Глава 17

— Боги услышали мои молитвы! Вы живы, моя лейра! — причитала Белка.

— Тише-тише! Все хорошо, ты в безопасности, — успокаивала ее я.

Анисья, слегка отошедшая от потрясения, накинула на обнаженные плечи Беляны плотную шаль, и та сразу же в нее завернулась. Когда она пришла немного в себя, я представила ей генерала. Белка так оробела и побледнела, что, казалось, вот-вот упадет в обморок.

— Л-л-лэрд, — только и выдавила она, снова потеряв дар речи.

— Не бойся, я не кусаюсь. — Данте улыбнулся.

Чтобы немного разрядить обстановку, я быстро обрисовала Белке ситуацию, рассказав о том, что случилось после нашего с ней расставания.

— Прости, что бросила тебя тогда, но я никому не могла доверять. Если бы я только знала, чем все это закончится, ни за что бы так не поступила…

Я искренне ощущала себя виноватой.

— Что вы, лейра! Хорошо, что вы не пошли со мной в Нижний город. Неизвестно, что тогда стало бы с вами и малышом. А я выбрала неудачное время, чтобы туда вернуться. Аким, тот урод, которого отделала Анисья, оказался в таверне, где я собиралась переночевать и попроситься на работу.

— Он ничего с тобой не сделал? — спросила я и тут же прикусила язык.

Вряд ли Белка станет рассказывать что-то при генерале.

Беляна действительно бросила быстрый взгляд на Данте, но ответила:

— Хвала богам, не успел. Хозяйку таверны я знаю с детства, она всегда была добра к нам — приютским детям. Даже раз в месяц привозила сладости и выпечку в приют совершенно бесплатно. Она не дала меня в обиду и проводила в комнату. Я там заперлась, но поняла, что работать в таверне спокойно не получится, поэтому утром решила перебраться в другое место.

— И чего этому дрыщу от тебя понадобилось? — спросила Анисья.

— Он заприметил меня еще в те времена, когда я жила в приюте. Грозил, что заберет, как только достигну совершеннолетия. Урод! — Белка скривилась от отвращения.

— Выходит, тебе повезло, что баронесса Офелия тебя забрала? — заметила я.

— Похоже, что так, — согласилась Беляна с грустной улыбкой. — Ведь там я познакомилась с вами, лейра. Это ли не везение?

— Да уж. Что ни делается, то к лучшему! — изрекла народную мудрость Анисья.

А я подумала, к лучшему ли все то, что со мной сейчас происходит? Кто знает… Обычно это видно только, когда оборачиваешься назад.

Захныкал Сашка, привлекая внимание, и я снова достала его из люльки. Кажется, сегодня он вознамерился бодрствовать. Беляна тут же просияла:

— Как он, лейра? С вашим сыночком все в порядке?

— Хвала Эсклеру! — ответила я, прикрыв глаза.

Вроде бы не ошиблась? Эсклер же отвечает здесь за здоровье?

— Что было дальше, Белка! Не томи! — нетерпеливо потребовала няня.

— Аким выследил меня на улице следующим днем. Притащил в притон и предложил быть с ним. Но он же такой мерзкий! У него зубы кривые и желтые — изо рта воняет, как из отхожего места. А моется он только по праздникам, да и это не точно. Не говоря уже, что промышляет воровством и тем, что щипает приезжих на рынке. Мне такой муж даром не нужен! Да и не предлагал он мне замуж за него идти, если честно…

Белка потупилась.

— Беляна, ты такая хорошая девушка! Умница и красавица! А этот Аким тебе и в подметки не годится! Шантрапа подзаборная, — поддержала ее я. — Найдешь себе кого-нибудь более подходящего, когда наступит время.

— Лэрд генерал найдет, — вклинилась Анисья. — Где это видано, чтобы девица сама себе мужа искала? Вот ежели кто посватается, тогда лэрд и будет решать, достоин он или нет.

— Простите, лэрд генерал. На все ваша воля, — тут же смиренно согласилась с ее словами Беляна.

Данте кивнул с серьезным видом, я же почему-то испытала возмущение, но сдержалась. А для себя решила, что мы с Белкой найдем ей жениха без посторонней помощи. Такого, который не обидит и действительно ее полюбит.

— Рассказывай! Дальше рассказывай! — нетерпеливо потребовала Анисья.

— Я не выдержала и высказала Акиму все, что о нем думаю. Надеялась, что обидится и отстанет наконец.

— Он обиделся? — уточнил вдруг Хомка.

Непривыкшая к говорящему хомяку Беляна захлопала глазами, сбившись с мысли.

— Обиделся? Ах, да! Еще как обиделся! — заявила она с мрачным удовлетворением. — Вот только не отстал. Сначала хотел просто снасильничать, да дружок его отговорил. Сказал, что я красивая, и если меня в бордель продать, то можно неплохо выручить. А после уже и самому пользовать сколько вздумается. — Белка смущенно стрельнула глазами на генерала. Похоже, говорить такие вещи в присутствии мужчины ей было неловко. — Вот только Аким глупый и жадный. Он решил сам меня на улицу выставить, чтобы подзаработать, а тут вы.

— По беспределу это! — заметил хомяк.

Мне аж дурно стало.

— Неужели в Нижнем городе совсем законы не работают? — посмотрела я на генерала. 

— Должны работать так же, как и в верхнем. Да что-то, видно, пошло не так… — признал он и задвигал желваками. 

Похоже, рассказ Белки ему совсем не понравился.

— Да уж, вовремя мы тут проехали. Просто провидение какое-то… — выдохнула я, все еще ощущая себя виноватой перед Беляной.

— Ничего, все уже закончилось. Вы же возьмете меня с собой, лейра, правда? — Беляна молитвенно сложила руки.

— Конечно, возьму! Теперь и речи быть не может, чтобы не взять.

— Спасибо-спасибо-спасибо!

Беляна соскользнула с сиденья и обхватила мои колени, прижавшись к ним лбом.

— Прекрати! Что ты делаешь? Не надо, Белка! — попыталась я ее утихомирить.

— Лейра, вы не представляете, что для меня сделали. Вы мне жизнь спасли!

— Хочу всем еще раз напомнить, что в Запределье нас ждет неизвестность. Я поклялся защитить Элению и ее сына. Буду защищать и вас, но они — всегда в приоритете. Хочу, чтобы вы это понимали.

Анисья и Беляна серьезно кивнули.

— С лейрой Эленией мне где угодно безопаснее, чем в Лемаре, — грустно выдала Белка и тут же сменила тему: — Анисья, а расскажи-ка нам, где ты так ловко научилась обходиться с клюкой? Что-то я раньше за тобой не замечала подобного.

— Это на нее кровяная колбаса так подействовала, — неожиданно поддел нянюшку Хомка.

Беляна недоуменно вскинула брови, а мы с Данте улыбнулись.

— Поговори мне, крыса бесхвостая! — пробубнила Анисья.

Она все еще была обижена на хомяка за иголку.

— А, правда, нянюшка, расскажи? — попросила я.

— Да чего рассказывать-то? — проворчала Анисья, но было видно, что ей приятен наш интерес.

— Мне показалось, что вы очень опытная фехтовальщица, — неожиданно заявил Данте.

И нянюшка смущенно покраснела.

— Так и есть, лэрд генерал. Но не практиковалась давно уже, годы не те, да и необходимость в том пропала…

— А была? — удивилась я.

— Я ведь не только вашей няней была, лейра, но и телохранительницей. Когда меня наняла ваша матушка, она поставила условие: чтобы опыт был в воспитании детей, да внешность няни добрая и безопасная, но отпор дать могла, случись беда. Я каждый день практиковалась с рапирой. По молодости даже турниры выигрывала в Среднем Лемаре, которые проводились для простых горожан. И в вашем доме тоже продолжала заниматься. Даже барон иногда против меня выходил. Ох и нахваливал он наши спарринги! Мне, конечно, устоять было сложно, но продержаться какое-то время я могла.

От ее откровений у меня глаза на лоб полезли. Почему-то Эления этого не знала.

Няня, словно подслушав мои мысли, пояснила:

— Ваша матушка настаивала, чтобы вы об этом моем увлечении знать не знали. Вот я и старалась быть с вами мягкой, да податливой и безопасной. Да и привыкла как-то со временем. Но ежели чего, могла за вас постоять. Пока помоложе была, конечно. Потом в доме стала править Офелия и запретила мне тренировки. Боялась, что пораню ее дочерей.

Анисья недовольно поджала губы.

Вскоре мы покинули город и поехали по предместьям. Было темно, и разглядеть что-то за пределами редких магических светильников, установленных вдоль дороги, не представлялось возможным. Бескрайние поля сменились холмами, и наш дилижанс то спускался, то поднимался, тихо шурша колесами. Мерно топали подковами лошади, пофыркивая на ходу. Им аккомпанировала Анисья — негромко похрапывая, няня почивала на топчане.

Белка, которой толком не довелось отдохнуть за последние сутки, тоже сжалась в комочек в уголке на сиденье. Угомонился и крепко уснул накормленный Сашка. А я, привалившись к стенке, делала вид, что дремлю, из-под ресниц наблюдая за генералом. Данте смотрел в окно и верно думал о чем-то серьезном. Лица я не видела, но судя по плотно сжатым челюстям, делала вывод, что он огорчен и чем-то недоволен. Наверное, его задевало то, как дядя управлял его землями?

В какой-то момент я тоже провалилась в сон и проснулась рывком, словно почувствовав какие-то перемены. Сверху вниз, снисходительно улыбаясь, на меня смотрел генерал. Оказывается, я использовала его колени как подушку!

— Простите, лэрд! Не понимаю, как это произошло… — пробормотала я смущенно и торопливо поднялась.

И правда, когда это я успела переместиться с одного края сиденья на другой?

— Лейра, ваш сынок проснулся, и я его переодела. Не хотела вас будить, — сообщила Белка, передавая мне Сашку. — Вот только накормить его нечем.

— Я прихватила с собой бутылочки, которые лейра Офелия готовила для малыша. Если у вас избыток молочка, можно их наполнить, — неожиданно предложила Анисья. — Так оно сохранится несколько дней, благодаря особому артефакту в крышке.

— Их приготовила Офелия? — переспросила я, понимая, для каких целей.

Видимо, покупатель не собирался брать с собой кормилицу Мартану, но ребенка нужно было как-то кормить в дороге.

— Да ладно вам, лейра! Главное, что вещь полезная, — весело заметила Беляна, заметив мое негодование.

Мысль верная. Мало ли что со мной случится? Нужно, чтобы у моего сына был запас пищи. Уняв неприязнь к Офелии, я согласилась с Беляной:

— Ты права. Да и молока у меня в достатке. Нужно будет их наполнить при случае.

Я собиралась покормить сына и хотела попросить Данте, чтобы он отвернулся, но тут генерал сообщил:

— Мы уже в Левшарах, лейра. Прибыли на постоялый двор, где вы сможете отдохнуть, позаботиться о ребенке и привести себя в порядок. Продолжим путь завтра рано утром, будьте готовы. Лошади у нас выносливые, но и им требуется отдых.

— Деточка… Кхм! Лейра, наденьте сейр, прежде чем выходить. 

Анисья протянула мне головной убор похожий на усовершенствованный славянский повойник из ткани в тон моему платью. Богато украшенный вышивкой и мелкими драгоценными камушками, очень красивый! Вот только я понятия не имею, как его правильно надевать.

— Анисья, отличная мысль! — похвалил няню генерал и пояснил: — Эления, я знаю, что в наше время замужние лейры не блюдут традицию покрывания волос так строго, как в старину, но в нашем случае это будет уместно. Главным образом, чтобы скрыть ваш необычный цвет волос. Боюсь, иначе нам не удастся выдавать себя за лэрда и лейру дан Верлир достаточно долго.

Только сейчас я сообразила, что и правда больше ни у кого не видела такого серебристого блонда, которым могла похвастаться Эления. Разве что у Сашки. Но, во-первых, он еще маленький, а во-вторых, носит чепчик.

— Да-да, конечно! — поспешно согласилась я, едва не спросив про кольца, которых у нас тоже не было, но вовремя прикусила язык, вдруг поймав новую «вспышку» воспоминаний моей предшественницы.

Вступая в брак, здесь было принято подпоясываться парными калао, которые носили под одеждой и демонстрировали их лишь во время свадебного обряда. А кольца считались простыми украшениями, не более.

Я взяла сейр из рук няни и неуверенно уставилась на него. Выручила Белка:

— Лейра, я помогу спрятать волосы. Повернитесь, пожалуйста.

— Спасибо, Беляна.

С облегчением я передала ей головной убор и занялась ребенком. Сашка не спал и с укором смотрел на маму, которая не торопилась его покормить. Чую, еще немного, и он разразится требовательным плачем.

Я села боком, чтобы Белке было удобнее, и она ловко переплела мои волосы, заправив их под мягкую ткань.

— Готово! Как же вам идет сейр, лейра!  

— Ой, какая хорошенькая! Ну настоящая молодая жена! — воскликнула Анисья, и ее глаза заблестели. — Ах, деточка, как бы я хотела дожить до момента, когда ты выйдешь замуж за хорошего человека… — проговорила она мечтательно.

— Обязательно выйдет. Я лично об этом позабочусь, — тут же откликнулся генерал.

Я вскинула на него возмущенный взгляд. Ну прямо сваха! Всех-то он замуж поотдает! И меня, и Белку!

Данте глаз не отвел. Смотрел он при этом так, что я первой смущенно опустила ресницы, привычно прикрывшись заботой о ребенке. Вон! Локон из-под чепчика выбился. Непорядок! И пеленку нужно поправить. Срочно!

Генерал тем временем распахнул дверцу и первым вышел наружу. Перекинувшись парой слов с Мышью, он помог выбраться Анисье — няня сидела ближе всех к выходу. Беляне выйти мешала висевшая на проходе люлька, и она пропустила меня вперед. Я поспешила на волю — не терпелось размять затекшее от сна в неудобной позе тело. Тут-то и случилась беда…

Конечно же, я забыла придержать длинный подол платья. Ну не выработалась у меня еще такой привычки.

Ожидаемо ткань попалась под ногу... Рывок!

Сдавленно пискнув, я полетела вперед, прижимая одной рукой к себе сына, а другую выставив перед собой. Зажмурившись, ожидала удара о землю и за этот короткий миг успела подумать все самое страшное.

Генерал подхватил меня и придержал ребенка.

— Эления! — выдохнул он, как мне показалось, испуганно.

Прижатая к его груди, я почувствовала, как частит-торопится сердце мужчины, и смутилась…

Отчего я каждый раз так смущаюсь, оказавшись рядом с генералом? Ведь не девица на выданье, а уже состоявшаяся женщина с Земли. Не помню, чтобы дома я так часто испытывала это чувство. Уж точно была побойчее. Или все дело в реакциях Элении? Может ли быть, что они накладываются на мои собственные?

Независимо от причин, мои щеки покрыл густой румянец. Я хотела было отстраниться, но Данте не позволил. Обняв меня чуть крепче, шепнул на ухо:

— Помните, для всех мы — семейная пара. Нужно вести себя соответственно.

И только после этого он меня отпустил.

— Спасибо, любимый. Я так испугалась! — выдала я тут же почти естественным тоном.

Я никогда не называла мужа «любимым», и сказать это было все равно, что скопировать цитату из фильма. Но тут мы с Данте встретились взглядами, и по телу побежало приятное тепло, покалывая кончики пальцев.

— Я постараюсь быть рядом в нужный момент, чтобы помочь, — ответил Данте и неожиданно добавил, как-то странно хрипло: — Любимая…

К счастью, Сашка, растревоженный моими кульбитами, расплакался, и я смогла полностью сконцентрироваться на нем, спрятав глаза. К нам уже спешил слуга, который попросил следовать за ним в большой деревянный дом, приземистый, но с широкими окнами. Строение вызвало ассоциации с коренастым мужиком-крестьянином, основательным и крепко стоящим на ногах. Не знаю, чьи это были мысли, мои собственные или Элении? Неважно!

— Лучшие нумера-с на нашем постоялом дворе для лэрда и лейры! Нечасто к нам такие высокие гости заезжают! — убеждал слуга, провожая нас по длинному и широкому коридору, в котором приятно пахло травами.

Знал бы он только, насколько высокие гости сейчас идут за ним следом…

Данте вежливо обнимал меня за плечи, а я пыталась успокоить сына, чувствуя, как кожа под ладонью генерала пылает даже под несколькими слоями ткани.

Нам выделили двухкомнатные покои с симпатичным провинциальным интерьером и отдельной ванной. Здесь было все, что необходимо, и тоже хорошо пахло травами. 

Быстро объяснив, что и как у них устроено, слуга нас покинул, а я бегло осмотрелась и оказалась приятно удивлена. Особенно меня обрадовали удобства, инкрустированные какими-то камнями — такие же, как и в доме Элении. Не ожидала я такого роскошества в подобном месте, но вот ведь!

Устроив Сашку на просторной кровати, повернулась к генералу.

— Данте…

— Эления…

Начали мы одновременно и замолчали.

Дракон вдруг шагнул ближе и, притянув меня к себе за талию, накрыл мои губы своими!

Не помню, когда целовалась в последний раз вот так: по-настоящему, взасос. Потому растерялась в первый миг от такого напора. Генерал был большой и сильный. Его запах, тепло его тела обволакивали меня, сводя с ума и порождая неуместные фантазии. Я как будто переступила незримую границу и оказалась где-то не здесь, а в другом месте. Там, где можно себя не сдерживать и признать, что он мне нравится. И все, что происходит — тоже. Даже голова закружилась, а в ногах образовалась приятная слабость. Осознав это, я вдруг запаниковала и подалась назад, отталкивая мужчину. Тот отпустил меня сразу и посмотрел вопросительно.

От возмущения мое лицо пылало, но я не позволила словам отповеди сорваться с губ. Ведь сама виновата в том, что произошло. Забыла, в каком мире нахожусь. Забыла, что нужно «фильтровать базар», как выразился бы Хомка.

Причина такого внезапного поведения генерала была ясна, как белый день. Вряд ли обращение «любимый» здесь было настолько в ходу, что использовалось на улице, да еще и прилюдно! Немудрено, что генерал отреагировал именно так. Похоже, он обалдел и решил, что я его откровенно соблазняю! А если ему еще и Офелия напела о том, какая я падшая, то он и не сомневался в собственных выводах даже… Кошмар!

Нужно было срочно исправлять ситуацию.

— Данте… Лэрд генерал… Считаю, что должна объясниться. Просто обязана! — начала я едва ли не панически.

— Эления, вы ничего не должны...

— Нет, должна! — перебила его я. — Иначе вы все не так подумаете. Я… То, как я вас назвала на улице. Там были люди, а вы сказали, что нужно сделать вид… Я и сделала, как это себе представляла, но не слишком удачно подобрала слова… У меня ведь нет опыта… — мямлила я, с каждым словом чувствуя себя все глупее и глупее.

Почему же объясняться с ним так сложно, что даже нечем дышать? Я замолчала, зажмурившись и пытаясь собраться с духом, чтобы сформулировать все заново.

— Это вы меня простите, лейра дан Анатур, — заговорил Данте официально. — Я возомнил себе невесть что, но… Обещаю, это больше не повторится.

— Не повторится? — эхом отозвалась я, не сдержав ноток разочарования в голосе.

Похоже, генерал это заметил, потому что добавил: 

— Если, конечно, вы сами не подадите мне однозначный сигнал. Однозначнее, чем тот, который я истолковал неверно, — закончил все-таки он.

Резко втянув в грудь воздух, генерал прижал ладонь ко лбу и, виновато стрельнув глазами из-под руки и упавшей на глаза челки, снова как-то по-мальчишески мне улыбнулся. Эта его улыбка была просто волшебной! Серьезного и собранного мужчину она меняла до неузнаваемости и так, что хотелось улыбаться в ответ. Я снова не совладала с собой и тоже просияла. А затем не выдержала и уточнила:

— То есть, я правильно понимаю, что если подам вам сигнал, вы меня снова поцелуете?

Удивительно, как резко меняется женское настроение! Честное слово, сама в шоке!

— Непременно! — как-то охотно пообещал генерал, убрав руку от лица.

Неужели я ему нравлюсь? Точно, нравлюсь! Что за глупый вопрос? Уж это я способна распознать. Вот только что стоит за его симпатией? Какие у него намерения?

— Вы меня смущаете, — заметила сдавленно.

— Я не нарочно, просто так получается, — ответил он и добавил поспешно: — Но вы не переживайте, Эления. Я больше не буду вас смущать какое-то время. Мне нужно отлучиться по делам. Отдыхайте спокойно, только никуда не выходите ради вашей безопасности и безопасности нашего ребенка. Если что-то понадобится, просите служанок, они принесут. Еду вам подадут прямо в покои. Перекусите и ложитесь, меня не ждите. Путь продолжим с утра, и вам обоим стоит отдохнуть как следует перед новым участком дороги, иначе с непривычки можете заболеть.

Говоря это, Данте потихоньку сдвигался к двери. Не знаю, как у него получалось делать это естественно, прямо как это делают кошки. Раз! И он уже немного в другом месте.

Осознав, что он вот-вот уйдет, я крикнула:

— Стойте!

— Стою, — откликнулся генерал и замер, вопросительно уставившись на меня.

— Нужно придумать пароль, чтобы вы не перепутали, — заявила я твердо.

— Какой пароль? Вроде как у ночного караула?

— Угу.

— Зачем?

— На случай, чтобы вы снова ничего не перепутали, — ехидно повторила я.

— Поверьте, я не перепутаю, — принялся убеждать меня он.

Ну-ну. Мужчины такие самодовольные болваны, порой. Не думаю, что генерал-дракон исключение.

— А вдруг перепутаете?

— Эления, вы намекаете, что я могу неверно расценить ваши сигналы и снова вас поцеловать? — вкрадчиво поинтересовался генерал.

— А вдруг наоборот?

— Наоборот?

— Ну да. Я подам вам знак, что пора целовать, а вы ничего не поймете, и я тогда расстроюсь? — заявила раньше, чем успела подумать.

Конечно же, я просто желала сбить с него спесь. Правда-правда!

Брови генерала взлетели, но тут же опустились, а глаза коварно сузились. И я осознала, что попала в собственную ловушку.

— Ну что ж, Эления. Тогда вот вам пароль, который я ни с чем не перепутаю. Скажите: «Драконий хвост тебе в глотку, Данте!», и я вас тут же поцелую. Немедленно поцелую, что бы ни происходило, и где бы мы ни были! Договорились?

Офигев от такого заявления, я только захлопала ресницами, а Данте, отсалютовав мне на прощание, покинул комнату.