Глава 9 · Егановы

В окне отражалось закатное марево, переливающееся мягкими розовыми и оранжевыми оттенками. Старый барон безвольной куклой лежал на кровати у окна в своей комнате, вспоминая о былом величии. Каждая проигранная партия, каждый ход, что отнимала у него часть наследства, настигла теперь его память тяжёлым грузом. Старое сердце не выдерживало потери и сдалось, оно отказало ему так же, как и его разум.

Поместье забрали за карточные долги, остался только дом в Вятке и в Петербурге, но за них тоже нужно платить налог, а денег нет, ведь они кормились с поместья, ах, какой там был цех. Просторное помещение с деревянными ваннами, где свежее молоко принималось у крестьян. У окна стоял большой механический сепаратор, приводимый в действие паром. Он отделял сливки от молока, и запах свежих сливок наполнял комнату. Сердцем цеха была маслобойка, где сливки превращались в масло. Затем масло переносили в прохладный склеп. Упаковывали в ящики и хранили там до транспортировки на рынок. Весь процесс сопровождался запахом свежести и деревенского уюта, а его работники, были частью той жизни. Он помнил эти запахи с детства и этих людей. Именно поэтому печаль утраты болезненно отразилась на его здоровье, со старым бароном случился удар. Они с сыном переехали в дом в Вятке. Игнат устроился учителем естествознания в женскую гимназию.

Хорошо, что жена не видит, какой позор он навлек на свою седую голову. И он бы рад был присоединиться к Аннушке, да господь не пустил, видимо милости такой не заслужил перед богом. А теперь вот и Игнату с ним приходится возиться, оплачивать врачей, лекарство, — думы старого барона не отпускали, но вслух он сказал совсем другое.

— Надобно тебе жениться, Игнат.

Игната покоробило от его слов. Периодически отец возвращался к этому разговору.

— И кого же вы, батюшка, прочите мне в жены? Засидевшуюся в девках дочурку богатого купчика, который отдаст свою кровиночку ради дворянского имени? И который будет считать нас бедными родственниками и выделять на наше содержание по три рубля в месяц. Или подобно нам, обнищавшую барышню? Так на что жить изволим тогда?

Он усмехнулся жалким потугам отца.

Тень кривой ухмылки застыла на лице Игната, нет, он не готов продать свою свободу ради трех лишних монет в его кармане. Он что-нибудь обязательно придумает, как вернуть то, что принадлежало ему по праву рождения. Играть в карты он не рискнул, фортуна слишком изменчивая тварь, да и ставить на кон единственный дом он не собирался. Он ведь не безумен. Внешне Игнат пока что сохранил остатки благородного происхождения, но изношенные одежды начинали выдавать его лишения. Время играет против него. Глаза Игната болезненно блеснув, начали слезиться. Он почувствовал начало приступа и поспешил сесть в кресло.

— Еще и болезнь начала прогрессировать, — злился Игнат. Абсансы стали приходить все чаще, непредсказуемые приступы преследовали его, как проклятие. В моменты прозрения, когда приступ заканчивался, взгляд его приобретал пугающий блеск. Когда была жива матушка, она говорила, что приступы эти даны богоизбранным, а значит он особенный. Но матушки нет, она умерла, взвалив на него неподъемное бремя нищеты и содержания больного отце.

Однажды зимой к нему подошел седой старик, бледная сухая кожа, пронизывающий насквозь взгляд, а под глазами глубокие темные круги, как будто он не спал несколько ночей подряд. Одет богато, но не дворянин, это было видно по осанке и по его движениям. Он предложил ему деньги, за небольшую услугу. Мол ему нужно переговорить с Лукерьей Лакутиной наедине, он ее дальний родственник, но отец не позволяет им видеться, а он хотел бы передать девушке подарок лично в руки.

Игнат тогда посмеялся, — Еще бы, девица из благородных, а этот, даже если при деньгах, видно, что из подлого сословия. Неудивительно, что градоначальник с кем попало общаться не станет и дочери не позволит. Но за деньги, которые заплатил ему старик, он позвал Лукерью в подвал, мол нужна ее помощь, у него там новое пособие для уроков привезли.

Он вспомнил как девица на него брезгливо посмотрела, что же ты меня, дочь самого градоначальника, заставляешь помогать. Но спорить с учителем не решилась и пошла. Игнат открыл подвал запасным ключом и позвал ученицу.

— Можешь идти, — приказал голос в голове. Он покорно подчинился. А потом выяснилось, что Лукерья в коме, а доктора не смогли ее спасти. Но в этом уже Игнат не был виноват, врачи его тоже вылечить не могут.

За Лукерью Лакутину старик заплатил столько, что Игнат покрыл все накопившиеся долги перед врачами и налоги за владение домами. Но деньги так быстро закончились, что, когда старик обратился к нему по весне, он без колебаний согласился. Однако в этот раз колдун потребовал три невинные девицы.

— Это будет стоить вам гораздо дороже, — не моргнув глазом заявил Игнат.

Старик без колебаний согласился на оговоренную сумму.

— Вот и хорошо, но мне этого мало.

— Что же ты хочешь еще?

— Я понял кто ты. Ты поклоняешься дьяволу.

— Хаа-ха-ха, — плечи старика затряслись от смеха.

— Ты колдун, а значит можешь меня вылечить.

— А как же ваш Бог, разве ты не ходишь в церковь? — посмеялся колдун.

— Где он был, когда отец проиграл все наше состояние?

— Так тебя деньги волнуют или здоровье?

— Я хочу избавиться от приступов и вернуть прежнее могущество нашей семьи.

— Хорошо, я помогу тебе избавиться от приступов, о деньгах мы уже договорились.

Домой Игнат летел как на крыльях. Конец их нищенскому сосуществованию. Они вернутся в Петербург. Теперь он сможет посвататься к самой Анне Павловне Нарышкиной, которая происходила из очень знатного рода, и по слухам была умна и красива. А еще она была известна своим артистическим талантом и благотворительной деятельностью. Или даже к Елене Александровне Плещеевой, дочери генерала, которая обладала утонченной красотой и отличным образованием. И все больше завоевывала популярность в высшем обществе благодаря своему обаянию и умению вести беседы. Или к Лидии Михайловне Трубецкой, которая привлекала внимание аристократов своим остроумным характером. Она была прекрасной собеседницей и пользовалась успехом в обществе. Воспоминания и мечты окутали его, и Игнат задремал прямо в кресле.

Сейчас местное общество смотрело на Орочена как на старого богатого мещанина. Но это поправимо, этот олух из знатного рода, очень вовремя подвернулся колдуну. Он переселится в него и станет бароном. С 9 на 10 мая 1894 года наступит полнолуние. Это самое благоприятное время для переселения в новое тело. Надо, чтобы этот болван успел убедить девиц спуститься в подвал. А ночью он совершит обряд.

Еганов младший не стал придумывать велосипед, если одни раз сработало, сработает и сейчас.

— Танечка, ты куда? — спросила Светлана Холодковская.

— Учитель попросил меня принести макет — макет солнечной системы. Его еще нужно будет успеть собрать перед уроком. Придется спускаться в подвал.

— Наташа, пошли поможем, — позвала Светлана.

Урок прошел очень интересно.

— Дорогие ученицы, сегодня мы с вами отправимся в удивительное путешествие вокруг… Представьте себе огромное пространство, в центре которого яркое светило — наше Солнце, источник тепла и света для всех планет. Начнем с самой ближайшей к Солнцу планеты — Меркурия. Эта маленькая и быстрая планета обращается вокруг Солнца всего за 88 дней. Несмотря на свою близость к светилу, её ночи очень холодные из-за отсутствия атмосферы. Следующей планетой является Венера, ярчайшая на нашем ночном небе. Мы образно называем её «утренней звездой». Удивительно, что день на Венере длится дольше, чем год на Земле, из-за её медленного вращения. Мы же с вами живем на третьей планете от Солнца — Земле. Наша планета уникальна своим разнообразием. Мы окружены атмосферой, которая защищает нас и поддерживает жизнь. После Земли идёт Марс, известный как Красная планета…

— Игнат Фомич, а как вы думаете, на других планетах живут люди? — спросила любопытная Танюша Лепехина. Ученицы слушали внимательно, им всем было интересно.

— Астроном Перксиваль Лоуэлл утверждает, что на поверхности Марса существуют каналы, которые могли бы быть искусственными, постулируя нам о существовании разумной жизни на Марсе, — поделился информацией Игнат Фомич.

Урок закончился и учитель снова попросил девушек перенести все это обратно в подвал.

— Странно, почему этот макет таскают туда и обратно, когда можно было отнести его в комнату для реквизита, — задала вопрос Наташа.

— Кто его знает, — кряхтя тащила Светлана Холодковская тяжелый поддон, на котором вся эта конструкция собиралась.

Спустившись в подвал, девушки вдруг остолбенели, их учитель безропотно подчинялся всем приказаниям старика с пронзительным взглядом бездонных карих глаз. Сначала он подмел пол в подвале, подняв там клубы пыли, потом притащил три большие лавки и расставил их треугольником, но оставив между ними проход. Старик приказал девушкам положить учебный макет в угол. Они безвольными куклами выполнили все его приказания и уселись на лавке.

— Вечера дождемся и приступим…