Глава 14. Хавьер

Анна замерла в изумлении. Мне резко захотелось поцеловать ее, но я сдержался. Мои слова и без того ошарашили девушку, и на то было несколько причин. Во-первых, я чувствовал, что надвигается какое-то несчастье, что может укрыть всех бедой. Во-вторых, я видел и слышал, о чем они говорили с Диего, и это пробудило внутри меня адскую ревность. В-третьих, девушка и вправду дарила мне свет, и мне хотелось защитить ее от всех невзгод, потому что рядом с ней я ощущал себя по-настоящему живым. Странно? Безусловно. Когда Ана рядом, во мне словно загорается огонь нежности и желания исполнить все её желания. Но я также не могу ее отпустить обратно на родину, потому что это будет слишком сложно. И пока я буду проворачивать это дело, могу оказаться уязвим. Пока Ана думает, я продолжаю спокойно завтракать, запивая всё это вином. Смотрю на нее, как влюбленный дурак. Быть может, потом я пожалею о своем решении так скоро предложить ей стать моей девушкой, но лучше сказать ей правду, чем нагло отрицать, что между нами есть искра. – Che ne dici? (Ну, что скажешь?) – не вытерпел я и задал ей вопрос. – Non lo so, Javier. (Я не знаю, Хавьер), – тихо произнесла она, ковыряя вилкой в тарелке. – È solo perché è successo tra di noi? (Это лишь потому, что между нами произошло?) – Sì, e per lo stesso motivo. Non voglio farti provare sentimenti per me attraverso la forza, quindi ti suggerisco di provare ad andare a riva dall'altra parte. (Да, и по той же причине. Я не хочу заставлять тебя испытывать ко мне чувства через силу, поэтому предлагаю попробовать зайти на берег с другой стороны). – откидываюсь на спинку стула и внимательно смотрю на девушку. Ее щеки пылают нежным розовым румянцем. Как же она прекрасно, кто бы мог подумать… – Non capisco comunque (Я все равно не понимаю). – Sii onesto, Ana. Ti piaccio? (Скажи честно Ана, я тебе нравлюсь?). Вначале девушка смутилась. Кажется она сейчас со стыда сгорит, но все же подняла на меня свои светлые глаза и тихо сказала: – Sì. – Allora perché respingi quei sentimenti? (Тогда почему ты отталкиваешь эти чувства?) – Non ho incontrato uomini… (Я не встречалась с мужчинами…). Это был край для моих нервов. Я с лёгкостью подвинул стул Аны ближе к себе, отчего девушка слегка вздрогнула. Затем она посмотрела мне в глаза с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание и казалось, что все у меня встало: и сердце, и член. – È una scusa per rinunciare ai tuoi sentimenti? (Разве это повод отказываться от своих чувств?) – прошептал я ей в губы. Ана смогла лишь едва заметно мотнуть головой. Желание впиться ей в губы было практически непреодолимым. Стиснув зубы, я продолжал бороться, продолжал запрещать себе вести себя с ней так, будто бы мне разрешено все на свете. Ана была человеком, а не игрушкой. И играть ее чувствами я не хотел, каким бы мудаком я не оказался – я не хотел. – Нет, – наконец-то выдохнула она по-русски и сама, без моей помощи (хотя как посмотреть), прикоснулась к моим губам. Ее нежность обожгла мои губы. Я ответил ей тем же, кротким поцелуем, который наполнил ответной нежностью и желанием ее тела. – È la tua risposta "Sì"? (Это твой ответ “да”?) – прошептал я ей в губы, ощущая, как девушка дрожит. Как бешено бьется ее сердце. – Sì, – прохрипела она. Я лишь кротко улыбнулся. Прерывать такой замечательный момент я меньше всего хотел, но сейчас Луис опять начнет ворчать, что я вновь отлыниваю. А портить себе приподнятое настроение я не хотел. Поэтому отодвинувшись, мы до завтракали, а после, когда я встал со стула, то подошел к Ане и нежно поцеловал ее в щеку. – Darò istruzioni a Maria che ti prepari la stanza. D'ora in poi, non sei un servo nella nostra casa. (Я дам указании Марии, чтобы она подготовила тебе комнату. С этого момента, ты не прислуга в нашем дома). Ана слабо улыбнулась. Казалось, что сказанное мной вызывало в ней дискомфорт. Полагаясь на то, что Ана привыкнет к этому, я покинул столовую, направляясь в свой кабинет. Луис уже ждал меня, сидя в кресле и читая очередные финансовые отчеты. – Здорово. – Доброе утро, Хавьер, – отозвался он и, как только оторвался от бумаг, то внимательно посмотрел на меня. Сощурив глаза, он спросил: – А ты чего такой довольный? – Решил одно дело, которое терзало меня всю неделю. – И это дело – Анна? Я улыбнулся. – Да, она. – А то я смотрю, ты такой довольный. Усевшись в кресло, я принялся за работу. В такие дни было сложнее всего сосредоточиться, потому что подходил отчет по кварталу, и нужно было сделать все четко, без каких-либо отклонений. – Как Диего? – спросил Луис, пока мы сделали перерыв и я закурил сигарету. – Да нормально, встал на ноги. – Кстати, – Луис загадочно прищурил глаза, будто бы пытался найти ответ на свой вопрос прежде, чем я ему отвечу, – где он? – Наверное, копается в гараже, – пожал я плечами. – Правда, меня напрягает одна вещь. Я облокотился локтями на стол. Луис сидел напротив, подпирая подбородок кулаком. – Какая же? – Вчера вечером, когда я слонялся по дому, увидел Диего и Ану. Они говорили на русском языке. И Диего, как я понял, задал ей очень провокационный вопрос. – Какой же? – Ты бы хотела вернуться на родину? Луис нахмурил брови. – И что потом? – Ана что-то буркнула, она же всегда тихо говорит, но кажется, этот ответ был пронизан твердым отрицанием. – Сделав затяжку, я выдохнул клубок дыма. – Но Диего сказал такую фразу, которую я не могу выбросить из головы. Луис внимательно меня слушал. Я склонился чуть ближе и сказал в полголоса: – Просто помни, что у тебя есть друзья здесь. И один из них – это я. Луис задумался на какую-то долю секунды, потом выдохнул со свистом и сказал: – Ты думаешь, что… – Диего хочет раскрыть свои карты, но когда это будет – неизвестно. – Тогда тебе нужно поторопиться, чтобы убедиться, что твоя теория и слова твоей тетушки – правда. Я обреченно вздохнул. – Нет никаких зацепок, которые бы наводили меня на то, что Диего – наследник Моретти. Ну не заявлюсь же я к ним в дом, чтобы сделать ДНК-тест? – А было бы кстати, – улыбнулся Луис. – Даже если удастся взять материал у Диего, то как его получить у Моретти? Ни один врач, который работает с криминальной семьей, даже под дулом пистолета не даст образец. – Здесь я с тобой согласен. Мы замолчали, погрузившись в тишину. Мне что-то не давало покоя, но я не мог понять, что именно. Казалось, я что-то упустил: что-то важное для себя. Я только было хотел приняться за бумаги, как раздался звонок. Посмоттрев на телефон, на экране высвечивался номер – Диего. Я нахмурился. – Что такое? – спросил Луис. – Звонит Диего. – Так подними трубку. Я поднял трубку и сказал: – Алло? – Хавьер! – голос Диего был встревожен. Я напрягся, чтобы понять, что случилось. – Что такое? – Я попал в передрягу. Сердце пропустило один удар. Но я не спешил паниковать. Нужен был холодный ум и здравый смысл. – В какую передрягу? – переспросил я, а Луис уже кому-то набирал. Кажется, представление Диего только начиналось, и я не был к нему готов. В трубке послышались выстрелы. – Диего? – Люди Моретти меня накрыли на шоссе, – истошно кричал в трубку Диего. – Мне нужна подмога. – Что ты, блять, делал на шоссе? – Я, блять, покупал продукты! – крикнул он, и раздался очередной выстрел. – Хавьер, помоги! Ради Святой Марии! Я с секунду молчал, пытаясь сообразить, что же Диего хотел донести до меня. Но очередный выстрелы и кряхтение в трубку лишь сильнее напрягали меня. – Где ты точно находишься? – Около заброшенной церкви, – ответил Диего. – Скоро буду, – поспешно сказал я и разъединил звонок. Луис вопросительно смотрел на меня. – Что случилось? – Диего накрыли люди Моретти, когда он отправился за продуктами. – А что, разве рядом купить их нельзя? Я лишь пожал плечами. А после, резко встал со стула. – Куда ты направился? – Узнать кое-что, – ответил я и выйдя из двери, быстрым шагом направился вниз. Мне нужно было найти Марию, чтобы понять, что произошло и почему Диего отправили за продуктами не оповестив меня. В гостинной еще не обнаружил, тогда я пошел в кухню. И там ее не было. Была только Барбара, которая поспешно оттвела от меня взгляд. – Где Мария? – На улице, – дрожащим голосом сказала она. Я ничего не ответил и пулей выбежал на задний двор. Мария убирала свежее белье в большие корзины, а то время, как Ана помогала ей. – Мария! —воскликнул я, быстро подойдя к ней. Женщина застыла в изумлении, но все равно вела себя хладнокровно. Тут что-то не так. – Да, сеньор Рамирес? Ана смотрел на меня с опаской. В ее глазах застыл страх, который девушка даже не пыталась скрыть. – Где Диего? – Отправился за продуктами, – пожала плечами женщина. – В местной лавке закончились конверсы и макароны, поэтому Федерико попросил Диего съездить за ними в ближайший большой супермаркет. – С Диего кто-нибудь еще поехал? Мария покачала головой. Нет, тут точно что-то не так. – Ана, – обратился я к девушке через переводчик, который уже держал наготове. Девушка прижимала белую простыню к себе. – Поднимайся в мой кабинет, там будет Луис. С ним ты будешь в безопасности. Глаза девушки округлились. Казалось, что нарастающая в ней паника вот-вот окутает ее тело цепкими цепями. – Быстро! Ана! – сказал я ей, и девушка сорвалась с места, убегая в дом. Мария смотрела с таким высокомерием на меня, что я едва ли не усомнился в ее преданности. – Еще раз спрашиваю. За чем на самом деле поехал Диего? – Я говорю вам правду, сеньор Рамирес! Я нахмурился. Подошел ближе к женщине, но ее не пугали мои выходки. Она видела меня насквозь: всё нутро и весь мой страх перед грядущей бурей. – Если ты что-то скрываешь от меня, – процедил сквозь зубы, продолжая буравить ее злобным взглядом, – то лучше сказать мне сейчас. Женщина и глазом не моргнула, стояла как восковая статуя, не проронив ни единой эмоции. – Мне нечего скрывать от тебя, Хавьер, – ответила она. – Если я узнаю, что ты что-то замышляешь, то пущу пулю тебе в лоб, даже не задумываясь, сколько времени ты посвятила этой семье. Мария нервно сглотнула. Когда на руках нет весомых фактов и доводов, приходится влиять на ситуацию своей властью, правда, Мария не из тех женщин, которые боятся этой черты. Напротив, Мария очень умная и практичная женщина, которой всегда удается добиться своего. Чего же сейчас она добивается? – Я поняла вас очень хорошо, сеньор Рамирес. Голос женщины практически не дрожал. Если бы она была во главе какой-то криминальной семьи, то все бы без исключения были ассоциировали ее с безжалостным айсбергом. Терять время было бы глупо, поэтому, кинув напоследок достаточно злобный взгляд, полный решимости распутать завязавшийся узел на моей шее от сложившейся ситуации, стремительным шагом направился на выход. Через ступеньку направился в свой кабинет и, ворвавшись в него, увидела растерянный взгляд Анны. Луис был наготове, держа руку на пистолете. И хорошо. Он знал, что нужно делать, и был единственным, кому я могу сейчас доверять. – Что ты будешь делать? Я подошел к сейфу, вводя пароль на панели. – Сейчас нельзя никому доверять, Луис, – взяв пистолет, я начала проверять, заряжен ли он. – Есть только два человека, которым я доверяю. Но не могу их взять с собой. Анна тихонько сидела и слушала всё, что я говорю. – Отсади ее от окна, – приказал я Луису, а сам, подойдя к шторам, резко их закрыл. – Я думаю, что за нами наблюдают. – Думаешь, Диего начал реализовывать свой план? – Да. Луис нахмурился. Я знал, что он скажет: это неразумно – ехать в ловушку одному. Но другого выбора у меня не было. – Может быть ты хотя бы возьмешь с собой кого-то? – Я не доверю охране. Она может быть подкуплена, поэтому, – я убрал пистолет за пазуху, подошел ближе к Луису, но вначале кинул короткий взгляд на Анну, которая даже не пошевелилась. – Я не могу рисковать тобой и Анной. – И что ты прикажешь делать? Я правда не знал, что ему ответить. С одной стороны, я хотела уберечь Анну и отправить ее туда, где ей будет безопасно. Но сейчас нигде не было безопасно. А с другой стороны, я самолично хотел расправиться с Диего, хотя и имел только догадки, который меня разъедали изнутри. Луис продолжал внимательно смотреть на меня, ждал моего ответа. – Я не знаю, – шепотом сказал я на выдохе. – Мне нужно, чтобы ты и Анна уцелели. – Ты можешь погибнуть, а у тебя нет наследника, – прорычал Луис. – Кто займет твое место, а? Диего? Так ты хочешь закончить дела своей семьи? Быть свергнутым обычным водителем и бастардом другой семьи? Луис был прав. Я не могу предать свою семью, свою тетушку, Луиса и тех, кто служил мне. Но разве я мог знать, кто останется со мной, случись горе? Нет. – Этот риск будет неоправдан, – добавил Луис. – Тебе не нужно срываться сейчас, нужно сесть и подумать. – Нет, Луис, – конечно, я не всё до конца решил в своей голове, но, смотря на страх Анны, который она едва ли может скрыть под маской безразличия, я могу сделать только один выбор. – Я не допущу, чтобы с тобой или Анной что-то случилось. К тому же я не знаю, кому я могу доверять. Любой человек из охраны уже может быть подкуплен семьей Моретти. Луис видел, что я не до конца тверд в своем решении, но все же перечить мне было бестолку. Эту глупая, и вполне возможно, роковая черта упрямства, вела меня прямиком в могилу. Но я должен был попробовать остановить Диего сам. – Ладно. Я попробую найти безопасное место для Анны, – выдохнул Луис, явно недовольный моим решением. – А что с остальной прислугой? – Просто усилю охрану. Думаю, что вся она – на стороне Диего. Мария – искусный психолог, который видит слабые места тех, чьи судьбы уже давно разрушены. Ей не составит труда перетянуть одеяло на себя. – Я все-таки настаиваю, чтобы ты взял хоть кого-то. Есть старички, которые никогда тебя не предадут! – Хорошо, – практически убеждая себя взять с собой кого-то, я с легким раздражением и одновременно смирением ответил мужчине. – Я возьму кого-то. – Ладно, будь на связи, – сказал Луис, а я поторопился обернуться к Анне и подойти ближе. – Что случилось? – спросила она на родном языке. Я просто преклонил к ней колено, взял ее холодные руки в свои и заглянул в ее глаза. Боже. Как же она прекрасна. И только сейчас я понял, что Ана – единственное, что позволяло мне не утонуть в той тьме, которая постепенно накрывала меня с головой. Благодаря ей я понял, что могу снова чувствовать любовь. Пускай и своими настырными методами, но… Я уже жалел, что все может закончиться, даже не начавшись. Я поцеловал руки Анны, вдыхая приятный аромат цветочного мыла. – Devi essere coraggiosa. (Ты должна быть храброй.) Я сказал это так, будто бы прощаюсь с ней. И, кажется, девушка это почувствовала. В ее глубоких, как океан, глазах заблестели слезы. – Хавьер? – произнесла она расстроенным голосом. – Ti prometto che tornerò. L'importante è che tu mi aspetti. OK? (Я обещаю, что вернусь. Главное, ты жди меня. Ладно? ) – прохрипел я, продолжая смотреть на Анну, чтобы заполнить ее образ. Чтобы он придал мне силы двигаться дальше и действовать настолько хладнокровно, насколько я мог бы. – NO, NO, NO, NO… Девушка заплакала, но продолжала смотреть на меня. Я осторожно вытер её слёзы, нежно касаясь её невероятно мягких щёк. – Torno davvero, Ana. (Я правда вернусь, Ана.) – запнулся я, чтобы потянуться и поцеловать девушку в лоб. Ана вырвала свои руки из моих и крепко обняла меня за шею. Это тепло, которое передавалось от девушки, словно было лекарством от всего на свете. Я чувствовал, как ледяное сердце тает в буквальном смысле. Как, вдыхая аромат волос девушки, я понимаю, ради чего мне стоит жить дальше и попытаться вернуться целым и невредимым. Руки сами потянулись обнять девушку за ее хрупкую талию. Этот миг должен был длиться вечно. Я желал этого всей душой, всем своим измученным сердцем. Я чувствовал, что мы с Аной созданы друг для друга, и не хотел, чтобы то, что только зарождалось между нами, через несколько мгновений уже угасло. Но время утекало, как песок сквозь пальцы. Нужно было действовать прямо сейчас. Мне пришлось приложить много усилий, чтобы оторваться от Аны. Чтобы вновь взглянуть в ее глаза, наполненные печалью и болью. Сердце болело под ребрами от осознания, что я расстроил этот прекрасный цветок. – Sii coraggiosa e coraggiosa, Ana. Torno subito (Будь храброй и смелой, Ана. Я скоро вернусь), – прошептал я ей в губы, а после робко поцеловал, но сразу же оторвался. Зная себя, я не должен был поддаваться соблазну и нежности, когда на кону стоит жизнь Аны и всей моей семьи. Моего имени и власти. – Хавьер… не уходи, – прошептала сквозь слезы девушка, но я не понимал, что она сказала. Наверное, просила быть осторожным или что-то в этом духе. Такие сложные конструкции русского языка я едва ли понимал, но чувствовал душой, что Ана просит меня вернуться. Нацепив на себя холодную маску безразличия, я встал и отдал приказ Луису упрятать Ану в безопасное место. Ана что-то оглушительно кричала сквозь слезы, но Луис уже держал ее за талию. И мне пришлось поспешно выйти в дверь, даже не обернувшись. Это было сложно. Но как только переступил порог, то сразу же выдохнул и направился вниз. Я собрал охрану в гостинной, и, как только эти лбы стали в один ряд, то сказал: – Diego e ' stato attaccato da qualcuno. Probabilmente è la famiglia Moretti. Non conosco i dettagli, ma noi come famiglia dobbiamo aiutarlo (На Диего кто-то напал. Скорее всего, это семья Моретти. Я не знаю подробностей, но мы, как семья, должны ему помочь). Они слушали меня с каменными лицами, но я не заметил, чтобы что-то из них поменялся в лице. Но в тени, около двери на кухню, стояла Мария. Она слушала то, что я скажу. И теперь не было сомнений, что сообщники Диего и Марии были среди тех людей, которые мне служили. Это было сговор, тщательно продуманный. И одна Святая Мария знала, какой будет исход этой битвы. – Quindi ora una parte delle persone viene inviata con me, un'altra parte sarà in allerta per proteggere la nostra casa. (Поэтому сейчас часть людей отправляется со мной, другая часть будет в боевой готовности для защиты нашего дома.). Я сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. А после, взглянул в сторону Марии, которая подслушивала все это. И добавил. – Non lascerò che nessuno rovini la famiglia Ramirez. E ancora di più, minare la nostra credibilità. Tutti i traditori stanno aspettando la morte. E non avrò pietà di nessuno. (Я не дам никому разрушить семью Рамирес. И уж тем более, подорвать наш авторитет. Всех предателей – ждет смерть. И я не сжалюсь ни перед кем.). Святая Мария… Помоги мне.