25 глава

Убираясь на кухне после ужина, я разговаривала с Лиа по видеозвонку. Она показала свою комнату для рисования: огромные полотна, безумное количество банок с красками. Творческий беспорядок.

Если не знать суть, то складывалось впечатление, что комната находилась на ремонте. Лиа была не накрашена, в домашних шортах и майке, на голове хаотично собраны волосы в пучок, из которого выбивались пряди, похожие на антенны, видимо связывая Лиа с космосом для поступления новых идей.

– Как тебе эта? – она встала перед камерой, держа в руках небольшое полотно.

На нем оказались изображены фигуры? Все было перемешано, в разных цветовых композициях, неординарно, но интересно.

– Необычно, – наконец, дав оценку, ответила я.

– Это хай-тек, – словно читая мои мысли, пояснила девушка.

– Звучит дорого, – вытерла полотенцем руки, перемещаясь за стол.

– Как Крис? Ему уже лучше? Антонио сказал, что впервые часы после ранения он выглядел плохо.

– Думаю, лежать целый день в кровати для него подобно пытке, но он справляется, – улыбнулась я, вспоминая, что запретила супругу ужинать на кухне.

– Тебе стоит проявить милосердие, миссис Ринальди. Будь нежнее, мужчинам это нравится, – вставив кисточку в свой пучок, открывая свежую банку с краской, сказала она.

– Привет, Лиа, – послышался за спиной голос Кристиано, и я обернулась, смиряя его недовольным взглядом.

Муж прошел мимо, наливая в стакан воду, делая вид, что ничего не замечал.

– Привет, босс! – поздоровалась Лиа. – Ты уже придумала, в чем пойдешь на свадьбу сестры?

– Нет.

До свадьбы Элены оставалось три недели, но моя голова была забита угрожающими сообщениями, периодически приходящими на телефон и неофициальной, но войной с кланом Каморры. Вопрос времени, они обязательно заявят о себе.

– Давай предложим Ясмине пройтись по магазинам вместе, что скажешь? У нее отличный вкус.

– Так и сделаем, – продолжала я наблюдать за Кристиано. – Пришли мне потом, что получится, – попросила я.

– Обязательно.

Отключившись, откинувшись на спинку стула, продолжала сверлить в мужчине дыру, и он обернулся, встречаясь с моими недовольными и недобрыми глазами.

– Собирался принять душ, – объяснился он.

– И решил устроить пробежку до кухни? – моя бровь вопросительно взлетела вверх.

– Я уже говорил, что моя жена талантлива во всем? – сократил он расстояние между нами так, что мне пришлось задрать голову вверх.

Встав с места, я проигнорировала эти словесные трюки, посланные, чтобы отвлечь меня. Все, что мне было подвластно в данную минуту, это смирение и терпение к больному. Учитывая, насколько Кристиано был продуктивен и активен в обычные дни, мне был понятен его дискомфорт.

– Пойдем, я помогу тебе, – предложила я, направляясь к выходу.

Поставив стул-кресло к раковине, смастерила из диванных подушек мягкую спинку, чтобы Кристиано безболезненно смог облокотиться на них, пока я мыла ему волосы.

Рост мужа позволял ему без труда запрокинуть голову, при этом не напрягать тело, оставаясь в полулежачем положении.

– Скажи мне, если вода слишком горячая, – аккуратно поливала водой волосы.

– Готов терпеть любую боль, зная, что ты всегда будешь рядом, – ответил Кристиано, его глаза были прикрыты.

Намылив руки шампунем, массирующими движениями, погружала пальцы в черные густые волосы. Кристиано издал хрипловатый стон, наслаждаясь процедурой.

– До сих пор я здесь, с тобой, – его отросшая щетина манила, хотелось коснуться, но я подавила желание.

– Что тебе сказала Джина? – спросил он, открывая глаза, уставившись в потолок.

– Сказала, что переживает за тебя.

– И все?

– Остальное, останется между нами. Тебе не о чем беспокоиться, – сказав это, я знала, что он продолжит терзать себя не самыми лучшими мыслями.

– Мне бы не пришлось беспокоиться, будь они на другом континенте, – его правая рука сжалась в кулак.

– Послушай. Избавься от мысли, что Майкл такой же, как его отец, – вытирая его волосы полотенцем, начала я. – Твоя сестра поступает с тобой так, потому что не видит от тебя поддержки. Дай ей пройти этот путь. Каким он будет, зависит лишь от нее, но Джина умная девочка, она выберет наилучший вариант для себя.

– Что, если она выберет тот, что разобьет ее сердце? – приподняв голову, встречаясь с моими глазами, спросил супруг.

– Тогда, ты просто примешь это и поддержишь ее, – хотелось, чтобы Кристиано прислушался ко мне. – Ограждая ее от всего мира, ты становишься первым, кто разбивает ей сердце.

Взгляд Кристиано на мгновение упал вниз, с трудом возвращаясь к моим глазам, вбирая носом воздух, томно вздыхая. Только сейчас я поняла, что нависла над ним, опираясь одной рукой о раковину, и, когда он поднял голову, моя грудь была на одном уровне с его глазами и выглядывала из-под молочного топа, играя с мужским терпением.

– Мне бы хотелось, чтобы это сердце было целым, для меня.

В какой-то момент мы потеряли нить разговора, переходя на личное. Я была не уверенна, что эта фраза была адресована в сторону его младшей сестры.

Нервно сглотнув, почувствовала его теплую руку на пояснице.

– Что еще? – выдавив из себя слова, задыхалась от прикосновений. – Чего бы тебе хотелось еще?

– Усадить ее на колени, – притягивая меня к себе, усаживая сверху, ответил супруг. – Держать за бёдра, – проводя рукой по моей ягодице, не отрывая взгляда, наслаждаясь прикосновениями, достиг бедра, слегка сжимая.

Внизу живота все затрепетало, губы приоткрылись, вдыхая аромат от шампуня с нотками ментола и апельсина. Участилось сердцебиение от нарастающих чувств.

– Смотреть на ее прекрасную улыбку и очаровательные глаза, пока она что-то рассказывает, – продолжил он, понизив тон голоса. – Целовать ее пухлые губы.

Последние слова Кристиано прошептал, наклоняясь, сокращая расстояние между нашими губами, нежно касаясь моих. Тело было натянуто, как струна, на мгновение показалось, что я потеряла сознание от поцелуя, прежде чем ответить, чего так же страстно желала я.

Смыкая губы, отвечая взаимностью, расслабляя тело, обхватила его шею одной рукой, углубляя поцелуй, все еще боясь причинить дискомфорт. Вторая рука Кристиано была зафиксирована бинтами на груди, чтобы не беспокоить плечо, но он прекрасно владел одной рукой.

– Обнимать, трогать ее волосы, – снова шепча в мои губы, требовательнее прорывался языком в мой рот. – Черт, Витэлия, ты больше, чем просто желание!

Ванная комната наполнилась нашими хриплыми стонами, громкими причмокиваниями и умопомрачительными французскими поцелуями, от которых кружилась голова.

Французский действительно хорош, во всем. Стоит задуматься над его изучением.

Моя рука зарылась во влажные волосы Кристиано, схватив прядь в кулак и потянув назад, откидывая его голову, от чего мужчина зарычал в мой рот, прикусила нижнюю губу, посасывая ее, как акт извинения за принесенную боль в порыве возбуждения. Издавая ответный стон на его действия, чувствовала, как его рука сжимала мою ягодицу.

Я была возбуждена, щеки горели, и если бы не состояние его здоровья, уверена, мы бы преступили к избавлению от одежды.

Чувствуя, как мое белье впитывало влагу от выделения организмом смазки, ощущала набухший твердый член Кристиано, полностью готовый к совокуплению.

– Нам нужно остановиться, – прошептала я, беспокоясь за рану на плече, продолжая жадно целовать его губы.

– Скажи мне, что ты так же сильно ждала этого. Скажи, что позволишь прикасаться к тебе снова, – обхватив мою шею рукой, муж спускался влажными поцелуями к шее, обжигая кожу дыханием.

– Кристиано, пожалуйста…– хватала ртом воздух не в силах отстраниться.

Тело требовало большего, сердце желало утонуть в эмоциях, разум кричал: «хватит».

Он вернулся к моим губам, но я не дала себя поцеловать снова, накрывая его покрасневшие губы ладонью.

Его грудь тяжело вздымалась, я взглянула на повязку, рана снова кровоточила, в одно мгновение чувство эйфории сменилось на сожаление. Вздохнув, вставала с колен Кристиано, но он перехватил мою руку, поцеловав ладонь.

– Мне не больно, – видимо догадался по выражению моего лица, о чем я подумала.

– Нужно обработать рану и выпить лекарства, – встав с его колен, забирая вещи, вышла из ванной комнаты.

Завершив процедуры, Кристиано вернулся и послушно сел на кровать, молча наблюдая, как я обрабатывала рану.

Больше всего мне не хотелось, чтобы он подумал, что я сожалела об этом поцелуе.

– Я хотела этого, и мне нравится, когда ты касаешься меня, – фиксируя руку свежими бинтами, сосредоточенная процессом, призналась я.

Кристиано обхватил мою ногу выше колена, поглаживая вверх вниз. Повернув голову, поцеловал в запястье, молча, без слов.

– Прошу прощение, – произнес он, я взглянула на него, не понимая, к чему были извинения. – Заставил тебя переживать, появившись в таком виде.

– Это нормально, если мы живые, нам свойственно испытывать разный спектр эмоций, – пожав плечами, ответила я. – Ты мой муж, я первая, кто будет беспокоиться о тебе.

– Повтори это еще раз.

– Что?

– Как ты меня назвала? – его глаза сверкали в приятном шоке.

Ухмыльнувшись, коснулась его щеки, проводя пальцем по скуле.

– Мой муж.

***

Прошло больше двух недель, все это время Кристиано работал из дома. Рана выглядела лучше, но мы договорились, что покидать дом он будет в экстренном случае. Пока такого не случалось, а с основными делами он мог справляться и дома.

Два важных аспекта нашей совместной жизни: договариваться и обсуждать. Если мы хотели идти в одном направлении, как семья и супруги, которыми являлись лишь по документам, превращая это в реальность. Значит, никаких тайн друг от друга быть не должно. Семья – это общий организм, если один важный орган выйдет из строя, в конечном итоге все погибнет.

Мы старательно узнавали друг друга все больше, подпуская в свое личное пространство. Вместе обсуждали работу, готовили, смотрели телевизор и бесчисленное количество раз целовались. Кристиано в один из дней как-то сказал:

– Витэлия, я схожу по тебе с ума, как пятнадцатилетний мальчишка.

– Наслаждайся этим мгновением, пока я не попросила развода, – устроившись на его коленях, обнимая за шею, ответила я.

– Вот как? – приближаясь к моим губам, оставил еле ощутимый поцелуй. – Ты получишь его, только спустив курок. Услуга, за услугу.

Он знал, что я специально заговорила про развод, с целью потрепать нервы. Кристиано тот, кто ловко схватывал, переигрывая соперника.

Проводя языком по моим губам, углублял поцелуй, требовательно захватывая мой рот.

– Хочешь умереть от моей руки? – отстранившись, я утопала в его черных, как смоль, глазах.

– Скорее не хочу жить, зная, что ты с кем-то еще, кроме меня, – провел пальцами по моим волосам, заправляя за ухо, касаясь линии челюсти.

– Идеальное оказалось неидеальным, – ухмыльнулась я.

– Давай уедем, – неожиданно предложил он.

– Бросишь работу?

– Ненадолго, всего на три дня. Хочу показать тебе одно место.

– Хорошо, давай уедем, – ответила я, не сопротивляясь, было любопытно. – Когда?

– Завтра.

***

На следующий день мы отправились в область Мускока, расположенной в центральной части Канадской провинции Онтарио, что в двух часах езды от столицы – Торонто.

Это было похоже на романтическое путешествие, Кристиано согласился отправиться на моей машине, любезно предоставив мне руль, заранее договорившись, что обратно поведет он.

По дороге мы остановились у кафе и взяли пару сэндвичей с кофе, чтобы перекусить, не желая тратить время на завтрак, проснувшись, сразу же отправились в путь.

Мускока оказалась популярным местом отдыха в южном Онтарио, с уникальной экосистемой и нетронутой природой.

– Любимое место Эрнест Хемингуэя, – сказал Кристиано, указывая на поворот, который пропустил навигатор в машине.

Так же он рассказал, что название «Мускока» происходило от имени главного вождя индейского племени – Желтая Голова, который жил тут около 150 лет назад.

Мускока славилась не только великолепной природой, но и элитными поместьями. Как и канадская элита, многие состоятельные американцы имели здесь личные загородные дома. Место даже часто называли «Канадский Беверли Хиллз».

Свернув на частную закрытую дорогу, мы подъехали к большому двухэтажному коттеджу, выполненному в современном стиле с видом на озеро Джозеф.

Сам дом был построен на горе, так что вход сразу же был на второй этаж. Внутри все оказалось выполнено в светлых тонах. Мраморная столешница, графитовый камин напротив белоснежного дивана и безумно мягкого ковра.

Стеклянные двери вели на террасу, с которой открывался вид на невероятные просторы. Палящее солнце ласкало водную гладь, от чего та сверкала, словно множество драгоценных камней.

Внизу находились безукоризненно благоустроенные тропы, выполненные из природного камня, обеспечивая доступ к лодочному домику с двумя стапелями.

Глубокая гранитная береговая линия с огромным причалом, дополнительными палубами и открытым пространством, в том числе и с гидравлической подводной плавательной платформой.

Несмотря на то, что оба дома снаружи были выполнены в мрачном черном цвете, внутри он был безумно светлым и уютным. Стоя на террасе, я наслаждалась чистым воздухом, который створяла природа, с помощью огромных крон деревьев и кустарников, что окружали место.

Казалось, мы находились в самом сердце Маскоки. Оно было прекрасным, нет, роскошным, являясь идеальным местом для уединения.

Меня переполняли эмоции восхищения, еще никогда по настоящему я не чувствовала себя настолько свободно. Руки лежали на перекладине, а голова отпустила все тревоги и мысли.

Почувствовав, как тело Кристиано прижалось к моей спине, обвивая мою талию своей сильной и крепкой рукой, в объятиях которой я потерялась еще больше, задыхаясь от переполняющих эмоций.

– Какое прекрасное место, – прошептала я, боясь испортить момент.

– Отец построил этот дом для мамы. Когда они были молоды, то часто сбегали от своих детей, устраивая свидания друг другу, – поцеловав меня в висок, поделился Кристиано.

– Твой отец безумный романтик, – откидывая голову назад, касалась его плеча, наслаждаясь солнцем и теплым ветром, что ласкал кожу.

– Mon ame, ты не будешь разочарована. Все, что захочешь, будет твоим.

Отстранилась, разворачиваясь к нему лицом, чтобы взглянуть на него.

Не нужно было проверять, чтобы подтвердить искренние слова. Кристиано был сыном своего отца, а дети зачастую превосходили родителей. Супруг уже прекрасно справлялся не только с ролью главного босса в Канаде, но и достойного мужчины и мужа.

– Никогда не ври мне, – я искала в его взгляде верность слова «мы». – Иначе в другой раз, чтобы добраться до моего сердца, тебе придётся сломать мне ребра.

– Никогда, – задрав мой подбородок верх, нежно целуя в губы, ответил он.

Раздался звонок, извинившись за прерванный момент, Кристиано, отстранившись, ответил на звонок, меняясь в лице.

Войдя внутрь и настроив кондиционер, я осматривала дом изнутри, попутно заглядывая в холодильник, чтобы приготовить обед.

На мой телефон пришло уведомление, скорее всего это была Лиа, девушке не терпелось узнать мое впечатление о месте.

«Восхищаюсь талантом Кристиано, таких креативных убийц еще поискать надо. Бедняга просто выполнял работу, которая могла бы оплатить ему поступление в колледж». 

Следом за сообщением пришло несколько вложений, открывая их, стиснула зубы от увиденного.

Подарочная коробка, перевязанная красной лентой, внутри которой были отрезанные конечности рук, в одну из которых была вложена записка:

«В следующий раз это будет твоя голова. Поверь, я найду подходящий момент». К.Р.

Я позабыла о том, что произошло в магазине. Не вспоминала про парня, которого ранила, но видимо Кристиано ничего не забывал.

Двери с террасы открылись, мы встретились взглядами, Кристиано понял, что-то случилось. Медленно подошел ко мне и взял телефон со столешницы, вникая в суть произошедшего.

– Кто это? Ты знаешь, кто нам угрожает? – посыпались вопросы, на которые я надеялась получить подробные ответы.

– Не совсем, но доставка дошла до адресата, – выключая телефон, положил его обратно на стол. – Тебе нужно сменить номер.

– Мне нужна информация.

– Каморра сотрудничает с другой организацией, которая отдает приказы, оставляя себя в тени. Кто это, мы пока не выяснили, – его тело было расслабленным, но тема, которую нам пришлось затронуть, раздражала даже меня.

– Думаешь, это может быть русская или албанская мафия?

Конечно, он думал об этом, первыми, кто попадал под подозрения, стали союзники Коморры.

– У России отлично идет бизнес в США, нет поводов для войны, – слова Кристиано сняли груз беспокойства.

Мой телефон громко зазвонил, и я вздрогнула, на экране высветилось имя Розабеллы.

– Рози?

– Витэлия, мама…– девушка заливалась слезами, ее речь была еле понятной. – Она запрещает мне… запрещает видеться с тобой. А еще…– она горько заплакала, не в силах произнести вслух. – Она собирается выдать меня замуж вместо того, чтобы отправить в университет.

Нахмурившись, взглянула на Кристиано, находясь в полном замешательстве. Желудок сжался от непринятия информации, которая комом свалилась на голову. Ища подходящие слова поддержки для Розабеллы, на смену замешательства пришла злость. Франческа всю жизнь не отличалась здравомыслием по отношению к своим детям и благосклонностью к чужим.

– Милая, успокойся, – спокойным тоном, ответила я, когда у самой все внутри дрожало. – Какая может быть свадьба, к тому же пока ты не закончишь учебу? Никакой помолвки не будет.

– Они приняли решение буквально на днях, – всхлипывая в трубку, продолжала она. – Когда я рассказала, что подала документы в канадский университет, мама вспылила, пока отец пытался поддержать меня.

– Они?

– Да. Мама и Руфино Босси.

Из меня вылетели не самые красивые слова. Собственное дыхание громко отдавало в ушах, свободная рука сжалась в кулак, облокотившись на столешницу, я прикрыла глаза.

Воображение прокручивало не самые приятные картинки довольной физиономии старого Босси. Его ухмылка, надменный взгляд. Все мысли были направленны на уничтожение врага, абсолютно любым способом, желательно самым кровавым из всех, на что была способна моя извращенная фантазия.

Почувствовав руку Кристиано на своем бедре, открыла глаза.

– Когда вы вылетаете в Филадельфию?

– За два дня до свадьбы. Элена устраивает девичник, ты приедешь? Витэлия, прошу, скажи, что ты приедешь! – Розабелла была в отчаянии.

– Успокойся. Никакой свадьбы не будет, слышишь? Я приеду, и мы вместе уедем в Канаду, – мое желание увидеть мертвого Руфино Босси возрастало. – Поняла?

– Обещай, – прохрипела она в трубку.

– Обещаю.

Погрузившись в эмоциональное торнадо, я упустила, что Кристиано все это время был рядом, молча ожидая моего решения поделиться с ним информацией.

– Мне нужна твоя помощь, – начала я свой рассказ.