Глава 20

* * *

— НАДАР —

«Невозможно… Этого быть не может… Хаос давно не приходит в наш мир…» — билась в голове одна и та же мысль.

Не заметил, как и домой вернулся.

Хаос провёл через несколько слоёв теней, и я не обратил на это никакого внимания, так сильно погрузился мыслями в далёкое прошлое, омрачённое невежеством, страхом и злобой тех, кто не понимал сути хаоса.

Проигнорировал Бродягу, который подошёл ко мне, но я его и не заметил.

Я бросился прочь из дома, вышел к озеру и застыл на берегу.

Прошлое накрыло с головой.

Когда Империи Дарадазир ещё не существовало, когда весь мир боялся магов, восхвалял их и возносил до божественного уровня, люди с магией хаоса, напротив, считались порождениями тёмных сил.

Нас считали проклятыми, злыми, чуждыми этому миру и на нас шла охота.

Невежественный, тёмный, неразумный народ считал, что мы истинное зло.

Подстёгивали эту мысль другие маги, мы были невыгодны.

Они закладывали семя ненависти и раздора, зарождали страх к магам хаоса.

Они не осознавали масштаб творимого зла. Как итог, все, кто носил в себе хаос, научились скрывать его. Не использовали силу и, в конечном счёте, сила хаоса убивала носителя. Разрывала, не находя выхода. Итог был печальным.

Живой лишь я. Остальные давно покинули сей мир, и находятся в объятиях безвременья.

Воспоминания накрыли меня. Я вновь услышал, увидел, ощутил…

— СЖЕЧЬ!

— СЖЕЧЬ!

— СЖЕЧЬ ДОЧЬ ТЬМЫ!

Толпа обезумела, они как один кричали одно и то же, от мала до велика.

— СЖЕЧЬ!

Хворост сваливали вокруг высокого эшафота. К столбу магией была привязана к столбу молодая женщина.

Она пыталась перекричать толпу:

— Стойте! Я не дочь тьмы! Я не несу зла! Пожалуйста! Услышьте меня!

Но никто не слышал.

— Вы много лет меня знаете! Нет во мне зла! — безуспешно пыталась она достучаться до толпы, которая жаждала её крови.

Девушка таила в себе крупицы хаоса, но даже их хватило бы усмирить всю толпу.

Но не могла она силой воспользоваться, не умела, не знала, как.

Хаос непредсказуем, его нужно укрощать, его нужно обучать и столько отважных и полезных дел с ним можно творить, что не счесть.

Но разве толпе это объяснить?

Разве доказать невеждам и тёмным умам, что это дар, а не проклятие?

Что девушку нужно просто учить?

Белая рубаха до колен забрызгана её же кровью. Девушку пытали…

Её белые ноги и руки были в оковах, блокирующих любую магию. Но хаосу эти браслеты не страшны, если знать, как им пользоваться.

— Врёшь! Тебя принесла сюда тьма! Ты не человек! Ты тёмная сущность! Ты – зло! — кричала толпа. — Ты даже выглядишь не как все! СЖЕЧЬ ЕЁ!

Волосы у девушки были ярко медного оттенка, в лучах солнца они выглядели, словно пламя огня, ё кожа белая, чистая. А вот глаза… Один был прозрачный и синий, как зимнее озеро, другой — чернее чёрного.

Замысел природы и только.

Никакой хаос здесь не замешан.

Хаос может пробудиться в ком угодно.

Красив ли человек, иль уродлив, глуп или умён, с добром пришёл в этот мир, или ненавистью он наполнен – для силы хаоса всё это не важно. Но разве людям объяснить? Людям, которые считают, что маги, посланники богов и любое слово их – закон.

Я был закован цепями, обессилен, меня пытали, требовали назвать всех, в ком имеется хоть капля хаоса.

Уговорами пытались добиться имён, пытками, обещаниями освободить, отпустить, богатствами думали осыпать… Лживые люди.

Они заставили увидеть казнь девушки, которую я не знал, но в которой проснулась сила.

Невинная душа попала в руки к этим озверевшим глупцам.

Она не знала о нас, о людях хаоса, не знала, что мы могли её защитить, обучить, как обучал меня мой отец.

Народ закидывал её камнями, грязью и нечистотами.

В руке стихийного мага появился огненный шар.

Я видел, как отражался огонь в испуганных глазах девушки. Я слышал шёпот своей силы «отдайся мне… и ты спасёшь её…»

Как же молод я был, как глуп, многого ещё не знал.

А ведь я мог её спасти. Мог. Но не умел тогда управляться с хаосом, как умел это делать мой отец.

Я не знал, как спасти невиновную от безумцев, не растворившись в хаосе и самому не стать сумасшедшим.

Тогда, много-много лет назад я был не готов к подвигам.

— Чего ты ждёшь? Жги её! ЖГИ-И-И! Спалим тёмную сущность! — ревела толпа.

— Жги! Жги! Жги! — нараспев требовала толпа.

Голоса стихли, только когда маг поднял руку, в которой сильнее вспыхнул огненный шар.

Я стоял за решёткой и смотрел в узкое окно своей узницы, как совсем скоро от прекрасной девушки останется лишь пепел.

— Смотри, Надар, смотри, — смеялся начальник тюрьмы. — Или назови все имена и место, где прячутся люди тьмы.

Я молчал.

Одна жертва во спасение других?

Значит, так тому и быть.

— Боги с нами! И они говорят нам, чтобы мы уничтожили заразу в виде тёмной силы, что проникла в наш мир! Это дитя носит в себе тьму, а тьма чужда нам! Ей не место здесь! Эта душа должна быть спасена! Пламя очистит её душу от темноты и зла! Она спасётся через сожжение!

Всего на мгновение маг огня, он же палач, поднял взгляд на зарешечённое тюремное окно.

Сигнала не последовало.

Я не назвал имён.

И приговор для невинной девы вступил в силу. Она закричала сорванным голосом.

— Гори! Гори! Гори! — ревела довольная толпа.

Крики девушки я помню до сих пор.

Как и запах палёной плоти.

Магический огонь голодным зверем долго терзал её тело. Девушка умирала мучительно и страшно.

Я вспомнил безобразное и мрачное событие.

Те времена давно прошли.

Время изменило людей. Хаос больше не зло.

Хаосом можно управлять, поняли маги.

Да было поздно. Магов с этой силой не осталось.

А те, кто рождались, сходили с ума, не в силах справиться с могуществом и соблазнительным шёпотом этой силы.

Лидия Раджески, баронесса. Маг хаоса.

Её нужно защитить и обучить.

* * *

— ЛИДИЯ —

— И когда же ты собиралась мне сказать, что носишь в себе хаос? — с негодованием поинтересовался зельевар.

Он впился в меня суровым и колючим взглядом и вот зуб даю, не отстанет, пока не выложу всю правду.

— Э-э-э… — протянула я озадачено.

На самом деле я знала только то, что я – маг земли. А про хаос я удивлена не меньше Армана.

Тряхнула головой и с опаской пробормотала:

— Господин Гор, но я, как и вы, только что узнала об этом. И чем мне теперь это грозит?

Он сдвинул седые брови и чуть склонил голову. Не моргая, смотрел мне в глаза.

Я стоически выдержала тяжёлый взгляд мудрого и очень умного человека. Он вздохнул, прикрыл глаза и покачал головой. Провёл ладонью по лицу и прошептал:

— И как я сам не увидел, не разглядел?

— Господин Гор, так что теперь будет? — проговорила едва слышно.

Сцепила руки в замок, сжала пальцы с такой силой, что они побелели. Мне было не по себе.

Что этот хаос мне даст?

Новые проблемы?

«Уж точно хорошего мало», — ехидно заметил внутренний голос.

— Что будет? — задумчиво произнёс зельевар, глядя куда-то вдаль или дальше. Он долго молчал, нервируя меня, потом, наконец, соизволил взглянуть на меня и сказал: — Что ж, Лия, придётся тебе пообщаться с генералом. Только он во всём мире обладает магией хаоса, сохранив при этом разум и душу.

Я закусила нижнюю губу и подумала, что может, стоит рассказать Арману правду о себе?

Не успела, как следует обдумать эту мысль, как вдруг, зельевар подался ко мне, крепко схватил меня за подбородок.

Жилистыми сухими пальцами с силой сжал моё лицо, что могут синяки остаться и прошипел:

— Лия, завтра же с утра напишешь ему письмо, что желаешь встретиться.

Я дёрнулась назад, желая освободиться от жёсткой хватки, но Арман сжал пальцы сильнее и продолжил:

— Слушай меня, глупая! Я уверен, генерал заведёт разговор о твоей силе. Будь внимательна. Впитывай каждое его слово, будто ты – морская губка. Внимай всем его рекомендациям, ибо пробудившийся хаос – это всегда игра с безумием и смертью.

И после этих слов он убрал от моего лица руку.

Я потёрла онемевший подбородок и проворчала:

— Больше не делайте так, Арман. Я ваша ученица, а не вещь, которую можно хватать.

Он хмыкнул и никак не прокомментировал моё возмущение, будто оно и заботило его светлый ум.

Зельевар вновь задумался и погладил свою бороду.

А я не сдержалась и решила высказаться:

— По поводу встречи с генералом… — начала осторожно, снова потёрла подбородок, так как Арман явно не рассчитал силу, или намеренно сделал мне больно. Очередной приём зельевара. — Я не думаю, что это хорошая идея. А с хаосом мы сами разберёмся. Вы – гений. Я тоже не дура. Книг у вас столько, что…

— Нет, Лия, — оборвал меня зельевар. — Есть в мире вещи, которые стоит изучать и контролировать только с тем, кто лично знаком с этим монстром. Генерал Дэш знает о хаосе всё, если не больше. Он «посмотрит» твою силу и скажет, что делать дальше.

Я вскочила с места и всплеснула руками.

— Но я не хочу с ним общаться! — вырвалось у меня злое.

Не могла я сказать Арману, что опасаюсь генерала по той причине, что он может меня разыскивать по приказу отчима.

А вдруг эта информация о хаосе внутри меня – причина для моего заключения в тюрьму?

И теперь меня вообще повесят, утопят, сожгут, но сначала хорошенько попытают?

От этих мыслей у меня по позвоночнику побежал противный холодок.

Я остановилась напротив зельевара и упавшим голосом поинтересовалась:

— А что вообще полагается людям, у кого обнаружился хаос?

Арман прищурился и с насмешкой поправил меня:

— Ты хотела спросить, что полагается женщинам, у которых пробудился хаос?

Дёрнула плечом и кивнула.

Арман снова погладил свою бороду и сказал:

— Прошли те времена, когда хаос считали истинным злом и власти уничтожали всех его носителей…

Он поднял указательный палец и тоном профессора договорил:

— Но с тех времён не зафиксировано ни одной женщины с силой хаоса. Данная сила крайне своенравна и может не пробуждаться с рождения. Она может всю жизнь спать, но коль пробудится… Что ж, я бы никому не желал этой силы.

Я развела руками.

— Если у меня эта сила пробудилась, то всё пропало, да? — спросила раздражённо.

Арман прав, о хаосе известно мало. В основном теория и исторические хроники. Какого-либо учения по данному виду магии не было. Или Арман просто ещё не дал мне этих книг.

Зельевар смерил меня задумчивым взглядом и пустился в дискуссию:

— Хаос – явление не изученное, Лия. Ты должна понимать, что это первичная бесформенная, беспорядочная и неорганизованная стихия, наполненная туманом и мраком. В отличие от других видов магии, хаос разумен. Он стремится поглотить разум и душу того, кто его призвал или в ком он пробудился. Это вечно голодный монстр, Лия. И неизвестно, как удалось Надару Дэшу его укротить.

Меня кое-что зацепило в его словах.

Я прошла туда-сюда и снова остановилась напротив Армана, который продолжал сидеть в садовом кресле и поглаживать свою бороду.

— Погодите, господин Гор... Вы… Вы сказали, что хаос можно призвать? То есть это не только врождённая стихия, но и приобретённая? — поинтересовалась осторожно, но при этом внутри меня всё похолодело.

Вспомнила слова служанки, когда только-только очнулась в этом мире и в этом теле, что Лидия призвала тёмную сущность… Что если, вместе со мной в это тело вошёл и хаос? Или я сама – хаос? А-а-а!

Из тех знаний, что я получила, я знаю, что тёмные сущности своего рода дети хаоса.

Если по-научному сказать, то тёмная сущность – это уникальная формы жизни, сотканная из энергии хаоса.

Я схватилась за голову и сделала шумный вздох.

Арман следил за мной.

— Да, Лия, хаос можно призвать. Им можно наполнить своё тело, которое хаос разрушит. Хаос открывает двери к тёмным знаниям. Но цена – душа. Были у меня где-то старинные свитки…

Он нахмурился, и взгляд стал отстранённым. Арман словно вспоминал далёкие, очень далёкие дни.

— Был один человек, который сумел наполниться хаосом. Он заключил сделку. Когда смерть его настигнет, то душа его не переродится, а достанется Хаосу. И я уже говорю о хаосе не как о стихии, а о том Хаосе, который известен, как Бесконечность, Пустота за пределами всех Пустот. Изначальное и бесконечное Ничто. Это Бездна за пределами всех Бездн. Безвременье. Пред-Начало всех Начал.

У меня волосы на голове зашевелились.

Дурное предчувствие появилось. И будто на мои переживания отреагировала погода. Внезапно налетел ветер, потемнело небо. Свинцовые тучи закрыли собой ясное небо и золотое солнце.

Начал накрапывать дождь. Его капли становились тяжелее… Вот-вот начнётся ливень.

Но мы с зельеваром не спешили уходить с террасы.

Мы немного помолчали, а потом он продолжил рассказ, а я уже знала, что скажет Арман.

И не ошиблась.

— Он обманул могущественную силу, Лия. Получил страшное знание, как можно жить вечно. Он узнал, что можно перерождаться здесь и сейчас, не покидая пределов мира и не переходя в мир духов для ожидания Суда и новой жизни. Я не знаю, жив ли тот человек, хотя слово «жизнь» для него неприемлемо. Быть может, его настигла кара, и Хаос дождался своей награды.

Я дослушала молча.

Слова Армана Гора слились с видом непогоды, тёмных туч, серой пелены дождя. Его рассказ погрузил меня в странные и мрачные размышления.

Я гулко сглотнула и на негнущихся ногах дошла до своего кресла и буквально плюхнулась в него.

Уставилась прямо перед собой и подумала:

«Значит ли это, что настоящая Лидия Раджески принесла мою душу в жертву Хаосу? Возможно ли то, что когда я свершу месть за всю семью Раджески, то и я «уйду» следом, тоже буду мертва? Или есть другая версия, что Лидия уже расплатилась и отдала Хаосу свою душу?»

Меня пугали оба варианта.

— Я напишу утром генералу, — сказала зельевару упавшим голосом, и под его пристальным и задумчивым взглядом, встала с кресла и ушла к себе.

На город обрушилась непогода.

Бушевал самый настоящий шторм.

Такая же непогода поселилась и в моей душе.