Глава 5

* * *

МАРИЯ

Полночи я не спала, как статуя сидела на диване и смотрела на своего пленника.

Часы медленно тикали.

Васька спал, свернувшись клубком у меня на коленях, а генерал Серов, связанный по рукам и ногам, сидел на стуле и был в отключке.

Под утро он застонал.

Я подскочила, чуть не скинув кота на пол.

Васька обиженно мякнул и перебрался на подлокотник.

А я в упор и в полном ужасе уставилась на Серова.

Он приходил в себя.

Веки дрогнули, голова качнулась из стороны в сторону. Из горла мужчины вырвался глухой мык, он попытался что-то сказать и обнаружил, что во рту что-то мешает.

И тут он распахнул глаза, чуть мотнул головой.

Я думала, что готова к этому моменту, но, увы, нет. Когда генерал поднял на меня взгляд, вся моя подготовка вылетела в трубу.

У него был взгляд человека, который прошёл горячие точки, командовал батальонами и в жизни не оказывался в ситуации, когда его похищали и привязали к стулу. Я так думаю.

Его глаза метали молнии.

Он дёрнулся и стул жалобно скрипнул, верёвки натянулись и мышцы на руках вздулись так, что я на секунду испугалась, а вдруг стяжки и верёвка не выдержат?

Выдержали.

— М-м-м-м! — прорычал он сквозь кляп. — М-м-м-м-м!!!

Васька издал короткое «мяв» и пулей вылетел в коридор. Только его и видели.

— Прекратите дёргаться, — проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, но получилось не очень. — Я сейчас выну кляп, и мы поговорим. Хорошо?

Он перестал дёргаться, но взглядом продолжал меня буравить. Если бы взглядом можно было убивать, я была бы уже трупом.

— Я вынимаю кляп, — предупредила его и подошла ближе. — И мы разговариваем, как цивилизованные люди, без криков и ругательств. Договорились?

Он долго смотрел на меня, я прямо чувствовала, как в его голове прокручиваются варианты развития событий. Наконец, мужчина коротко кивнул, мол, хорошо.

Я потянулась к ремешку кляпа и расстегнула его. Осторожно вытащила его.

Отступила на два шага, на всякий случай. Хотя он был связан, мне всё равно казалось, что он сейчас ка-а-ак прыгнет на меня вместе со стулом, и прибьёт.

Он облизнул губы, вдохнул, шумно выдохнул и выдал:

— Ты понимаешь, дура, что ты натворила?

Голос был низкий, злой, но Михаил не кричал. Это было даже страшнее, чем если бы он орал.

— Это похищение, Маша. Тебе светит тюрьма. Ты понимаешь, что ты сгниёшь за решёткой. Отпусти меня немедленно, и возможно, я прощу тебя.

Я удивлённо захлопала ресницами.

Возможно? Он сейчас серьёзно?

Я возмутилась его словам.

— Возможно? — переспросила ядовитым тоном, скрещивая руки на груди. — Не-а, не вариант.

— Что?

— Не вариант, говорю. Ваше «возможно» меня не устраивает. Я хочу, чтобы вы поняли одну вещь.

Я шагнула ближе.

— Вы были в корне неправы, когда затеяли стройку прямо у моего участка. Вы своими действиями практически убили мою клубничную мечту. Вы вообще понимаете, что такое мечта?

Он молчал и смотрел на меня с лютой яростью. Желваки ходуном ходили.

— Это не просто ягоды, — продолжила я. — Это то, ради чего я ушла с работы и вложила всю душу, а вы просто уничтожили всё.

— Я хотел заплатить тебе, — процедил он. — Я предложил компенсацию.

— Откупиться решили?! — гневно всплеснула руками. — Да вы меня оскорбили этим предложением! Вы думаете, всё можно решить деньгами? За мечту не платят, господин Серов! Кто мне нервы восстановит? Да из-за вас я будто в аду жила!

Он дёрнулся, и стул скрипнул.

— Меня будут искать, — произнёс он, чеканя каждое слово, чтобы до меня дошло. — Маша, ты понимаешь это? Меня все будут искать, и найдут. И тогда...

— Не-а, — расплылась я в наглой улыбке.

Серов замер.

— Что значит твоё это «не-а»?

— Для всех вы пошли на рыбалку, — сообщила ему с улыбкой.

— На рыбалку? — опешил мужчина. — Да ты спятила! Какая рыбалка? Никто в это не поверит! Я не хожу на рыбалку!

— Ну, значит, это будет ваша первая рыбалка, — пожала я плечами. — Тем более убедительно.

Он замотал головой, стул снова заскрипел.

— Ты ненормальная. Ты вообще отдаёшь себе отчёт в том, что ты делаешь? Это уголовно наказуемое деяние! Идиотка, ты себе всю жизнь разрушила!

— Во-первых, я в курсе, что это наказуемо, — кивнула я. — Во-вторых, хватит, оскорблений… И вообще, знаете что странное? Я почему-то не жалею о своё поступке…

Я плюхнулась на диван.

— И скоро мы с вами узнаем, поверили все в рыбалку или нет. А пока я предлагаю вам отдохнуть. Ещё полночи впереди. Я посплю на диване, а вам придётся отдыхать пока на стуле. Утром придумаем что-нибудь.

Он заговорил со мной другим тоном, никакого рычания, угроз и оскорблений. Голос был сдержанный и терпеливый. Обычно таким голосом пытаются вразумить безумца.

— Маша, послушай меня, ты совершила огромную ошибку, но ты ещё можешь всё изменить. Прошу тебя, отпусти меня, прямо сейчас. И я забуду об этом. Даю слово офицера. Никаких заявлений, полиции и прочего… Я не стану тебе мстить. И более того, компенсация всё-таки будет, несмотря… на это…

Я закусила нижнюю губу, сжала руки в кулаки.

— Я понимаю твою злость, — продолжил он. — Понимаю, что был неправ, но это, — он дёрнул скованными руками, — совсем не решение. Это безумие, Меша. Отпусти меня, и мы решим всё как надо. Обещаю тебе.

Что ж, я внимательно его слушала, и внутри у меня поднял голову голос разума. Потому что Серов говорил разумные вещи, и на секунду мне захотелось поверить.

Но тут сознание напомнило мне, как я кричала, и рыдала, когда увидела, что моя клубника погибла. Вспомнила каждое утро и головную боль от шума и поняла, нет. Он ещё не понял, что сделал.

Я нервно усмехнулась и встала, подошла к нему.

Взяла кляп, который лежал на столе.

— Маша, не надо, — заговорил он быстро. — Мы можем поговорить… Маша!

— Это вы довели меня до такого, — сказала, глядя ему в глаза. — Представляете, как сильно нужно было вывести меня из себя, чтобы я, совершенно спокойная, милая девушка, дошла до похищения? А я ведь даже не знала, что способна на подобное. Это вы открыли во мне новый талант. Поздравляю…

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я аккуратно вставила кляп обратно, и генерал замычал, задёргался. Глаза снова засверкали.

— Кстати, — добавила я, отходя на шаг и поправляя волосы, — следующие дни плена вы периодически будете питаться клубникой.

Он замер и в полной растерянности и ярости уставился на меня.

— Да-да, — улыбнулась ему. — Будете пробовать разную клубнику. Ещё буду рассказывать о клубнике вообще всё, что знаю. Какие сорта бывают, как её высаживать, ухаживать. Про полив, усы, вредителей… Обещаю, вам понравится.

Он замычал снова, но уже как-то яростнее.

— Ах да, ещё у меня есть сливки, — добавила я. — Я очень хочу, чтобы вы начали ценить тишину и красоту этого места… Тогда, возможно, вы поймёте меня…

На этом всё, я устала ужасно. Улеглась на диван и завернулась в плед. В гостиной горел только ночник.

Генерал сидел в полумраке и сверлил меня взглядом, всё ещё мычал и дёргался.

— Спокойной ночи, Михаил Михайлович, — прошептала я. — Добро пожаловать в клубничный плен.

В ответ раздалось приглушённое, но злое «м-м-м-м-м».

Я закрыла глаза.

Да, я капец, какая ненормальная. И я реально совершила преступление. Но, чёрт возьми, как же хорошо я сейчас себя чувствовала, потому что я была хозяйкой положения.