9

Семь лет спустя

226 год

Имя Клары Дегенерис знала каждая собака в Эпирах.

Её приглашали на светские приёмы. Её заступничества искали сиротские дома, воры в законе и законченные подонки. Она не отказывала ни первым, ни вторым, ни третьим. У неё было своеобразное чувство юмора, мнение о справедливости и морали.

Жители Эпир любили Клару. Те, кто ничего не понимал в политике, — за вкус в одежде: «Душенька, вы сегодня так прелестны».

Журналисты — за наработанный годами ореол недоступности, который так хотелось рассекретить и разложить по полочкам в очередной статье.

Государственные деятели кланялись ей в ноги за средства, которыми она делилась. Не всегда, не со всеми, но делилась.

Но «правильные» люди любили её за другое.

У Клары Дегенерис совершенно отсутствовали барьеры. Любые. Она была идеальной убийцей, умножавшей империю своего мужа в геометрической прогрессии. За последние пять лет эта женщина обанкротила, а затем на аукционах за бесценок скупила остатки государственных рудников, чтобы потом модернизировать их и с новой силой выкачивать средства. Появилось много сфер, в которых Тритоны стали монополистами, им принадлежало девятнадцать процентов нефтяных вышек по всей стране, и этот процент невообразимым образом рос, заставляя даже президента задумываться о том, что у него под носом свил гнездо враг посильнее внешних противников.

Также Клара массово скупала патенты на новые изобретения.

Когда именно она вышла из тени своего мужа — не помнил никто. Наверное, впервые о ней заговорили после того, как эта женщина взорвала склады Байкала.

Тот был врагом Ричарда, но долгое время держал себя в узде. До тех пор, пока не узнал, что к нему на переговоры с целью улаживания вопроса материальных взысканий с подконтрольных ему торговых точек придёт не сам Дегенерис, а его жена, о которой волей-неволей, а кое-что он таки слышал.

Девка никогда не ездила в каретах, предпочитая новомодные машины, носила шляпы с вуалью и снимала их лишь в крайнем случае. Она вела всю переписку Дегенериса, заправляла его борделями и контролировала игровые клубы, а с недавних пор положила глаз и на торговые обороты живым товаром. И эта потаскуха посмела заявиться к нему!

Байкал встретил женщину холодно, в первые несколько минут разговора несколько раз обозвав шлюхой. Они находились в комнате переговоров, её люди — позади, выстроились в ряд, защищая хозяйку. Его люди, соответственно, делали то же самое по отношению к своему хозяину.

Мужчина сидел с одной стороны, женщина — с другой. В комнате, кроме стола, рассчитанного человек на сорок, и стульев больше не было никакой мебели.

Его раздражало то, что эта нахалка не напугана и смотрит ему прямо в глаза, не таясь.

— С каких пор я должен решать важные вопросы с подстилками?! — угрожающе рыкнул Байкал.

Женщина скривилась — вульгарные словесные конструкции ещё со студенческих лет резали ей слух, хоть теперь она и сама порой злоупотребляла…

— Ты прячешь товар на Приморских складах и не платишь за него проценты, — спокойно констатировала женщина.

Байкал в раздражении уставился на говорившую.

— Доказательства?

— Мы не в том обществе, чтобы искать доказательства, — ответила Клара размеренным, чётко поставленным голосом. — Мы знаем. Я знаю. Этого достаточно, чтобы принять меры. Ты держишь людей на складе, без воды и еды, пытаясь укрыть их от нас. Развёл дизентерию, портишь товар, многие больны. Согласно нашим сводкам, там уже трупы валяются. Твои покупатели приходят к нам и жалуются. Мне это не нравится. С каких пор я должна решать чужие проблемы?

Покупатели приходить не могли, сразу понял Байкал, а значит, узнали Дегенерисы из других источников. Но намёк был прозрачен: нам раскрыть твои планы — раз плюнуть.

Женщина наклонилась вперёд, давая понять, что ей ничего не стоит нарушить границы личного пространства собеседника.

— К вечеру проблема должна быть решена, или я приму меры.

Байкал рассмеялся.

— Какие, к чертям, меры? Затрахаешь меня до смерти?

Клара равнодушно усмехнулась.

А вечером склады были взорваны. Вместе с ними — товар на сотни тысяч кант.

Сбежались люди, начали тушить пожар. Но шоу было рассчитано не на случайных прохожих, а на конкретных личностей, имевших смелость (и глупость) сомневаться в методах Дегенерисов.

Многие тогда видели, что неподалёку от места пожара стоит большая чёрная машина. Зрители прекрасно знали, кто находится внутри, ведь Клара Дегенерис никогда не ездила в каретах.

Жители Эпир не могли не заметить ещё одну закономерность: мрачное авто Тритонихи зачастую появлялось в местах, где случались неприятности (мёртвый мужчина, привязанный к столбу, взрыв или «неизбежная» авария).

Она не принимала полумер. Там, где можно было обойтись компромиссом, — рубила с плеча. Именно этим на первых порах и зарабатывала свой авторитет.

Байкал был убит через полгода, хоть и пошёл на уступки после случая на Приморских складах. На его место пришёл ставленник Дегенерисов — человек, тщательно отобранный Ричардом и Кларой.

Да и само имя этой странной семейки стало универсальным. Теперь, говоря «Дегенерис считает» или «Дегенерис полагает», имелся в виду не Ричард, а Клара и Ричард.

Она не гнушалась пыток. Взаимосвязь была найдена очень быстро: неугодных ей находили в центральных точках города со следами насилия, а иногда и с не успевшим сойти выражением ужаса на лице. А может, людям просто хотелось видеть ужас? Ведь он точно был, когда бедолаге отрезали пальцы.

Она ездила только на машинах. Давно. А начала ещё в период, когда те только стали появляется на улицах города. Одной из первых заказала тестовую модель, находившуюся на стадии разработки, и больше уже никогда не садилась в карету. Те бедолаги, которые по незнанию предлагали ей прокатиться в карете, почти наверняка теряли шанс добиться успеха в столице. И поделом им, ибо нужно знать привычки тех, кто управляет страной.

Спустя несколько лет машин и карет в Эпирах стало приблизительно поровну, причём с каждым днём количество первых увеличивалось.

Говоря о машинах, у Тритонов к тому времени уже было три завода, где выпускали грузовики и трактора для сельскохозяйственной промышленности. Государство начало закупать у группировки технику, ведь продукция Тритонов была значительно дешевле, чем товар с Пангеи, которая, помня о былой войне, делала двойную накрутку.

Но дело было не только в автомобильной промышленности, Дегенерисы активно поддерживали электрификацию улиц и все новомодные исследования.

Благодаря их благотворительной деятельности, за последние пять лет столица изменилась до неузнаваемости: в Эпиры пришло электричество, канализационные стоки были модернизированы. Теперь вода из кранов текла намного чище и перед забором с реки очищалась по методу Круппе — того самого учёного, который выиграл грант имени Ричарда Дегенериса. Хотя… как бы грант ни назывался, исследователь Патрик Круппе давно усвоил, кому стоит кланяться в ноги за свой успех.

Но Клара Дегенерис в поклонах не нуждалась, ей просто хотелось, чтобы Эпиры были достаточно комфортными для её проживания, и если для этого придётся установить очистительные сооружения по всему городу — так тому и быть!

Слова своего она не держала. Могла обещать защиту — а на следующий день человек исчезал. Нелогично и неправильно вела эта женщина свой бизнес. Но как-то вела, и даже преуспевала.

Приструнить её — это знали все — мог только её муж, Ричард Дегенерис. Но если он и делал это, то наедине, на публике она создавала видимость женщины, которую удержит в узде разве что дьявол.

И звали этого дьявола Таир Ревокарт!

За последние семь лет влияние Таира Ревокарта возросло. Он «подмял» под себя профекторат, главное законодательное и исполнительное управление и, поговаривали, заправлял даже шпионскими сетями.

ГУКМ — Главное Управление Конгрес-Магер: вот официальное название здания, куда время от времени попадали все сыщики, тайные агенты и полицейские, чтобы отчитаться перед руководством. Существовала даже такая шутка: если ты ни разу не бывал в ГУКМе, значит, ничего из себя не представляешь.

На самом последнем этаже ГУКМа находился кабинет Таира Ревокарта — то место, куда он приходил каждый день и откуда отдавал приказы, которые мгновенно разлетались по городу и всей стране. Не было и дня, чтобы хоть один из них не касался Клары Дегенерис, будь то «Проверьте биографию её третьего заместителя» или же «Проведите обыск в их ресторане».

В стенах Главного Управления даже начала ходить шутка: Ревокарт уйдёт с поста, только когда либо убьёт Клару Дегенерис, либо женится на ней. Но шутили негромко, прикрывая двери и рты: боже упаси, если начальник услышит, — тогда всем несдобровать.

Если бы услышал, наверное, лично бы удушил за подобные остроты. Правда, непонятно, за какую её часть: касательно женитьбы на главной злодейке города или её убийства.