Глава 36

Сегодня я решила послать куда подальше всё, что связано с Маратом и моими семейными разборками. Антон как раз вовремя позвал меня в клуб на день рождения своего друга, и я вцепилась в эту возможность, словно утопающий в спасательный круг. Мне просто жизненно необходимо было выпасть из реальности хотя бы на пару часов.

Клуб оказался идеальным для моего настроения: шумно, хаотично и безумно весело. Музыка гремела так, будто пыталась выгнать из головы все мои тревожные мысли. Мелькающие огни, куча народу, и никто никого не знает – идеальное место, чтобы, наконец, расслабиться.

Антон постоянно рядом, не умолкая ни на секунду, несёт всякую весёлую чушь, передразнивает танцующих и подкалывает меня так, что я уже не могу сдержать смех. Его дурачества и кривляния заразительны, и я сама не замечаю, как начинаю смеяться в голос.

– Ты глянь на того обкуренного! – орёт Антон мне на ухо, кивая на танцующего неподалёку типа, который явно уверен, что он – звезда танцпола. – Он будто током бьётся!

Я прыскаю от смеха, глядя на его нелепые телодвижения, а Антон тут же начинает повторять это всё, но делает это так утрированно и смешно, что у меня живот сводит от смеха.

– Перестань, я сейчас умру! – умоляю, вытирая слёзы и пытаясь перестать хохотать.

– Нет, умрёшь, когда увидишь, как я танцую сальсу! – кричит он, хватая меня за руку и вытягивая на танцпол.

Сначала я пытаюсь сопротивляться и протестую, но через пару секунд уже сама кручу бёдрами, чувствуя, как, наконец, отпускаю внутренние зажимы. Антон уморительно дурачится рядом, и мне уже плевать, кто и как на нас смотрит. Сейчас я просто девчонка, которая наконец-то позволила себе быть счастливой.

– Ну, что, полегчало? – спрашивает Антон, широко ухмыляясь и обнимая меня за плечо.

– Очень.

Эта ночь именно то, что мне нужно. Немного безумия, немного свободы и много-много веселья.

— Я отойду поздравить именинника! — громко кричит мне Антон прямо в ухо, перекрикивая музыку.

Я киваю и улыбаюсь ему, поднимая бокал в знак согласия, а сама продолжаю пританцовывать на месте под зажигательный ритм.

Антон исчезает в толпе, а я продолжаю наслаждаться атмосферой, пока рядом вдруг не возникает какой-то совершенно левый тип. Высокий, наглый и явно уверенный, что я его не пошлю ко всем чертям.

— Привет, красотка! — орёт он мне в ухо так, что я чуть не подпрыгиваю на месте. — Ты тут давно?

— Нет, недавно, — отзываюсь я максимально сухо, разворачиваясь и всем видом демонстрируя, что продолжать разговор не собираюсь. Но, кажется, намёки этот наглец не понимает от слова совсем.

— Может, угостить тебя чем-то покрепче? — предлагает он, наклоняясь ко мне ещё ближе, и его улыбка кажется какой-то скользкой.

— Нет, спасибо, у меня уже есть, — жёстко отрубаю, хватая свой бокал с барной стойки и демонстративно делая несколько глотков через трубочку. Но вместо того, чтобы расстроиться или как-то возмутиться этот тип лишь довольно скалится.

Я уже мысленно просчитываю путь к выходу, когда вдруг раздаётся истошный крик Антона:

— Не пей, блядь!

Вздрогнув, поворачиваюсь на его голос и в следующую секунду взвизгиваю, потому что мой коктейль летит на пол, разбиваясь вдребезги. Антон выбил бокал из моей руки. Друг стоит рядом с дикими глазами, а его кулак уже крепко держит воротник наглого типа.

— Ты что ей туда насыпал, мразь?! — рычит Антон так громко, что перекрикивает даже гремящую музыку.

— Ты чё несёшь, я ничего не сыпал! — оправдывается парень, но глаза его бегают, выдавая панику.

— Я всё видел, падла! — Антон уже вовсю трясёт его, а вокруг нас тут же собирается толпа зевак.

Я в ступоре смотрю на разбитый бокал у ног и с ужасом осознаю, что уже успела сделать несколько глотков. Меня прошибает холодом и паникой одновременно.

Я в дичайшей панике начинаю хватать ртом кислород. Внутри разливается жар, поднимаясь от груди к горлу, обжигая щёки. Дыхание сбивается, сердце долбит в груди так, будто собирается выпрыгнуть наружу.

Это всё от паники!

Я стою, едва держась на ногах, и пытаюсь поймать хоть

каплю кислорода, чтобы унять эту внезапную, накатившую на меня панику. Дышу часто и глубоко, но легче не становится.

— Эй, ты в порядке? — какая-то девушка резко появляется рядом, внимательно заглядывая мне в глаза. — Давай выйдем на улицу, там воздух свежее.

Я позволяю ей взять меня за руку и вывести из клуба. Прохладный ночной воздух резко бьёт по лицу, и я делаю несколько глубоких вдохов, чувствуя, как тревога понемногу отпускает.

— Спасибо, — бормочу, нервно улыбаясь. — Кажется, мне уже лучше.

— Сейчас принесу воды, — девушка заботливо смотрит на меня и убегает обратно в клуб.

Стою одна на улице, чувствуя, как постепенно возвращается контроль над телом. Может, всё-таки зря перепугалась? Возможно, это всего лишь психосоматика? Я же вечно себя накручиваю.

Девушка возвращается и протягивает мне бутылку с холодной водой. Я делаю большой глоток и даже пытаюсь улыбнуться. Кажется, всё прошло.

Но буквально через несколько секунд по телу пробегает странная волна жара, и я тут же понимаю, что ошибалась. Очень сильно ошибалась.

— Ты точно в порядке? — с тревогой спрашивает девушка, заметив, как меняется моё лицо.

Я открываю рот, чтобы ответить, но слова застревают в горле. Дыхание становится поверхностным и тяжёлым, по коже снова начинает растекаться жар. Теперь это совсем другое. Не паника. Нет, это что-то более странное и тревожное.

Тело словно просыпается и становится мучительно чувствительным. Каждое движение воздуха, каждый шорох одежды причиняет непонятную, почти болезненную реакцию. Сердце колотится чаще и чаще, и я стискиваю бутылку с водой в руке.

— Пожалуйста… вызови такси, — с трудом произношу, чувствуя, как лицо заливает жар.

— Хорошо, сейчас! — девушка быстро достаёт телефон и начинает звонить, поглядывая на меня всё с большей тревогой.

Стою, прижимаясь спиной к холодной стене здания, пытаясь удержаться на ногах и, не дать этому жуткому состоянию взять верх надо мной. Но с каждой секундой становится только хуже, и я понимаю, что теряю контроль над собственным телом.