Глава 14.

Даша

Я иду в полном оцепенении. Машинально передвигаю ногами, поднимаясь по ступенькам, и почти ничего не вижу перед собой.

Прохожу мимо толстой вахтёрши, которая что‑то ворчит о том, что мы поздно шляемся, но ее слова проносятся мимо меня, как бесполезный шум.

Едва прикладываю пропуск к турникету, как кто‑то задевает меня за руку.

Я оборачиваюсь. Это Наташа.

– Блин, чуть дверь передо мной не закрыли! – говорит она.

– Хорошо, что успела, – равнодушно отзываюсь я.

– Ага, успела! Ты тоже, я смотрю, успела! С Десподовым замутить!

– Отстань, – глухо роняю я и отворачиваюсь.

На меня наваливается усталость и безразличие.

Даже плакать не хочется.

А пока разговаривала с Иваном (то есть с Яном), еле сдерживалась, чтобы не разреветься. Хотелось кричать, визжать, топать ногами, врезать ему по самодовольной морде.

Собственно, я и врезала. Даже два раза.

И вот теперь рука болит.

«Лёд приложи», – вспоминаю я слова Ивана.

Нет, не Ивана.

Яна Десподова.

Циничного ублюдка, который притворился хорошим парнем, чтобы развести меня на свидание и выиграть спор.

Боже, как это унизительно.

Как он, наверное, надо мной смеялся. И он, и все его отвратительные друзья…

– Что случилось‑то? – не отстаёт от меня Наташа. – Рассказывай, я и так уже чуть не сдохла от любопытства. Мы далеко от вас стояли, я ничего не слышала, только видела, как ты его по щекам хлестала. Ты реально, что ли, не знала, что это Десподов?

– Нет.

– А как так вышло? Ты же сама мне говорила, что видела его. Еще жаловалась, что он тебя не впечатлил.

– Я другого увидела. Перепутала. И не знала, что общаюсь с Десподовым, – бормочу я, входя в лифт. Наташа заходит сразу за мной и нажимает на наш этаж. – Иначе я бы и близко к нему не подошла. Мы просто с ним познакомились на крыльце. Он был в очках, в такой нормальной одежде, сказал, что его зовут Иван, что он учится на истфаке… ну и потом на свидание меня позвал. Вот я и согласилась.

Наташа удивлённо присвистывает.

– Во даёт! Ну совсем они охренели, конечно. А на фига ему весь этот маскарад?

– Я так поняла, что они поспорили. На меня.

– Уроды, – вздыхает Наташка. – Но ты, я надеюсь, всё ему высказала?

– Всё.

– Вот и умница, – с удовольствием заключает она. – Удачно мы с Игорем тут оказались, а то бы этот козел ещё сколько тебе голову морочил. Хотя Игорю теперь, конечно, достанется от Десподова! За то, что раскрыл его! – Наташа безжалостно хихикает. – Мы пока с ним стояли, он мне весь мозг вынес своим нытьем: ой что мне завтра будет от Деса, ой что мне завтра будет… Вот все хорошо в Игоре, нормальный он парень: симпатичный, нежадный, но ссыкло такое…

Я выхожу из лифта и иду первой, оставляя за спиной тараторящую Наташу. Она меня обгоняет, заглядывает в лицо и с интересом спрашивает:

– В постель он тебя успел уже затащить?

Я морщусь от такого беспардонного вопроса. Мы с Наташей вроде не настолько близко дружим, чтобы о таком спрашивать.

– Нет, – неохотно отвечаю я. – Мы только целовались.

– Ну и отлично! – бодро говорит она. – Ничего ему не обломилось! Так и надо этому уроду.

Мы заходим в комнату, я швыряю сумку в угол, снимаю обувь и бессильно падаю на кровать, отвернувшись лицом к стене.

– Эй, Даша! Даш, ты чего?

– Это все было не по-настоящему, – тихо говорю я, и меня опять накрывает мерзостью и цинизмом произошедшего. – Он просто на меня спорил. Они все…

– Да ладно тебе, – пытается успокоить меня Наташка. – Ну подумаешь! Ну выиграл спор. И что теперь? Боишься, что фотки твои куда‑нибудь сольют? Во-первых, интимных фото там нет. Нет же? Вот! Уже хорошо! А во-вторых… ну, посмеются над тобой в универе несколько дней, и что? Ничего страшного! Про это быстро забудут. Думаешь, ты первая? Забей. Не первая и не последняя. Деспод и его компашка всегда себе развлечение найдут.

Я ничего не отвечаю.

Наташа вздыхает, а потом вдруг совсем другим тоном спрашивает:

– Слушай, а как Десподов целуется? Всегда было интересно. У него столько опыта, что должно быть прямо супер.

– Не знаю, – равнодушно отвечаю я. – Мне не с чем сравнить.

– Ого, это что, твой первый поцелуй был? А в школе ты ни с кем не целовалась?

– Нет. Мне было некогда. Я училась.

Надо было и сейчас учиться.

А не глупостями всякими заниматься.

Я подгребаю к себе подушку, утыкаюсь в неё лицом и начинаю тихо, почти беззвучно плакать.

Наташа это замечает не сразу, но когда видит, тут же садится рядом и начинает бестолково гладить меня по спине.

– Ну вот ещё одна… – бормочет она. – Чего ревёшь‑то, глупая? Ты его первая послала, ты его по щекам отхлестала. Наоборот радоваться должна! Если бы он тебя бросил, было бы хуже, отвечаю! Обиднее точно.

– Спасибо, – невпопад говорю я и шмыгаю носом.

От Наташиных слов мне не становится легче, скорее наоборот, но я просто хочу, чтобы она поскорее оставила меня в покое.

– В душ пойду, – сообщаю я, поднимаясь с кровати и вытирая заплаканное лицо.

– Ага, давай! – кивает она, критически оглядев меня и, видимо, решив, что я уже успокоилась. – А я пока рилсы посмотрю.

Я беру полотенце и умывальные принадлежности, выхожу в коридор, но, вместо душевых, сворачиваю на кухню. Там сейчас, к счастью, пусто, и можно побыть одной.

Я достаю из кармана телефон и вижу, что там уже несколько новых сообщений от Ивана. Вернее, от Лже-Ивана!

Удаляю все, не читая, а потом и его номер блокирую.

Это правильно.

А вот то, что я делаю потом – неправильно. Потому что я зачем-то открываю соцсети и через поиск нахожу страницу Яна Десподова. На аватарке он в черной кепке козырьком назад, в майке без рукавов и с уверенной ухмылкой на идеально красивом лице.

Да, очки Десподова определенно портили.

Без них я бы никогда не приняла его за простого студента.

Листаю самые последние фотографии: красная спортивная машина, диджейский пульт, Десподов в обнимку сразу с двумя красотками, еще одна машина, на этот раз черная, рука с коктейлем…

Есть несколько фотографий его самого, и везде он звезда. Небрежно уложенные светлые волосы на контрасте с яркими карими глазами – это красиво. Узкие бедра и мускулистые руки – это красиво.

А широкие плечи и чувственные губы я заметила еще тогда, когда он был Иваном…

Так странно смотреть на эту красивую внешнюю оболочку и понимать, что под ней прячется отвратительное гнилое нутро.

Как смириться с тем, что Иван – вежливый, мягкий, невероятно обаятельный физик‑историк – никогда не существовал? Что это просто вымышленный персонаж, которого создала бесподобная актёрская игра Десподова и мои фантазии?

А я в него влюбилась. Влюбилась в мираж.

И от этого больно до безумия.