Глава 54 - Мадам Мими и экстремальное купание

Не ожидавший этого, Ричард сначала просто стоял в оцепенении, не веря своему счастью, но почти сразу пришел в себя, начав принимать активное участие в этом процессе. Настолько увлекшись им, что Аннабель еле вырвалась из его объятий.

Лицо наблюдавшего за ними Кристэриана покрылось большими красными пятнами. Парня захлестнула самая черная ревность, которая только могла поразить любящее сердце.

— Ах, ты...ты...зараза! — громко прошипел Кристэриан и не в состоянии придумать что-нибудь другое, повторил. — Ты просто зараза!

Он ураганом выскочил из столовой, так громко хлопнув дверью, что задрожали стены во всем доме.

Вышедший на шум хозяин особняка испуганно уставился на перекошенное от ярости лицо Кристэриана.

— Граф Грандес, что произошло?

— Тебе какое дело?! — гаркнул Кристэриан на герцога, как на прислугу. — Не лезь ко мне!!!

Ирвин ошарашенно замер на месте, но все же нашел в себе силы задать услужливый вопрос:

— Может, вам чем-то помочь? Вы чего-нибудь хотите?

— О, да! — громко протянул Кристэриан — Мне нужна куча выпивки и еще больше женщин! Есть в вашем захолустье такое место?

Ирвин понимающе усмехнулся.

— Для вас, найдем. Пойдемте со мной.

После того как Кристэриан вышел, точнее вынесся из столовой, там наступила гробовая тишина.

Аннабель, плывя, как во сне, села за стол и, налив себе в стакан воды, очень медленно, глоток за глотком выпила его. Все присутствующие внимательно следили за каждым ее движением.

Выпив второй стакан и поняв, что эта тактика мало помогает в устранении проблем, которые она только что создала, девушка беспомощно осмотрелась по сторонам.

— Что я сделала? — потерянным голосом поинтересовалась она у пустоты, словно все происходило без ее участия.

Пустота в лице Дэймона спокойно ответила:

— Ничего особенного, просто послала Грандеса к демонам.

— Зачем? — искренне удивилась Аннабель, все так же вперив сой взгляд в какую-то несуществующую деталь на противоположной стене.

— Не знаю, возможно, снова хотела проверить его чувства, — весьма безжалостно предположил Дэймон. — Поэтому, если ты задавалась вопросом, ревнует ли тебя Кристэриан, то ответ — однозначно, да.

Аннабель почти не слышала этих слов. Точнее, не понимала. Неуверенно подняв свои лучистые серо-зеленые глаза, она с немой мольбой посмотрела на Даниэля. Того единственного, кто может помочь в любой, самой сложной ситуации.

— И что теперь будет? — еле слышно пробормотала она.

— Не знаю, — тот отвел взгляд. — Честно говоря, я поражен не меньше Кристэриана.

— Ясно, — бесцветным голосом ответила Аннабель. Медленно развернулась она, почти на ощупь, как в тумане, отправилась в свою комнату.

Через некоторое время к ней постучался Ричард.

— Можно? — приоткрыл он дверь.

Аннабель сидела на стуле, глядя в окно, повернувшись спиной к двери, и даже не сразу поняла, что кто-то пришел. Только когда плеча коснулась большая теплая ладонь, она вздрогнула, осознав, что не одна.

— Аннабель, извини, если испугал. Я не хотел.

— Что тебе нужно? — резко обернулась Аннабель.

— Поблагодарить тебя за поддержку, — невзирая на её грубый тон, в голосе Ричарда чувствовалась теплота. — Я знаю, что это решение далось тебе тяжело.

Аннабель на миг зажмурилась, собираясь с силами, после чего внимательно посмотрела ему в глаза.

— Не хочу тебя обманывать и, тем более, создавать неправильное впечатление, поэтому скажу честно — я не знаю, почему выступила за тебя.

— Я хотел бы надеяться, — тот осторожно улыбнулся. — Что твои слова, а особенно действия, вызваны чувствами, которые ты ко мне испытываешь, но боишься признаться в этом даже самой себе. Но даже если я и ошибаюсь, то все равно хочу признаться тебе в том, что я тебя…

Заветное слово Ричард произнести так и не смог.

Аннабель настолько стремительно вскочила со стула, что он вынужден был отойти на пару шагов.

— Признаться?! — громко выкрикнула она, боясь, что еще немного, и она разразится неуместным истерическим смехом. — И ты туда же?! Даже не смей! Не смей этого говорить! Я просто не хочу этого слышать! Не хочу!

— Но после твоего поцелуя — растерянно произнес Ричард — Я подумал, что ты…

Хранительница снова грубо его прервала.

— Ты что, не понял?! Я не знаю, почему я так сделала! Это была глупость! Слышишь меня? Глупость! И знаешь, что, Ричард? — сверкающие, как быстро пролетающие метеоры, глаза Аннабель в упор посмотрели на мужчину, впервые заставив отвернуться его самого, а не наоборот. — Тебе сейчас лучше уйти, иначе я за себя не ручаюсь.

— Тебе что же, так противно мое присутствие? — невесело улыбнулся Ричард.

— Да! — безапелляционно подтвердила Аннабель. — Так что, уходи! — указала она на дверь. — Сейчас ты последний, с кем я хочу общаться.

Ричард, поджав губы, побрел к выходу, но перед тем, как выйти в коридор, обернулся:

— Если я последний, то кто первый — Кристэриан? Тогда к чему все эти спектакли? Зачем издеваться и над собой, и над нами?

Аннабель затуманенным взглядом посмотрела вслед исчезающей за дверью широкой, мужественной спине, за которой, казалось, можно было спрятаться от самых страшных жизненных невзгод.

— А если я не могу определиться? — еле слышно прошептала она, находясь в настолько расстроенных чувствах, что села мимо дивана, даже не заметив этого.

***

Прошло полторы недели. Избранные все-так же находились у Ирвина, изнывая от безделья в ожидании друга.

Изрядно исхудавший за время путешествия Даниэль стал понемногу приходить в себя. У него полностью восстановились магические силы и, чтобы не проводить этот неожиданно возникший отпуск впустую, он начал совершенствовать свои навыки.

Результатом его работы стала вещь, которая, несомненно, должна была оказать весомую помощь в бою. Но когда маг с гордым видом презентовал свою разработку откровенно скучающему Дэймону, который прогуливался по саду герцога, тот произнес:

— Извини, но я такое не коллекционирую, — отозвался Дэймон, едва взглянув на маленький, не больше ногтя на мизинце, тонкий плоский камень коричневого цвета.

— И меня это радует. Тем более, что этот камень, а точнее, артефакт, совершенно не для коллекции.

— Артефакт? — с легким смешком переспросил Дэймон — Да уж, любишь ты громкие названия. Не очень-то этот камушек смахивает на артефакт.

— Может, послушаешь, в чем состоит его сила? — сложил руки Даниэль. — Или дать тебе еще время, чтобы поупражняться в остроумии.

— Я и так в этом мастер, — спокойно заключил Дэймон. — Обойдусь без упражнений. Давай, излагай, я весь во внимании.

— Все очень просто. Положи камень к стрелам и, когда будешь стрелять, можешь задумать любой заряд, который будет нести в себе стрела — он обязательно материализуется.

— Это как? — склонил голову Дэймон.

— Как-как! Захочешь — будет током бить, захочешь — пронизывать нескольких врагов сразу. Все зависит только от твоего воображения.

— Ого! — похоже было, что на Дэймона этот презент действительно произвел впечатление. — Не ожидал, что ты способен наколдовать что-то путевое.

— Я так понимаю, что это в переводе с языка Черных скорпионов на нормальный, означает — спасибо, — предположил Даниэль и Дэймон утвердительно кинул. — Только имей в виду — предупредил маг. — Использовать эту способность ты можешь не более двух раз подряд, после этого камню нужно будет зарядиться.

Дэймон с деланным облегчением вытер несуществующий пот со лба.

— Фух! А я уж, было, испугался, что с тобой что-то не так и ты в первый раз довел свою затею до ума.

Даниэль потрясенно покачал головой.

— Это же надо быть таким наглым! Ему абсолютно даром достается уникальнейший артефакт, который на рынке стоил бы не одну тысячу золотых, а он еще и недоволен.

— Я очень доволен, ты даже не представляешь себе насколько, — торжественным голосом произнес Дэймон, расслабленно опустившись на лавочку, в просторной деревянной беседке. Посередине беседки стоял круглый столик из красного дерева с лакированной, гладкой поверхностью. Под крышей висело несколько мозаичных фонарей.

За все пребывания у герцога Избранные зачастую предпочитали есть в этой беседке, наслаждаясь свежим воздухом и прекрасной погодой, что царила в первые дни лета.

В основном, компания состояла из Даниэля с Дэймоном, самого хозяина особняка и Фрэнка. Реже к ним присоединялась Аннабель, которая, в основном, сейчас ела у себя в комнате. Девушка чувствовала себя неуютно рядом с друзьями. За любыми, их самыми непринужденными разговорами, она неизменно видела осуждение и укор в несправедливом отношении к Кристэриану.

Практически все свое время хранительница проводила в блужданиях по городу. Она очень хотела поговорить с рыцарем, попросить прощения. В отличие от других, Аннабель без посторонней помощи могла найти его местонахождение, но стоило девушке только приблизиться к улице, на которой в данный момент располагался Кристэриан, как вся решимость покидала ее, и она убегала, не в состоянии даже подойти к нужному дому.

Ричард, казалось, и вовсе исчез. За все полторы недели, проведенные у Ирвина, он всего несколько раз выходил из своей комнаты, чтобы повидать Анну. Но девушке либо не было в доме, либо она тут же спешила от него избавиться.

Наконец, уставшая бродить в одиночестве, хранительница спустилась в сад к парням.

— Чем занимаетесь? — поинтересовалась она, подходя к беседке.

— Мило беседуем, как и полагается двум закадычным друзьям и Избранным по совместительству — несколько ехидно ответил Дэймон, подвинувшись, чтобы девушка могла сесть.

— Меня это радует, — искренне призналась хранительница, не обращая внимания на своеобразную манеру говорить у Дэймона. — Хоть кто-то не ссориться.

— Мы не просто не ссоримся. Даниэль даже снизошел до того, что сделал мне подарок, — рассказал Дэймон, и Аннабель тут же с привычным обожанием посмотрела на мага.

— Правда? Даниэль, ты просто идеален, — восхитилась она. — Лучшего командира невозможно себе представить! Ты стараешься наладить и укрепить отношения абсолютно со всеми!

— Это точно! Наш Даниэль — просто прелесть! — в тон ей произнес Дэймон и тут же закрыл тому рот. — Да-да, дружище, и не возражай. Я ведь знаю, какой ты скромник и любая похвала для тебя просто невыносима.

Аннабель улыбнулась, глядя на парней.

— Так что же ты ему подарил? — обратилась она к Даниэлю, благодаря чему темный эльф убрал руку, и у мага снова появилась возможность выражать свои мысли вслух.

— Хотел мозги, но там все было занято опилками, — сердито фыркнул маг, покосившись на Дэймона — Поэтому дал ему артефакт, превращающий ментальную энергию в физическую. Стрелы Дэймона теперь могут нести любой заряд, который он только задумает.

— Ничего себе — восхитилась девушка — А мне можно попробовать?

— Эту просьбу нужно переадресовать к Черному насекомому, сидящему возле тебя.

— Можно? — ангельски улыбнулась хранительница темному эльфу.

— Даже не знаю — с сомнением ответил тот — Это будет стоить очень-очень недешево.

— Недешево? — Аннабель расстроилась — Ты хочешь, чтобы я тебе заплатила?

— А ты как думаешь? Само собой.

— Но у меня нет денег.

— Эх, Аннабель — Дэймон вальяжно приобнял ее, поднимаясь со своего места — Вот, уверен — Даниэль бы все-таки стребовал с тебя плату.

— Ага, именно я бы и стребовал, — язвительно вставил маг.

— Да, он скряга еще тот, но я со своей непомерной добротой и любовью к тебе, так и быть, дам тебе испробовать мой подарок абсолютно даром.

— О, я в тебе никогда не сомневалась — ответно обняла темного эльфа девушка — Давай его сюда.

— Какая ты нетерпеливая! — весело улыбнулся Дэймон — Ладно, сейчас схожу за оружием.

Но, как оказалось позже, это была не самая удачная идея, потому что с фантазией у Аннабель в это утро были явные проблемы. Ничего оригинальнее, чем огонь, она придумать не смогла, а выпущенная наугад стрела по какой-то совершенно невероятной траектории попала прямиком в обожаемое герцогом миндалевое дерево, которое, по его словам, было привезено из-за Кристального моря и плодоносило совершенно необыкновенным по вкусу и запаху миндалем. Как оказалось, это дерево имело еще одно редкое свойство — вспыхивать и сгорать за считанные секунды.

Посмотрев на обуглившийся черный ствол, хранительница с непроницаемым видом отдала оружие обалдевшему Дэймону.

— Что ж, спасибо, Дэймон, было очень интересно, — поблагодарила она как ни в чем не бывало и тут же обратилась к магу. — Даниэль, ты ведь сможешь вернуть дерево в прежнее состояние?

— Если бы мог, уже вернул, — скорбно сообщил Даниэль, уже заранее готовясь к истерическому крику Ирвина, когда он найдет свою гордость в несколько другом виде, чем привык. — Ни одному магу не подвластно возвращать к жизни что-то живое.

— А как же некроманты? — со знанием дела напомнил Дэймон.

— Во-первых — это черная магия и я ей не занимаюсь, а, во-вторых, даже некроманты не в силах полностью вдохнуть жизнь в мертвое тело. Получается только всякая дрянь, вроде зомби и оживших скелетов.

— В таком случае, я хочу внести предложение на общее голосование, — высказался Дэймон и его друзья с любопытством на него взглянули. — Я считаю, нам пора покинуть этот гостеприимный дом. Уверен, что мы и так уже порядком достали Ирвина своим присутствием, а после того как он увидит результат эксперимента Аннабель с новым артефактом, герцог воспылает к нам еще большей любовью. Кто со мной согласен?

Даниэль и Аннабель подняли руки.

— Единогласно, — провозгласил Дэймон.

— А как же Кристэриан? — взволнованно напомнила Аннабель, в который раз чувствуя нестерпимые угрызения совести из-за своей дурацкой выходки. — Мы же не можем уехать без него.

— И это очень печально, — вздохнул Дэймон — Но, надо так надо, пойду вытаскивать Грандеса из цепких лап пьянства и разврата.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — Аннабель покраснела. — Не может быть, чтобы все это время Кристэриан только и делал, что пил и…ну…— она смущенно прокашлялась. — общался с девушками.

Дэймон и Даниэль лишь иронично улыбнулись.

— Хорошо, — подытожил Даниэль. — Мы с Дэймоном идем за Крисом, а ты иди, собирай вещи и сообщи Ричарду, что мы скоро выезжаем.

— А мне можно с вами? — попросила Аннабель, разговаривать с Ричардом ей не особо хотелось.

— Поверь мне, лучше не стоит, — серьезно ответил Даниэль.

— Верю, — тяжело вздохнула девушка и с обреченным видом направилась к Ричарду.

Узнав у Ирвина адрес, где все это время находился Крис, герои направились за ним. На указанном месте перед ними предстал высокий, выложенный белым кирпичом забор.

За ним виднелось большое четырехэтажное здание, с многочисленными балкончиками и маленькими верандами. Крышу украшали несколько резных башен, в которых, несмотря на дневное время, горел свет. В общем виде дом выглядел чересчур вычурно и даже безвкусно, так же как и его обитатели, привлекая прохожих дешевой, кричащей роскошью.

Войдя во двор, Даниэль брезгливо поморщился:

— Не думал, что Кристэриан опустится до посещения подобного заведения, когда в его распоряжении целый город, полный трепещущих в ожидании любви женских сердец. Лично я никогда не бывал в подобных местах.

— Как известно, в жизни нужно все попробовать, — философски заметил Дэймон. — Кто знает, возможно, ты тоже найдешь здесь достойную тебя собеседницу и захочешь несколько задержаться.

— Единственное, чего я хочу — это схватить за шкирку Кристэриана и побыстрее отсюда убраться.

Позвонив в дверной колокольчик, пришлось некоторое время подождать. В этом заведении жизнь бурлила и ночью, предлагая своим посетителям самые разнообразные услуги. Утром же всё находилось в глубочайшем сне.

Наконец, дверь открыли и в проеме показался немолодой, крепкий мужчина с красными, заспанными глазами.

— Добро пожаловать, господа! «Приют Красотки Мими» к вашим услугам! — поприветствовал он пришедших учтивым голосом, не сильно вязавшимся с его недовольным лицом.

— Мы пришли сюда не за этим, — бесцеремонно сообщил Дэймон, уверенно входя внутрь, полностью игнорируя ироническую улыбку дворецкого, ясно говорящую «Ну, да! Все вы так говорите».

— Где Кристэриан Грандес? Приведи его. — потребовал Дэймон.

— Граф Грандес отдыхает, — спокойно ответил мужчина, ничуть не смущенный напором посетителя.

— Хватит, наотдыхался уже. Зови его или отведи нас к нему, — Дэймон не принимал никаких отговорок.

— И желательно побыстрее, — добавил Даниэль, которому было омерзительно это место, кроме того, если его матушка совершенно случайно узнает, что он даже просто сюда заходил, у нее случится нервный припадок.

— Сожалею, но этого я сделать не могу, — все так же бесстрастно отказал дворецкий.

— В таком случае я начну обыскивать каждую комнату, — Дэймон склонил голову к плечу. — Думаю, вашим клиентам это не сильно понравится.

Удивительно, но даже эта угроза не произвела на мужчину впечатления, который по своему холоднокровию, пожалуй, мог бы посостязаться с самим Воплощением Воли.

— Не советую вам этого делать, — по-прежнему спокойно ответил дворецкий. — Иначе я буду вынужден позвать охрану.

— Дело твое, — пожал плечами Дэймон, глядя сквозь собеседника, — Если не жаль своих людей, зови. Правда, сильно сомневаюсь, что они смогут справиться с двумя Избранными.

Хотя бы эти слова все-таки смогли произвести впечатления на невозмутимого мужчину, и он удивленно посмотрел на героев.

— Значит, вы Избранные? — зачем-то уточнил он.

— Да, — коротко кивнул Даниэль. — Кристэриан Грандес тоже и вместо того чтобы сражаться с Ашандаром, он прогулял здесь больше недели.

— И что? — ни капли не смутился дворецкий. — Каждый имеет право расслабиться, а ваш друг, что и говорить — настоящий мастер такого отдыха.

— Вполне ожидаемо, — вздохнул Даниэль. — Но всему приходит конец, так что, веди нас к нему.

— Я еще раз повторяю, что не могу этого сделать, — монотонно, как скрип колеса телеги, произнес мужчина. — Максимум, чем я могу помочь — это передать сеньору Грандесу, что вы приходили.

Нервничавший из-за предстоящей поездки и незримо присутствующего осуждающего образа матери, Даниэль перешел в атаку:

— Я смотрю, ты по-хорошему не понимаешь? Ладно, мы можем уйти, но потом не жалуйся, когда за Кристэрианом придут слуги Ашандара. Что-то мне подсказывает, что они с тобой любезничать не будут.

Полное отсутствие реакции. Более того, Даниэлю даже показалось, что дворецкий вот-вот зевнет.

— Кроме того, Грандеса ждет у себя герцог Ирвин, но, видимо, ему придется передать, что ты нам отказал, — добавил Дэймон и, судя по вмиг напрягшемуся дворецкому, попал в точку. Ирвина тот боялся гораздо больше, чем всяких монстров.

— Ну, если сам герцог его ждет... — смиренно пробормотал дворецкий. — Я не смею ему отказать. Следуйте за мной.

Дворецкий провел гостей через множество комнат. В основном, это были небольшие комнатки с круглыми диванами оббитыми красным бархатом, предназначавшиеся для веселья шумных компаний.

Героям то и дело приходилось подниматься или спускаться по нескольким ступеням, так что, в конце концов, они совершенно запутались, на каком из этажей находятся. Выйдя из лабиринта смежных комнат, переходящих друг в друга, слуга повел Избранных по длинному коридору, с обеих сторон которого было расположено множество дверей в отдельные номера, тем самым напоминая самую обычную гостиницу.

Подойдя к немного обособленной от других крепкой, деревянной двери с номером тысяча восемнадцать, дворецкий сообщил:

— Вам сюда. И, если вы не возражаете, я удалюсь.

— Еще чего, — не разрешил Даниэль. — А уходить, как мы отсюда будем?

— В комнате есть колокольчик. Позвоните, я подойду.

— А, ну тогда свободен, — успокоился Дани, и слуга поспешил отклоняться. Присутствовать при разговоре Избранных между собой ему явно не хотелось.

Стоило парням переступить порог комнаты, как их тут же окутала сильная духота и просто убийственный запах перегара. Тяжелые, темно-красные шторы не впускали солнечный свет, делая комнату еще более замкнутой. В пушистых, белых коврах утопало невероятное количество пустых бутылок из-под самых разнообразных алкогольных напитков, начиная от веселящего шампанского и заканчивая брутальной водкой.

По всей комнате были разбросаны вещи Кристэриана и множество женской одежды. А в самом центре помещения, занимая большую его часть, царила огромная, шикарнейшая кровать, на середине которой спали три обнаженных женщины, тесно прижавшись друг к другу, подсознательно считая, что находятся в объятиях рыцаря.

И, если две девушки своим внешним видом никакого удивления не вызывали, то третья, прямо скажем, поразила воображение вошедших.

Это была грузная, неестественно яркая блондинка лет пятидесяти, с заплывшим от жира лицом и размазанным во сне отвратительным макияжем.

— Ого! — поразился Даниэль — А Кристэриан силен, меня бы на такую красоту не хватило.

— После такого количества выпивки любая покажется красавицей, — резонно заметил Дэймон. — Хотя, Грандес все-таки старается держаться от нее на расстоянии.

Кристэриан действительно лежал вдалеке от всех, на самом краю кровати. Его левая рука свесилась на пол, да и сам он практически висел в воздухе.

Подойдя к кровати, Дэймон потряс друга за плечо.

— Грандес, подъем!

Кристэриан продолжал крепко спать.

— Эй!

Дэймон слегка ударил друга по щеке. Желаемого эффекта это снова не произвело.

— Дай-ка, я попробую, — Даниэль отвесил Крису довольно ощутимую оплеуху. Тот не шелохнулся. — Слушай, а он мне в таком виде нравится гораздо больше. Просто ангел во плоти, — повернулся он к Дэймону.

— Еще бы, — усмехнулся тот. — Нам представился шанс безнаказанно ударить Грандеса — это прямо-таки подарок судьбы. А теперь подвинься, сейчас моя очередь. От моего удара он точно проснется.

Дэймон слегка приподнял друга над подушкой и с такой силой его встряхнул, что тот случайно приложился головой об высокую спинку кровати.

— Я не понимаю. Ты хочешь его привести в чувство или отправить в постоянный коматоз? — поинтересовался Даниэль. — Давай уже нормально будем его будить. Только сначала…— Даниэль наклонился и отвесил издевательский щелбан спящему Кристэриану. — Просто не мог удержаться. — пояснил он Дэймону.

— Понимаю, посмотрел на тебя и самому захотелось, — кивнул тот и проделал то же самое, но по-видимому не рассчитал силы, потому что Кристэриан ощутил его затрещину даже сквозь алкогольный туман. Попытавшись отмахнуться от неизвестного нападавшего, парень свалился с кровати в самый центр бутылочной горы. Стеклянная тара с веселым звоном разлетелась по сторонам.

Боль от падения и созданный шум произвели свое действие — Кристэриан, наконец, проснулся. Он сел на пол, проведя ладонью по глазам и с удивлением глядя по сторонам. Было заметно, что он вообще не понимает, где находится. Но едва взгляд Кристэриана упал на стоящих возле него друзей, его лицо тут же приняло весьма угрюмое выражение.

— А, это вы? Какой неприятный сюрприз с утра пораньше. — Крис неспешно натянул штаны, которые, по счастью, лежали недалеко.

— Мы тоже рады тебя видеть, — невозмутимо ответил Дэймон.

— О, даже не сомневаюсь, — буркнул Кристэриан, попеременно встряхивая бутылки, проверяя, не осталось ли в них выпивки, и когда в одной из них обнаружилось пару глотков заветной жидкости, Дэймон грубо вырвал бутылку у него из рук. — Эй! — возмутился тот.

— Грандес, завязывай с этим. Сегодня мы уезжаем.

— Ну, и скатертью дорожка! — пьяно выкрикнул Кристэриан. — Лично я ехать никуда не собираюсь. Мне и здесь не плохо, — он попытался встать, но ноги его абсолютно не слушались и Кристэриан упал снова.

— М-да, в таком состоянии он далеко не уедет, — тяжело вздохнул Даниэль, наблюдая за второй, но такой же безуспешной попыткой друга подняться.

— Значит, наша священная обязанность — привести его в чувства, — Дэймон довольно прищурился, предвкушая издевательства над лучшим другом.

Кристэриан, в свою очередь, полностью утратил интерес к посетителям и, облокотившись спиной на кровать, снова заснул.

Дэймон тем временем начал воплощать свой коварный план в действие. Он устремился в ванную комнату, где начал набирать в ванну ледяную воду. Затем Дэймон взял в комнате все ведра из-под шампанского, в которых еще остался лед, а таких, как ни странно, было не менее десяти штук и вытрусил весь лед во всю ту же ванну.

Когда процесс был завершен, а температура воды стремилась к бесконечности со знаком минус, Дэймон обратился к Даниэлю.

— Сейчас мне понадобится твоя помощь.

Тот с опаской посмотрел на собеседника.

— Ты собираешься делать то, что я думаю?

Дэймон радостно кивнул.

— А ты не боишься всеразрушающего гнева сеньора Грандеса?

— Конечно, нет, — презрительно скривился Дэймон. — Я еще женоподобных нарциссов не боялся. Тем более, в таком виде, он не опасен.

— Ладно, поверю на слово. Но, если что, я сразу сдаю, чья эта была идея, — выставил указательный палец Даниэль.

— Идёт.

Когда парни с усилием потащили Кристэриана в импровизированную комнату пыток, он совершенно не реагировал, продолжая безмятежно спать и не подозревая, какую участь ему приготовили друзья.

Самым тяжелым было опустить Кристэриана в воду, но подгоняемые желанием поиздеваться над товарищем, ребята справились и с этой не легкой задачей.

Едва почувствовав леденящую кровь, пронизывающий до костей холод, рыцарь с воплем попытался выскочить, но «сердобольный» Дэймон не дал ему этого сделать, погружая в воду до тех пор пока крики и ругательства Кристэриана не стали членораздельными и утратили эффект «заплетающегося языка».

Но стоило Дэймону отпустить своего пленника, как озверевший и окончательно протрезвевший Кристэриан выскочил из ванны и одним махом окунул туда с головой Дэймона. Затем взгляд растрепанного и все еще дрожащего от холода парня упал на медленно отходящего Даниэля.

— А ты куда собрался?!

Вид у Кристэриана был настолько разъяренный, что маг, забыв о запрете, выпустил в друга довольно сильный энергетический заряд, но полностью пришедший в себя рыцарь без труда увернулся, и заряд ударился в стену, разбив большую часть кафеля на ней.

Не успел Даниэль даже глазом моргнуть, как тоже оказался в злополучной ванне и, хотя воды там заметно поубавилось, парень все равно смог оценить на себе всю прелесть столь экстремально холодного купания.

Выбравшись, ребята стали орать друг на друга не своими голосами, обвиняя во всех смертных грехах.

Весь этот дикий шум разбудил троих спящих красавиц. Они в недоумении зашли в ванную, но, увидев незнакомцев, предпочли продемонстрировать свою врожденную застенчивость и, взвизгнув, убежали прочь.

Кристэриан в недоумении посмотрел им вслед.

— Кто это?

— Здравствуй, приехали! — поразился Даниэль. — Ты, вообще-то, с ними ночь провел, а может, и не одну.

— Серьезно? Ничего не помню, — потер шею Кристэриан.

— Пить надо меньше, — сердито посоветовал Дэймон, — А сейчас, бегом за вещами. Сегодня мы хотим выехать.

Кристэриан уныло побрел собираться. После того как он был полностью готов, маг поинтересовался, где находится звонок, чтобы вызвать дворецкого.

— Зачем он тебе? — удивился Кристэриан. — Хочешь выпить или быть может задержаться на часок-другой?

— Не суди по себе, — грубо отрезал Даниэль.

— Хочет-хочет, — уверенно подхватил Дэймон. — Я по глазам его блудливым вижу.

— Ой, ну, пошутил — я не могу! — еще больше рассердился Даниэль. — Как мы выйдем без него, можете сказать?

— Легко. Вас выведу я. — гордо сообщил Кристэриан, но его командир только иронично усмехнулся.

— Неужели? Еще полчаса назад ты даже на ноги встать не мог и мычал нечто непонятное, а сейчас знаешь, где выход в этом лабиринте? Что-то я в этом сомневаюсь.

— И очень зря, — хвастливо ответил Крис. — В отличие от вас, я не страдаю тяжелой формой склероза и прекрасно помню, как сюда шел.

— Ну-ну…

Но, несмотря на язвительные гримасы друзей, Кристэриан действительно без всяких видимых усилий вывел их к главному холлу. Перед самым выходом их окликнул дворецкий.

— Граф Грандес, а как же деньги?

Кристэриан небрежно махнул рукой.

— Расслабься, можешь не платить, для меня это было удовольствие, — заявил он и окончательно добил замершего от такой неземной наглости слугу, непринужденно добавив. — Там, кстати, в ванной, нужно будет провести небольшой ремонт. У вас вся плитка обсыпалась.

— Но…как…

— Не беспокойся, я за это не в обиде, — успокоил его Кристэриан. — Всякое бывает. Ладно, будь здоров!

Герои вышли из здания.

— Не перестаю поражаться твоей самонадеянности и неадекватности, — признался Даниэль. — Ты что, даже не расплатился?

— А зачем? Уверен, эти дамы и так остались довольны происходящим.

— Как знать, а вдруг ты ранил их чувства и растоптал детские мечты о прекрасном, — печально предположил Дэймон.

— Еще скажи — обесчестил — весело добавил Кристэриан.

Друзья расхохотались.

— Вспоминая ту «натуральную» блондинку необъятных размеров, думаю, что скорее, наоборот. — Даниэль был до сих пор под впечатлением от одной из ночных посетительниц друга.

— Это была мадам Мими и, между прочим, у нее очень тяжелая судьба — совершенно серьезно рассказал рыцарь — Вот только никак не могу понять, как она оказалась у меня в постели. Вроде бы, мы просто с ней сидели и общались. Она рассказывала о своей трагической жизни и все, больше я ничего не помню.

— Вероятно, ты по своей доброте душевной решил ее утешить, причем единственным известным тебе способом — предположил Дэймон — И, кстати, если это была мадам Мими, то о деньгах ты действительно мог не беспокоиться. Ты и так славно потрудился, мало кто бы решился на такой подвиг.

— Хочешь — верь, хочешь — не верь, а я считаю, что некрасивых женщин не бывает — искренне признался Кристэриан, но остальные, как всегда, расценили эти слова как лишний повод для издевки.

— Еще бы, учитывая, какое количество спиртного ты потребляешь — издал иронический смешок Даниэль — Даже не знаю, какой ты видишь Анну, если она и так привлекательна.

— Как оказалось, это ее единственное достоинство — обиженно процедил сквозь зубы рыцарь — Представляю, как она без меня развлекалась…

— Поверь мне, даже не представляешь. — усмехнувшись, слегка качнул головой темный эльф — Аннабель настолько распоясалась, что даже сожгла дерево Ирвина.

Дэймон всегда любил поиздеваться над проблемами друзей, а, вспоминая растерянные глаза хранительницы, смех начинал просто душить его.

— Сожгла дерево? — поразился Кристэриан — Каким это образом? Неужели Аннабель в мое отсутствие начала курить и забыла потушить сигарету?

— Почти. Не буду посвящать тебя в эту темную историю. Скажу только, что стрелок из Аннабель не самый удачный. В том смысле, что она попадает не туда, куда надо.

На губах рыцаря мелькнула горькая улыбка.

— С этим я согласиться не могу. Как минимум, один раз она попала точно в цель. Правда, результат оказался таким же разрушающим, как и в случае с деревом.

— Это тебя после борделя на такую романтическую чушь потянуло? — осведомился Дэймон, на корню убивая желание друга пожалеть самого себя из-за несчастной любви.

Скорчив недовольную гримасу, рыцарь ничего не сказал.

Герои потратили еще полдня на сборы, в течение которых Даниэлю пришлось выслушать многочисленные истерики Ирвина по поводу его драгоценного дерева и успокаивать его фразами вроде: «Родина вас не забудет, а я лично передам своим родителям и Фернандо Грандесу, как вы нам помогли!». Эти обещания немного ободрили поневоле гостеприимного герцога, но окончательно он расслабился лишь на следующее утро, когда герои Ландории, наконец, покинули его особняк.

Все это время Кристэриан старательно избегал Аннабель, а на все ее попытки завести разговор отвечал подчеркнуто вежливо и не более того.

Проехав некоторое время в привычном для себя молчании, Ричард сделал неожиданное заявление:

— Я вижу, насколько мое присутствие накаляет обстановку в отряде, и это сильно меня огорчает. Моя цель — бороться с исчадием ада, с Ашандаром, но никак не вносить раздор между Избранными, поэтому единственное правильное решение для меня — это покинуть вас.