тот моментально соберётся, а потом они отправятся в аэропорт.

Но именно это и произошло.

Лиана заторможенно прошла к домашнему терминалу, набрала какую-то команду, и тот неожиданно ожил. Да как!

– Начинаю экстренные сборы, – сообщил знакомый женский голос, и до Роберта наконец дошло, кто такая Силия.

Он с трудом сдержал горький смех. Лиана умудрилась сделать то, над чем программисты Каэлии, да и всего мира, бились уже который год: создала домашнего робота-помощника, да ещё и судя по быстроте исполнения команды, самообучаемого. Он даже одежду в шкафу умел сортировать. И да, шкафы в доме Итана оказались буквально напичканы электроникой – явно не собранной на заводе.

Роберт вдруг ярко представил, как Лиана – настоящая, живая – ковыряется в шкафу с отвёрткой в зубах. Картинка получилась такой яркой и неожиданно желанной, что принц вздрогнул.

Тем временем домашний помощник закончил со сборами. За какие-то три минуты перед принцем и Итаном появились два внушительных чемодана.

– Переоденьтесь, – напомнил принц, выразительно глядя на капюшон с голубой лошадиной мордой.

– Зачем? – выдохнул Итан.

– Господин Саливан, прошу вас! – Роберт сверился с планшетом. Убийцы сосредоточились около дома Саливана, и теперь их стало десять. Зачем так много-то? – Поторопитесь или вас убьют.

Отец Лианы пожал плечами.

– Ну и что?

– Вам всё равно? – Роберт кивком указал на равнодушную Лиану. – А ей нет.

– Неужели? Вы убили мою дочь, принц. Что вам ещё нужно?

Роберт вздохнул.

– Господин Саливан, вы отлично знаете, что выбора у меня не было. Оденьтесь немедленно, или я прикажу Лиане посадить вас в кар… в этом.

Итан мгновение смотрел на принца, и Роберт подумал, что вот теперь Саливан всё-таки его ударит. Но потом отец Лианы всё же отвернулся и скрылся за дверью, предположительно спальни.

Роберт медленно выдохнул.

Через пять минут он под руку вывел Итана из дома, пытаясь не морщиться от запаха перегара и оставаться к отцу Лианы как можно ближе. Точки наёмников замерли на карте, но сам Роберт никого на улице не увидел. Что и неудивительно.

Лиана катила за ними тяжёлые чемоданы и справлялась с ними играючи. Она легко погрузила их в кар, а Роберт усадил в салон сначала её отца, а потом поскорее вскочил сам.

Судя по сообщениям Сильвена, наёмники создали закрытый для всех, кроме, естественно, великого хакера-дракона, общий чат и очень нецензурно описывали в нём принца. Роберт хмыкнул, особенно после того, как Сильвен тоже появился в этом чате и пообещал скинуть их переписку лично королю. Послали дракона, кстати, ещё более нецензурно.

– И что теперь? – устало спросил Итан, когда они поднялись небо.

– Теперь вы уедете в Карвест. Вы любите море, господин Саливан? В Карвесте прекрасные пляжи и самое большое количество солнечных дней в мире. Очень красивое королевство. – Роберт проверил настройки кара. Сильвен сообщил, что «эти сволочи уже раз десять пытались тебя взломать, а меня заперли в допросной и планшет забрали». В ответ Сильвен забаррикадировался в этой же допросной и подключился к своему же планшету удалённо, благо дубляж браслета он всегда носил с собой и отнюдь не на виду. Кроме Роберта о нём вряд ли вообще хоть кто-то знал. «Но у тебя максимум час», – добавил дракон.

– Карвест? – удивился Итан. – Принц, не усложняйте себе жизнь. Я что тут сопьюсь, что там. Дочь была смыслом моей жизни. Без неё… Мне всё это не нужно.

Роберт покосился на него и пожал плечами.

– Господин Саливан, не заблуждайтесь. Мне всё равно. Колитесь, спивайтесь, вешайтесь, – делайте что хотите, но я обещал вам безопасность, а я обещания выполняю всегда. – Он помедлил и добавил: – Карвест вам понравится, я бы сам туда сбежал, если бы не Сильвен. Драконов там, к несчастью, тоже не жалуют.

Итан усмехнулся. И вдруг сказал:

– А вас всё-таки мучает вина, ваше высочество.

– А вас – нет? – не выдержал Роберт. – Посмотрите на неё! Если бы вы дали дочери хоть шанс, она бы, возможно, была сейчас в себе!

– Она не убийца, – устало отозвался Итан.

– Ну конечно! Вы с ней лучше сами подохните, но убивать – это ниже вас! По-моему, вы просто трус, Итан Саливан, – воскликнул Роберт и прикусил язык. Чёрт, да что на него нашло?

Отец Лианы наконец посмотрел на него в упор, и в его взгляде мелькнуло что-то похоже на злость.

– Некоторые вещи, принц, делать просто нельзя. Никогда. Ни за что. Даже если в ответ, – он взглянул на Лиану, – будет это. Удивительно, что вас этому не научили. Впрочем, как и вашего отца, очевидно. Жаль: вы не думали, что если бы вы вспоминали о морали чаще, наша жизнь была бы куда приятнее?

«Идеалист», – подумал Роберт устало. Он встречал таких – не так уж далеко они ушли от сумасшедших фанатиков.

– Наш глава Тайной полиции, граф Стенли, отправил за вами убийц, – сказал он вместо ответа. – Если бы я не пришёл, вас убили бы в собственной постели. Вот и всё, чего вы добились.

Итан покачал головой.

– Это бесполезный разговор, ваше высочество. Давайте не будем тратить на него время.

Роберт отправил с планшета последнее сообщение и повернул кар к посольству Карвеста.

– А давайте будем. Через полчаса вы улетите, а я хочу понять, что с вами, господин Саливан, не так. Вы любите дочь. Да, у вас высокие моральные принцы. Но почему они выше вашей любви к ней, если она – смысл вашей жизни? Вы или сами себе противоречите, или вы сошли с ума, или я ничего не понимаю.

Итан Саливан долго молчал. Роберт устало подумал, что никак не может заставить его говорить. Но принц всё-таки дождался ответа.

– Ваш дракон, Сильвен, уже ведь убивал за вас. Не так ли? – сказал Итан.

– Да, – нахмурился Роберт. – И что?

– Спросите его, какого это. Ваше высочество, каждое убийство, каждая причинённая другому боль убивает что-то внутри нас. И поверьте мне, это не метафора. Как вы себя чувствуете после того, что сделали с моей Ликой? Хорошо? Целым?

Роберт потрясённо смотрел на него и молчал.

– Вижу, теперь вы меня понимаете, – грустно улыбнулся Итан. – Я работал в питомнике, принц, а вам известно, как там обращаются с драконами…

– Но это же драконы, – перебил Роберт. – Они разрушат Каэлию, если их не подчинить. Как можно иначе? Будь вы на моём месте…

Итан впервые оглянулся на Лиану.

– Вы до сих пор так думаете, принц? Драконы не хуже нас. А вы знали, что на их магии зиждется магия ваших волшебников?

Роберт промолчал. Да, конечно, он знал. Как когда-то сказал Лавлес, сами современные волшебники не могли и зайца вынуть из шляпы. Тянуть из запечатанных драконов магию, говорят, легко.

Но если отпустить кого-то вроде Сильвена на свободу… В Каэлии пять питомников и около ста тысяч драконов. По сравнению с людьми не так уж много, но что сделают свободные драконы? Он задал этот вопрос однажды Сильвену. Тот отшутился, но Роб видел ответ в его глазах. Они отомстят тем, кто их мучил.

– Я понимаю, вы не патриот, – сказал в ответ принц. – Но даже вы не можете не видеть: королевство процветает.

– Зачем что-то менять? – подхватил Итан.

Роберт кивнул.

– Меньшее зло, господин Саливан – принцип политики. Кому-то всегда плохо. Рай не существует.

Итан покачал головой.

– Зло – всегда зло, принц. Я надеялся, что Лиана никогда не вырастет такой, как вы. И никогда такой не станет. Вы ведь уже гниёте, как и ваш отец, только внутри, а снаружи этого пока не заметно. Поверьте, я знаю, что говорю. Я знаю о смерти так много, что вы и вообразить не можете. Вы видели, как умирают драконы? Нет? Я видел. Я их убивал. Мне говорили, что они зло. Но я видел, что это не так. И я всё равно убивал их, потому что таков приказ, а исполнять приказ – мой долг. А долг превыше всего, не так ли, принц?

Роберт потрясённо смотрел на него. Итан поймал его взгляд.

– Я нарушил приказ, предал долг и нисколько не жалею. У меня была самая чудесная на свете жена и прекрасная дочь. И я рад, что она не будет гнить, как вы.

– Это, – принц оглянулся на драконицу. – По-вашему, лучше?

– Да, – убеждённо ответил Итан. – Да, лучше.

И больше он не проронил ни слова. Даже когда Роберт лично посадил его в самолёт и выслушал уверения посла Карвеста, что с «важным гостем» ничего не случится.

Итан не потрудился поблагодарить принца. Он только поймал за руку Лиану и крепко обнял дочь. Потом шепнул ей что-то на ухо, заглянул в пустые глаза и тут же отвернулся. Роберт смотрел на него и понимал, что этот человек испытывает такую же боль, как и он сам. Меньшее зло или нет, но он тоже выбрал. Только Итан убеждён, что его выбор верный, а вот Роберт в своём очень сомневался.

Потом личный самолёт посла улетел, и принц проводил его взглядом. Всё закончилось.

У Роберта оставалось ещё три часа, чтобы поспать. И выудить Сильвена из допросной, конечно же.

Впрочем, последнее не потребовалось. Когда принц спустился в подземелье, дракон и охранявшие его стражники уже вовсю резались в покер, появление Роберта чуть не пропустили и возвращаться на свои посты отказались, потому что их смена уже закончилась. И вообще, не пошли бы вы, ваше высочество… спать?

Роберт честно попытался. Лиана по приказу заснула, а вот ему не помог даже бокал успокоительного.

– Эй, молодожён! – разбудил его на рассвете Сильвен. – Долг зовёт, твой отец секретаря уже прислал, он за дверью. Готовься к свадьбе, что ли?

***

– Здравствуйте, это Джерард Ноуэл.

– И Альбина Галич.

– И мы ведём прямую трансляцию из королевского дворца. Наконец-то этот день настал! Альбина, как долго его высочество искал невесту?

– До совершеннолетия принца Роберта остался всего один день, Джерард. Но, надо сказать, наша история знает много примеров, когда принцы находили истинную пару ровно в день своего двадцати двухлетия.

– Настоящую любовь тяжело найти!.. И вот уже появляются именитые гости. Ах да, обратите внимание на палатки. Посмотрите, как тесно они стоят друг к другу.

– Действительно, на площади королевы Изабеллы не осталось свободного места даже для стражи.

– Говорят, цена за квадратный метр здесь сегодня превышает цену за дом в самом элитном столичном районе! Впрочем, в парке неподалёку она несколько дешевле…

– А ты уже успел прицениться, Джерард? Но посмотрите, какой ажиотаж царит на площади! Слышите, какими дружными аплодисментами встречают автомобили гостей. Напоминаю, что небо над столицей закрыто на весь день – согласно старому каэльскому обычаю.

– Дабы не вызвать дракона, ха-ха! О, глядите, это же граф Лавлес! Аплодисменты становятся громче.

– Он одет сегодня весьма сдержанно, не так ли, Джерард? Впрочем, все мужчины, приглашённые на торжество, одеты строго по протоколу – во фраки. Отличаются они только цветами жилетов.

– Зато женщины нас приятно удивляют. Альбина, только поглядите на эти прекрасные шляпки! Это же Висберт?

– Да, знаменитый шляпник Висберт, вы правы, Джерард. Говорят, запись к нему закончилась ещё в прошлом году. Он работает уже почти пятьдесят лет и до сих пор образец элегантности.

– Действительно. Между прочим, всего на торжество приглашены две тысячи гостей… Итак, они торопятся занять своё место в часовне Всех Святых.

– Да, им нужно сделать это до появления короля, а уже слышен стук копыт почётного караула.

– А пока мы с нетерпением ожидаем появления его величества, напомним, что согласно традиции, королевская семья не принадлежит ни к одной из официально принятых конфессий, поэтому венчание будет сугубо светским. И вот уже его величество!

– Короля встречает оркестр, но послушайте – его заглушили аплодисменты.

– Король выходит из машины… Очень, я бы сказал, скользкий момент, учитывая состояние здоровья его величества.

– Джерард, но посмотрите, не кажется ли вам, что его величество выглядит куда здоровее, чем в день его прошлое появления на собрании Совета?

– Действительно, Альбина, это так. Возможно, его высочеству придётся ещё подождать, прежде чем занять место на троне.

– Да славится король!

– Славится!.. И, наконец, машина с женихом.

– Ах, как идёт его высочеству алый цвет…

– Альбина, вернитесь к нам. Принц женится, в конце концов.

– Но уверена, все каэлки до сих пор мечтают оказаться на месте невесты…

– А вот и её машина.

– Лиана Саливан сирота, кто же поведёт её к алтарю?

– Эту роль взял на себя господин Верховный маг – как единственный близкий родственник королевской семьи и, в скором времени, невесты.

– Через стекло мы можем видеть платье невесты. Ах, как все мы пытались угадать имя дизайнера! Ну конечно, это чудесная Аделаида! Посмотрите, юная Лиана выходит из машины.

– Да, шлейф её платья куда короче, чем был у королевы Эльдорберты.

– Но как оно ей идёт! Строгий минимализм и утончённая элегантность. О! Кажется, невеста пренебрегла традицией надеть на венчание тиару. Это же венок из белых роз, если я не ошибаюсь?

– Вы правы, Альбина, это он. И если вас интересует моё мнение, невесте он очень идёт.

– Ах, бедняжка споткнулась!

– Но не упала. Хороший знак. Молодец, господин Верховный маг! Именно он её поддержал.

– И вот из предела часовни выходит принц вместе со своим бессменным секретарём. Он единственный дракон на этом торжестве, не правда ли? Кто-то мог бы посчитать это дурным тоном…

– И уж точно единственный, кто торжеству так явно не рад. Вот это точно дурной тон. Посмотрите на его мину!

– Что взять с дракона? Но как счастлив принц! Взгляните, как он спешит подхватить свою любимую под руки. И как она льнёт к нему. Какая они красивая пара!..

– Сейчас мы слушаем клятву молодожёна. Произносить её будет только его высочество, но в верности его невесты никто и не сомневается. Посмотрите в её глаза, они полны любви!…

– …И, наконец, молодожёны выходят на балкон, чтобы показаться народу.

– Ого! Кажется, часовня сейчас рухнет от аплодисментов!

– Слава принцу Роберту и принцессе Лиане!

– Уже почти королеве, Джерард! Венчание буквально через минуту. Слава!..

***

Зло – всегда зло.

– Я погорячился вчера, сын, – наклонившись к принцу, сказал король во время праздничного ужина.

Роберт отпил вина – он уже много выпил, но пьяным себя совершенно не чувствовал. А жаль, сейчас он был рад напиться.

– Отец?

– Брачная ночь, – король поморщился. – Брак должен быть консумирован. Я понимаю, как тебе, должно быть, мерзко даже думать о сексе с ней, но ты обязан всё сделать правильно.

Роберт снова сделал глоток.

К сексу с драконами в Каэлии относились неоднозначно. Благодаря эмансипации женщин во время Мировой войны, мужчины-драконы резко выросли в цене. Раньше их использовали как телохранителей и покупали, конечно, мужчины. Сейчас женщины не только встали у руля некоторых успешных компаний, но и стали владелицами немалых капиталов. В некоторых родовитых семьях они были единственными наследницами – их братья и отцы просто не вернулись с войны. Замуж такие невесты не торопились, а драконы… Некоторые ушлые питомники, повинуясь спросу, устраивали даже целые дома удовольствий, пока дед Роберта лавочку не прикрыл. С тех пор спать с драконом для женщин зазорным не считалось. То есть, это осуждалось, конечно, но так же лениво, как и матриархат в семье, например. Или женщина за рулём кара. Над этим шутили, иногда едко, но не более того. А вот с мужчинами до сих всё было по старинке, и Роберт вырос с таким же убеждением, как и его отец: спать с драконицей – мерзко. Это же почти зоофилия!

Сильвен называл короля ханжой, Роберта периодически – тоже. И теперь этот ханжа-отец пытался убедить принца, что изредка и в исключительных случаях, для здоровья, так сказать, всё можно.

– Но не волнуйся, я помогу тебе сгладить неприятные впечатления, – закончил король.

Роберт чуть вином не поперхнулся.

– Поможете?

– Да. Сын, я думаю, тебе уже пора уединиться с твоей… наречённой в спальне. Там тебя ждёт небольшой сюрприз. И не благодари. Я знаю, что не был хорошим отцом, но быть может, ещё ничего не поздно исправить?

Роберт подумал, что король уже пьян.

А потом он и вовсе думать перестал: так было легче пережить обряд провода жениха и невесты на брачное ложе. Слава богу, Сильвен в этой вакханалии уже не участвовал: Роберт отпустил его сразу после церемонии. «Хоть я один не буду киснуть», – шепнул ему дракон на прощание.

Роберт мечтал о возможности улизнуть так же незаметно, как Силь. Но он был принцем, а не секретарём. И Лиана…

Ей всё равно. Она всё исполняла: приказы Верховного мага, пока тот вёл её в часовню. А потом и жениха… То есть, уже мужа.

Брачный браслет жёг принцу запястье.

Свадьба была хуже, куда хуже вчерашних интервью. Ему казалось, он умирает каждую минуту, слыша поздравления и пожелания любви и счастья. А потом настал момент поцелуя, и он заглянул в пустые глаза… жены… И понял, что «потерпи, всё пройдёт» не сработает. Он и правда любил прежнюю Лиану, а эта кукла терзала ему сердце. Вместо счастливой семьи, о которой мечтал, он был вынужден участвовать в представлении, только в отличие от других марионеток, всё чувствовал.

Нестерпимое желание всё исправить разрывало его весь день и стало совсем невыносимым, когда капитан его личной стражи закрыл за ним с Лианой дверь спальни, и принц ошеломлённо уставился на троих полуголых красавиц: блондинку, брюнетку и рыжую. Король устроил сыну сюрприз согласно своему разумению.

– Вы устали, принц, – пели эти искусительницы. – Мы поможем вам расслабиться.

И тянулись к нему освободить от одежды. А Роберт смотрел на них и думал, понимают ли эти трое, что завтра их убьют? Потому что слишком много знают, как и отец Лианы.

Конечно, нет.

Тогда Роберт решился. Правильного выхода не было, зло оставалось злом, но… Дальше принц думать не хотел. Просто… Просто не хотел.

Он предложил девушкам зелья Сильвена под видом вина, и красавицы заснули на его кровати в весьма живописных позах. Роберту было всё равно. Он взял Лиану за безвольную руку и, боясь передумать, потащил её в гардеробную, а оттуда – в потайную дверь в коридор, ведущий к взлётной площадке.

Он поверить не мог, что делает это. Чёрт возьми, он никогда бы так не поступил! Долг превыше всего, королевство важнее несчастной драконицы.

Но это не было правильным выбором. Так было нельзя. Что-то нужно было менять.

А может, в душе он просто был настоящим эгоистом, который пришёл к мысли, что жить так дальше не может? И решил всё закончить.

Лиана послушно тащилась за ним, а потом так же покорно встала у края площадки. Длинный шлейф её свадебного платья трепетал на ветру; красиво, почти как древнее знамя, реяла белая фата. Роберт схватился за перила, глянул вниз, в завораживающую чёрную пустоту. Желание улететь сейчас было особенно сильным.

Принц отвернулся. И, закрыв глаза, дёрнул ожерелье на шее Лианы.

Цепочка зацепилась за чешую на шее драконицы. И порвалась.

В руки принцу упало воздушное перо.

Лиана выдохнула.

Счастливая улыбка погасла вместе с заклинанием – Роберт посмотрел девушке в глаза и чуть не заплакал от облегчения.

– Не знаю, что происходит, – хрипло сказала драконица, стремительно меняясь: теперь она совсем не была похожа на человека. Вернулись острые скулы, змеиные глаза, стала видимой чешуя. Только не было крыльев. – Но ты просто чертовски красив.

Роберт не выдержал и, сжав её плечи, притянул к себе. Лиана не сопротивлялась, а поцелуй получился, словно впервые – горько-сладким.

– Ты тоже, – выдохнул принц, отстранившись. – Господи, Лиана, ты тоже!

Девушка удивлённо посмотрела на него и повела плечами. Обернулась. Не нашла крыльев…

– А, – протянула она.

Потом подняла голову. И вдруг счастливо улыбнулась – по-настоящему счастливо, так ярко, как впервые, когда Роберт её увидел и полюбил.

– Звёзды! Они в сто, нет, в тысячу раз лучше, чем на видео. Спасибо, Роберт!

Словно по заказу, в небо взмыли огни фейерверка. Значит, уже полночь.

Лиана улыбалась, а Роберт всё не мог на неё насмотреться. Отпустить – это оказалось чуть ли не сложнее, чем решиться разбить её заклинание.

– В чью честь салют? – спросила девушка между тем.

– В нашу, – тихо отозвался Роберт.

– А… – Лиана посмотрела на свою руку. – Э… Это обручальный браслет? – Она стала осматривать себя. – О… Ого! Сколько… Сколько времени прошло?

– Чуть больше суток.

– Ничего себе!

– Лиана…

– Обалдеть, я вообще ничего не помню! Мы поженились? Как… Что с моим отцом? Роберт, что произошло? Ты…

– Лиана, прости, – перебил он, понимая, что ещё чуть-чуть, и уже не сможет решиться. – Наверное, будет больно.

– Что?

Он изо всех сил сжал её перо – и, распахнув рот, драконица беззвучно закричала. Роберт зажмурился – и переломил перо надвое. Легко, как льдинку.

Он открыл глаза.

Лиана стояла на коленях рядом с краем площадки, держалась за перила и трясла головой, а за её спиной испуганно трепетали крылья.

– Что… что ты сделал?

– Я тебя отпускаю, – выдохнул Роберт. Его голос дрожал.

Лиана ошеломлённо посмотрела на него.

– В смысле? А твоя ненаглядная Каэлия? И вечная песня про долг?

Роберт отмахнулся.

– Лети в Карвест. Ты знаешь карту? Сейчас. – Он бросился к кару, из-под сидения вытащил рюкзак. Да, он всегда держал его наготове. На тот случай, если сбегать из дворца придётся быстро. – Вот, возьми. Там есть планшет, он подключен, разберёшься. Твой отец в Карвесте. Он всё тебе объяснит.

– Что объяснит? Роберт, погоди… Ты… Серьёзно меня отпускаешь? А как же… А как же ты? Я же твоя… чёрт, твоя жена, ты же умрёшь без меня, я помню. Как?..

Принц торопливо перебил:

– Найду себе другую строптивую драконицу. Лиана, пожалуйста, поспеши. Ты можешь стать невидимой?

– А разве это так работает? – удивилась девушка. – Роберт, я серьёзно. Я не хочу, чтобы ты умер.

– Я не умру, – солгал он. И, потянувшись, снял с неё браслет. – Я знаю, что делаю. Я же принц, помнишь? Я всё исправлю.

– Точно?

Вместо ответа он снова поцеловал её. И ему плевать было, что он целует дракона – это была Лиана, настоящая, и да, чёрт возьми, он любил её! Слепой идиот, как он мог думать, что это магия?

– С тобой что-то не так, – сказал девушка, не торопясь. – Роберт, если ты мне врёшь…

Огромным усилием воли принц дурашливо улыбнулся.

– Всё так. Я обещаю тебе: всё будет хорошо. Если ты, конечно, поторопишься. Потому что наши маги очень тебя хотят. Давай, Лиана, ну же!..

– Ты странный, – сказала Лиана и обняла его. – Но знаешь, если бы не… Ну, эти дурацкие законы про драконов… У нас могло бы что-нибудь получиться.

Роберт отвернулся, пряча глаза, и поднял рюкзак.

– Не забудь.

Лиана подошла к перилам.

– Если честно, я никогда раньше не летала.

– У тебя получится. – Он в этом нисколько не сомневался.

– Думаешь? Ну да… Роберт? Спасибо. Ты ведь точно мне не врёшь? Нет? Ну тогда… Тогда прощай.

Она подхватила рюкзак и мгновение спустя воздушный дракон взлетел в небо. Легко, волшебно – слился с звёздами. Очевидно, Лиана всё-таки знала, как стать невидимой.

Роберт сорвал с фрака синюю ленту, рванул ворот сорочки и дрожа опустился на землю. Чудесное ощущение свободы и правильности происходящего быстро прошло – он почувствовал, как пробуждается Сердце Каэлии, и как отзывается в груди его настоящее, живое, бедное сердце.

Последним невероятным усилием он швырнул через перила обручальный браслет, ожидая увидеть на запястье ожог. Его не было.

Потом чёрное небо опустилось низко-низко, а свет фейерверка померк.

Где-то там, в ночи летел настоящий свободный дракон. «Как в сказке…», – подумал Роберт, теряя сознание.

С неба сыпались звёзды.