Глава 10

Дураки на дорогах никогда не появляются просто так. Они являются следствием системной ошибки, дыры в логистике и отсутствия контроля. Я всегда ненавидел некомпетентность, в моей прошлой жизни один неверный расчет мог стоить миллионы долларов, а сейчас он мог стоить мне головы. И я не собирался терять ее во второй раз.

Я ехал по правой полосе оживленного проспекта, холодный ветер пробирался под дешевую куртку, но я старался не обращать внимания. Время оставалось моим главным капиталом, но теперь я перестал терять его впустую. График был рассчитан по минутам, и я не планировал задерживаться.

Внезапно из левого ряда вылетел белый кроссовер. Водитель даже не подумал включить поворотник, решил перестроиться прямо в меня, словно моего мопеда просто не существовало. Обычная наглость тех, кто считает себя хозяевами жизни благодаря толстому кошельку или удачному замужеству.

Мой мозг отреагировал быстрее, чем успело испугаться тело Смирнова. Интерфейс включился автоматически. Мир вокруг на долю секунды потерял цвета, превратившись в четкую схему векторов, углов и скоростей. Я видел траекторию движения машины, оценил угол поворота ее колеса, рассчитал коэффициент сцепления своих старых шин с влажным асфальтом.

Тормозить по прямой было бессмысленно, ведь наши массы сильно отличались. Удар просто размазал бы меня по дороге. Я резко перенес вес тела, вдавил тормозные ручки на самой грани блокировки колес и пустил мопед в контролируемый занос.

«Honda» скрипнула дешевым пластиком, а заднее колесо скользнуло по грязной жиже, разбрызгивая слякоть. Я выставил ногу в тяжелом ботинке на асфальт для дополнительной опоры и, выровняв баланс, полностью остановился. Расстояние от моего переднего крыла до бампера кроссовера составило ровно четыре сантиметра. Ни больше, ни меньше. Адреналин все же ударил в кровь, и сердце гулко стукнуло в груди. Тело отреагировало на стресс, но разум остался холодным, и я выдохнул, успокаивая пульс.

Дверь кроссовера распахнулась, и на обочину выскочила девушка.

Она выглядела как классический продукт чужих инвестиций, причем не самого высокого качества. Высокие шпильки, расстегнутая норковая шуба явно не по погоде, огромные солнцезащитные очки на пол-лица и губы неестественного объема. Я всегда не понимал зачем их накачивать, по мне они только уродовали женское лицо, но мода женщина суровая.

Лицо левушки исказила гримаса злости, подлетев ко мне она со всего размаху ударила ладонью по пластиковому кофру моего мопеда, инструмент внутри глухо звякнул.

— Ты куда прешь, нищеброд на табуретке! — завизжала она так громко, что пара случайных прохожих на тротуаре остановилась. — Ты хоть понимаешь, сколько стоит мой бампер? Да ты всю свою никчемную жизнь будешь работать, чтобы расплатиться за одну царапину на этой машине!

Я не стал кричать в ответ, эмоции во время конфликтных переговоров всегда приводят к потере позиций. Я спокойно посмотрел на нее снизу вверх, мне стало немного смешно от ее нелепого вида, но лицо осталось каменным.

Мой «Аналитический взор» продолжал сканировать мелкие детали. Когда она сняла очки, я заметил, что зрачки девушки расширены от адреналина. Ее сумка имела логотип известного мне бренда, но кожа на ручках была слегка потерта, а фурнитура откровенно выдавала коллекцию трехлетней давности. Кольцо на пальце сверкало крупным камнем, однако его топорная огранка указывала на весьма средний ценовой сегмент.

— Я прекрасно знаю стоимость вашего бампера, — произнес я тяжелым басом. — И я также знаю, что вы создаете неэффективный трафик. Сядьте в машину, освободите полосу.

Мой ледяной тон заставил ее запнуться на полуслове. Она привыкла к тому, что обслуживающий персонал, курьеры, работяги сразу начинают извиняться, судорожно оправдываться или орать в ответ. Мое спокойствие сломало ее привычный шаблон поведения.

— Ты как со мной разговариваешь, кусок грязи⁈ — она задохнулась от возмущения, но ее голос стал чуть менее уверенным. — Мой мужчина тебя в асфальт закатает! Он решает вопросы на таком уровне, который тебе даже не снился!

— Судя по вашей сумочке из коллекции две тысячи тридцать третьего года и кривым швам на вашей обуви, ваш мужчина экономит на вашем содержании, — ответил я ровно, чеканя каждое слово. — Вы являетесь для него исключительно бюджетным проектом. И на вашем психотерапевте он тоже откровенно сэкономил. Уберите свой автомобиль, пока я не вызвал наряд полиции.

Ее лицо мгновенно побагровело. Я ударил в больную точку, разрушив ее иллюзию собственной значимости. Для нее это было хуже натуральной пощечины. Я видел, как дрожат ее губы, а в глазах появляются слезы бессильной злобы. На долю секунды мне стало ее жаль. Обычная пустышка, которая живет в придуманном пластиковом мире и панически боится потерять своего спонсора. Но жалость всегда была непозволительной роскошью, когда тебе нужно следовать плану и зарабатывать на жизнь.

Она зарычала от бешенства, развернулась на каблуках и запрыгнула обратно в салон своего белого танка. Хлопнула дверью с такой огромной силой, что машина слегка качнулась. Девица решила уехать максимально эффектно, чтобы продемонстрировать свое превосходство, оставить последнее «слово» за собой.

Взревел мощный двигатель.

Вот только на эмоциях она перепутала передачи. Включила заднюю скорость вместо передней, вжала педаль газа и резко выкрутила руль. Кроссовер с визгом покрышек прыгнул назад, пересекая двойную сплошную.

Раздался громкий и сочный хруст сминаемого металла.

Кроссовер на полной скорости въехал прямо в… патрульную машину ДПС, которая тихо двигалась по встречной полосе.

— Ого, — ну, тут даже я удивился, насколько все-таки быстр работает карма. — Что ж, удачи тебе, девочка.

Наступила мертвая тишина, даже гул оживленной трассы словно отошел на второй план. Из пробитого радиатора полицейского «Форда» с громким шипением повалил пар. Я смотрел на эту картину, не веря своим глазам. Да, признаю, что легкая улыбка все же тронула мои губы, но… глупость рано или поздно приводит к закономерному финалу. И этот финал разворачивался прямо перед моими глазами.

Передние двери патрульной машины медленно открылись, и наружу вышли два офицера ДПС. Лица у них были бледными и напряженными, явно не предвещающими ничего хорошего. В этот же момент открылась задняя дверь, и из салона выбрался знакомый мне лейтенант Петренко. Видимо, коллеги из автоинспекции просто подвозили участкового по служебным делам. Бывают же такие удачные совпадения, не правда ли?

Девушка снова выскочила из кроссовера, и ее голос сорвался на настоящий ультразвук.

— Вы куда смотрите, уроды⁈ — заорала она на полицейских, размахивая руками. — Вы специально под меня подставились! Вы вообще знаете, чью машину вы ударили? Я сейчас позвоню Артуру, вас всех уволят сегодня же вечером, вы поняли меня⁈

Плотный капитан ДПС снял фуражку, вытер пот со лба и посмотрел на уничтоженный капот своей машины. Он открыл рот, но явно не смог подобрать цензурных слов для описания сложившейся ситуации.

Мне не хотелось тратить время, но ситуация требовала моего контроля. К тому же, я увидел знакомое лицо и понял, что это отличный шанс укрепить связи.

— Добрый вечер, лейтенант, — кивнул я Петренко, подходя ближе.

Тот удивленно уставился на меня, затем перевел взгляд на мой рабочий комбинезон, старый шлем в руке и мопед на обочине.

— Смирнов? — спросил он хрипло. — Ты тут откуда взялся?

— Ехал на вызов к клиенту, — ответил я четко, без лишних эмоций. — Данная гражданка грубо подрезала меня, вышла на проезжую часть, устроила скандал, а затем совершила намеренное движение задним ходом через двойную сплошную.

— Ты врешь! — завизжала та, тыча в меня. — Это он виноват! Он меня спровоцировал! Выпишите этому бомжу штраф, заберите его в обезьянник!

Я проигнорировал ее истерику и повернулся к капитану ДПС.

— Товарищ капитан, я являюсь прямым свидетелем происшествия, готов дать официальные показания, — произнес я деловым тоном. — Статья 12.15 часть 4 Кодекса об административных правонарушениях, выезд на полосу встречного движения. Плюс статья 12.28, грубое нарушение правил маневрирования. Отягчающим обстоятельством служит ДТП с участием служебного государственного транспорта. Видеорегистратор в вашей машине работает, я полагаю? Рекомендую сохранить запись, так как данная гражданка прямо угрожает использованием коррупционных связей.

Полицейские смотрели на меня с откровенным удивлением. Капитан заморгал, пытаясь переварить юридические формулировки, прозвучавшие из уст простого мужика в дешевой куртке.

— Работает регистратор, — медленно ответил капитан. — Слышь, мужик, ты юрист, что ли?

— Я просто внимательно читаю законы на досуге, — ответил я без улыбки. — Это повышает процент выживаемости в нашей правовой системе. Да и вам, я смотрю, сегодня крайне пригодится независимый свидетель.

Девушка лрожащими руками достала смартфон из кармана шубы. Она попыталась набрать номер своего покровителя, но телефон выскользнул из ее трясущихся пальцев и упал на асфальт. Экран мгновенно покрылся паутиной трещин, и тогда девушка не выдержала и закричала от отчаяния и злости, пнула колесо кроссовера и схватилась за голову. В этот момент она выглядела просто испуганной девчонкой, которая поняла то, что сама же и натворила.

— Оформляйте протокол, — сказал я капитану, чувствуя, как мое человеческое снисхождение борется с холодным прагматизмом. — Я подпишу все необходимые бумаги прямо сейчас. Мои паспортные данные, кстати, остались в базе после недавнего инцидента с соседом.

Петренко первым достал планшет и ручку. На его лице начала расплываться откровенно мстительная улыбка.

— С огромным удовольствием, Смирнов, — сказал он, начав заполнять бланк. — Лишение водительских прав минимум на полгода, плюс ремонт казенной машины из ее кармана.

Мы пожали друг другу руки. Я понимал, что эта случайная встреча сэкономит мне массу ресурсов в будущем. Полезные связи работают надежнее любых банковских вкладов.

* * *

Я припарковал «Хонду» у обшарпанного подъезда пятиэтажки. Мопед недовольно фыркнул напоследок и затих, остывая на промозглом мартовском ветру. Я же похлопал по сиденью своего «верного коня». Слез с сиденья, отстегнул самодельный кофр с инструментами и внимательно осмотрелся по сторонам.

Двор утопал в серой весенней слякоти, ржавые качели скрипели под порывами ветра. Возле переполненного мусорного бака сидел кот, и с явным подозрением сверлил меня взглядом, готовый в любую секунду дать деру. Я сразу вспомнил своего Дюбеля. Тот сейчас наверняка крепко спал в тепле, переваривая нормальный корм.

Заказчица впустила меня сразу же, стоило мне позвонить в домофон. Поднявшись на нужный этаж, нажал на кнопку звонка, и внутри квартиры слабо и хрипло тренькнуло.

За дверью послышались легкие, торопливые шаги. Замок щелкнул, дверь приоткрылась, и на пороге появилась женщина. На вид ей было около тридцати, но глубокие тени под глазами и сутулые плечи накидывали сверху еще пяток лет тяжелой жизни. Одета она была в выцветший, но чистый домашний халат. Русые волосы собраны в пучок на затылке, а на бледном лице читалась нескрываемая тревога.

— Максим, верно? — спросила она тихим, уставшим голосом, внимательно разглядывая меня.

— Именно так, — я коротко кивнул в знак приветствия. — Вызывали устранить потоп на кухне, вот я и приехал.

— Да, проходите, пожалуйста. Меня Рита зовут. Только очень вас прошу, давайте тихо, у меня там дочка спит в комнате, приболела немного, температурит со вчерашнего дня.

Я осторожно перешагнул порог и сразу оценил обстановку в жилище. Бедность здесь бросалась в глаза с первой секунды, это было невозможно скрыть. Старые выцветшие обои с нелепым узором, вытертый до основания линолеум, покосившаяся деревянная вешалка. Но при этом во всей квартире царила идеальная чистота. Ни единой пылинки на плинтусах, обувь выставлена по строгой линейке, воздух пахнет дешевым земляничным мылом и хлоркой.

Рита явно была из той категории людей, которые тянут лямку из последних сил, но не сдаются, стараясь сохранить человеческое достоинство. В моей прошлой жизни миллиардера такие женщины становились лучшими линейными сотрудниками. Исполнительные, невероятно ответственные, загнанные в угол жизнью, они держались за свое место мертвой хваткой.

— Проходите на кухню, — она махнула рукой в сторону узкого темного коридора. — Я там старых тряпок наложила, вода вроде пока не течет сильно.

Я прошел на тесную кухню. Раковина была завалена дешевой разномастной посудой, под сифоном стоял пластиковый синий тазик, до краев наполненный мутной водой. На полу действительно лежали старые застиранные полотенца, впитывая лужи. Но в целом ничего критичного, как могло послышаться по телефону. Я поставил кофр на табуретку, открыл защелки и достал базовый набор ключей, фонарик и запасные прокладки.

— Чай будете? — вдруг несмело спросила Рита, нервно теребя край своего халата. — Вы с улицы, наверное, сильно замерзли на своем мопеде. У меня, правда, только самый обычный чай в пакетиках, и печенье овсяное простое, без изысков.

Я планировал отказаться, но я посмотрел на ее напряженное, изможденное лицо и увидел, что это просто человеческая благодарность авансом. Мой отказ мог ее задеть, а мне этого почему-то не хотелось.

— Буду, — ответил я. — Только без сахара, если можно.

Она заметно выдохнула, словно сбросила тяжелый мешок с плеч, и засуетилась у плиты. Рита поставила помятый алюминиевый чайник на конфорку, чиркнула спичкой, конфорка пыхнула, и вспыхнул ровный голубой огонек.

Я тем временем опустился на колени, подстелил под себя кусок плотного картона из кофра, чтобы не пачкать штаны, и залез под раковину. Включив налобный фонарик, направляя луч света на проблему. Сифон был невероятно древним, дешевый белый пластик пожелтел и пошел микротрещинами от старости и постоянных перепадов температур. Резиновая прокладка давно превратилась в труху, она крошилась прямо под пальцами.

Вот почему люди обычно экономят на своевременном техническом обслуживании и часто откладывают проблему на потом, вот только это самое «потом» становится локальной катастрофой в виде залитых соседей снизу.

— Вы уж извините за этот беспорядок, — виновато произнесла Рита за моей спиной, разливая кипяток по разномастным кружкам. — Я на двух работах кручусь каждый день. Дочку из садика забираю, бегом домой кушать готовить, потом ночные смены удаленно беру на компьютере. Не всегда успеваю уследить за трубами, рук не хватает на все.

— Вам совершенно не за что извиняться, — сказал я, аккуратно откручивая прикипевшую гайку. — Износ материалов это объективный процесс. Он никак не зависит от вашего графика работы или желания. Сейчас мы заменим сифон, поставим новые надежные прокладки, и эта проблема исчезнет на ближайшие пять лет, можете мне поверить.

— Правда? А то мне прошлый мастер из нашего ЖЭКа говорил, что тут всю систему целиком менять надо. Он долго цокал языком, говорил, что трубы насквозь гнилые, и насчитал целых двенадцать тысяч за работу и материалы.

Я усмехнулся, продолжая работать. Классический развод, старый как мир. Ленивые мастера видят одинокую женщину, быстро понимают, что она ничего не смыслит в технике, и начинают нагло накручивать прайс, создавая панику. Я сам в прошлой жизни использовал похожие схемы при заключении крупных контрактов, завышая сметы на строительство. Но там фигурировали суммы с девятью нулями, и игра шла между матерыми хищниками, которые прекрасно понимали правила. Обманывать уставшую мать-одиночку ради копеек это удел мелких паразитов, которых нужно давить.

— Тот мастер просто хотел решить свои проблемы за ваш счет, — ответил я, снимая старый грязный сифон и бросая его в мусорное ведро под раковиной. — Моя работа и новые качественные материалы обойдутся вам гораздо дешевле.

Я услышал, как у меня за спиной звякнула чайная ложечка.

— Спасибо вам огромное, Максим. Вы даже не представляете, как вы меня сегодня выручаете.

Я быстро и методично собрал новый пластиковый узел, надежно затянул хомуты, попросил Риту открыть стояк и пустил воду для проверки системы. Ни единой капли не упало мимо, все было герметично. Я протер руки чистой ветошью, и поднялся с колен, разминая затекшую спину. Рита уже поставила на стол кружку с горячим чаем и тарелку с жестким печеньем. Я сел за стол и пододвинул кружку к себе. Чай был дешевым, он откровенно отдавал банным веником, но пил я его с невозмутимым лицом, делая небольшие глотки.

И тут мой нос уловил очень странный запах.

Новое тело Смирнова после моего отказа от алкоголя и табака начало выдавать неожиданные физиологические бонусы. Забитые рецепторы очистились, обоняние обострилось, и сквозь привычный запах заварки пробивался тонкий, едва уловимый, но очень специфический сладковатый душок.