Глава 7. Разговоры по душа́м

Меня разбудил стук в дверь.

Сон, в котором мы с подругами сидели в кафе и ели мороженое, растаял словно дымка. Хотелось уцепиться за его остатки, как за спасательный круг.

Стук повторился: тихий и тактичный. Затем раздался мужской голос. Ему ответила Анна.

– Кто там? – спросила я, сев в постели и хмуро глядя на дверь.

Та осторожно приоткрылась, и внутрь просочилась горничная.

– Доброе утро, госпожа Марианна, – сказала она, – простите, что пришлось вас разбудить. Но с вами требуют аудиенции. Ваш спутник.

– Леон? – поняла я.

– Он хочет срочно о чем-то поговорить, – кивнула горничная, нервно перебирая пальцы. – Что мне ему передать?

Я сошла с кровати, надела кожаные туфли-тапочки и завернулась в одеяло, попросив:

– Пока я его выслушаю, принеси, пожалуйста завтрак. Сегодня много дел в диком парке.

– Как прикажете. – Анна снова кивнула и вышла, оставив дверь открытой.

Я выглянула наружу. «Наружа» смотрела в ответ хмуро, исподлобья.

– Выспалась? – недоброжелательно спросил Леон. – А я вот полночи думал, как нам быть дальше, чтобы не оказаться на улице без помощи! А утром узнал, что дедуля дал распоряжение доставить мне все необходимые составляющие для починки сублифатора. интересно, не правда ли? С чего такая доброта?

– Странно ты радуешься, – пожала плечами я.

– Радуюсь?! – Он всплеснул руками и двинулся ко мне в комнату.

Я отодвинулась с прохода. Леон ворвался в спальню и принялся нервно расхаживать туда-сюда, продолжая ругаться:

– Ты хоть представляешь, что натворила?! Рассказав ему важные вещи о будущем, ты могла изменить все! Нам, может быть, теперь просто некуда возвращаться! Как можно быть такой твердолобой?!

– Хватит! – воскликнула я, топнув ногой.

Леон остановился и мрачно уставился на меня. Я прошла мимо, присела в одно из кресел и указала ему на другое.

– Прекрати бегать и оскорблять меня, – попросила мягко. – Так разговора не получится. И нет, я не сказала твоему деду ничего важного. Успокойся. Когда ты ушел, бросив меня наедине с хозяином этого имения и нашего нынешнего положения, мне действительно пришлось отвечать на вопросы. Эдриан Даарг пытался выудить что-то про инженерные открытия, даже угрожал.

– Как угрожал? – вспыхнул Леон.

– Если бы ты остался, то мог все слышать сам, – ответила я.

– Прости, – вздохнул он. – Я вспылил.

Присев на второе кресло, Леон принялся тереть лоб ладонью и сокрушаться:

– Эдриан совсем не такой, каким мне представлялся. Дед мало о нем говорил, но всегда в пренебрежительном тоне и с таким выражением лица… Я думал, его брат как минимум пьяница! Понимаешь? Позор рода и все такое.

– Эдриан не выглядит как позор, – подтвердила я.

– Вот именно! – Леон снова вскочил, принявшись ходить по комнате. – Это странно. Я привык верить деду. Он очень умный и сколотил целое состояние на инвестициях. Вся семья очень его уважает. Но…

Леон остановился и посмотрел на меня с горечью:

– Недавно я спросил у Руме́ро – это управляющий имением, – где старший брат Эдриана? И мне сказали, что он в столице империи. Ходит по балам и наслаждается жизнью. Мой дед не занимается инвестированием, Марианна. Он – граф, и ничего не делает. Просто отрывается на деньги, заработанные предками!

– Может, этот Румеро соврал тебе? – предположила я.

– Нет, – ответил Леон, взглянув на меня совершенно потерянно. – Я был в семейной библиотеке. Читал подшивку современных газет. Дед действительно живет в Голд-Тери и ведет праздный образ жизни. В одной статье о нем писали как об одном из самых завидных женихов империи. И это все его личные достижения! А когда рос я, мне только ленивый не ткнул в историю деда! Мол, нельзя быть лоботрясом при таком предке!

– Погоди! – попросила я. – Не спеши все так воспринимать. Все-таки прошло семьдесят лет. Мало ли, что заставило его после заняться инвестированием? Может, Эдриан утратил интерес, а твой дед подхватил дело и успешно его развивал?

Леон пожал плечами и с сомнением заметил:

– Эдриан Даарг не похож на того, кто внезапно бросит свою работу, решив заняться чем-то еще. Тебе так не кажется? Румеро сказал, что его начальник часто отправляется в командировки, много путешествует и в целом ведет очень активный образ жизни. Он успешен и востребован, Марианна. Такие люди не бросают начатое.

– Я вообще мало в этом понимаю, – призналась честно. – И вчера, когда мы говорили с Эдрианом Дааргом, прямо призналась, что не разбираюсь в технологиях. От меня здесь толку не будет. И будущее моими знаниями точно не разрушить, Леон. Единственное, за что зацепился твой дедуля, это почтовые шкатулки. Я сказала, что они до сих пор в ходу и весьма успешны. Если ему этого достаточно, прекрасно. А больше… – Пожав плечами, предположила: – Думаю, нам не стоит сейчас делать какие-то выводы обо всем услышанном или увиденном. Мы здесь временные гости. Чем быстрее ты починишь свою штуковину, тем лучше. Вернемся домой, ты поговоришь с родней начистоту и все узнаешь. Я переживаю только за одно: скажи, если мы с тобой переместимся, то девочки тоже вернутся домой?

– Не знаю, – ответил Леон, пряча от меня взгляд. – Прибор вообще не должен был переносить нас. Он настраивался на поиск истинных пар. Потому я выбрал место силы – тот памятник. Туда часто приходят просить любви, как бы заряжая «истинных» своей верой. Я запустил сублифатор, сделал все как положено, и тут вы! Кто вас только просил вмешиваться?

– Нас как раз попросили, – встрепенулась я. – Очень странно одетый пожилой мужчина. Он буквально требовал вмешаться и спасти что-то там. Иначе грозил штрафами. И вообще! Прекрати винить нас с девочками. Это не мы стащили чужой прибор и перенесли кучу народу в неизвестность! Где мои подруги теперь?!

– Не кричи, – поморщился Леон. – Говорил же, они вполне могли остаться там. А тебя перенесло со мной, потому что стояла ближе всех.

– А если это не так? – покачала головой я. – Хочешь уйти назад, а их бросить? Думаешь, это не будет угрозой твоему будущему?!

Вернувшись в кресло, он присел и принялся растирать виски, жалуясь:

– Какая ты громкая. Я так вообще ни о чем не могу думать. Слушай, моя задача все починить. Я это сделаю. Но найти твоих подруг здесь?.. Как ты себе это представляешь? Мне отправиться в бесконечное путешествие по империи? А если они у эльфов? Или у людей. Я должен вечность бродить по миру и искать их?

Я пожала плечами, отвернулась и вдруг расплакалась. Впервые за эти несколько дней, я осознала весь ужас ситуации. Мои девчонки, ставшие за годы дружбы семьей, останутся брошенными в прошлом! В неизвестности. Возможно, они уже сейчас в беде и совсем никто не может им помочь.

Леон что-то там еще говорил. Предлагал воды. Напоминал, что всегда есть вероятность того, что девочки остались в будущем.

А я рыдала. Самозабвенно, не представляя, как остановиться. Забравшись с ногами в кресло, кутаясь в своем одеяле, я утопала в озере слез и сожалений! Пока меня не подняли и не пересадили… на колени!

– Ну-ну, – проговорил очень знакомый голос с новыми бархатными нотками. – Что здесь такое случилось? Вы не нашли инструменты для строительства очередного шедевра в моем парке?

Всхлипывая, давясь слезами, я подняла голову и посмотрела в светло-голубые, искрящиеся нежностью глаза.

– Кто вас обидел, Марианна? – все так же тихо, даже ласково, спросил Эдриан Даарг.

Именно он теперь сидел в кресле, водрузив нас с одеялом себе на колени.

– Я ее не обижал! – отозвался Леон откуда-то сбоку. – Просто нужно признать как факт, что ее подруг здесь не найти! Я объяснил реалии. Если они переместились с нами, то…

– Выйди! – рявкнул на него троюродный дедуля.

Я вздрогнула и снова начала плакать.

Меня тут же прижали к груди, принимаясь гладить по голове.

– Этот мальчишка еще очень глуп, – сказал самый красивый дракон тихим завораживающим голосом. – Мне иногда кажется, что он не знает, зачем ему язык и руки. Избавить бы бедолагу от лишнего…

Раздались быстрые шаги. Хлопнула дверь.

– Пусть погуляет и подумает над своим поведением, – продолжал Эдриан, осторожно перебирая мои волосы. – А мы пока решим, как я могу помочь с поиском ваших подруг. Правильно, Марианна?

Я покачала головой и пробормотала в одеяло:

– Леон прав. Их не найти в этом огромном мире. Они могут быть где угодно. И…

– Ваши подруги очень глупы? – перебил меня Эдриан.

– Нет! С чего вы взяли? – обиделась я. Засуетившись, приподнялась и снова посмотрела ему в глаза. – Они гораздо сообразительнее меня! Элли великолепно считает. Она просто гений в бухгалтерии! А Лиска умеет замечательно шить. И вообще прекрасно управляется с бытовой магией. Она – самая строгая из нас.

– Прекрасно, – кивнул дракон. – Значит, им есть, как себя проявить, даже в моем времени. Не так ли?

Я кивнула, продолжая:

– Они могут устроиться к-компаньонками. Или секретаршами. Или г-гувернантками… – Я все еще прерывалась на всхлипывания. – Или помощниками повара, например! Хотя Элли туда нельзя. Она ужасно готовит. – Я улыбнулась, вспоминая жуткую стряпню подруги. – Зато считает!..

– Как гений, – закончил за меня Эдриан Даарг. – А еще, мне так кажется, ваши подруги тоже примутся за поиски. Где бы ни оказались. Вам всем важно знать, что остальные в порядке. Так?

– Так! – закивала я, широко улыбнувшись. – Они точно не сдадутся.

Эдриан осторожно вытер очередную слезу с моей щеки и предложил:

– В таком случае позволите и мне поучаствовать в поиске?

– Да, – сразу согласилась я. – Но как? И что я могу дать взамен? Хотите расскажу вам про породы монструозных лошадей вашей империи? Я немного читала о них, и как раз лет семьдесят назад один тип начал выводить очень перспективных…

– Это все потом, – отмахнулся Эдриан Даарг. – Сейчас я попрошу дать мне вашу магокарточку. Через час трое моих гонцов уезжают в разные части империи для заключения новых сделок от моего имени. Мы дадим им с собой рисунки с изображением ваших подруг. О них будут спрашивать на каждой остановке. Кроме того, я попрошу привезти мне газеты из всех мест по пути. Будем следить за новостями.

– О-о-о-о, – протянула я, – вы действительно можете все это сделать?

– Могу и хочу, – заверил Эдриан Даарг, неожиданно улыбнувшись.

Я не думала, что этот дракон мог стать еще красивее. Но он стал. Улыбка придала его лицу нечто такое, что моя душа потянулась навстречу. Он словно стал ближе и понятней. И притягательней в разы!

Я безоговорочно поверила ему. Невозможно было не поверить. А еще крепко-крепко обняла, благодаря:

– Спасибо! Спасибо вам! Вы даже не представляете, что это для меня значит! Вы – самый лучший дракон на земле! Но где взять настолько хорошего художника?

Отпустив замершего подо мной Эдриана Даарга, я обеспокоенно всмотрелась в его лицо. Теперь он был серьезен, как всегда. И еще задумчив. Наверняка тоже не понимал, кто нарисует три картины нужного нам качества в столь сжатые сроки.

Осторожно спустившись с колен дракона, я ринулась к постели и вынула магографию. Посмотрела на подруг и предложила:

– Я сама могу попробовать их нарисовать. Но, предупреждаю, схожесть будет очень схематичной.

– С этим проблем не будет, – ответил Эдриан, пересев за секретер и вынув несколько листов бумаги. – Дайте вашу карточку сюда.

– Хотите сказать, сможете так срисовать моих подруг, чтобы они были узнаваемыми? – улыбнулась я.

– Если в меня поверят, – кивнул он, и в светло-голубых глазах сверкнули смешинки.

Я отдала карточку. И тут же опомнилась, поняв, в каком виде все это время не просто находилась, но и сидела на руках дракона!

«Как он вообще здесь оказался»? – подумала, отступая к гардеробной.

Затем вбежала туда и предупредила:

– Пока приведу себя в порядок, если вы не против!

Если он и был против, я не узнала. Закрылась в помещении, сползла по стенке и прижала ледяные пальцы к щекам. В момент внезапной истерики я даже не понимала толком, что говорила и делала, но теперь осознала все!

– Стыд какой, – бормотала я, натягивая одну из выделенных мне блузок, корсет на которой завязывался спереди. – Как же мне теперь смотреть ему в глаза?

В этот момент в дверь тихо постучали. Я покачала головой. Видеться с драконом сейчас не было сил! Мне стоило подготовиться. Придумать объяснительную речь. Набраться смелости. И просто одеться…

– Занято! – крикнула первое, что пришло в голову. И притаилась, слушая.

Больше ко мне не стучали.

Спустя некоторое время, одевшись, причесавшись и подвергнув себя самым разным душевным метаниям, я все-таки вышла из гардеробной. Дракон, даже не подозревая об извинительной речи, которую ему предстояло выслушать, продолжал рисовать. Я подкралась со спины. Набрала в легкие воздуха и…

– Это невероятно! – выдохнула, увидев через плечо отложенный в сторону готовый рисунок! – Нельзя же быть таким идеальным во всем! Как вы это сделали, Эдриан?

Он тихо рассмеялся.

Я встала на цыпочки и, вытянув шею, проследила за быстро движущейся рукой, удерживающей перо. Дракон творил настоящее чудо. Как он рисовал! Лица на создаваемой картине выглядели живыми.

– Вы вплетаете сюда магию? – спросила я шепотом.

– Нет, – ответил Эдриан тем же тоном, будто мы заговорщики. – Просто люблю на досуге почиркать разное. Рука набита.

– Не то слово, как набита, – восторженно заверила я. – Простите, что подглядываю. Случайно увидела, и вот…

Дракон усмехнулся и кивнул в сторону:

– Там ваш завтрак, Марианна. – сказал он. – Пока вы прятались в гардеробной, приходила горничная. До вас она не достучалась. Приятного аппетита.

– Так это была она, – пробормотала я, пристыженно отступая.

Эдриан Даарг ничего не сказал.

Я вздохнула и отправилась есть, решив еще немного отложить пытку неприятными разговорами.