Глава 5. Анна

Всю ночь я не могла заснуть. Мне казалось, что я слышу бесконечные шепоты за окном. В этих стенах мне было душно, а постель казалась сырой Это место никогда не будет моим домом. Оно мне чужое. С рассветом я самостоятельно встала и умылась. Причесалась и надела форму, а после смиренно сидела и ждала на кровати, когда за мной придет Мария. Ожидание казалось бесконечным и словно тянулось, как резиновая лента. Сегодня тот день, когда Хавьер сам, лично, отвезет меня в больницу на процедуры. Попытаться ли сбежать? Или же остаться и подумать над планом побега более тщательней? По крайней мере, за ужином Рамирес был очень вежлив и приветлив. Даже несмотря на языковой барьер, который стоял между нами. Хавьер был в хорошем настроении: расслаблен, спокоен и умиротворён. Но каким он будет сегодня? Для меня это загадка. На часах было ровно семь утра, когда дверь открылась и на пороге появилась Мария. – Доброе утро, – отозвалась она по-русски. – Доброе, Мария. – Как спалось? Я пожала плечами. – Хуже, но хотя бы на мягкой подушке. Она подошла ко мне вплотную, держа в руках какие-то вещи. – Ты серьезно подумала, что поедешь в больницу вот так? – спросила она, осматривая меня с ног до головы. – А что тут такого? – Дорогая, – произнесла Мария с нежной улыбкой, протягивая мне одежду. – В этой форме ты обычно ходишь только в поместье, да и то не всегда. А вот эти вещи ты наденешь для поездки. Я осторожно взяла одежду из рук Марии. – Переоденься, я буду ждать тебя в гостиной, – сказала она и, оставив меня одну в комнате, вышла. В голове не укладывалось: мне дают другую одежду, не запирают дверь и говорят, что ждут в гостиной… Разве это не странно? Однако противоречить этому я не стала. Пошла в уборную, переоделась, сложила форму на кровати и вышла. На мне были легкие джинсы и короткий топ. Волосы по-прежнему были в высоком хвосте. Я осторожно вышла из комнаты. Два человека, улыбаясь, смотрели на меня. Один из них даже ухмыльнулся, жадно разглядывая меня. Господи боже, фу! Животные какие-то… Я с опаской шла по коридору, иногда оборачиваясь, чтобы убедиться, что за мной не следуют эти громилы. Из гостинной слышатся голоса: Марии и чей-то мужской. Они говорят в полтона, не слишком громко и не слишком тихо. Когда я вошёл в гостиную, то увидел, что Мария беседует с мужчиной. У него были короткие чёрные волосы, которые слегка завивались на кончиках. Глубоко посаженные карие глаза, высокие скулы и тонкие губы. Его чёрная льняная рубашка была расстегнута до груди, открывая очертания татуировки, которая была точно такой же, как у Хавьера. Казалось, это было клеймо его мафиозной семьи. И как только мужчина обратил на меня свой взор, я застыла на месте. – Вот и Анна, – произнесла Мария по-русски. Мужчина продолжал пристально смотреть на меня, внимательно разглядывая, будто оценивая. Но в его взгляде я не заметила ни похоти, которую пытались скрыть другие мужчины в этом доме, ни безразличия. Напротив, в его глазах сверкала какая-то неведомая мне искорка добра и сострадания. – Анна, – произнес он по русски, отчего меня передернуло. – Красивое имя. – Диего, не будь таким невежей. Поздоровайся с девушкой. Мужчина подходит ко мне ближе и протягивает руку. Я не совсем понимаю, что он хочет этим сказать, но посмотрев на Марию, я все-таки протягиваю руку ему. Диего нежно целует меня в кисть, отчего меня передергивает. – Приятно познакомиться, Анна. – Взаимно… – Анна, – перебивает нам Мария. – Диего – мой сын. А так же, он водитель Хавьера. Сегодня Диего повезет тебя в клинику. Диего продолжает осматриваться меня так, будто бы я музейный экспонат. – Ты не говоришь по итальянски? – спросил он на идеальном русском. Я лишь покачала головой. Парень мило улыбнулся. – Придётся научиться говорить, иначе ты долго не протянешь. – Диего! – воскликнула Мария, толкнул парня в плечо. – Sii gentile con questa ragazza. Non c'è bisogno di spaventarla!* ( Будь по вежлив с этой девушкой. Не нужно пугать её! ). Диего лишь ехидно улыбнулся. О чем они говорили я не знала. Но наверняка Мария сделала ему замечание. Этот было заметно по её выражению лица. – Прости, – сказал он мне сразу же. – При Хавьере нужно говорить только на родном его языке. – Почему? – спросила я. – Потому что он не знает русского и думает, что русские вечно замышляют против него заговор. – Диего! – Мария вновь толкнула сына в плечо. Дальше я не разобрала что она говорила, но тараторила она так, будто бы читает скороговорку. – В общем, лучше молчать, чтобы тебе не влетело. На третий раз Диего уже отвернулся от пинка матери, а я как-то не особо чувствовала себя расслабленной. – Ты уж прости моего сына, Анна. Он всё еще не может повзрослеть. Диего подмигнул мне, а после, вышел на улицу. Мария поджала губы и я поняла, что мы ждём Хавьера. Буквально через несколько минут вышел он. Походка Хавьера была ровной. На нём была чёрная рубашка и тёмные джинсы. Мне стало интересно: неужели всё мафиози одеваются одинаково? И как они различают себя от других? Остановился около меня и осмотра с ног до головы, сказал: – Hai un bell'aspetto. (Хорошо выглядишь). Мария поспешила мне перевести это. Всё, что я уже выучила по итальянски было лишь: – Grazie (спасибо). Хавьер достал солнцезащитные очки и вышел на улицу, а Мария поспешила за мной, чтобы я ни в коем случае не убежала. Да и куда я сбегу, когда вокруг такая охрана? Единственное, что грело мне мысли, так это то, что в больнице, быть может, я смогу улизнуть. Попросить защиту… но как-то мало верила в свои силы и храбрость, которая давно пропала с радаров внутри меня. Я села на заднее сиденье, вместе с Хавьером, который сразу же уткнулся в телефон. За нами поехала ещё одна машина. Как я буду без Марии в больнице? Кто будет переводить мои слова? Английского я не знала, впрочем, в моей деревне мало кто знал его. Вроде бы в школе его должны были преподавать, но из-за диффицита учителей, всё свели на нет. Со словарём я бы могла сказать пару предложений, самых простых, которые были на слуху. Но на большее я не рассчитывала. Дорога до клиники заняла около двадцати минут. Стекла в машине были тонированные, поэтому я пыталась запомнить хоть какую-то дорогу. Вспоминая фильмы про мафию, я удивилась, что мне не завязали глаза. Ну а вдруг у меня отличная память и ночью я попытаюсь сбежать? Украдкой посмотрев на Хавьера, поняла, что он железобетонно уверен, что я никуда от него не сбегу. Я даже не знаю, на каком я острове. Когда машина остановилась, я не сразу же поняла, что это клиника. Она находилась в достаточно шатком здании, от которого отслаивалась побелка или что-то вроде того. – Scendi dalla macchina.(Вылезай из машины), – сказал Хавьер, но я лишь хлопнула глазами. А когда он указал на дверь, то я поняла, что он имел ввиду. Когда я открыла дверь, напротив меня уже стояло пару мужчин, по всей видимости, люди Хавьера. Я принялась ждать, словно свинья на бойне. Даже не сопротивлялась, когда Хавьер взял меня под руку и повёл в здании. Мы сразу детали в кабинет. Диего был с нами, и, по всей видимости, он и будет выступать в роли переводчика. Я принялась запоминать, что это за кабинет, возможно, какие-то важные детали, что помогли бы мне в будущем. Но это был самый обычный медицинский кабинет с гинекологическим креслом. Диего со мной не разговаривал, прочем, он просто стоял на двери, чтобы я точно никуда не сбежала. А проделывать этот план через окно – глупо. На подоконнике стояло море цветов, а ещё тюль, который препятствовал открытию окна. Мужчина доктор очень быстро взял мазки. Я поначалу стеснялась, но с помощью Диего дала понять, что я девстнница. У меня уточнили, были ли какие-то заболевания, чем я болела в детстве… очередная никому не нужная анкета. А когда доктор закончил со мной возиться, то оставил наедине с Диего, чтобы я оделась. Всё это время парень стоял спиной. А я уже была готова к самому худшему, но ничего, всё обошлось. – Удивительно, – начал он, по прежнему стоя ко мне спиной. – Что удивительно? – Как ты до сих пор можешь быть девственницей ? Я пожала плечами. Диего повернулся и мы встретились взглядом. – А что тебя смущает? – Ты очень симпатичная девушка. На такую бы запал каждый мужчина. Я села на кушетку, и ждала того, чего сама не знала. – Спасибо, – проронила я. Больше мы не говорили. Хавьер так и не появлялся, а Диего продолжал стоять в дверях. Быть может что-то со мной не так? И если не так, то… убьют ли меня или оставят в живых? Дрожь расстилалась по телу волнами. Самое ужасное, что могло бы случится, уже случилось. А с остальным я как-нибудь разберусь. Обратный путь мы провели в тишине. Хавьер был задумчив и всё время смотрел в окно. Я уже начала думать, что это из-за меня и, возможно, скоро от меня избавятся. Палящее солнце создавала какую-то дымку и мне казалось, что на улице трудней дышать. Когда мы вновь приехали в поместье, то нас уже ждала Мария. Хавьер молча вышел из машины, и я сделала тоже самое. Мария позвала меня к себе и приобняла за плечи. – Ну, как все прошло? – Как и всегда, – пожала я плечами. – Вроде бы все, что от меня требуется, было выполнено. – Ну и славно ,– сказала она. – Пойдем, ты отдохнешь. Я украдкой смотрел на Хавьера, который остался у входа в дом, вечно оборачиваясь, пока и вовсе не скрылась из виду в коридоре. В моей комнате пахло лавандой. Мария зажгла ароматические палочки, чтобы я расслабилась. Но в такую жару это вряд ли бы помогло. – Ты проголодалась? – спросила она у меня. Я отрицательно покачала головой. – А пить хочешь? – Да, я бы выпила стакан воды, спасибо, – ответила я Марии и та подойдя к подносу с водой, налила мне стакан воды, а после, протянула. Я сделала три больших глотка, ощущая, как моя жажда проходит. – Спасибо. – Поспи немного, – сказала она. – А вечером я приду и скажу, что делать тебе дальше. Что ж. Идея была не плохой. Вот только я не совсем понимала, к чему были эти поездки к врачу, почему я до сих пор находилась в оберегании от работы, ведь.. меня вроде бы как купили? Или я не для работы была куплена? Откинувшись на подушку, я никак не могла сопоставить в голове то, что я знала, и то, что видели мои глаза, и то, что говорили мне все окружающие (которых я кое-как понимала). Казалось, что всё это полнейший бред и меня просто разыгрывают. Ну или, как свинью, откармливают, чтобы потом забить. И ничего в голове не вырисовывалось отчетливее, чем жирный знак вопроса. Вечером Мария и правда пришла ко мне, когда я уже все пятки отбила, расхаживая то взад, то вперед. Дверь открылась, и она принесла мне ужин. – Вот, принесла тебе покушать. Я молчаливо поджала губы, но принесла поднос. – Для чего меня держат взаперти? – Почему же держат? – воспротивилась Мария. – Сейчас ты поужинаешь, и я пойду тебе показывать твои первые обязанности. Вдохнуло ли это мне надежду? Не знаю. Но то, что теперь я смогу расхаживать хотя бы по дому, уже был какой-то прогресс. Мария оставила меня наедине со своим ужином, который был неплохим: легкий салат, немного макарон и вяленые помидоры. Конечно, я скучаю по вкусу гречки или риса, но и это сойдет. Когда моя тарелка была пуста наполовину, в дверь вошел Диего. Я перестала жевать. – Приятного аппетита, – отозвался он, оглядывая мою комнату. И почему всем, кому не лень, так хотелось зайти ко мне в комнату? – Спасибо, – ответила ему, продолжая медленно есть. – Уютненько у тебя, – сказал Диего и улыбнулся мне. – Наверное. Он был странным. Мне казалось, что что-то было противоречивым в его образе. Но что именно, я не могла понять. Загадочность, которую сеял Диего вокруг себя, придавала ему больше устрашения, нежели желания разгадать тайну. Наверное, в этом была его изюминка. – Слушай… – произнес Диего, присаживаясь на край кровати, чтобы оказаться ближе ко мне. – Да? – откликнулась я. – Я заметил, – его голос был низким и тихим, – что тебе здесь не нравится. – А кому бы понравилось, если тебя вывезли за границу против твоей воли? – спросила я, вопросительно приподняв бровь. – Это верно, – пожал плечами Диего, не сводя с меня взгляда. – И ты не хочешь отсюда сбежать? – А у тебя есть план побега? – я повторила его слова, чувствуя, как Диего будто проникает в самую душу. – Нет, – смешок, сошедший с его уст, показался мне насмешкой. – Я же вырос здесь. Мне бежать не за чем. – Тогда почему ты спрашиваешь у меня это? Диего попытался поймать мой взгляд. И когда ему это удалось, то я увидела в его карих глазах проблеск надежды на спасение, будто бы Диего не имел права говорить мне об этом вслух, но всем нутром хотел, чтобы я это сделала. – Мне просто любопытно, – его блеск в глазах сменился на кокетство. – Вот и всё. Я промолчала, доедая свой ужин. Диего не торопился уходить, и мне показалось, что ему что-то нужно от меня, поэтому, вытерев рот салфеткой, я спросила: – Что? – Да так, – ответил он и протянул руку к моему рту. Я замерла от неожиданности. Диего вытер остатки майонеза большим пальцем, продолжая меня гипнотизировать. Он был красивым, но куда смазливей, чем Хавьер. – Ты просто кажешься мне очень забавной. Я отставила пустую тарелку. – Почему? – Задаешь много вопросов, очаровываешь своими большими глазами, ведешь себя скромно и странно для той, которую выкрали. – Это комплимент от сердца? – Конечно, – игриво ответил Диего и щелкнул указательным пальцем по моему носу. – А как может быть иначе? Я не до конца понимала его поведение. Казалось, что Диего был засланным казачком, который должен был вынюхать у меня всё, что я думаю, ведь он и Мария – единственные, кто говорят по-русски. А значит, по логике вещей, им я буду доверять больше, чем кому-либо в незнакомой стране. Но я не намерена так просто доверять им, хотя Мария кажется мне куда более раскрытой книгой, чем Диего. Но все равно пока рано доверять им свою жизнь. Я пожала плечами в ответ. Диего встал с кровати и твердо произнес: – Пойдем. Мария ждет тебя. Я замешкалась, ведь, Мария сказала совершенно другое. – Я подожду ее здесь. Диего ослепительно улыбнулся, казалось, что он потешается над моими действиями, находит в них что-то очаровательное. Но парень был настырным. Он подошел ко мне и протянул руку. – Не бойся меня, – сказал он так нежно, что я едва ли начала верить в его слова. – Мария правда ждет тебя. Вероятно, не было смысла сопротивляться. Более того, если я пойду с ним и закричу, то охрана, приставленная ко мне Хавьером, быстро среагирует и придёт на помощь. Эта мысль согревала мне душу. Однако я боялась взять Диего за руку, поэтому просто взяла тарелку и встала рядом с ним. Диего ничего не сказал, только молча убрал руку и, улыбаясь, повёл меня на кухню, где была Мария. Пока я шла, то слышала мужской смех, доносящийся с улицы. Казалось, там несколько мужчин что-то обсуждают, но от незнания поместья я толком не поняла, откуда он звучит. Пройдя гостиную и столовую, мы попали в кухню. Мария спокойно сидела за большим столом, который служил, по всей видимости, главным для готовки, хотя кухонный гарнитур был весьма изящен и по последней моде. – А, Анна, – воскликнула Мария. На кухне была еще девочка моего возраста. Она испуганно повернулась ко мне, и я обомлела. Половина ее лица была изуродована, будто бы кто–то обжег ее. Не было половины носа, губы искривлены, а глаз… Кажется, и глаза не было, но я не смогла получше разглядеть, ведь она испуганно обернулась и продолжила мыть посуду. А в кладовке, что располагалась рядом, копошился мужчина в белой форме. Скорее всего, это был шеф-повар. – Присаживайся. Диего услужливо взял из моих рук тарелку и отнес ее девушке, поставив рядом. Та с усердием мыла их, натирая пенной губкой. – С Диего ты уже знакома, – начала Мария, отпив из кружки что-то. – Это – Федерико, на шеф-повар. Мужчина обернулся. Он был среджних лет, с гладковыбритой загорелой коже, большими грустными карие глазами и небольшим пузиком. – Piacere di conoscerti! (Приятно познакомиться) – произнес тот так восторженно, что я даже начала чувствовать себя в своей тарелке. – Есть еще его помощник, Бенито, но он ушел за свежими фруктами. – Мария сделала многозначительную паузу, сделала глоток из кружки, а после продолжила: – Это Барбара, – указала она на девушку позади себя, что мыла посуду. – Она тоже помогает на кухне и по дому, когда не хватает рук. Барбара ничего не ответила, продолжила мыть посуду, будто бы не слышала этого. – Приятно со всеми познакомиться, – ответила я, но думала, что никто не поймет моего языка. Впрочем, так оно и вышло. Диего уселся на стул и начала подбрасывать алое яблоко. – Есть еще две девочки-служанки, которые убираются по дому, – Дебора и Кьяра. С ними я познакомлю тебя позже. – А где они? Мария многозначительно уткнулась взглядом в стол, будто бы набирается смелости озвучить мысль, а подняв взгляд на меня, она с легкостью отвечает: – Не могу сказать, где они. Но ты с ними познакомишься очень скоро. Диего что-то пробубнил, но я не поняла, что. – Есть садовник – Лукас. Два раза в неделю он занимается исключительно деревьями, цветами и газоном, а все остальные дни помогает в мужской работе по дому. Я одобрительно кивнула головой. А что мне еще было делать? – Тебе будет поручено заниматься уборкой в кабинете Хавьера, который находится на первом этаже, гостиной и его спальни. Но об этом завтра, ладно? Мария улыбнулась мне, а у меня внутри всё сжалось в тугой узел от нарастающего напряжения. – Сейчас я попрошу тебя отнести Хавьеру и его гостям алкоголь на подносе. Просто подойди, ни слова не говоря, поставь бокалы и графин на стол и обратно вернись сюда. Мария приподнялась со стула и, подойдя ко мне, добавила: – И ради святой Марии, не смотри им в глаза. Это дурной тон. – Я замерла от ужаса. – Ты всё поняла? – переспросила Мария, взяв меня за плечи. А что мне оставалось делать? Выполнить такое плевое указание намного лучше, чем какая-то порка, которую я думаю, устраивал Хавьер за непослушание своей прислуги. Мария поправила мне прическу, одернула мою форму, будто бы отправляла меня на подиум. Дала в руки поднос, который был достаточно тяжелым и сказала: – Я тебя провожу. Я выдохнула и увидела, что Диего шепотом говорит мне: «Удачи!» Как мило с его стороны желать мне удачи, будто бы я собралась на экзамен. С каждым пройденным шагом, сердце бешено билось в груди, отдавалось отбойным молотком в висках. – Просто подойди, поставь и уйди. Все поняла? Я нервно кивнула. Мария оставила меня одну, когда впереди показались двери на задний двор. Там, в теплом свете от ламп, сидел Харьер и трое других мужчин. Они что-то обсуждали. Мои коленки затряслись сильней, стоило мне перешагнуть порог стеклянной двери. Я вспомнила слова Марии: не смотри на них, поэтому, смотрела себе под ноги. Подойдя к столу, первым что обратил на меня внимание, была Хавьер. Другие мужчины замерли, будто бы, внимательно наблюдают за тем, правильно ли я выполняю свою работу. Меня трясло от страха, который сеял Хавьер Я чувствовала его обжигающий взгляд на своей коже.\ – Chi hai, Javier? (Кто это, Хавьер?) – спросил один из мужчин на итальянском. – Ti piace? ( Тебе понравится?) – промычал Хавьер. Я ставила последний бокал на стол, и хотела было уже отойти прочь, как крепкая рука Хавьера взяла меня за запястье. Внутри все перевернулось вверх дном и мне кажется, что я перестала дышать.