Глава 35

К чести Песцова, жуткого дядюшкиного вида он не испугался. Возможно, сказались многочисленные тренировки по лицезрению этой формы? Компаньон встал так, чтобы прикрыть меня от родственника, и сказал, чётко выделяя каждое слово:

— Мы ничего не трогали.

— И не видели тоже ничего, — добавила я, хотя разумнее было бы промолчать.

А может, и не разумнее, потому что Ли Си Цын без долгих разговоров швырнул нас обоих обратно через портал. А не скажи я хоть что-то, глядишь, и забыл бы меня тут. А так я только больно спиной к стене приложилась, зато на ногах устояла, в отличие от Песцова, который приземлился на пятую точку, но почти тут же подскочил, совершенно не собираясь перед дядюшкой притворяться пострадавшим. Либо на того такие вещи не действуют, либо действуют, но от противного: чем несчастней племянник — тем злей дядюшка.

Хотя куда уж злее? Глаза Ли Си Цына горели уже совсем инфернально. А голос, голос звучал скрябаньем ногтя по стеклу, от него сводило зубы и по всему телу пробегала нервная дрожь.

— Не видели, говорите?

— Мы только перешли, — довольно бодро ответил Песцов. — Только успели понять, что попали не туда, куда планировали, и тут ты вовремя появился. Кстати, как так могло получиться? У тебя же раньше не было вариантов телепортации?

— А куда вы планировали? — прошипел Ли Си Цын, игнорируя вопрос о вариантах, и зло дёрнул сразу обоими хвостами, правда, не одновременно и потому не в такт.

Уточнение с местом телепортации ему точно не понравилось. А ведь там было целых три клавиши на выбор, так что, возможно, нам ещё повезло, что попали в пункт назначения номер два, а не номер три, после посещения которого нас прикопали бы на месте проникновения: вон как злится хозяин дома. Спина дёргается, шерсть распушилась, зубы оскалены. А он и без этого не сказать чтобы потрясал красотой. Во всяком случае, по ночам я предпочла бы ходить не там, где прогуливается Ли Си Цын в зверином обличье. Сдаётся мне, он питается отнюдь не мышами: маленькая, но не безобидная рысь ему на пару укусов, несмотря на мои крепкие зубы и острые когти. Захотелось лечь на пол и притвориться трупом — вдруг Ли Си Цын не ест несвежее? В человеческом облике он гурман, должно же было от него хоть что-то перейти в зверя?

— В родительский дом, — честно ответил Песцов. — Мне же всё равно придётся в Царсколевск возвращаться, а так и Елизавету Дмитриевну почти до места доставил бы. Ты не волнуйся, никто не заметил бы, как она от нас ушла бы.

— Неужели? — Ни взгляд, ни голос Ли Си Цына не становились ни на йоту добрее. — И к чему такая торопливость?

— Понимаешь, дядя, — проникновенно сказал Песцов. — Я уверен, что нам с Елизаветой Дмитриевной нужно как можно скорее расстаться. Она приносит мне неудачу. Столько проблем, сколько возникло в моей жизни с её появлением, у меня с рождения не было. И я не уверен, что эти проблемы удастся решить без определённых потерь.

— Ну знаете ли, Дмитрий Валерьевич! — возмутилась я. — Вы эти проблемы себе создаёте сами. Сначала наняли крэга вместо нормальной певицы. Потом решили не просто продолжить турне, а заехать ко всем меломанам по дороге, чтобы собрать с них деньги.

— Должен же я был отбить хотя бы затраты? — огрызнулся Песцов.

— Отбили, и что? Теперь имеете проблемы с Соболевыми и Волковыми! — фыркнула я. — Стоило оно того?

— И потенциально с Рысьиными, — почти спокойно дополнил Ли Си Цын. — Если Фаина Алексеевна узнает, что вы увезли её внучку, будет очень недовольна.

— Я не увозил! — взвился Песцов. — Она сама ко мне прибилась!

— Я сама прибилась к мисс Мэннинг. А дальше уже, как ни крути, увозили вы, — ехидно заметила я.

— Зря я вас на десять тысяч не обменял, — мрачно сказал Песцов. — Получилось бы, что увёз не просто так, а для решения финансовых проблем. Это даже Волков принял бы в качестве объяснения.

— Дёшево вы свои проблемы оцениваете, — не удержалась я.

— Или части, — покладисто согласился Песцов. — Решить часть проблем за ваш счёт тоже было бы неплохо. В конце концов, именно ваше появление их и создало.

— Так почему же вы это не сделали? — захлебнулась я возмущением.

— Исключительно из уважения к Велесу, — дёрнул носом Песцов. — Потому что иначе вы втравили бы меня ещё в проблемы с ним, Елизавета Дмитриевна.

— С Велесом? — заинтересовался Ли Си Цын. — Ты мне про него не говорил, Дима.

Он уселся на пол, показывая готовность к разговору, и даже хвосты сложил: один с правой стороны от тела, второй — с левой. Правда, мирного вида это лису не прибавило, поскольку был он всё так же худ, взъерошен и пронизывающе красноглаз.

— А что говорить? — заюлил Песцов, явно не собирающийся рассказывать про попытку шантажа. — Велес просто попросил посодействовать Елизавете Дмитриевне добраться до Царсколевска.

— Вот как? — зло выдохнула я. — Почему же мы ехали туда столь странным путём, если просили именно помочь попасть?

— Следы заметали, — с необычайно честным видом ответил Песцов. — Мы притворялись, что вы настоящая английская певица. Правда, что-то пошло не так, и на ваш след вышел Волков. Но видят боги, я сделал всё, чтобы этого избежать.

Где-то далеко прогремел гром. То ли знак того, что Песцов говорит правду, то ли просто совпадение — не думаю, что Велес отслеживает каждое произнесённое Песцовым слово. Но сам компаньон, теперь уже наверняка бывший, при звуке грома необычайно взбодрился и посмотрел на нас с некоторым снисхождением: мол, к нему даже боги прислушиваются. Точнее, попытался, поскольку на дядю так ему посмотреть не удалось. А вот дяде — напротив. Дядя посмотрел на племянника так, что даже я почувствовала себя дурой, хотя меня взгляд не коснулся и краем.

— В одном ты прав, Дима, — проскрипел Ли Си Цын, — тебе пора в Царсколевск. Загостился ты у меня.

С этими словами он активировал портал, нажав почти прозрачным магическим щупом совсем не ту клавишу, на которую указывал Песцов мне. Но попенять на это я не успела, поскольку товарища по несчастью всосало в портал с такой скоростью, что он не то что попрощаться, даже ойкнуть не успел. Саквояж, который он выронил в полёте, всосало за ним. Я сообразила, что этот переход почти туда, куда нужно, но успела только шагнуть, как портал опять погас. А вот глаза Ли Си Цына гаснуть и не думали, только теперь между мной и ним не было такой удобной прослойки в виде Песцова, которому дядюшка точно не причинил бы вреда.

— Может, вы меня тоже отправите куда-нибудь? — жалобно спросила я. — Обещаю ничего и никому не рассказывать ни о вашем участии, ни об участии Дмитрия Валерьевича.

Надежды на то, что это сработает, конечно, было мало, но она была. Крошечная, почти незаметная, едва теплившаяся.

Ли Си Цын полыхнул глазами, вскочил и задрал сразу оба хвоста. Какой из них был полуоторванным, а какой — свежевыращенным, я бы не взялась определить: были они совершенно одинаковыми, не столько пушистыми, сколько встопорщенно-клочковатыми. Вообще, изо всех вторых ипостасей, которые я видела, у Ли Си Цына была самая неприглядная, но оттого не менее опасная: магией он в ней владел виртуозно.

— Идёмте, Елизавета Дмитриевна, — скомандовал он. — Нечего вам тут делать.

— Может?.. — Я с тоской посмотрела на погасший телепорт.

— Не может, — отрезал Ли Си Цын. — Постороннего у них в доме вычислят сразу же. Думаю, Волков уже засёк срабатывание телепорта, поэтому дом моей сестры проверят, убедятся, что он прибыл один, и успокоятся.

— Вы уверены?

— Нет. Но лезть к Диме пока не будут.

— Если он сам никуда не полезет, — буркнула я. — Вы же не думаете, что я действительно втравливала Дмитрия Валерьевича в неприятности?

— Разумеется, нет. Для этого я слишком хорошо знаю племянника. — Ли Си Цын ощерил зубы, что должно было означать улыбку, но выглядело это скорее кровожадным оскалом. — Идёмте же, Елизавета Дмитриевна. Телепортом вам всё равно больше не удастся воспользоваться.

Он невозмутимо потрусил мимо меня, а я посчитала его слова разрешением на проверку и приложила ладонь к раме. Но рама так и осталась немагическим куском дерева, хотя я не видела ничего похожего на запрещающие манипуляции со стороны Ли Си Цына.

Из коридора раздался истошный вопль и грохот. Выглянув, я обнаружила невозмутимо шествующего Ли Си Цына, за спиной которого без чувств валялась китаянка, открывшая нам дверь в этот дом. Наверное, не слишком часто приходится ей лицезреть столь сногсшибательную лисичку. Я наклонилась над упавшей, хотя понятия не имела, что делать. Кажется, в такой ситуации нужно похлопать по щекам? Или сунуть под нос что-то вонючее? Девушка была хорошенькой, словно сошедшей с какого-то исторического портрета, возможно, поэтому не хотелось её бросать просто так.

— Не обращайте внимания, Елизавета Дмитриевна, ей помогут, — раздражённо фыркнул Ли Си Цын, не оборачиваясь. — Здесь бегает толпа бездельников, пусть хоть чем-то займутся.

Шорох с лестницы показал, что «толпа бездельников» только и ждёт, когда страшный хозяин уберётся из коридора, поэтому я не стала задерживаться, двинулась вслед за Ли Си Цыном. Впрочем, его конечный пункт загадкой не был: он выскочил при тревоге из кабинета, туда и возвращался. Я немного помедлила на входе, давая возможность хозяину дома одеться хотя бы частично, но он раздражённо бросил:

— Да входите же!

И я шмыгнула в кабинет и дверь за собой прикрыла.

Наверняка Ли Си Цын одевался не руками, иначе ничем нельзя было объяснить, что он уже сидел за столом полностью при параде. Во всяком случае, сверху — низ мне был не виден, но я подозревала, что и там всё в порядке. Надо же, казалось, такой неторопливый, а на деле успевает всё, что нужно.

— Садитесь, — буркнул он, — и рассказывайте, что у вас за дела с Велесом.

Я села, но рассказывать не торопилась. Выкладывать всё совершенно мутному типу — плохая идея. А Ли Си Цын определённо был мутный, и я до сих пор даже понятия не имела, что он собирается со мной делать. Выпускать просто так точно не собирается. Получается, настало время торговли? Но что я могу предложить такого, чтобы устроило хозяина этого дома?

— Боюсь, это не мой секрет, — вдохновенно сообщила я, — поэтому я вам ничего не могу рассказать.

Ли Си Цын побарабанил толстенькими, похожими на сардельки пальцами по столу. Звук был глухой и не в полной мере передавал его чувства. Впрочем, он сейчас не казался столь злым, как в облике лисы.

— Для своего возраста вы подозрительно здраво рассуждаете, — неожиданно заявил он.

— Жизнь заставила. После того как я потеряла мать, княгиня посчитала меня балластом и выбросила из клана, поэтому я поняла, что рассчитывать могу только на себя.

— Непредусмотрительно с её стороны, — неодобрительно отозвался Ли Си Цын о поступке любящей бабушки.

— Она не знала, что моя магия усилится.

— После серьёзных потрясений это бывает не столь редко.

В коридоре раздался шум и тоненькое поскуливание, словно кто-то пытался сдержать рыдания, но они, помимо его желания, прорывались наружу.

— Вот наказание на мою голову, — нахмурился Ли Си Цин и создал плетение, напрочь отрезавшее все посторонние звуки. — Так, Елизавета Дмитриевна, с вашим отношением к Рысьиным понятно. Теперь определимся с вашей платой за мою помощь.

— За вашу помощь? — приободрилась я.

Жизнь перестала казаться столь беспросветной, а дорога в Царсколевск — непреодолимой.

— Я вам помогу добраться до столицы, а вы в свою очередь…

— Никогда и никому не говорю о вашем и Дмитрия Валерьевича участии в моей судьбе, — торопливо закончила я.

Мне казалось это вполне адекватной платой, соответствующей моменту, и хотелось именно на ней остановиться.

— Это само собой разумеется, — невозмутимо подтвердил Ли Си Цын. — Но кроме того, вы приносите мне артефакт, который хочет получить Волков. Разумеется, когда вы его находите.

Это было не сказать чтобы неожиданно: если на артефакт хотят наложить лапы и Рысьины, и Волковы, то понятно, что он нужен не только им. С другой стороны, артефакт я не нашла, да и не факт, что найду, а пообещать Ли Си Цыну можно что угодно, если потом это не придётся выполнять. Главное — отсюда выбраться.

— Дадите мне простенькую клятву, — воодушевлённый моим молчанием, сказал Ли Си Цын, и это меня сразу отрезвило.

Я не собиралась давать никакую клятву этому подозрительному типу, более того, я очень надеялась, что наши пути вскоре разойдутся навсегда и мне никогда и ни с чем не нужно будет к нему возвращаться.

— Я не уверена, что вообще смогу найти этот непонятно как выглядящий артефакт.

— Это сфера, — неожиданно ответил Ли Си Цын. — Более всего похожая на хрустальный шар, наполненный искрящимся туманом.

— Только не говорите, что она принадлежит вам.

— Не принадлежит. Более того, не рекомендую вам никому рассказывать то, что от меня услышали. Впрочем, клятва вам и не даст этого сделать.

— А если я откажусь давать клятву? — осторожно уточнила я.

Ли Си Цын опять постучал по столу. Я как завороженная следила за движениями его пальцев, пусть и пребывала в полной уверенности, что в случае чего увернуться не смогу.

— Артефакт мне, безусловно, необходим, но, возможно, к тому времени, когда вы его найдёте, я бы уже обошёлся без него, — спокойно ответил Ли Си Цын, — поэтому уговаривать вас не буду. Скажу прямо. Вы мне в доме не нужны, а снаружи без принятой клятвы — опасны для моего клана. Согласись вы связать свою жизнь с Дмитрием, возможно, у вас были бы какие-то шансы избежать смерти, и то я не уверен. Вы слишком непредсказуемы, Елизавета Дмитриевна. Собственно, если бы не непонятная заинтересованность в вас Велеса, я бы и этого предложения вам не сделал.

Говорил он столь спокойно, что я никак не могла поверить тому, что слышу.

— То есть вы меня убьёте? — неверяще уточнила я.

— Разумеется, — кивнул он. — Но только в случае вашего отказа. Собственно, я не вижу причины, по которой вам следует это сделать. Вы всего лишь пообещаете не сообщать о нашем с Димой участии и принести мне артефакт. — Я недовольно фыркнула, но Ли Си Цин совершенно невозмутимо продолжил: — Артефакт мне нужен лишь на время, очень недолгое время, после чего я его вам возвращаю и вы вольны делать с ним всё, что заблагорассудится.

— Я собираюсь вернуть его настоящему владельцу и не хотела бы возвращать испорченную вещь. Если я вообще найду этот артефакт, конечно.

— Вопрос с настоящим владельцем довольно спорный, — усмехнулся Ли Си Цын, ничуть не впечатлённый моим решением. — Но одно я вам могу обещать: артефакт никоим образом повреждён не будет. К вам он вернётся ровно в том же виде, что и раньше. Он мне нужен лишь как катализатор, если вы, разумеется, знакомы с таким понятием.

— Знакома, — подтвердила я. — Это то, что ускоряет химическую реакцию, но в ней не расходуется.

— Или магический процесс. Собственно, Елизавета Дмитриевна, как вы уже поняли, вы сделаете то, что собирались, лишь немного позже.

Я задумалась. Почему-то я была уверена, что хозяин дома выполнит угрозы, совершенно не испытывая моральных терзаний при отнятии чужой жизни. Жизнь, конечно, была не совсем моя, но другой у меня точно не будет, поэтому хотелось бы избежать крайностей.

— А какие у меня гарантии, что вы меня отпустите, когда я принесу вам артефакт?

— Моё слово. Я даю вам слово, что в случае вашего согласия помогу вам добраться до Царсколевска и позволю уйти с артефактом, не причинив вам вреда, после того как его использую.

В этот раз гром был точно подтверждением его слов. Боги приняли слово и проследят за исполнением.

— Я тоже могу дать вам слово.

— Нет, это ненадёжно, — снисходительно фыркнул Ли Си Цын. — Тот же Волков прекрасный менталист…

— Но ему не удалось пробить мою защиту.

— Да вы полны сюрпризов, Елизавета Дмитриевна, — заинтересованно усмехнулся Ли Си Цын. — И тем не менее вас могут застать врасплох, подсыпать или подлить чего-нибудь, и вы выдадите все свои секреты. Я так рисковать не могу.

— То есть я вам даю ограничивающую меня клятву, а вы просто помогаете мне добраться до Царсколевска, куда я рано или поздно попала бы сама?

— Вы забыли, Елизавета Дмитриевна, что я делаю вам очень ценный подарок — вашу жизнь, — улыбнулся он, совсем как добрый дядюшка любимой племяннице. — Неужели она этого не стоит?