Глава 29

[Торвальд Сарот Див ла Фрайн]

Языком Торвальд провёл по зубам, выталкивая застрявший меж них рыбий хребет. Он только что поел, но голод терзал его всё сильнее. И никакая живность со дна озера, вялая и неповоротливая в это время года, не могла его утолить. Он хотел и мясо, и магию, и деву. Но позволял Зверю лишь первое и лишь в холодной пучине. Но с каждым разом сдерживать инстинкты становилось тяжелее. И Торвальд знал, что скоро и вовсе растеряет в хаосе те крохи разума и воли, что ещё теплились в исполинском змееподобном теле.

И тогда Зверь сметёт половину Лэя, но найдёт Брунхильд.

«Зря. Зря ты вернулась. Мы тебя чуем…»

А когда Брунхильд, слабый, заблокированный маг, не сможет восполнить их магические резервы, Зверь уничтожит её и оставшуюся часть Лэя. Может, и больше. Будет крушить всё, пока маги Грантрока не объединятся и не убьют его, последнего левиафана…

Безнадёжные мысли неожиданно оборвал грозный рёв, что волной прокатился над поверхностью льда, проникая внутрь, заставляя воду взволноваться до самых глубин.

Зверь в тот же миг замер, забыв, куда плыл, и недоуменно прорычал:

– Ойвинд ла Фрайн?

[Брунхильд Янсен]

Хильди и сама не знала, на что надеялась, когда достала из сумки одну из склянок, что забрала в тайной каморке йотуна. Это было интуитивное решение, в котором она лишь укрепилась, взглянув на перекосившуюся рожу магистра Штейна. Хотя теперь называть его магистром у неё бы язык не повернулся.

Йотун зашипел и втянул в себя свои мерзкие чёрные нити. А может, просто решил, что играм конец.

– Ах ты маленькая дрянь! И когда успела-то?! – Он шагнул вперёд, протягивая руку. – Ну-ка давай сю…

Закончить он не успел, потому что Хильди шарахнулась в сторону, готовая на что угодно, лишь бы лже-магистр до неё не дотронулся. Склянка вылетела из рук и с неестественно громким звоном разбилась об дощатый пол. Как тогда в лавке с подарками, из неё вылетел дымок, что ледяной позёмкой прошёлся по полу, а затем раздался такой рёв, что Хильди рухнула на колени, зажмуриваясь и зажимая уши ладонями. Стены затряслись, и казалось, что всё здание, в котором располагалась «Птица», сейчас сложится пополам.

«Ещё один левиафан?» – пронеслось в мыслях.

Когда Хильди решилась открыть глаза, первым, на что упал её взгляд, был массивный чешуйчатый… хвост? Длинное тело уходило вперёд, обвивая кольцом замешкавшегося йотуна. Этот Зверь был в разы меньше Торвальда и, кажется, совершенно не понимал, что происходит. Плоть левиафана была испещрена странными тёмными пятнами нездорового вида, которые, словно язвы, разъедали потускневший лазурит чешуи. Огромная шипастая голова с неторопливым недоумением приподнялась и обвела мутным взором апартаменты, которые словно съёжились от размера нового постояльца.

– Да чтоб тебя, огрызок недобитый! – процедил йотун и встряхнул руками, складывая пальцы в замысловатом жесте. И вновь от него потянулись чёрные нити паутины, оплетая не до конца пробудившегося зверя, повисая на шипастом гребне, вгрызаясь прямо в тело.

– Хильди, скорее! Остальные склянки! – ворвался в мысли крик Ори. – Пробуди остальных! Нужно помешать мерзкому отродью… Давай же!

Хильди уже и сама видела, что хоть йотун и отвлёкся на левиафана, надолго тот его не задержит. Зверь был слаб и дезориентирован. Он рычал и вздрагивал всем телом, но не мог толком сопротивляться чёрному колдовству. Не вставая с четверенек, Хильди подползла к своей сумке, что отлетела в ноги Дэксу, и лихорадочно стала выкидывать оттуда свитки, лишь бы добраться до ещё двух склянок на дне.

– Что это за драный драккар?! – донёсся до неё панический шёпот Дэкстера. – Хильди, это из той банки, что ты грохнула? Кто? И как?!

Он захлебнулся собственными словами и замолчал, во все глаза уставившись на неё, поднявшуюся на ноги.

– Скорее драный левиафан, Дэкс, – ответила она без тени улыбки. – И кто он, я без понятия, не успела познакомиться, но нам очень нужна помощь ещё парочки его приятелей!

С этими словами она резко швырнула подальше на пол оставшиеся две склянки, но в этот раз не заткнула уши, а кинулась отвязывать вторую руку Дэкса. Снова по апартаментам разнёсся звон множества осколков, словно треснул лёд на озере Мутт. Сизая позёмка протянула холодом по ногам. Йотун взвыл, но его вопль перекрыл оглушающий рёв, а затем и треск дерева. Ещё одного зверя комната не вместила, и мощный удар хвоста просто снёс дальнюю стену.

– Твою ж мать! – одновременно с левиафанами завопил Дэкс и задёргался, только мешая освобождению.

Хильди успела развязать лишь один из странных узлов, а второй и не пришлось – Дэкс напряг все силы и рванулся так, что ремень лопнул в том месте, где был прибит к крестовине. По инерции рукой и плечом он толкнул Хильди, и та свалилась на колени. Но ноги Дэкса, всё ещё связанные с нижней частью «гебо», не позволили ему сделать шаг вперёд. Он рухнул лицом в пол. И вовремя!

По тому месту, где он только что стоял, ударил чешуйчатый хвост, разбивая в щепки верхнюю часть крестовины.

– Твою ж мать, твою ж мать, твою ж мать… – Дэкс извернулся и судорожно распутывал ремни с ног.

Хильди сжалась в комок между кроватью и тумбочкой и смотрела на разворачивающийся хаос, не в силах пошевелиться. Два левиафана крушили всё, что попадалось на пути: мебель, окна, двери, стены… Дом стонал, содрогаясь. Вторил ему хор женских визгов, зарождающийся в глубине здания и продолжающийся на улице. Утробный рёв смешивался с йотунскими проклятиями, и, кажется, Хильди могла расслышать даже звук лопающихся нитей. Чёрных нитей.

Дэкс, не переставая сыпать ругательствами, наконец освободился и ногами вперёд вполз под кровать. Затем вновь высунулся и ухватил Хильди за щиколотку, утягивая в укрытие.

Обзор отсюда был хуже, а ощущения безопасности не прибавилось. Погром продолжался. Мелькали бирюзовые отливы чешуи, летели пыль, щепки, доски. Стена с окном в соседней комнате проломилась под ударом одного из левиафанов и выпала на улицу. Зверь соскользнул туда же, успев вонзить шипы хвоста в бедро сканда Штейна и утянуть его за собой. Второй левиафан ринулся следом, его чешуя напоследок проскрежетала об пол рядом с кроватью, а в следующий миг перед Хильди и Дэксом упало безжизненное стариково тело. Его веки были по-прежнему прикрыты, а на лице запечатлелось всё то же умиротворение, с которым он спал на кровати. Однако распоротые горло и живот, чёрная кровь, что рваными толчками выливалась на пол, ясно говорили, что старик уже не жилец.

Хильди замутило. Дэкс сильнее стиснул её руку. Однообразные ругательства, скрывавшиеся с его губ, превратились в монотонный бубнёж. Сверху, с кровати, неторопливо, словно алые хлопья снега, сыпались лепестки роз, укрывая истинное обличие йотуна, провожая в последний путь.

Струйка тёмно-бурой, практически проклятой крови поползла под кровать, и Хильди попятилась, словно от ядовитой змеи. Они с Дэксом выбрались с другой стороны кровати и тут же попали в кольцо третьего левиафана. Но хватка была мимолётной, словно судорога. Хильди вжало в Дэкса так, что вышибло воздух из лёгких, и едва не треснули рёбра. А затем так же неожиданно хватка ослабла.

Дэкстер тут же откатился в сторону:

– Идём! – шепнул он, на четвереньках отползая к двери. – Хильди, ну же! Валим отсюда!

– Что с ним такое? – Она приложила руку к чешуйчатому телу, что вздымалось и опадало в такт тяжёлому рваному дыханию.

– Из ума выжила?! – шёпотом рявкнул Дэкс. – Не трогай это!

– Он – не это, а левиафан! Он живой! Он разумный! И наверняка поумнее некоторых, – огрызнулась Хильди, не оборачиваясь. – И ему больно. Ори, чем можно помочь?

– Ну точно, чокнулась, – простонал за спиной Дэкс. – Я Дэкстер, маленькая. И нам пора отсю…

– Да заткнись уже! – взвилась Хильди. – Это из-за тебя всё! И я не с тобой вообще разговариваю. Ори, ну?

– Уже ничего не исправить, сканда Хильди, – прошелестел в голове печальный голос водного элементаля. – Этот Зверь умирает, слишком долго он пробыл во мраке хаоса и беспамятства, слишком много сил отнял у него йотун.

– Может, оттащить его к озеру Мутт? – Хильди прижала обе ладони к дрожащему телу в отчаянном желании сделать хоть что-то. – Может, Торвальд сможет всё исправить?!

– Сканд ла Фрайн силён, но не всемогущ. И сейчас он и сам далеко не в лучшей форме. Да и у тебя не хватит сил, чтобы… Сил? Ох, ну точно же!

Хильди окатила волна чужого воодушевления, и даже капля индиголита на её коже несколько раз возбуждённо мигнула.

– Ты что-то придумал?

– Артефакт! Вон тот, в виде ожерелья! – голос Ори пульсировал, словно маленький морской конёк где-то внутри неё подпрыгивал от нетерпения.

Волна чужой воли породила нестерпимое желание повернуться вправо. Там среди обломков стола из-под смятых бумаг действительно виднелась одна из подвесок импеллера сканда Вускессена.

Хильди перевела взгляд на Дэкса, который что-то шептал ей, махал рукой в сторону дыры в стене, где раньше располагалась дверь. Но бросилась она не к нему, а к обломкам стола.

«Так вот, что было в его торбе! Вор! Ладно, не время для разборок».

Хильди осторожно потянула за звенья цепочки, придерживая разломанную столешницу, но тут Дэкс обхватил её сзади. От резкого движения артефакт звякнул и выпустил сноп мелких искр.

– Ой!

– Какого швахха ты творишь?! – заорал на Хильди Дэкс. – Нужно убираться отсюда…

– Да отпусти ты меня!

Она развернулась и с силой двинула Дэксу локтем под рёбра, а затем быстро выудила импеллер и подбежала к Зверю.

– Ори, что нужно делать?

– Мы уже ничем не можем помочь этому левиафану, но он… он может помочь нам! Надевай на него артефакт!

– Что?! – Хильди замерла. – Ты предлагаешь не подлечить его, а наоборот?! Забрать у умирающего последние силы?

– Для левиафана это капля в море, а для тебя нет! Тебе нужна искра, ледяная искра хаоса, чтобы зажечь внутреннюю магию и раскрыть наконец резерв!

Хильди покачала головой.

– Нет, Ори, я так не могу. Это… это неправильно. Это дурно. Словно я уподоблюсь сканду Вускессену, Кристеру и всей их мерзкой компании.

– Вускессену? – вскинулся немного пришедший в себя Дэкс. – А он-то как связан с этими тварями чешуйчатыми? Ох, только не говори, что и он тоже йотун…

Но она не слушала бормотание Дэкстера, потому что в мыслях тонким журчащим ручейком настойчиво звенел голос элементаля:

– Йотун уже дважды пленял сканда ла Фрайна, Хильди. И теперь ему никто не придёт на помощь. Лагерта мертва. Левиафанов, сохранивших рассудок, больше нет. Никого больше нет… кроме тебя.

– Никого больше нет, ты прав, Ори, – прошептала она и, закусив губу, решительно расстегнула импеллер и пристроила на мощную шею сразу под шипами гребня. – Надеюсь, это сработает! Что дальше?

– Дальше надо сваливать! – Дэкс гневно взирал на Хильди, но подойти ближе к Зверю не решался. – Ты что творишь, ненормальная? Хильди, твою ж через драккар…

Но не Дэкс занимал её мысли, а левиафан, который стремительно бледнел. Будто все его бирюзовые искры устремились к артефакту, оставляя после себя безжизненную серо-блёклую чешую.

У Хильди сжалось сердце.

– Нет, не могу. – Она протянула руку к импеллеру.

– Оставь, не трогай, – предостерёг голос Ори.

– Да не могу я! Это убивает его!

– Он и так…

– Хватит! – Оборвав внутреннего советчика, она стянула артефакт с левиафана. – Ты сказал, нужна только искра. Здесь она есть. – Хильди чуть тряхнула уродливым ожерельем, а затем свободной рукой мягко провела по чешуе левиафана. – Если он и погибнет, то не из-за меня.

Ори вздохнул в её мыслях, вероятно даже головой покачал:

– Надевай на себя, и будем надеяться, что сработает.

Холодное и тяжёлое колье щипнуло кожу морозом. На заднем фоне ругался Дэкс, ворчал Ори, всё медленнее раздувались от дыхания бока зверя под ладонью, где-то совсем вдали стенали девицы, вторил им визг свистков законников… Но Хильди не чувствовала в себе никаких изменений. Она так старательно прислушивалась к ощущениям внутри, так ждала чего-то нового, яркого, необычного… что отсутствие результата подкосило её. Свинцовая усталость навалилась на плечи, голова закружилась от горького разочарования, и Хильди пошатнулась.

«Ничего не вышло…»

Дэкс подскочил и обхватил за талию.

– Маленькая, да ты чего? Плачешь? Из-за этой змеюки гигантской, что ли? Да плюнь и разотри!

В коридоре, точнее в том, что от него осталось, послышался топот ног и резкие отрывистые крики. Дэкс занервничал ещё сильнее:

– Хильди, да очнись же ты! Надо пошевеливаться, давай же, маленькая!

Он закинул её руку себе на плечо и поволок в сторону дверного проёма, но по дороге передумал, развернулся и стал пробираться через пролом в стене в соседнюю комнату. Топот усилился, и через несколько мгновений в бывших апартаментах сканда Конелли стало людно, а Дэкс замер, отступив под прикрытие полуразрушенной стены.

Первым вбежал невысокий крепкий законник. Его синий плащ изрядно запылился, а на месте стандартной служебной фибулы зияла дыра в ткани. Следом за ним второй законник за локоть втащил зарёванную Фригг:

– Эти апартаменты? Ты уверена? – рявкнул он, и Фригг мелко-мелко закивала, затараторила, глотая слова:

– Да, точно, они… отсюда… и старикан Конелли с Дэксом… а потом как тряхнуло, и Марну придавило вместе со скандом, который как раз на ней… И она так кричала… и столько крови…

Затем её взгляд наконец сфокусировался на огромном чешуйчатом теле. Фригг замерла, а затем завизжала, как резаная.

– Что это за тварь йотунова?! Чудовище! Монстр!

Её вопли оборвались звонкой пощёчиной, превратившись во всхлипы. А Хильди переглянулась с Дэксом и наконец отмерла. Объясняться с законниками ни у одного из них не было ни малейшего желания. Так что шаг за шагом они крались к выходу из соседних апартаментов, стараясь не шуметь, пока законники осматривались в разгромленной комнате сканда Конелли. Но выйти не удалось – деревянная ручка повернулась, и в дверь шагнул недавний знакомец Хильди по столичной управе, а потом и темнице – сам дознаватель, сканд Брой собственной долговязой персоной.

– Брунхильд Янсен, какая встреча! – протянул сканд Брой, входя в разгромленные апартаменты, будто и не удивившись.

– И ещё век бы не виделись! – процедила Хильди, отстраняясь от Дэкса.

– А вы, молодой человек, вероятно, Дэкстер Янсен, угум-с, – добавил Брой, не обратив на обидный выпад никакого внимания. А затем крикнул в сторону дыры в стене: – Хьярти, Снорри, что там у вас?

– Труп. Мужчина. Лет шестьдесят-семьдесят. Рваные раны горла и живота, – отозвался один из законников.

– И зверюга, – выкрикнул второй. – Пока не труп, но близко к тому.

– Снорри, зверя – в оковы. Организуй повозку, – принялся распоряжаться сканд Брой, при этом не сводя взгляда с Хильди и Дэкса.

Снорри пнул левиафана мыском сапога:

– Козлов семь, не меньше, придётся впрячь. Такая туша… Половину города разгромил.

– Т-т-там ещё, – пискнула Фригг. – Ещё были… Ч-ч-чудовища…

– Чудовище было только одно, – Хильди пронзила Фригг злым взглядом. – Проклятый йотун, что удрал отсюда.

– Со сказочками вашими, Брунхильд, мы будем в управе разбираться, – припечатал сканд Брой и медленно направился к ней с Дэксом, держа одну руку за спиной, будто наготове к чему-то.

Хильди явственно ощущала, как сильно напряжён Дэкстер. Ладонью он до боли стискивал её запястье и не дышал, а скорее пыхтел.

Тяжело вздыхал и Ори:

– Всё зря. Ничего не успели. Никого не спасли.

Сканд Брой уже прошёл половину комнаты: цепкий взгляд, застывшее на его лице ожидание какой-то встречной подлости, даже тонкие усы и те воинственно топорщились над губой…

– Управа – это надолго, – сокрушался Ори. – Пока оформят, пока допросят…

– Без глупостей, угум-с? – скомандовал сканд Брой. – Дэкстер Янсен, отойдите к стене и повернитесь к ней лицом. Живо!

Законник так рявкнул, что Хильди вздрогнула. Дэкс же нехотя разжал ладонь, бросил тоскливый взгляд в зияющий проём, где простирались снежные сугробы, а чуть поодаль блестела на солнце ледяная гладь озера Мутт. И казалось, не было там ни йотунов, ни левиафанов, ни верещащих девиц. Все куда-то подевались, оставив лишь безмятежность и снег.

«Торвальд где-то там…»

– И мы ничего не сможем сделать, – подхватил Ори. – Всё кончено.

«Но если Тор…»

– Маги переловят левиафанов.

«Возможно, и к лучшему. Разберутся во всём!»

– Левиафаны голодны и опасны. Не понимают, что происходит. Их убьют. Всех. А йотун так и будет менять тела, словно износившиеся сапоги…

– Я сказал, снимай шваххов артефакт!

Окрик сканда Броя вернул Хильди из мысленного диалога в полуразрушенные апартаменты.

Один из законников уже выкручивал руки Дэксу, успевшему отойти к уцелевший стене. К Хильди же пока никто приближаться не осмеливался.

«Из-за импеллера?»

Она печально вздохнула.

«Он не сработал».

– Всё зря… – поддакивал Ори.

«Я никчёмный маг. Пустышка».

– Снимай артефакт, кому сказано!

Хильди, как и до того Дэкс, покосилась на улицу через проём.

– Даже и не думай улизнуть, Янсен. Именем закона Грантланды вы оба обвиняетесь в измене. – Он шагнул вперёд, стукнув каблуком, словно загоняя гвоздь в гроб. – Именем закона Грантланды вы обвиняетесь в краже и присвоении особо опасного артефакта. – Ещё два чеканных шага.

– Это неправда! – возмутилась Хильди. – Всё было совсем не так! Это всё сканд Вускессен! А мы лишь…

– Именем зако…

– Сканд Брой, да послушайте же вы меня!

– Слушать кого? Варгов?!

Это слово обожгло, словно пощёчина.

– Не смейте! – выкрикнула Хильди.

Мелькнула серебристая искорка. Выпущенная случайно снежинка блеснула бирюзовым всполохом, ловя солнечный луч, погрузилась в синий плащ сканда Броя, дырявя и ткань, и плоть над ключицей, и вылетела из спины, вонзившись в уцелевший дверной косяк. И тут же, как в тайных коридорах с Олафом, стекла на пол каплей воды. Следом упал и сканд Брой, а по шее и лицу его поползли морозные узоры, а усы заиндевели острыми колышками.

Хильди охнула, прижав ладони ко рту. Фригг с визгом бросилась бежать прочь по коридору.

– Брой? Ты живой? – К нему кинулся Хьярти. – Снорри, мчи за целителем!

– Да быть того не может! – прохрипел сканд Брой.

– А? – Хьярти наклонился к лицу упавшего.

– У неё же в знак варга добавлен блок на магию. Так не должно…

Коротко рыкнул левиафан, заглушая голос сканда Броя. Извернувшись, Зверь рывком вбросил себя в комнату, подмяв замешкавшего Снорри. И тем самым отделяя законников от Дэкса и Хильди. Она увидела, как на мгновение вспыхнул бирюзой его осмысленный взгляд, но тут же потух, затягиваясь мутной безжизненной плёнкой. Чешуйчатые бока опали вместе с последним выдохом и замерли.

Хильди что-то дёрнуло. Краткий миг полёта, и через секунду она уткнулась лицом в сугроб. Сзади раздался пронзительный визг свистка.

– Вставай, маленькая! Это наш последний шанс! – Дэкс тут же обхватил её за талию и потащил куда-то к подворотне. – Я знаю один проход. Шевели ногами!

Руку жгло. Хильди на ходу стряхнула налипший снег и задрала рукав плаща, пытаясь понять, в чём дело. Боль нарастала, а вместе с тем знак варга менялся, покрываясь странной ледяной коркой. Будто магические чернила, которыми была написана фраза, отторгались, выходили из-под кожи и выступали на поверхности обледенелыми тёмными каплями. Но Хильди не могла как следует рассмотреть, потому что глаза защипало, словно их луковицей натёрли.

– Больно… – всхлипнула она и, уже не разбирая дороги, споткнулась.

Дэкс стиснул её талию крепче, поддерживая и заставляя бежать. Сквозь пелену слёз Хильди видела, что они миновали хозяйственные пристройки «Птицы», за одной из которых юркнули в дыру в заборе. Заброшенные дворы, в которых они оказались, выглядели незнакомо. Без Дэкса она непременно бы здесь потерялась, тем более что в таком состоянии ей было не до разглядывания окраины Лэя.

– Руны священные! Как же больно! – взвыла Хильди.

Дэкс свернул за покосившийся сарай и усадил её на лежащую на боку бочку, припорошённую снегом.

– Дай посмотрю. Ты ранена? Зверь задел?.. О! Что это за дерьмо?

Он провёл пальцем по её руке. Тёмные льдинки от его прикосновения стали крошиться и спадать вниз, оставляя после себя чистую розовую кожу.

– Как ты это сделала?! – с неподдельным удивлением воззрился он на Хильди. – И твои глаза, Хильди! Они больше не фиолетовые!

– Не знаю. Оно само…

– Дай-ка мне. – Он ловко стащил с неё импеллер. – Я тоже хочу. Как это работает?

У Хильди перед глазами тут же встало заиндевевшее лицо сканда Вускессена. А затем оно сменилось острыми чертами сканда Броя, на лице которого тоже расползлись жуткие морозные узоры. Хильди с ужасом воскликнула:

– Нет, не надо! Людям нельзя. Не магам…

Но Дэкс уже защёлкнул на шее застёжку.