Глава 18

[Брунхильд Янсен]

Холод проникал отовсюду. Обволакивал ступни, медленно полз по щиколоткам… Хильди шевельнула ногой, пряча её глубже под покрывало, и теснее вжалась спиной в мужское тело, дарящее желанное тепло.

«Что?!»

Она дёрнулась, резко распахнув глаза. Чужая рука тут же с силой вернула её обратно. А кто-то позади сонно прошептал:

– Спи, маленькая. Ночь ещё.

– Дэкс? – Хильди резко развернулась и ошарашенно уставилась на брата. – Дэкс!

– Тише ты. Дай поспать, – проворчал он и попытался вновь уложить её.

Но Хильди принялась трясти его за плечи:

– Дэкс, что происходит?! Почему я дома?

– Потому что мы здесь живём.

– Дэ-э-экс… Пожалуйста, – умоляюще попросила Хильди и впилась ногтями в его плечо. – Что всё это значит?!

Он глубоко вздохнул, неторопливо откинул со лба светлую прядь, приглаживая её к остальным.

– Ты – Хильди Янсен восемнадцати лет. Я – Дэкстер Янсен, мне двадцать пять. Мы с тобой арендуем комнату в особняке сканды Близзард. Более месяца назад по дороге с работы ты провалилась под лёд озера Мутт. Я бежал следом и успел вытащить тебя. Но ты наглоталась воды. Целители полагают, что продолжительное отсутствие воздуха повлияло на твой рассудок, вызвало помутнение сознания, воспаление лёгких и бред. И да, я рассказываю тебе об этом каждое утро.

– Что? – глухо, охрипшим от волнения голосом переспросила она.

Дэкстер повторил свои слова ещё раз. Заученно, монотонно. Будто и вправду произносил их не один десяток раз.

– Но… А как же…

– Хильди, я понимаю, тебе тяжело. Но давай утром поговорим, маленькая. Я работал, устал как дракон.

– В «Птице»?

Начавший было проваливаться в сон Дэкстер встрепенулся:

– Ты помнишь?

– Э-э-э. ну, ты работаешь в «Птице».

– Да, верно! – Он крепко сжал Хильди в объятиях. – Ты запомнила! Сканд Конелли был прав! Твоя память возвращается! Маленькая, как же я рад.

– Дэкс, я помню, как провалилась в озеро, но тебя там не было.

– Конечно же, я был!

– Но… а как же маг? А замок?

Дэкс горько вздохнул:

– Наверное, я поспешил с выводами. Бред возвращается.

– Но…

– Ладно, давай спать. До утра ты всё равно всё забудешь. Чего время тратить, завтра снова всё повторять.

С этими словами он быстро чмокнул её в щёку и отвернулся к стене. Хильди изумлённо смотрела на его спину, пытаясь подобрать слова, упорядочить мысли. Но в голове творился дикий, невообразимый хаос.

Она поднялась и принялась нервно расхаживать по комнате, не обращая внимания на холод. Спать не ложилась, боялась – а вдруг и правда позабудет всё то, что узнала от Дэкса. Ведь его слова звучали так логично, в то время как мир сканда ла Фрайна всё больше казался сказкой. Прекрасной, но такой нереальной, далёкой.

«А было ли?! Мне всё привиделось?!»

Хильди схватилась за голову и тяжело задышала:

«Да как же это?! Как?!»

Она измучилась, теряясь в водовороте вопросов, на которые не было ответов. А потому с рассветом решительно постучала в дверь сканды Близзард.

– Хильди? – удивилась хозяйка дома. – Случилось что? Как ты себя чувствуешь?

– Я… Я не знаю. Вы не могли бы… Мы можем поговорить?

Сканда Близзард поправила пуховую накидку и пригласила Хильди в свою часть особняка. Гостиная была не в пример просторнее, чем их с Дэксом комната, однако не могла похвастать богатым убранством. Слишком тяжёлая, громоздкая мебель из тёмного дерева создавала давящую атмосферу. От моды на такие интерьеры общество отказалось ещё во времена процветания семейства Янсен. Выходит, сканда Близзард или была поклонницей старых традиций, или попросту не могла позволить себе иного. Хильди склонялась ко второму варианту.

– Этот сбор прислала мне сестра. Высокогорные травы Гардарики славятся своим тонизирующим эффектом, поэтому день надо начинать именно с такого чая. Ты не стесняйся, деточка, угощайся, – суетилась гостеприимная хозяйка.

Хильди сделала глоток поистине восхитительного напитка. Отдав дань приличиям, похвалам и благодарностям, перешла к насущным вопросам:

– Сканда Близзард, а вы знали, что я провалилась под лёд озера Мутт?

– О, это так ужасно. Я рада, что всё обошлось, и ты жива. На Дэкстера твоего смотреть больно было. Носился туда-сюда. Вчера вон целителя привёл. Давно надо было, конечно, да вот только мне он жуть как не понравился, целитель этот.

– Почему?

– Да как сказать… Сморщенный весь, как печёное яблоко, но видно, что из богатых, одно кольцо его чего только стоит! Такие целители на ноги быстро ставят. Но берут за свои услуги у-у-у… – Сканда Близзард широко развела руки в сторону, обозначая размеры долга. – Не знаю даже, как Дэкстер с ним рассчитался. Учитывая ваше положение… Ты ведь понимаешь, о чём я?

«Ничего я уже не понимаю, – мысленно простонала Хильди. – Ни-чего».

– Скоро срок нового платежа за комнату. Я бы не стала вас беспокоить, но мне нужно содержать этот дом. У западной стены снова отошла штукатурка. Мартин с четвёртого этажа постоянно жалуется на сквозняки и грозится съехать. А где я сейчас другого жильца найду? Ты ведь слышала, в центре открылся новый постоялый двор…

Об этом Хильди не знала, да и сей факт её мало волновал. Она снова углубилась в свои мысли, а житейские стенания сканды Близзард звучали монотонным фоном.

Хильди вернулась в свою комнатушку, забралась с ногами на стул и вздыхала, вздыхала… Как-то раз ей снились апельсины. Ароматные, невероятно сочные. Она сжимала в руке один, уже предвкушая на языке цитрусовую кислинку. Но вдруг проснулась – ладонь была пуста, рот полон слюны, а душу кололо острое сожаление. Вот так и теперь… Словно что-то отобрали – нечто очень важное.

На радостные улыбки Дэкстера Хильди отвечала хмурым, задумчивым взглядом, раз за разом задавала вопросы. И раз за разом получала одни и те же ответы – совсем не те, которые хотела слышать. Под вечер Дэкс не выдержал гнетущей атмосферы, наполняющей комнату:

– А пойдём-ка прогуляемся, маленькая. Погода сегодня отличная, а ты всё киснешь и киснешь. У нас же есть повод – отметим улучшение в твоём самочувствии. Купим по кружке медового эля и перчёных колбасок!

– Не стоит… – Хильди чувствовала себя абсолютно потерянной.

– Да брось! – Дэкс обнял её за плечи. – А хочешь мятных пряников?

– Нет.

– А я думаю – да.

Небрежно отмахнувшись от возражений, Дэкстер накинул на неё плащ.

– Это не мой…

– Знаю. Твой утонул, – легко отмахнулся он. – Я купил новый.

– Но… Дэкс, откуда деньги? Плащ, пряники, целитель…

– Не забивай голову, маленькая. Идём.

Он схватил Хильди за руку и утянул вниз по скрипучим ступеням особняка. На крыльце она замерла, вдохнула полной грудью морозный воздух. Приятно. Но тяжёлые думы никуда не делись, не отпускали, давили, перемалывали сознание. Хильди невольно посмотрела вдаль: где-то там за чередой особняков и извилистых улиц, за коварным озером Мутт, за укрытым сугробами полем стоял замок ла Фрайн, о котором горожане слагали жуткие легенды.

Хильди пошатнулась, но тут же была подхвачена Дэкстером.

– Ты как? – обеспокоенно спросил он.

– Скверно.

– Будет лучше, поверь.

Верить не было сил. Улицы казались слишком шумными, люди – суетливыми, а пряник – приторно сладким. Она украдкой выкинула его в сугроб. Когда Дэкстер завёл разговор о своей работе, Хильди явственно представила его довольное лицо, игральные кости в руках и вышагивающую рядом фривольную девицу.

«Я же это видела, да?»

Когда он принялся нахваливать острые колбаски, что купил для них в закусочной на нижней улице, она сморщила нос и отвернулась, стараясь не вдыхать резковатый запах подгоревшего жира. В мыслях возник полупрозрачный призрак с блюдом изысканной нарезки вяленого мяса, буженины и разносолами в его призрачных руках.

«Земляной элементаль, кажется. Шип? Шум? Как же? Я ведь знала. Или нет? Высшие элементали только в книжках. Руны священные, да что со мной?»

Неспешная прогулка вывела Хильди и Дэкса к озеру Мутт. Люди вокруг видели лишь ледяную гладь, а Хильди мерещилась магическая сфера, которую обволакивала толща воды. А внутри он. Левиафан. Гибкое, мощное тело, излучающее силу. Чешуйки, отливающие всеми оттенками бирюзы. Шипастый гребень, тянущийся до самого кончика хвоста.

«Как? Как мне могло почудиться всё это? Я ведь помню…»

От глухого бессилия и непонимания ей захотелось завыть на луну, только что появившуюся на чернеющем небосводе.

«Волки ведь зачем-то так делают. Может, это вносит хоть толику облегчения в их души…»

– Пора возвращаться, – прервал Дэкстер её раздумья. – У меня скоро смена начнётся.

Хильди коротко кивнула и зашагала в сторону дома. Дэкс придерживал её под руку, ведь порой на неё наваливалась слабость, и она начинала спотыкаться. А вернувшись в комнату и едва сняв плащ, она направилась к кровати и тут же провалилась в беспокойный сон.

Утром она проснулась от головной боли и крайне неприятного ощущения во всём теле. Распахнув глаза, Хильди увидела над своим лицом морщинистую руку и испуганно вскрикнула.

– Маленькая, это сканд Конелли, целитель. – Дэкстер стоял чуть позади. – Он просто осмотрит тебя. Не бойся.

Она нахмурилась. Нависшая ладонь ей решительно не нравилась, как и испещрённое глубокими морщинами лицо. Вторая рука старика безвольно висела на перевязи.

«Себя бы сначала вылечил, шваххов шарлатан!»

Холодный взгляд блёклых глаз целителя порождал в Хильди одно желание – немедленно выскочить из комнаты, а лучше из дома. Лишь бы подальше от жутковатого сканда. Мерцающий серебром перстень на его руке ещё сильнее усиливал беспокойство. Она нервно сглотнула, когда наконец поняла, что именно её так напугало: целители обычно слушают, щупают, заглядывают в рот… А этот только водил над ней ладонью, не касаясь.

«Маг?!»

А следом набежали мысли о ценах за такие услуги, о расплате и о том, что невозможно выручить столько пеннингаров, сдавая игральные кости хоть в трижды злачном заведении.

Внезапно целитель отдёрнул руку, брезгливо ею потряс и, не прощаясь, вышел за дверь. Дэкс выбежал следом. До Хильди донёсся топот ботинок, скрип лестницы и приглушенные отголоски его беспокойства:

– Ну что? Получилось? А её головокружения…

Хильди подтянула к себе колени и обняла их руками. Неприятное ощущение, вызванное действиями мага-целителя, сменилось на ещё более паршивое. Комнату повело в сторону, а затем ещё раз. Хильди со стоном потёрла виски, призывая стены не дёргаться, а желудок – не отторгать вчерашние пряники.

– Ты зачем его вызвал?! – возмутилась она, когда Дэкс вернулся. – Он маг, да? Он из меня все силы вытянул! Мне не лучше. Наоборот! Зачем только ты его притащил! И где мы возьмём столько денег?!

– Не твоё дело!

Хильди вздрогнула от резкой грубости.

– Ты! – вдруг ткнул Дэкс пальцем в её направлении, но остаток фразы проглотил, с усилием стиснув зубы. На его скулах отчётливо обрисовались желваки, придав лицу яростное выражение. Фиолетовые глаза злобно смотрели из-под хмурых бровей.

– Дэ-э-экс… – нерешительно протянула Хильди. – Ты чего?

Он молчал. Прожигал её испепеляющим взглядом и молчал.

– Дэкс! Что тебе сказал этот прохвост?

Он резко отвернулся и пнул ножку стола. Та угрожающе хрустнула, едва не переломившись. Но Дэкса это не остановило – от следующего удара ногой пострадала магопечка. Низший огненный элементаль, пребывающий в форме ящерки, выскочил, недовольно вспыхнул и послал сноп искр в сторону обидчика. Хильди испуганно съёжилась.

Дэкс вцепился руками в подоконник. Стоял и смотрел на крупные хлопья снега, беззаботно летящие вниз и засыпающие улицы городка Лэя. Затяжное молчание давило, давило, давило.

Хильди не выдержала первой. Нерешительно встала с кровати и, осторожно ступая, мелкими шажками, подошла к брату.

– Дэкс, ну чего ты, а? – тихо-тихо прошептала она и несмело провела рукой по его спине. Под ладонью кололся свитер, чувствовались мышцы, скованные напряжением. – Всё будет хорошо.

Едва ли она сама верила в это. Но, казалось, ему нужно было это услышать.

– Мы справимся, Дэкс. Всегда справлялись.

Он шумно выдохнул, повернулся и сгрёб её в охапку.

– Справимся, Хильди.

– Эй, раздавишь, – шутливо отозвалась она, в душе радуясь своей маленькой победе: непонятная ссора с братом сошла на нет. Об остальных проблемах она в этот момент старалась не думать.

А зря.

Не поняла она, в какой миг разрушилась хрупкое доверие между ними. Дэкс даже не шевельнулся, но тёплые объятия вдруг превратились в стальные тиски, капкан, из которого хотелось вырваться. Немедленно. Сейчас. Воздух вокруг был тем же самым, но теперь колол напряжением, не давая нормально вздохнуть. Взгляд фиолетовых глаз потемнел и прожигал любовью, но не той привычной и тёплой, а иной: мрачной, одержимой.

– Прекрати, – тихо попросила Хильди, хотя Дэкс ничего и не делал. Не произносил ни слова. Только смотрел, смотрел…

Она попыталась отступить, но бедром болезненно упёрлась в кромку столешницы. Ножка не выдержала навалившейся тяжести и в этот раз с треском подломилась. Хильди едва не рухнула следом, но Дэкс успел удержать её. Они замерли. Его тяжёлое прерывистое дыхание звучало над самым её ухом. Секунда, вторая…

– Я же люблю тебя, Брунхильд! – В голосе Дэкса звенело злое отчаяние. – Люблю!

Он стремительно отошёл, сунул ноги в ботинки и, подхватив свой плащ, выскочил на лестницу, не потрудившись прикрыть дверь.

Хильди громко всхлипнула, а потом ещё и ещё, но рвущиеся из груди рыдания были прерваны залихватским свистом, выражающим крайнюю степень удивления.

– Я-то думал, что это всё наше древнее жилище рушится, а тут всего лишь стол. – В комнату вошёл Мартин, сосед с четвёртого этажа. – Не дрейфь, красотка, сейчас мигом починим. Нашла, из-за чего слёзы лить.

Невысокий и чуть полноватый, он шустро выудил из кармана брюк помятый, но чистый носовой платок и протянул Хильди.

– Вот, держи, а я пока за инструментами сбегаю. Всё сделаем в лучшем виде. Твой Дэкс даже не узнает о поломке.

– Э-э-э… – Пока Хильди пыталась подобрать слова, Мартин уже умчался наверх, перешагивая через три ступеньки.

А через пять минут уже вовсю стучал молотком.

– Стол – ерунда, главное – это здоровье, – продолжал успокаивать её словоохотливый сосед. – Вот его беречь надо. Погода в эту зиму страшно переменчивая, вот все вокруг и болеют. Дэкс твой так кашлял – просто жуть. А ты и вовсе… Но я рад, что всё обошлось, что тебя уже выпустили.

– Выпустили? – Хильди удивлённо вскинула брови.

– Так из целительской башни же… Подержи-ка! – Он всучил ей банку с металлическими скобками. – Забегал я как-то к Дэксу, хотел огненного элементаля одолжить на пару часиков. У меня-то своего нет. Да мне он и ни к чему, я готовить не умею. А в тот вечер Рунгерд должна была прийти. – Мартин ненадолго замолчал, прихватив губами пару гвоздей, и принялся приколачивать стяжной брусок к сломанной ножке. Расправившись, схватился за поверженную столешницу. – Я медового эля-то прикупил, а потом вдруг подумал: что, если Рунгерд чаю захочет? Ты ведь знаешь Рунгерд? Нет? Это женщина моя. Ну как моя… Почти. Она в булочной работает. Вот я и решил, что она плюшек наверняка принесёт и непременно захочет чаю. У них ведь в булочной как? Приходишь…

– Э-э-э, Мартин, – Хильди прервала словесный поток, от которого стрельнуло в висках. – С булками ясно, а что с целительской?

– А! Так вот, я к Дэксу зашёл, заодно и про тебя начал спрашивать, мол, давно тебя не видно и всё такое прочее. Так он и рассказал, что ты в башне. Заболела. Да я потом, если честно, пожалел, что зашёл. Дэкс ведь у меня, к слову, двенадцать пеннингаров занял. На твоё восстановление. Я-то всё понимаю и готов помочь, когда надо. Стол приладить или ещё чего. Но пеннингары… А у Рунгерд в этом месяце именины…

– Я поняла. Передам Дэксу. Мы всё вернём.

Мартин поставил стол на ножки.

– Вот, принимай работу, – улыбнулся он. – Как новенький.

– Спасибо. И за долг, и за стол.

Десятью минутами позже Хильди выскочила на улицу. Суета вокруг раздражала, но она упорно шла вперёд, стараясь смотреть себе под ноги. Злость на Дэкса, на вопросы без ответов привела её сначала к ткацкой фабрике, где она узнала о своём увольнении за пропуски, а затем и к стенам целительской башни.

– Брунхильд Янсен. Янсен. Посмотрите ещё раз, пожалуйста.

– Нет этого имени в записях.

– А за последние пять-шесть недель?

Чопорная пожилая целительница недовольно скривила губы, но всё же зашуршала страницами журнала и отрицательно покачала головой.

– Нет данных.

– А ла Фрайн? – отчаянно предположила Хильди, чувствуя, как начинает стучать в висках.

– Нету. Не задерживай очередь. – Женщина посмотрела ей в глаза и тут же брезгливо отвернулась. – Отойди прочь, варг.

«Вот же йотунша старая!»

Хильди вышла на улицу и присела на заснеженную лавочку. Начавшееся было головокружение чуть унялось, позволяя всецело погрузиться в раздумья:

«В целительской меня не было. Вывод: Дэкс соврал Мартину. Зачем? Выпросить деньги в долг? Зачем? На мага-целителя. Сканда Близзард говорила, что я долго болела, она слышала кашель. С другой стороны, Мартин сказал, что давно меня не видел, а кашлял сам Дэкс. Тогда где была я? Кто-то из них лжёт!»

Единственно верным решением Хильди посчитала направиться прямиком в замок ла Фрайн. Оставалось лишь добраться до него и проверить, насколько он заброшен на самом деле. И уже закрыть рвущий душу вопрос: а существовал ли Торвальд на самом деле? Или же она его выдумала…

Хильди не преодолела и половины пути – дальше не пустила разыгравшаяся метель и участившиеся головокружения. Пришлось, разразившись проклятиями, повернуть обратно. Прохожих на улицах становилось всё меньше. Торговцы спешно сворачивали разложенный на открытых прилавках товар, закрывали ставни лавок. Приходилось останавливаться едва ли не каждый десяток шагов: слабость после болезни давала о себе знать. Хильди отсчитывала переулки, перечисляла оставшиеся на пути лавки. Ей казалось, легче идти, зная, что осталось пройти меньше, чем уже пройдено.

Она невольно вздрогнула, когда на глаза попалась весёлая вывеска той самой праздничной лавки, где она впервые увидела Торвальда. В груди всё болезненно сжалось, перед внутренним взором возникли безумно яркие омуты бирюзовых глаз… Как же ей захотелось зайти внутрь и расспросить хозяина о маге. Видел ли он то же, что и она? Или, быть может, и это тоже бред её затуманенного сознания?

Гонимая вопросами, она толкнула дверь. Переступая порог, вдруг вспомнила, что лавочника-то больше не увидит, ведь он… А потом усомнилась – может, и этого не было?

Порыв ветра внезапно ударил в спину, и Хильди буквально влетела в нарядно украшенное помещение вместе с ворохом снежинок. Дремавшая за прилавком женщина встрепенулась.

– Доброго дня, сканда, – поспешила она приветливо улыбнуться, но цепкий взгляд расчётливо оценивал возможности покупательницы.

– И вам доброго, – отозвалась Хильди.

– Что-то конкретное интересует? У нас сегодня скидка на хвойные венки.

Хильди невольно скользнула взглядом по ценнику и скривилась – на эти деньги они могли прожить дней пять, а то и все семь. Тратить столько на дурацкое украшение, казалось жутко расточительным.

– Зря я зашла. Извините, мне пора.

Хильди стремительно развернулась к выходу и вдруг поражённо замерла: на бечёвке по-прежнему сверкал прекрасный стеклянный шар. Он переливался всеми оттенками неба и манил бирюзовыми глубинами воды и льда.