⭐ Глава 19. Прямое отношение к прошлому и косвенное – к настоящему

Рост

Чуть ранее

– Отр-р-рава, – прорычал, заканчивая свой рассказ.

– Хм… – послышалось глубокомысленное, а затем последовала долгая пауза. Прерывать её не стал. Отвернулся от огромного панорамного окна, сдвинул пригласительное на свадьбу ближе к краю стола и, привычным движением потирая бороду, принялся наблюдать за манипуляциями Карины. Смахнув ножом с доски нарезанные апельсины и лимон, она ловко бросила в кастрюлю горсть специй и сунулась в кухонный ящик за длинной деревянной ложкой. Дурманящий аромат пряностей и цитрусов мгновенно наполнил дом, заставляя меня то и дело сглатывать слюну и дышать полной грудью.

– Хм!.. – гораздо громче изумилась девушка, не переставая помешивать глинтвейн на плите.

Я усмехнулся, неторопливо встал из-за стола и подошёл к ней сбоку.

– Ещё что-то скажешь? – опершись обеими руками на столешницу, улыбнулся, пристально разглядывая мимику её лица.

Каждый раз удивлялся, насколько быстро между мной и Кариной установились дружеские отношения. Никогда бы не подумал, что способен на это. Всегда казалось, что дружба мужчины и женщины априори невозможна, поскольку нас создали для иного. Но если таковая и существует, то по ходу, это именно она. Иначе, как объяснить моё стремление услышать мнение Карины? Прислушаться к её тихим словам, даже если они идут вразрез с какими-то моими мыслями? Больше всего меня привлекало в этой девушке умение правильно понять ситуацию. А для этого необходим ум вкупе с опытом и логикой. Именно эти качества я ценил в людях превыше остального. И думаю, именно по этой причине меня подкупала её прямолинейность – не чрезмерная, или обжигающе грубая. Нет. Скорее, по-настоящему естественная и на редкость честная.

Полковнику повезло.

Хотя с ним по-другому и нельзя.

– Видимо, ты чем-то сильно её задел, Рост, – в её голосе послышалась лёгкая улыбка.

– Не исключено, – допустил я и оттолкнулся от столешницы. – Долго ещё?

– Пару минут, – отозвалась, позволив себе короткий взгляд за окно, где в лучах полуденного солнца засеребрилась Audi. Карина мягко улыбнулась себе под нос.

– Мамочка... – в кухне послышался тонкий детский голосок, и последующие слова слились для меня в единое мурлыканье.

– Сходите во двор к дяде Славе, котёнок... Он поможет. – Никита захныкал. – Рост, прости. – И не дожидаясь ответа, девушка вышла.

Вернувшись буквально через пару минут, она суетливо отыскала прихватки и потянула кастрюлю на себя, чтобы переместить на заготовленную плетёную подставку.

– Привет, мальки! – раздалось из прихожей, Карина отвлеклась.

– Ай! – горячая кастрюля полетела на пол.

– Кара… Осторожнее! – Слава кинулся вперёд. Грохот резанул по ушам. Я подорвался со стула следом, в последний момент успевая дёрнуть девушку на себя и прикрыть собой от кипятка.

Полковник резко вырвал её из моих рук.

– Не ошпарилась?! – встряхнул за плечи, взволнованно осматривая с ног до головы. – Кара! – заорал. Девушка замотала головой, её губы затряслись. – Ну, не плачь, – на секунду крепко прижал женскую голову к своей груди и поцеловал в макушку.

Я облегчённо вздохнул, поднял кастрюлю и поставил в раковину.

– Обидно до соплей, – с досадой пробормотал Слава, взирая на кровавую лужу с разлетевшимися ошмётками напитка.

Я засмеялся.

Карина фыркнула, высвобождаясь из объятий будущего мужа:

– Сейчас ещё сварю.

– А мы пока потолкуем, – качнул головой полковник в сторону кабинета. – Не вздумай сама снимать, – предостерёг девушку. – Позови меня.

– Позову, – кивнула. – Как будет готово. Я буду осторожна, не отвлекайтесь.

– Глупости не оплетай, – отмахнулся и тут же строго добавил: – Позови.

– Хорошо, – улыбнулась.

* * *

– Шкуру с них снимут – и смелости сразу поубавится, – с равнодушием в голосе высказался я. Полковник полоснул по мне острым, как лезвие, взглядом.

– Слав, – подался вперёд, упираясь руками в подлокотники, – а что ты так за них топишь?

– Да плевать я хотел на этих дворянских отпрысков! – гаркнул он, шарахнув ладонями по разделяющему нас столу. – Я хочу только одного! Чтобы Сергей не лез в это дело! – пролил свет на свои истинные мотивы. Я расслабленно откинулся на спинку кресла.

Лёгкий стук в дверь кабинета прервал наш разговор. Напружинившийся, будто перед прыжком, полковник шумно выдохнул и с укором взглянул на Карину, удерживающую небольшой поднос с двумя глиняными кружками, над которыми вился пар.

«Ослушалась» – ухмыльнулся про себя.

Девушка молчком приблизилась, расставила перед нами горячий напиток и, улыбнувшись, вышла, не забыв тихо притворить за собой дверь.

Я поднёс чашку к носу. В ноздри хлынул насыщенный запах глинтвейна. Жадно отпил.

– Слав, ты же знаешь, что моя семья уже не имеет прямого отношения к боям, – напомнил я.

– Вот как? – в удивлении приподнял он брови. – Интересно… А разве семья зятя – теперь не твоя семья?

– Гривасы – семья Рады. Не моя, – возразил с нажимом, уставившись в серые глаза друга. – Моя семья – это мой… – запнулся, едва не упомянув по привычке отца, – моя сестра.

Полковник отхлебнул из своей кружки и задумчиво причмокнув, усмехнулся:

– Что ж, тогда с твоего позволения, я зайду с другой стороны.

Показалось, Слава в эту минуту получает от нашего общения какое-то особое удовольствие, пытаясь докопаться до корней моей несговорчивости.

– Попробуй, – ухмыльнулся.

– Помнится, между тобой и Тихоном существует устная договорённость касательно тендера на аренду земли под твоё производство. Пусть она предварительная. Но всё же. – Я кивнул. – Вот видишь, в отличие от тебя, твой зять, судя по всему, считает тебя своей семьёй.

А как же!

– К чему ты клонишь, Слав?

– А вот к чему, Рост. Как думаешь, сможет тебе помочь Тихон, если он вдруг лишится своих полномочий? Ты же понимаешь, что если факт его, как ты сказал,прямого отношения к организации боёв придать огласке, то твоего зятя попросту сместят с поста. Без возможности вернуться обратно.

Я выругался про себя, сделал ещё один глоток глинтвейна и внимательно посмотрел на полковника.

Чёрт подери, кто бы знал, как мне не хотелось соваться в это осиное гнездо!

– Серёга слишком много знает и далеко не дурак, чтобы…

– Да он вообще всё знает! – грубо перебил Слава и недовольно поморщился. – А вот его самонадеянные друзья в полном неведении, чьи шеи обмотает верёвка из клубка, который они так торопятся размотать. И Сергей за них горой! – Он глубоко вздохнул, прежде чем продолжить: – В общем слушай. Только пойми меня правильно. Ждать, когда их по очереди вздёрнут, я не собираюсь. Поэтому, когда придёт время, буду действовать так, как посчитаю нужным. Тебя я предупредил.

Ответить не успел, по дому прокатился звонкий детский плач, сливающийся с женским причитанием. Друг нахмурился и широкими шагами покинул кабинет, я за ним.

– Что стряслось? – громыхнул полковник, ощупывая взглядом сначала Никиту, а после Карину, замершую посреди прихожей с младшим на руках. Я заметил, что левая штанина его зелёных джинсов намокла.

– Зоря хотел Урана угостить зефи-и-иркой. А он его укуси-и-ил… – удалось разобрать из надрывного рёва Никиты, прилипшего к ноге матери.

Удивительно, но сам Назар лишь пару раз хлюпнул носом, стойко сдерживая слёзы, выступившие в уголках светлых мальчишечьих глаз.

Мужик. С характером.

– Котёнок, – прозвучало взволнованно. – Уран уже старенький, ему нельзя сладкое. Я же столько раз просила вас не подходить близко к будке!

– Так, поставь его на ноги, – нетерпеливо скомандовал Слава, девушка тотчас исполнила. – Снимай штаны! – обращаясь к Назару.

Никита жалобно всхлипнул и притих.

– Что?! – с испугом пискнула девушка, дико вытаращивая на него глаза. Причём вместе с детьми.

Я не смог сдержаться и рассмеялся, представляя, что они уже себе надумали и какую картину нарисовали. Карина смешно насупилась и бросила на меня быстрый взгляд исподлобья.

– Я осмотрю место укуса, – спокойно прояснил всем Слава и, глянув на Карину, добавил: – А вы с Никитой принесите аптечку.

– Хорошо, – прошелестела она, отцепила от себя детскую ладошку и отправилась с сыном вглубь дома.

– Я теперь стану бешеным, да, дядь Слав? – спросил Назар, расстегивая ширинку, и, стянув джинсы, плюхнулся на коричневый кожаный диван.

– Нет, Назар. Уран привит от бешенства, поэтому ты не заболеешь, – опустился перед ним на корточки, а в моей голове зазвенели слова Ростиславы: «Не забудь вколоть себе вакцину!». – Тем более, – приподнял ногу, рассматривая обширную гематому на икре, – он тебя только прикусил зубами. Крови нет. Хорошо, что на тебе были штаны. Одевайся, – подмигнул пацану, на что тот робко улыбнулся и протянул к нему тонкие ручонки. Слава наклонился вперёд и прижал его к себе. Я улыбнулся.

– Пойдём, скажем маме, что аптечка уже не нужна, – шепнул ему на ухо, и руки мальчонки соскользнули с мужской шеи. Подтянув штаны, он вскочил с сиденья и вприпрыжку помчался по заданному курсу.