⭐ Глава 18. Будь, что будет!

Слава

– Удивительно, насколько легко он нашёл общий язык с папой, – недоумевала я, наслаждаясь сладким латте из бумажного стаканчика.

– В отличие от Фунта, – улыбнулась Олеся, умело маневрируя в потоке машин. – Подвинься, не будь гондоном! – нетерпеливо посигналила, чтобы ей освободили дорогу.

– Лесь, не спеши, – попросила, щурясь от ласкового утреннего солнца.

– Да, блин! Сам не едет и другим не даёт, – пожаловалась подруга. – Значит, твой Бармалейка отлично держался, – вернулась она к прежней теме разговора.

– Да, вполне достойно. По крайней мере, не корчил из себя невесть что.

«И не пасовал при неудобных и каверзных папиных вопросах» – признала про себя, механическим движением ставя горячий кофе в подстаканник.

– И вообще-то он не мой, – проворчала.

Олеся перестроилась в правый ряд и, остановив свой красный MINI Cooper перед светофором, повернулась ко мне.

– Слушай, – отвела ото лба светлые кудряшки, – ну, на видосах у Ули он выглядел просто огромным. Мощным. Я бы могла сказать, идеально красивым, но его лицо… Эти рубцы… Не знаю, есть в них что-то безобразно отталкивающее.

Рубцы?.. Его изуродованная кожа совершенно не вызывала у меня неприязни. Ни капельки. Стоило признать, что при всём его дурном характере, Рост очень привлекательный мужчина.

– Я их даже не замечаю, – пожала плечами, скользнув рукой по бедру в рваных джинсах. Олеся хмыкнула, трогаясь с места. – Что? – засмеялась я.

– Вкрашилась?[1] – повернула направо.

– Ещё не хватало, – фыркнула. – В такого говнюка! – Мы дружно прыснули со смеху.

– Тоха сказал…

– Ты и брату своему показала?! – перебила я и стыдливо прикрыла лицо ладонями.

– А что тут такого? – искренне удивилась подруга. – Короче, Тоха сказал, что за такие приколы он для начала догнал бы тебя…

– Пулей, – вспомнила его военный позывной «Пуля».

– А потом бы открутил голову, – посмеиваясь, закончила она.

– И больше он ничего не добавил? – не отнимая рук, растопырила два пальца, поглядывая на Олесю одним глазом.

Она довольно кивнула.

– Не бойся…

– … воин женщину не обидит, – завершили в один голос известную нам обеим поговорку Антона и снова рассмеялись.

Когда впереди показалась табличка «Центр помощи бездомным животным «Любимец»», подруга снизила скорость и, свернув к одноэтажному желтоватому зданию, въехала на небольшую пустынную парковку, располагающуюся прямо под окнами приюта.

– Я так и не поняла, ты с отцом-то помирилась в итоге? – заглушила мотор.

– Да, – расплылась в улыбке, но тут же сникла, вспоминая беременную Аню.

– Вот и правильно, Славик! Зачем ругаться? Так хоть денег тебе подкинет…

– Да не нужны мне его деньги! – взвинтилась я, остервенело дёргая ремень безопасности. – Сама заработаю! – рявкнула. – Образование есть, жильё – тоже. Зоомаркет. У меня всё получится!

– Конечно, – наклонившись, мягко сжала моё предплечье. – Не обижайся, Славик, я в тебе не сомневаюсь. Но, если честно, зная твоего отца, мне как-то с трудом верится, что он так легко смирился с твоим уходом из дома и отказом от его обеспечения. И твоего отца можно понять.

– Его понять?! – отстегнула, наконец, этот чёртов ремень. – Ты серьёзно? – выпучила глаза на подругу. – А меня понять? Меня понять нельзя что ли?!

Олеся вздохнула и с улыбкой покачала головой:

– Ты, как колючий ёжик, Славик. Вот честно.

– А ты прямо, как папочка. Вычитываешь меня, – нахохлилась я, потянувшись к ручке двери.

– Даже ещё не начинала, – усмехнулась мне в след.

Покинув салон, мы открыли багажник, подхватили по коробке с зоотоварами и отправились к крыльцу.

– Славик, я тебя понимаю, правда, – на ходу продолжила свои нравоучения Олеся, не забывая по-свойски толкнуть меня плечом. – Не ругайтесь. Как там писал Карнеги: «Пользы от этого никому никакой, а вред – очевиден».

– Доброго утречка, девчат! – встретила нас при входе работник приюта.

– Доброго! – воскликнули в ответ.

– Вы нас встречаете, Светлана Вячеславовна? – обрадовалась подруга, пожилая женщина заметно сконфузилась.

– И вас тоже, – кивнула.

За спиной зашуршали колёса, и мы с Олесей развернулись, наблюдая за подъезжающей тентованной газелью. Подняв в воздух столб пыли, машина затормозила ровно напротив нас, после чего из кабины на землю спрыгнули двое мужчин. У меня запылали щёки: среди них неожиданно оказался хорошо знакомый мне сотрудник оптовой базы – тот самый, который помог сориентироваться на складе, когда я со всех ног улепётывала от Бармалея… без трусов.

– Здравствуйте! – широко растянула губы Светлана Вячеславовна, демонстрируя, насколько важные гости прибыли, и, как козочка, преодолев пару ступеней, засуетилась возле кузова. – Девчат, проходите-проходите, там Танюша вас проводит! – крикнула уже нам, пока мужчины откидывали борт с тентом.

– Ага, – согласилась я, и через пару минут мы уже водрузили коробки на старые школьные парты в холле.

– Надолго к нам? – послышался голос ветврача.

– Привет, Тань! На пару-тройку часов, – ответила Олеся, приближаясь к аптеке, где в окошке маячила светлая макушка девушки.

– Знаешь, твой Буй опять прибежал, – пожаловалась она, упираясь локтями в прилавок.

– Вот же! – не сердито, но с досадой сказала подруга. – Сейчас поговорю с ним.

– Поговори-поговори, уже третья семья, а ему всё что-то не так, – бормотала нам в спину.

Заглянув на десять минут к котятам с кошками, мы миновали узкий коридорчик и вышли на улицу. По кругу двора стоял ряд просторных вольеров. По обыкновению, большинство собак тут же вскочили со своих мест, бросились на дверцы, заскулили, отчаянно скребя когтями по прутьям. Буй и ещё несколько псов – даже ухом не повели.

– Ты держи двери, Славик, а я буду чистить, – предложила подруга. – Так будет быстрее.

Управившись за полтора часа, мы промыли все миски и, разложив их на траву под тёплые солнечные лучики сушиться, отправились выгуливать Буя с Дедом – старым неповоротливым псом.

К тому моменту, как мы с Олесей всё закончили, Светлана Вячеславовна с Татьяной уже приступили к обеду в своей крохотной коморке.

– Приятного аппетита, – пожелали мы, так и не войдя в комнату.

– Спасибо, девчат! Всё, готово дело? – улыбнулась женщина.

Ответить не успели, потому что я вдруг вспомнила:

– Совсем забыла! Мы же ящик привезли! Сейчас принесу.

Вернувшись в приют с пластиковым ящиком для пожертвований в руках, грохнула его на парту. Светлана Вячеславовна ловко открыла замок ключом и, пересчитав все купюры, оформила Акт.

– Мелочь, как обычно оставим, – объяснила она. – Вот бы все хозяева́ были такие честные, – убирая деньги в полиэтиленовый розовый пакетик.

– В смысле? – не поняла Олеся.

– Не доносят до нас деньги, девчат. Копейки собираем в основном. – Я нахмурилась. – Да, Славочка. Они думают, мы дураки тут.

Вспыхнувшая догадка обожгла сознание своей возможной вероятностью. А что, если Рост из-за этого и не захотел класть деньги за антигельминтик в ящик?.. Что, если решил, будто я делаю так же?..

Последнее о чём я думала тогда – это о мотивах его поведения. А сейчас такие подозрения Бармалея показались мне вполне реальными, имеющими под собой почву.

И уже на выходе, скользнув взглядом по мешкам с кормом, упаковкам с памперсами и наполнителями, заметила:

– Сколько вам всего привезли, Светлана Вячеславовна.

– Да-а-а, это нам помогает Савранский Ростислав Романович, Славочка. Такой хороший, отзывчивый мужчина!

– Кхе-кхе… – позади меня раздалось негромкое покашливание подруги.

– Такие… неравнодушные люди – это настоящая находка, – со знанием дела заявила я, прежде чем попрощаться с женщиной.

– Удачи, девчат! Приезжайте, – пригласила она напоследок.

– Обязательно, – заверила её Олеся, спускаясь с крыльца и откровенно сдерживая смех.

Поравнявшись, легонько пихнула подругу локтем в бок, та ответила тем же, мы разом прыснули. Перекидываясь шутками, приблизились к машине и, усевшись в салон, медленно отъехали от приюта.

– Тебя в магаз? – всё ещё посмеиваясь, уточнила девушка перед выездом с территории. Я согласно кивнула.

Уставившись невидящим взглядом на проплывающие за окном городские пейзажи с бесконечными потоками автомобилей и вечно спешащими по тротуарам прохожими, я кусала губы, ругая себя за непредусмотрительность. Вот что мне стоило проглотить выходку Роста с трусиками? Ну, вернул и вернул – и отлично. И замечательно! В сознании калейдоскопом замелькали вчерашние приключения.

С досадой вздохнула, отчётливо представляя, какие неизгладимые впечатления оставили у него неистовые танцы мальчиков.

– Славик, заходить не буду, ладно? Уже опаздываю к зубному, – предупредила Олеся, сворачивая на нужную улицу.

– Конечно, Лесь, езжай. Не паркуйся, останови вот здесь, – жестом показала на свободное местечко между двумя машинами. – Удачи! – звонко чмокнула её в щёку, как только она притормозила.

– Охрененной выручки! – бросила мне вслед.

В зоомаркете первым делом накормила оголодавших котят: малыши цеплялись своими маленькими лапками за пластиковый цилиндр шприца так, словно боялись, что его кто-то отнимет.

– Непоседы вы мои, – приговаривала я с улыбкой, поглаживая пальцем по пушистой головке. – И как можно от вас избавиться?.. – припомнила жестокие слова Бармалея. На секунду задумалась.

А что если посмотреть на них двояко? Возможно, Рост имел в виду что-то иное?..

Нет, с какой стороны не посмотри, его фраза просто отвратительна!

– Ой! – от злости чуть сильнее надавила на рукоятку поршня, и ряженка потекла мимо рта серого котёнка. Подхватив влажную салфетку, наскоро вытерла ему мордочку и аккуратно опустила обратно в коробку.

Хотя… – снова ушла в свои мысли, – при всей своей нелюбви к кошкам, он, очевидно, больше тяготеет к собакам. Это может сыграть мне на руку. Расскажу ему во всех красках и подробностях о собачьих боях, и он обязательно проникнется – уж я постараюсь! Тем более, у него две собаки такой же породы. Бармалей просто обязан понять и… помочь!

Остаток дня я старалась не расплескать на покупателей и окружающих свою нервозность, а возвращаясь в сумерках вечера домой, не оставляла попыток проработать хоть какой-никакой план по своей реабилитации в глазах Бармалея.

Оказавшись дома, поставила на пол коробку с малышами и сразу подошла к кухонному окну. Глаза мгновенно приковал двухметровый забор из тёмно-зелёного профнастила, за воротами которого вчера, после короткой прогулки, скрылся Рост с собаками. К сожалению, это единственное, что мне удалось рассмотреть сквозь листву высоких деревьев во дворе.

Сосед.

Сграбастала шейкер со столешницы и развела в нём порцию аминокислот.

– Итак, – присела на край диванчика.

Хорошая новость в том, что у Бармалея есть питбули. Но есть и плохая – ничего дельного на такой неблагоприятной для меня почве не родится. Значит, её нужно удобрить… А что? С папой это всегда срабатывало.

Поэтому не надо откладывать в долгий ящик и ждать у моря погоды. Тянуть кота за хвост ни к чему, надо брать быка за рога! Вспоминала я всё подряд, подталкивая себя к действиям. Правда, потом вдруг вспомнилось – утро вечера мудренее… Это я порывисто отбросила, как нечто ненужное и затолкала подальше, чтобы не сбивало с настроя.

В конце концов, за спрос не бьют в нос. Да!

И пусть я внутренне сомневалась в положительном исходе, однако…

– Будь, что будет! – воодушевлённо воскликнула я и, хитро прищурившись, отправилась на дело.

______________________________________

[1] На молодёжном сленге означает – влюбиться.