36 глава

Покачивая Эйми, сидя в кресле-качалке на улице, мысли были заняты выбором детского сада и тем, как совмещать работу и уход за ребенком. Эйми исполнится два только в следующем мае, до того времени мне стоило работать удаленно.

Я укрыла ее тонким детским одеялом, которое подарила Ясмина. Женщина так сильно вжилась в роль бабушки, что стала скупать все детские вещи в Торонто, остановить это было практически невозможно.

Смех Розабеллы доносился с другой части двора, они с Теодоро наслаждались последними деньками лета у бассейна, прежде чем наступят трудовые учебные будни. Вечером Тео покинет Канаду.

Заметила приближающийся силуэт Джины, которая предпочитала не контактировать с Розабеллой, живя в своем собственном мире. Мы редко пересекались, еще реже общались, но ее характер стал лучше, когда Алдо вернулся.

– Мы можем поговорить? – прошептала она, посмотрев на спящую Эйми.

Кивнув, я положила девочку в коляску, что стояла рядом, на минуту замерла, проверяя, что малышка не проснулась.

– Что-то случилось? – отходя, все еще поглядывая, спросила я.

– У меня не было возможности поблагодарить тебя за прошлый раз. – Джина смотрела перед собой, медленно шагая, заведя руки за спину. – Антонио рассказывал папе, что ты их выручила тогда и…звучало круто.

Она поморщила нос, заправляя за ухо прядь обесцвеченных волос.

– Сообщи мне, если будут проблемы, и мы надерём им задницу, – ухмыльнулась я, касаясь ее плеча. – Как твое плечо?

После падения на соревнованиях, у Джины болело плечо из-за сильного ушиба, но она продолжала навещать Доно в конюшне, чтобы быть рядом. Лошадь нуждалась в специалистах, которые каждый день работали с жеребцом, восстанавливая травмированную психику.

– Это пустяки, Доно досталось больше всего, но он справляется, – ей было неловко разговаривать на личные темы. – А ты, ты справляешься с этим?

Она кивнула в сторону коляски, засовывая руки в карманы джинсов.

– Мне нравится справляться с этим.

Не описать словами чувства, когда просыпаешься и слышишь детский аромат в своей постели, он сладкий, манящий, волосы и руки пахнут ребенком, которого всегда хочется обнимать и целовать, видеть счастливую улыбку.

– Ее судьба привела в лучшее место. Если подумать, девочке повезло, что вы стали родителями, что, если бы ее растила родная мать, по-прежнему не желая? – переминаясь с ноги на ногу, размышляла Джина.

Мне и в голову не приходил такой расклад, возможно, если бы такое произошло, Эйми через некоторое время все равно стала бы моей, но возможно другой путь был бы более травматичным для ребенка.

– Эйми никогда не узнает, что значит быть нежеланной.

– Только не надейтесь, что сможете пользоваться моими услугами в роли сиделки, – предупредила девушка. – Ни этот ребенок, ни другие ваши дети.

– Не переживай об этом, – засмеялась я.

– Я знаю своего брата, поэтому уверена, что скоро тут будет не один ребенок. Надеюсь, к тому времени вы съедете, оставляя для этого дома тишину.

Прежняя Джина вернулась, оставляя легкое покалывание на кончиках пальцев от желания дать подзатыльник за дерзкий язык.

– О, ты поменяешь свое мнение на счет детей, – ответила я, полностью уверенная в своих словах.

– Я буду долго вынашивать эту идею, прежде чем подвергну свое тело таким пыткам, – у нее была красивая фигура. – Хотя Майкл любит возиться со своими младшими, мне приходится подстраиваться.

Признаться, я удивилась, что Майкл был заботливым старшим братом.

– Так вы разобрались?

Джина скривила губы, подумав над ответом.

– Эм, ну…вроде того. Его родители разводятся, и они переезжают с матерью в Йорквилл. Как ни странно, братья поспособствовали мне, устроив его родителям ад, но это только больше сблизило нас.

– Твоему отцу понравился Майкл и то, что он защитил тебя, добавило несколько очков, – сказала я, заметив боковым зрением, что коляска немного пошатнулась, и направилась обратно.

– Отцы всегда знают лучше своего ребенка. У Кристиано нет практики, чтобы быть полностью уверенным в чем-то, вместо этого он просто становится говнюком.

Она достала телефон из переднего кармана, посмотрев на экран. Эйми лежала в коляске с широко раскрытыми глазами, изучая облака, что проплывали по небу.

– Не отталкивай брата, он тот, кто желает для тебя самого лучшего.

– В тебе заговорила мать-наставница, – заворчала Джина, складывая руки на груди. – Самое время направить их сюда.

Посмотрев в коляску, Эйми улыбнулась ей, задергав ногами.

– Джина, я всегда рада с тобой поболтать, – я взяла ребенка на руки, приглаживая волосы на голове.

Девушка ухмыльнулась, ничего не сказав в ответ, ушла в дом.

– Давай наберем твоей бабушке из Италии, – сказала я, обращаясь к Эйми.

Я звонила Патриции пять дней назад, но включался автоответчик. Вчера снова никакой обратной связи, меня начинала беспокоить тишина. Последний раз мы созванивались за неделю до дня рождения Розабеллы. С того самого дня, ничего.

Оператор предложил перезвонить позже, вздохнув, я отключила вызов, мы пошли к бассейну.

Розабелла лежала на шезлонге, подставляя стройное тело канадскому солнцу, Теодоро наслаждался коктейлем, плавая на надувном матрасе.

– Тео, ты решил выжать все из этого отпуска? – улыбнувшись, надела панаму на голову Эйми.

– Стоит мне только ступить ногой в родные земли, отец завалит меня работой.

Я знала, что Теодоро редко удавалось отдохнуть, вообще, не была уверенна, что его отпустят в Канаду, учитывая, каким образом мы расстались. И все же удалось, поэтому я была рада, что кузен смог повеселиться и отдохнуть.

– Что-то случилось, ты какая-то задумчивая? – спросила Рози, снимая солнцезащитные очки.

– Патриция не берет трубку, – ответила я, присаживаясь на шезлонг, отпуская Эйми.

Розабелла на мгновение отвела взгляд, но я уловила в нем нечто странное, прежде чем она улыбнулась мне.

– Ты знаешь, что, чем ближе осень, тем больше работы. Курорты начинают пустеть, куча отчетов, а ты больше не занимаешься бумажной работой, которую она тебе доверяла. – Теодоро был очень находчивый.

Ндрангета в Италии занималась туристическим бизнесом, мы имели отели не только в Калабрии, но и на Сицилии, сотрудничая с Фамильей.

– Возможно, я просто накручиваю. – Эйми очень близко подошла к краю, я подскочила с места, хватая ее за руку.

– Эйми, тут слишком глубоко, тебе нельзя играть без взрослых, – дети мало понимали всю серьезность слов, Эйми подарила мне улыбку, показывая пальчиком на Теодоро, промычав.

– Витэлия, ты все ближе к воде, такими темпами мы скоро будем плавать вместе, – обратила внимание Рози.

Раньше я держалась края бассейна, тело сковывало страхом глубины, которая могла поглотить меня. Сейчас смотрела на воду и не чувствовала охватывающей меня паники.

Только задумавшись над этим, вспомнила, что достаточно давно меня не преследовали кошмары, я стала высыпаться. Было сложно вспомнить последний раз, когда подскакивала с кровати вся в холодном поту. Я возвращалась.

– Было бы отлично. – Теодоро подплыл к нам, протягивая Эйми руки.

– Я покатаю ее, если она согласится.

– Покатаешься с дядей Тео? – спросила малышку, которая буквально чуть не прыгнула в бассейн от радости.

– Сегодня принцесса не стесняется, – она похлопала рукой по воде, громко крича от удовольствия.

Теодоро спрыгнул с матраса, поддерживая Эйми, плавно перемещая по воде.

– Мама. Мама, – она указала Теодоро на меня рукой, заглядывая в его глаза, чтобы он посмотрел в мою сторону.

– Самая красива мамочка, – согласился с ней Теодоро, поиграв бровями, но его взгляд посуровел, стоило увидеть силуэт за моей спиной.

Пока я махала ей рукой, обнимая колени, продолжая сидеть на корточках, Кристиано шел к нам. Розабелла тут же накинула на себя полотенце, поймав строгий взгляд брата.

– Пойду, переоденусь, – надевая шлепки, удаляясь в дом, сказала Розабелла.

– Теодоро не отвлекайся! – грозный голос Кристиано послышался надо мной.

Его черные оксфорды из весенне-летней коллекции Китон поравнялись со мной, и до моего носа дошел приятный мужской аромат парфюма. Кристиано подал руку, поднимая меня, привлекая за талию.

– Не указывай мне! – огрызнулся кузен, повысив голос, и Эйми вздрогнула.

Я подняла руку, прижимая ладонь в области сердца, чтобы успокоить пылкий характер мужа.

– Ты на моей территории и в моем доме, следи за тоном, ты пугаешь мою дочь, – его вторая рука была в кармане брюк.

– Это дом Алдо, а Эйми моя племянница. Вопросы? – Тео вздернул бровь, когда он злился, его мышцы достигали невероятных размеров, оголяя вены на теле от напряжения.

Эйми начала капризничать, пытаясь освободиться от хватки Теодоро.

– Тео, пожалуйста, я заберу ее, – пока эти двое уничтожали друг друга взглядами, я наклонилась, протягивая руки.

Кристиано дернулся, схватив меня за талию, чтобы я не упала, одновременно с Теодоро, который перехватил мою руку, передавая Эйми.

– Ма-ма-ма-ма. – Эйми схватила меня за волосы, напевая свою выдуманную песню.

Теодоро вылез из воды, возникнув перед Кристиано, который даже не двинулся с места, и вся вода, что стекала с великолепного накаченного тела кузена, капала на дорогие итальянские туфли.

– Не испытывай мое терпение, Ринальди, – последнее слово выплюнул Кристиано прямо в лицо.

– А есть, что испытывать? – развернувшись, оставляя Теодоро еще больше гореть от злости.

– Пойдем, выпьем кофе, – касаясь руки кузена, предложила я.

– Он ни капли не похож на своего отца, Алдо мудрый человек, а этот…– он осекся, понимая, что мог задеть меня высказываниями.

– Пойдем, – подталкивая меня в сторону дома, пытался обуздать внутренний гнев.

Оставляя Теодоро наедине с собой, чтобы перевести дух, мы зашли в дом. Ясмина и Алдо уехали по делам ранним утром, Лиа оставалась у себя в квартире, возвращаясь в дом ближе к вечеру по просьбе Алдо.

– Миссис Ринальди, мы приготовили овощное пюре, – возникла экономка передо мной.

В зале послышались громкие разговоры, которые не несли дружелюбный подтекст, мне едва удавалось уловить смысл слов.

– Прошу, возьмите Эйми, я сейчас подойду, – касаясь сладкого личика малышка, передала ее женщине.

– Джина, ты не так все поняла и пытаешься поссорить нас, – голос Розабеллы казался виноватым, когда я зашла в зал.

Антонио и Розабелла сидели на диване друг напротив друга, Джина стояла возле лестницы, сложив руки на груди.

– Конечно, ты бы постеснялся из уважения к Лиа, – проворчала Джина, обращаясь к брату.

– Что случилось? – послышался голос Лиа, которая изменилась в лице, спускаясь сверху, опережая меня.

Кристиано коснулся моей спины, посмотрев на троицу, ничего не понимая.

– Этот дом должно быть искупляет все грехи, потому что нет ни минуты, когда бы он не испытывал меня на прочность, – пробормотал муж на ухо, плотно прижимаясь ко мне.

– Я так сильно тебе не нравлюсь? – спросила Розабелла, я знала, как она ненавидела ссоры.

– Ты права, ты мне не нравишься. Сначала я думала, что дело в симпатии, но нет, ты оправдала мою неприязнь, когда стала подкатывать к чужим парням.

– Джина, хватит нести чушь, – ответил Антонио, который выглядел измотанным.

– Антонио, в чем проблема? – Лиа обратилась к мужчине, требуя четкого ответа.

– Джина считает, что мы с Розабеллой флиртуем у всех за спинами. – Антонио потер глаза, уже готовый поверить в сказанное, лишь бы от него отстали.

– Но это не так? – продолжила Лиа, видимо у нее были сомнения на этот счет.

– Блять, детка, конечно, это не так! – огрызнулся он в ответ, разозлившись из-за недоверия Лиа.

– Это не так, ведь ничего ужасного не случилось, – разведя руками в воздухе, ухмыльнувшись. – Ты просто катаешь ее на своей крутой тачке вместо члена, но это пока, потому что, зная тебя, братик, ты принимаешь блуд за фитнес, делая из Лиа дуру, пока она тешит себя надеждами, что ты превратишься в Кристиано.

– Готовь свою задиристую задницу, мерзавка! – вскочив с места, закричал на нее Антонио. – Какого хрена ты лезешь не в свои дела?

– Значит, дела все-таки есть, – она победно улыбнулась.

Теодоро вошел в зал, вопросительно на меня взглянув.

– Это какой-то бред. – Антонио провел рукой по подбородку, запрокидывая голову, изучая потолок, видимо искал адекватность.

Я чувствовала, как Кристиано улыбался позади меня, ему нравилось, что фокус внимания Джины перешел к младшему, получая порцию щедрого осуждения от сестры.

– Ладно, возможно я преувеличиваю, – пожав плечами, вдруг сказала Джина, поднимаясь по лестнице вверх.

– Джина, ты не можешь просто так обвинять людей, если тебе захотелось, – сказала Лиа ей в след, покачав головой, касаясь плеча Рози.

– Тео, – девушка остановилась, посмотрев на моего кузена. – Как тебе то, что твоя сестра целовалась с моим братом? Блин, кажется, я выдала секрет.

Наши взгляды с Теодоро устремились на Антонио и Розабеллу, повисло молчание.

– Ты целовал мою сестру? – я дернулась, услышав грубый голос Тео.

– Тео, все произошло случайно, – подскочила Розабелла с дивана. – Я поблагодарила Антонио и хотела…

Тео поднял руку в воздух, заставляя Розабеллу закрыть рот.

– Да или нет? – сжимая кулаки до хруста пальцев. – Подумай, прежде чем ответить, твой ответ должен мне понравиться.

Я сглотнула, хватая Кристиано за руку сильно сжимая, чтобы он исправил ситуацию.

– Я не буду угождать тебе, мальчик, – ответил ему Антонио, оскалившись.

Доля секунды, и Теодоро сбил Антонио, прижимая к полу, нанося удары. Розабелла завизжала, запрыгивая на диван. Кристиано не успел перехватить Теодоро, чтобы предотвратить драку, может, он хотел, чтобы кто-то надрал Антонио задницу по справедливости.

Антонио отвечал на атаки Тео, блокируя удары, нанося ответные по лицу и телу, сбивая все на своем пути.

Джина скрылась на втором этаже, а Лиа, прислонившись к стене, приложила руку к груди, устремив взгляд на борющихся мужчин.

Кристиано, преодолев расстояние, оттащил Теодоро от брата, поднимая на ноги, хватая за горло, прижимая к стене.

На кофейном столике стояла ваза с желтыми ирисами, Ясмина любила украшать пространство живыми цветами. Вытащив растение, я подошла к кузену и выплеснула на него воду из сосуда. Теодоро мгновенно замер, закрывая глаза.

– Прекратите! – выругалась я, посмотрев на Антонио, который вытирал кровь, что шла из носа. – Розабелла, это правда?

Я повысила на Рози голос первый раз в своей жизни, мне сразу захотелось дать себе пощёчину, но гнев усиливался. Я понимала реакцию Теодоро. Кристиано отступил, его рубашка частично намокла, он посмотрел на брата, смиренно ожидая правды.

– Она просто хотела поблагодарить меня, но я повернулся в неподходящий момент, – ответил вместо нее, Антонио, защищая.

Розабелла смотрела на меня своими большими зелеными глазами, подбирая подходящие слова, но понимала, что ситуация была настолько глупая, что любое сказанное в оправдание не поможет.

– Лиа, прости меня, – сказала она, повернувшись к блондинке, что молча стояла в углу, глотая слезы от обиды.

– Что он такого, блять, сделал, что ты захотела его поцеловать? – зарычал Теодоро, и Кристиано снова толкнул его в стену, заставляя снизить тон.

– Мы пили алкоголь, Антонио очень вежливый, а мне не пять лет, чтобы вы меня опекали, – она обняла себя руками, пытаясь защищаться от пристального внимания. – Он просто меня поддержал в ночь после дня рождения, чтобы я не переживала о свадьбе, которую спланировали за меня.

– Розабелла, стоит быть осторожной, потому что твои необдуманные поступки ранили Лиа, – я взглянула на Лиа, подбирая слова.

– Давайте просто сделаем вид, что ничего не было, – попросила Лиа, наконец, обдумав все услышанное. – Потому что дальше только все усугубляется. Это была случайность, не более.

– Твой озабоченный брат подкатывает к моей сестре, – сбросив руку Кристиано, зарычал Теодоро. – Реши эту проблему, пока я не закончил начатое.

Теодоро вышел, громко хлопнув входной дверью.

– Я все еще маленькая в ваших глазах? – сказала Розабелла, поджимая губы. – Не имеет значение, был бы это Антонио или кто-то другой, вы бы не приняли мой выбор.

– Конечно, мы примем твой выбор, но…– начала я, взволнованная ее реакцией.

– Моя мать решает за меня, теперь вы с Теодоро продолжаете контролировать, – слеза скатилась по шеке, и она быстро ее вытерла.

– Рози, – я направилась в ее сторону. – Есть люди и вещи, которые лучше обходить стороной, потому что они могут ранить твое сердце.

– Откуда тебе это знать, ты сама вечно спотыкаешься о свои ошибки, – она шагнула назад, не подпуская к себе ближе.

– Тот, кто идет первый всегда спотыкается о проблемы, но поддерживает тех, кто идет следом.

– Ты выдумала это в своей голове, Витэлия, и придерживаешься глупого плана, – на секунду я увидела в ней Элену. – Откуда тебе знать, что лучше для меня или кого-то другого? Ты мне не мать, тебе вообще ничего неизвестно об этом, у тебя не было живого примера.

Он закрыла рот рукой, поздно осознав, что наговорила лишнего. Мои глаза расширились от сказанной фразы, и я отступила.

– Витэлия, господи, прости меня, я не хотела, – посыпались оправдания со стороны Розабеллы, но я лишь молча подняла руку.

– Давай на этом закончим. Мне нужно вернуться к Эйми.

Развернувшись, поспешила на кухню, возвращаясь к радостному лицу ребенка. Всегда счастливое и беззаботное лицо Эйми успокаивало. Она сидела в стульчике, перемазанная овощным пюре.

– Тебе вкусно моя звездочка? – вытирая ее маленький рот, забрала ложку у помощницы по дому.

Это действительно магия, увидев ребенка, мое потерянное состояние мгновенно отошло на второй план, было невероятно легко. Кристиано зашел следом, усаживаясь рядом на стул.

– Сделайте нам два кофе, – попросил он женщину, чтобы та оставила нас наедине.

– Нужно будет отвезти ее к врачу на плановый осмотр, – сказала я, почувствовав его руку на своей ноге.

– Договорюсь на завтра, подойдет? – спросил он, и я кивнула. – Может быть, однажды она и меня назовет папой.

– Ты сомневаешься? – посмотрев на него удивленным взглядом, я встала с места. – Как бы это не стало моей проблемой в будущем, отцы затмевают матерей со временем, в особенности у девочек.

Эйми бросила игрушку на пол, громко вскрикнув, указывая на нее. Кристиано вытащил ее из стульчика.

– Эйми, мама сказала правду? – посмотрев на девочку, спросил он, и малышка тут же застеснялась, схватившись за мою ногу, отворачиваясь. – Ах, эти голубые глаза.

Он пощекотал маленькое тело, и Эйми громко засмеялась, жмурясь от щекотки, но продолжая держать мою ногу.

– Милая, покажи папе свои новые игрушки, – поглаживая ее по головке, подкинула идею для их сближения. – Смелее, ему понравится.

Девочка задрала голову, услышав мой голос, и снова взглянула на Кристиано, что сидел перед ней на корточках. Она осторожно отпустила меня, взяв его за большой палец руки, потянула к игрушкам, что лежали в небольшой коробке в углу.

– Там, – сказала девочка, указывая на нее.

Слишком милое зрелище, которое не оставит ни одно женское сердце равнодушным. Когда отец играет со своим ребенком, внутри что-то приторно сладкое раскрывается, начинает цвести. Новый виток в семье, будущее, но пока маленькое и хрупкое.

Когда в семье появляется ребёнок – это благословение небес, и не важно, как он пришел в вашу жизнь. Я была убеждена, что не бывает чужих детей, если душа маленького человека выбирает тебя, значит вы самые родные друг другу.

Кристиано продолжал внимательно слушать Эйми и разговаривать с ней, объясняя цвета и фигуры, а ребенок, широко открыв рот, слушал, завороженный новыми словами, привыкая к голосу и жестам.

Мое сердце было неспокойно, когда я вспомнила про Розабеллу и Теодоро, а еще Лиа, которая скрывала раненное сердце.

– Мне нужно поговорить с Розабеллой, – предупредила я Кристиано, направляясь на второй этаж.

В ее комнате было тихо, прежде чем войти, я постучалась.

– Рози? – просовывая голову в щель, девушка сидела на кровати, смотря в одну точку.

– Витэлия. – она повернулась, вскакивая. – Прошу, я не хотела тебя обидеть, мне так жаль.

Не успев пройти в комнату, она заключила меня в свои объятия.

– Розабелла, я не обижаюсь на тебя, – ответила я похлопав ее по спине, чтобы успокоилась.

Я никогда не примеряла на себя образ жертвы, у меня всегда было больше, чем достаточно. Меня воспитали и дали образование, я была счастливым человеком, имея большую семью, двоюродных сестер и брата. Любовь всех сложно заполучить, практически невозможно, обязательно кого-то не устроит характер или присутствие еще одного человека. Но это были не мои проблемы, несчастнее я от этого не стала.

Розабелле было тяжело, Франческа продолжала удаленно ее изводить забытым долгом о помолвке. Ситуация была ужасно нелепой, никто не принял случившееся всерьез, потому что имел собственные убеждения и голову на плечах. Мы были взрослыми, чтобы раздувать из подобного катастрофу.

Возможно, Джина приревновала брата, будучи положительно настроенной к Лиа, что до сегодняшнего дня находилась дольше всех с семьей Ринальди, даже не смотря на статус девушки Антонио. Она являлась первой женщиной, что переступила этот порог.

– Ты будешь самой лучшей мамой, нет, ты уже ей являешься, – отстранилась она от меня, вытирая слезы, глаза по-прежнему оставались невероятными. – Боже, мне так стыдно перед Лиа и тобой.

Она помахала на себя, охлаждая пылающие щеки, подбирая под себя ноги, усаживаясь на постель.

– Мне интересно только одно, – присев рядом, я все же должна была задать этот вопрос, чтобы двигаться дальше. – Тебе нравится Антонио, как мужчина?

– Он симпатичный парень, достаточно обаятельный, но нет, – ответила она, посмотрев в мои глаза.

И я поверила. Розабелла имела специфический вкус на парней, Антонио не подходил под ее типаж. К тому же, занятые парни, первое правило девчачьего кодекса нашей семьи. Годами ранее мы уже поднимали эту тему с Рози, осуждая парней за их быстро изменчивую погоду в голове.

– Где Лиа? – поинтересовалась я.

– Мы немного поговорили об этом, но мне не стало легче. Это выглядит, как измена в дружбе и отношениях одновременно, – она смотрела на покрывало, водя пальцем, рисуя невидимые круги. – Мы едва коснулись губами друг друга, но кажется, что все восприняли это так, будто Антонио и я обменялись бактериями.

– Об этом беспокоишься только ты. Если это будет храниться тут, – указав пальцем на ее голову, – то вина никогда не покинет сердце, а люди все больше будут верить в твою версию.

– Лиа сказала, что это глупости. За столько лет в их отношениях были разные вещи, но она доверят нам обоим.

– Тебе стоит утешить Тео, возможно, он еще очень долго не захочет появляться в Канаде. – Теодоро просто отрицал факт, что его сестер может кто-то трогать.

Позже я не оставила Лиа без поддержки, пытаясь уравновесить и восстановить температуру в доме. Меня не устраивало, что все делали вид, что ничего не было, но осадок лежал на дне, наполняя голову дурными мыслями.

Теодоро остался непреклонен, Ясмина заметила изменение настроения между мужчинами в доме, когда Тео благодарил их с Алдо за гостеприимство.

– Ты знаешь, куда позвонить, если потребуется кого-нибудь убить, – обнимая Розабеллу, проворчал он.

– Я расправлюсь с ним первая, пока ты будешь в пути, – ответила я, целуя брата в щеку.

– Пока принцесса, приезжай к дяде в гости, – обращаясь к Эйми, что сидела на моих руках.

– Сообщи мне, как будешь дома. Патриция все еще вне зоны доступа, – добавила я, посмотрев на небольшую сумку в руках Алдо. – Вы уезжаете?

– Небольшая командировка в Калабрию, – ответил Алдо, целуя жену.

– Ты знал? – посмотрела на Теодоро, который отвел взгляд, что бы он ни сказал, все было бы враньем.

Повисла тишина, Алдо похлопал Теодоро по плечу, направляясь к выходу, отыгрывая свою роль безупречно, но у Розабеллы и Теодоро последняя сцена вышла максимально неубедительно.

– Прости, я не могу больше. По отношению к Витэлии мы поступаем неправильно, – взглянув на брата, высказалась Рози.

Кристиано открыл входную дверь, заходя внутрь прямо перед лицом отца. Эйми задергала ногами, просясь, чтобы я ее отпустила на пол.

– Теодоро, я жду правды, – опуская ребенка, не сводила взгляда с кузена.

Он нервно вздохнул, проводя рукой по волосам, еле слышно выругавшись на итальянском.

– У нее снова случился приступ, Витэлия. Она в коме, вот, твоя правда.