Глава 16. Рахмат

Она растерялась.

Остановилась, обернулась порывисто. В темных карих глазах вспыхнуло недоверие.

– Рахмат, это…

– Парикмахер, – кивнул я. – Привезли для тебя, пока я машиной занимался. Пойдешь?

– Ты же сказал, что тебе все равно на мои волосы? – вредина не упустила возможности подколоть. – Зачем тогда это?

– Мне – да. Но я вижу, что ты отворачиваешься от зеркал, и мне это не нравится.

Мина опустила взгляд в пол.

Свесила обтрепанные волосы, закрывающие ей сейчас лоб и глаза.

Эх, малыш. Вот об этом я и говорю. Вот так прятаться от себя и окружающих нельзя. Жизнь будет дерьмо. Я так жил, больше не хочу и тебе тоже не позволю. Ты у меня будешь сверкать как бриллиант.

Но только для меня, да.

– Так что, пойдешь? – парикмахер, пожилой мужчина с ножницами в руках стоял в глубине соседнего номера и спокойно ждал ее решения.

После того, сколько я ему заплатил за такой далекий и экстренный выезд, ему только так и положено было стоять. А вот Мине знать о сумме точно не стоило. Скромная девочка, откажется еще.

А мне хотелось ее порадовать.

Натерпелась она уже от меня. И еще натерпится, Аллах знает сколько. Путь у нас неблизкий. Да и вообще, жизнь со мной не сахар.

– Пойду, – решилась Мина. – А ты…

– Я буду здесь, – я вошел вслед за ней.

Этого я не планировал.

Но согласился на автомате. Столько надежды в ее глазах было. Столько растерянности. Девочка засиделась под замком, я понимал это. Но иначе было нельзя, слишком опасно для нее было быть рядом со мной.

Вот такой вот я ублюдский эгоист.

Понимаю это прекрасно, но сделать ничего не могу. Точнее, не хочу. Не хочу ее отпускать. Поздно уже, надо было раньше. После разговора с Димитром она уже под прицелом.

И в прямом, и в переносном смысле.

А у нее в башке вечный фейерверк, по ходу. После ее забега голышом по балкону отеля ее хоть наручниками к себе пристегивай. И то ведь не факт, что это спасет.

Дядька-парикмахер оказался толковым. Мина встала с кресла через полчаса практически в полуобморочном от удовольствия состоянии. И я, глядя на нее, тоже улыбнулся.

Рвано обрезанные бритвой лохмы превратились в аккуратные пряди.

И она стала еще привлекательнее. Еще игривее. Еще соблазнительнее для меня, женственнее.

– Нравится?

– Да! – она бы запрыгала, но стеснялась постороннего мужчину, который только улыбался в усы.

– Отлично, – я вытолкнул себя из кресла и протянул руку парикмахеру. – Спасибо.

– Всегда рад помочь! Обращайтесь. У вас очень красивая супруга, Рахмат Давидович.

Я хмыкнул от того, как быстро Мина стала пунцовой.

Стесняха.

Не краснеть надо, а привыкать. Супруга не супруга, но моя в любом случае.

– Идем, малыш, нам пора, – я протянул ей руку, и она впервые вложила в нее ладошку сама, без понукания.

Почти запрыгала за мной следом от радости. Шла и трогала свои волосы, мотая головой. Вот, бля…

Реально, тебе так мало для счастья надо?

Буду знать.

– А можно я впереди поеду? – она сжала мои руку, когда мы подошли к машине.

Я молча открыл переднюю дверь.

А вот пальчики ее выпускать не хотелось. Нежные, тоненькие, держал бы и держал. Но пришлось отпустить и подсадить Мину на сиденье.

Теперь за тачку я был спокоен.

Из нее вытащили всю навигацию. Отключили любые датчики, через которые можно было ее отследить. Отсюда мы станем невидимками для Бахтияра. Он вел нас, я в этом был уверен. Но теперь я и путь изменю еще раз. Проедем немножко по другим дорогам. Даже если будут где-то ждать – везде посты не смогут поставить. Я сам столько раз догонял, что уходить тоже умею.

Мина помалкивала, но на месте ей не сиделось.

То складывала ручки на коленях, то убирала. То на один бок повернется, то на другой. Девочка-юла. Я молча отогнул ей козырек с зеркалом пониже.

– Ой! Спасибо!

Вот теперь в ее глазищах было восхищение!

Я вдохнул поглубже и через нос. Охренеть. Это, оказывается, приятно. Мина крутилась перед небольшим зеркальцем, а я уперся локтем в автомобильное окно и прижал пальцы к губам. Пытался сдержать улыбку, но она все равно вылезала.

Дерзит, язвит, а сама девчонка еще.

– Рахмат, а нам долго ехать?

– Долго.

– А сколько долго?

– Всего две тысячи километров. И еще чуть-чуть.

– А сколько мы уже проехали?

– Около ста.

– Ааа, – Мина зависла, раздумывая, что бы еще спросить. – А где мы будем спать? Уже поздно.

– Найдем гостиницу, – у меня свело скулы от такого количества вопросов.

– А давай в машине?! – она снова заерзала. – Это же почти как в походе! Природа!

– Тебе нравятся комары и писать в кустики?

– Ой, – спохватилась она. – Об этом я не подумала. Комары меня сильно кусают, да.

– Странно. Я думал кровопийцы своих не кусают, – я хмыкнул в ответ.

– Сам ты кровопийца!

Мина надула губы и отвернулась к окну.

Сложила руки на груди, изображая обиду. Но хватило ее примерно минут на десять. Живчик в заднице все равно взял верх.

– Рахмат, а что ты будешь делать, если я сбегу?

– Найду, – я пожал плечами.

– Как? – она смотрела на меня, не отрываясь. Следила взглядом, ловя малейшие эмоции.

– Быстро.

– Урр, – тихо зарычала она. – Ты всегда так односложно отвечаешь?

– Да.

Мина закатила глаза.

Откинулась на спинку сиденья и закусила ноготь. А потом опять приподнялась:

– А если меня украдут?

– Ты по объявлению какого-то смертника нашла? – я скосил на нее глаза на мгновение.

– Ну-у… Вдруг кто-нибудь из твоих недотоварищей решит так сделать. Тот старик, например.

– Найду. Убью. Верну.

– И все это быстро, да?

– Да.

– Ясно, – она опять уселась нормально.

Интересненькие у тебя вопросики, девочка моя. Почву щупаешь или боишься просто?

Зря ведь. И то, и другое зря.

– Не бойся, Мина. И не пытайся убежать от меня. Я люблю поиграть, это заводит. Но я всегда выигрываю.

– Опять пугаешь? – пробубнила она. – Можешь не стараться. У меня рядом с тобой подписка на внутренний ужас активировалась сразу, как я тебя увидела.

– Не пугаю. Предупреждаю. Если ты попытаешься снова провернуть какой-то финт, одна или с кем-то – тебе станет хуже, а этот кто-то исчезнет.

Мина поджала губы:

– У тебя жестокие способы объяснять людям границы.

– Зато эффективные, – я пожал плечами.

Она отвернулась.

Обхватила себя руками за плечи, нахохлилась. Всю веселость словно рукой сдуло. Жестоко? Да. Но она точно уловила про границы. И все точки над «ёб твою мать» я привык расставлять сразу.

Это облегчало жизнь.

Мне.

– И да, – я начал притормаживать перед нужным съездом с трассы. – Твое желание исполнится. Ночевать нам придется в поле. Вдвоем, в машине. Ты готова или вначале концерт будет?