3. Перемещение

Я жмурюсь, свыкаясь с ярким светом, бьющим в глаза, и приподнимаюсь на локтях. Кит так и остался спать прямо на мне. Лишь сполз пониже, отчего кучерявая голова оказалась на моем животе. Мерное теплое дыхание щекотало мне кожу, мужские руки обнимали бедра. Я аккуратно снова легла, стараясь не потревожить его. Положила руку на русую макушку, ощущая приятную мягкость волос.

Мысли лихорадочно заметались в голове. Может, ну его, эту Землю, просто побыть с Котом тут неделю? А потом… Меня невольно передернуло. В расправе над Рудом я участвовать не хотела, как бы не относилась к нему сейчас. Это слишком жестоко, страшно. Как жить потом с этим. Киту-то привычно с его войнами, походами. Взгляд невольно скользнул по широкой мужской спине, задержался на длинном косом шраме от плеча до самой середины позвоночника. Наверно рана была страшная, когда была свежая. В глаза бросился еще один шрам. Белый кружок чуть сбоку под ребрами. Колотая, или стрела может быть. Или пуля. Кто его знает. Он не про все рассказывал. Про эту нет.

Нет, я не хочу быть причастной.

Да и Кит… Все как было зыбким и непонятным, так и осталось. А это просто ночь. Просто секс. И ничего не значит, как бы ни было хорошо. Кот ведь не пришел раньше за мной, только, когда понадобилось отомстить. С утром вместе вернулись опять все сомнения, которые вчера вечером отступили. А может и правда хотел прийти? Он так смотрит на меня. Я не могу не замечать. Или выдаю желаемое за действительное? Черт, я запуталась совсем. Так страшно ошибиться.

Кит неожиданно поднял голову, уставившись на меня синими глазами. И я поняла, что, раздумывая, слишком сильно схватила его за волосы. Посмотрела смущенно, разжимая пальцы. Он ответил мне кривой улыбкой, растянувшей губы.

— Привет, веснушка, — подтянулся повыше, быстро целуя в губы. Раз, другой, потом вдруг глубже, проникая языком в рот. Внизу живота моментально стало жарко, и я только сейчас поняла, что промежность до сих пор вся влажная после прошлой ночи. Почувствовала, как он поудобней устраивается у меня между ног. Мысли в голове тут же охватила паника. Если сейчас опять, то мне точно не хватит сил ускользнуть от него. Я совсем не была уверена, что этого хочу. Но желала хотя бы поговорить, не знаю, о чем именно. Просто выяснить хоть что-то между нами.

— Ты говорил, нам нужно рано вставать сегодня, — уперлась ладонью ему в грудь, отодвигая от себя.

В синих глазах мелькнуло раздражение.

— Если ты хочешь переместиться в храм, — он поджал губы, пристально вглядываясь в мое лицо, — А ты хочешь, Лес?

Я молчала, не зная, что ответить. Это от него сейчас зависело, что я захочу, но просить уговаривать себя я не собиралась. Кот тоже молчал, сверля меня напряженным взглядом. Потом улыбнулся как-то неуверенно, обхватывая мое лицо грубыми ладонями.

- Могу сказать, что хочу я, — большим пальцем провел по щеке, поглаживая. Голос опустился ниже, стал тише, отчего приобрел вибрирующие хриплые нотки, — Я хочу, чтобы ты со мной осталась. Здесь. Ты даже не представляешь, как я этого хочу. Просто скажи, что мне сделать, чтобы ты осталась, Лесси.

— На эту неделю? — слова дрожали волнением, я впилась пальцами ему в затылок, чуть оттягивая голову, чтобы лучше видеть выражение глаз.

Губы Кита дрогнули в нервной улыбке.

— Какая к ворону неделя. Навсегда конечно, Лес. Останешься?

Кит замирает надо мной в ожидании ответа. Я чувствую, как воздух раскаляется от напряжения между нами. Внутри целый вихрь. Он ведь спрашивал уже. Но я тогда сказала «нет». И так пожалела потом. К черту, будь что будет. Но только ни в Элии. На Землю хочу.

— Не хочу оставаться здесь, — эхом повторяю последнюю промелькнувшую в голове мысль, даже не задумываясь о том, как она звучит для него.

Я вообще ничего не думаю сейчас. Меня такая безбашенная радость накрывает оттого, что я решилась. Ощущение, что поступаю наконец правильно затапливает с головой. Счастливая улыбка освещает лицо.

— Я…

Но Кот уже вскочил с кровати, ощерившись, словно потревоженный дикий зверь. Если бы у него была шерсть, она бы наверно дыбом встала. Я удивленно смотрю на него, обрывая фразу. Чего он вскипел опять? Я же… И тут до меня доходит, что он меня просто не понял.

— Киит, дослушай хоть! Ну что ты сразу. Как маленький, — мне смешно и я не могу это скрыть. А его мое хихиканье только еще сильнее бесит.

— Спасибо. Я все услышал уже. Одевайся, — зло шипит себе под нос и направляется в сторону ванны.

— Да постой ты! — уже кричу ему возмущенно вслед. Кидаю подушку в спину для убедительности. Кот оборачивается и хмуро глядит на меня. Одна бровь иронично ползет вверх.

Я набираю в грудь побольше воздуха и откашливаюсь. Как-то сложно говорить человеку, что хочешь быть с ним, когда он смотрит на тебя как на врага народа.

— Ну? — еще и тон ехидный. Кит явно решил не упрощать мне задачу.

— Китен, я… — привстаю на кровати, нервно комкая одеяло.

— Доброе утро, — дверь неожиданно распахивается одновременно со стуком в нее. Мы оба вздрагиваем, словно от удара, и устремляем взгляды на непрошеную гостью.

В спальню вплывает рыженькая хорошенькая служанка, гордо несущая перед собой огромный заставленный поднос.

— Господин, — она томно улыбается Котенку, чуть склонив голову в приветствии, делая вид, что меня в комнате просто не существует, — Я принесла завтрак.

— Спасибо, Лиззи, — он возвращает ей улыбку, кивает на стол у окна и…подмигивает, черт бы его побрал!

Меня накрывает такой волной возмущения, что начинает подташнивать. Кот стоит перед этой девкой совершенно голый, с неплохой такой утренней эрекцией, и улыбается во все свои белоснежные тридцать два, даже не пытаясь прикрыться. Это как вообще понимать? Если бы я могла сейчас использовать магию, Кит бы точно как минимум задымился. Перевожу тяжелый взгляд на служанку, но та так и не удосуживается даже повернуться в мою сторону, занятая наглым разглядыванием своего бессовестного как там его… «Господина».

— Может быть еще что-то нужно? — ее хрипловатый голос и коровьи глаза (ну мне так на данный момент кажется), устремленные явно ниже линии его подбородка, не оставляют сомнений о подтексте вопроса.

Невольно дотрагиваюсь до ушей, проверяя, не повалил ли из них пар.

— Нет. Спасибо, — томно мурлычет офигевший Котяра в ответ. Ага, нужно, но не сегодня. Я снова перевожу взгляд на него.

— Хорошо, господин, — она так тянет это чертово слово, что до одури хочется выцарапать ей глаза, — Князь и янг Оуэн уже ждут вас у загона на заднем дворе.

— Спасибо. Лиззи, мы сейчас.

Служанка приседает в поклоне последний раз, таком низком, что ее пышные груди чуть не выпрыгивают из простого льняного платья. Я точно видела, что Кит это подметил. Он проводил ее взглядом, пока дверь не закрылась, и повернулся ко мне. Улыбка сползла с лица, будто я ее, в отличие от этой рыжей девки, не заслужила. Почему-то то, что она тоже рыжая и зеленоглазая, меня бесило сейчас больше всего.

— Ты что-то хотела сказать? — его надменный холодный тон вколачивает последний гвоздь в крышку гроба, в котором корчится розовая сопливая восторженность, только что обуревавшая меня.

— Забудь, — цежу сквозь зубы.

Кит щурится, разглядывая меня. Чувствует перемену, но ему похоже даже в голову не приходит, с чем она связана.

— Точно? — повторяет свой вопрос на всякий случай.

— Точно, — бросаю нетерпеливо, — Давай быстрей мойся или что ты там собирался делать. Хочу поскорее исчезнуть отсюда.

Кот резко дергается от моих слов, ноздри гневно раздуваются. Он было открывает рот, чтобы что-то сказать, но передумывает, сжимает челюсти и скрывается за дверью в ванную.

***

Я с отрешенным видом смотрю в окно, жуя виноградину. На подносе представлено такое изобилие, но кусок в горло упорно не лезет. От обиды, смятения, переизбытка чувств и еще черт знает чего, жутко разболелась голова, в виски бьет так, что на мгновения темнеет в глазах. Я слышу, как льется вода в ванной, и шум этот словно вколачивает меня в пол. Хочется зайти и крикнуть, чтобы выключил. Да хочется просто наорать на него, вцепившись в плечи и яростно тряся. Но я не делаю этого, так как боюсь, мое появление в ванной закончится в итоге совсем не теми криками, и я буду в еще более расстроенных чувствах. Если это возможно конечно.

Так что я просто смотрю в узкое длинное стрельчатое окно. Оно выходит на скалистый обрыв и грозное темное северное море. Даже на такой высоте я, кажется, слышу, как пенистые волны грохочут, разбиваясь о неприступный берег, и рассыпаются на миллионы брызг. Воздух настолько пропитан солью, что, облизав губы, чувствуешь ее на языке, а волосы распушились и пошли волной от влаги.

Кусты можжевельника разбросаны тут и там по скудной земле, покрытой темно-зеленой кучерявой травой. И еще какие-то невысокие деревья повсюду, с мелкими синими ягодами на ветках. Терпкий свежий солоноватый аромат стоит в воздухе. Здесь всё пропитано им. И Кит так пахнет. Он пахнет своей Родиной, оказывается. Как- будто часть этого места. Суровая пугающая красота вокруг. И я такая маленькая в этом чуждом мире.

— Пойдем, — Китен неожиданно оказывается за спиной, и я вздрагиваю.

— Или тоже хочешь в ванную? — его голос спокойный, почти дружелюбный, но тяжелый горящий взгляд портит все впечатление.

Я молчу и отрицательно мотаю головой. Не хочу я никуда. Только домой.

— Хорошо, — он поджимает губы и машет рукой, чтобы следовала за ним. Мы выходим в слабоосвещенный коридор, я и быстро верчу головой, пытаясь разглядеть картины и гобелены, которыми завешан буквально каждый сантиметр. Удивительно. Столько всего! У Кота в комнате вообще ничего нет, а тут…Глаза разбегаются от пестрого хаотичного разнообразия.

— Это с походов, награбленное веками. Не ищи логику в экспозиции, — хмыкнул Кит, проследив за метанием моего взгляда, — Вернее она есть, но для нас.

— И какая? — я не сдержалась и все-таки заговорила с ним.

— Каждый пролет или коридор на одного грабителя, — весело подмигивает Кот, в голосе сквозит гордость, — Этот заполнял мой прапрадед Князь Яргард.

— А ты тоже что ли князь? — с сомнением спросила. Как-то у меня этот титул с Котом не вязался совсем.

— Неет, — он даже рассмеялся, потом добавил серьезно, — И, надеюсь, никогда не стану им. Князь Севера только один, сейчас это мой брат. Все остальные высокородные равны между собой и на Севере носят титул янг.

— То есть, у вас нет градации по богатству или по количеству земель?

— Великому ворону все равно, что у тебя есть. Завтра он подарит, а послезавтра отберет, — пожал плечами Кит, — Каждый богат только собой и своими умениями.

Между нами повисла задумчивая пауза.

— Да не смотри на меня так, — Кот опять рассмеялся, — Не я придумал эти слова. Просто повторил строчки из молитвы.

— Ааа, а я уж испугалась. Так глубокомысленно. На тебя совсем не похоже, — фыркнула в ответ.

— Считаешь меня легкомысленным? — Кит прищурился, в голосе звякнуло напряжение.

Я промолчала. Он тоже затих, хмурясь.

Мы вышли в огромную светлую залу с окнами в пол. Я, не сдержавшись, охнула, рассматривая витиеватые кованые люстры, подвешенные к потолку, гигантские старинные гобелены с изображением военных походов и битв, широченный дубовый стол, загнутый буквой П, расположенный по периметру.

— Это праздничная зала. Здесь в основном проходят официальные встречи, пиры, — Кит взял меня за руку, утягивая куда-то в бок.

Я была так поглощена рассматриванием, что никак не среагировала на его горячую ладонь, поймавшую в плен мою.

— Сколько же она вмещает? — помещение и правда производило впечатление чего-то монументального.

— Около трех тысяч, — ответил Кит, подводя к одному из окон, которое на деле оказалось стеклянной дверью на террасу.

Мы вышли на улицу, и в лицо мне моментально ударил влажный морской ветер, пробирающий ознобом. Я поежилась, обхватив себя руками. Кит покосился на меня и молча накинул свою куртку.

— Мне не холодно, — не знаю, почему с губ слетела эта очевидная ложь. Наверно, просто из чувства противоречия. В любом случае она ничего не дала, кроме иронично задранной брови Кота.

Он выпустил мою руку и пошел вперед.

Я догнала его и засеменила рядом, пытаясь подстроиться к широким размашистым шагам.

— Ты спал с ней, — неожиданно вырвалось из меня обвиняющее утверждение. Я даже рот от испуга прикрыла. Черт, тут что воздух какой-то особенный, что я сначала говорю, потом думаю? Кит резко остановился и повернулся ко мне.

— Что?

Я только глазами захлопала. Не знаю я "что", не смотри на меня так.

— Ты про Лиззи что ли? — он начал улыбаться, — Ты из-за нее так взъелась? Лес, это смешно.

— Ну, смешно, так смешно, — буркнула себе под нос, отводя глаза. Хотела было пойти вперед, но, к сожалению, не знала куда.

— Лес, — Кот схватил меня за руку, притягивая к себе, — Какая к ворону Лиззи? Ты вообще слышала, что я тебе утром говорил?

— Да, только говорил, и сразу на какую-то служанку стал голый пялиться. Видимо, одно другому не мешает.

Я вырвала свою руку из его и все-таки пошла вперед, рискуя ошибиться с направлением. Кит догнал меня, гневно сопя.

— А тебе вообще какая разница? Ты же мне отказала. В черт знает какой раз! Со мной ты быть значит не хочешь, а сцену ревности решила закатить? Я что теперь, должен только у твоего окна от тоски скулить что ли?

— Ну, я смотрю, за тебя не стоит переживать. Найдешь, чем заняться и без моего окна, — голос звенел уже истерическими нотками. Я даже не особо слышала, что именно он говорит. Меня так накрывало. Такого никогда не было. Кит обладал удивительной способностью доводить меня до грани за считанные секунды. Все, что касалось его, я воспринимала до крайности остро.

— Влево, — Кот вдруг дернул меня за рукав.

— Что?

— Не туда идем, — синие глаза смотрели зло, губы были упрямо поджаты. Он похоже тоже еле сдерживался.

Мы повернули влево, проходя мимо длинных подсобных помещений. Дальше шли конюшни. Еще один поворот, и перед нами предстал широкий загон, по кругу которого гарцевала вороная кобылка с мальчиком — наездником на спине. У калитки стояли двое мужчин и о чем-то переговаривались, посмеиваясь. Один из них был старший брат Кита Арн, а второй седой коренастый воин с хитрым улыбающимся взглядом и пышной заплетенной в две косы бородой. Наверно янг Оуэн, которого мне поставят в охранники в храме.

Кит, завидев их, почему-то замедлил шаг и пошел совсем рядом, почти касаясь рукой. От меня не укрылось, как напряжено его лицо, желваки играют на щеках.

— Знаешь, Лесси, — зашептал он еле слышно, когда мы уже почти подошли, — Я сейчас больше всего хочу просто привязать тебя в комнате, чтобы ты не делась никуда от меня. И мне страшно от этих мыслей. Меня останавливает только то, что ты возненавидишь меня наверно.

Я открыла рот, не зная как реагировать на подобное заявление. Но, слава богу, и не пришлось.

— Здравствуй, Лесма, — Арн повернулся, внимательно смотря на меня, — Не передумала?

— Доброе утро, нет, — ответила я, отрицательно качнув головой.

Старший Конуг обвел меня пристальным взглядом, потом повернулся к Киту и нагло прищурился.

— Но кое-кто явно пытался переубедить, да, братец? Сейчас сними с нее блокатор, так она и атомный взрыв устроит на раз. Не стер там себе ничего?

Я мучительно покраснела, уставившись на самое безопасное: светловолосого мальчика на вороном коне. А янг Оуэн громогласно захохотал, откидывая голову.

— Знаешь, Арни. Я не в том настроении, чтобы твой тонкий юмор оценить, — прошипел Кит, исподлобья смотря на брата.

— Жаль, — хмыкнул Арн, пожав плечами, и пихнул смеющегося старика в бок, чтобы тот прекратил, наконец.

— Держи, — старший Конуг протянул Киту несколько тонких черных волос, — Жду на совете. У тебя четыре часа.

— Я в курсе. Объясню все настоятельнице и вернусь.

Китен похлопал брата по спине и резко притянул меня к себе. Оперся другой рукой на плечо Оуэна.

— Постарайтесь ни о чем не думать, — обратился к нам и закрыл глаза.

Я сразу тоже зажмурилась, представляя отцовский дом, собирая по крупицам всю магию, бурлящую во мне после ночи. Голова загудела от прилагаемых усилий. Нас закрутило во мраке. Как-то сильнее и дольше, чем в прошлый раз. Я чувствовала, как Кит крепко схватил меня обеими руками, буквально впечатывая в себя. Вокруг стоял невероятный шум, разрывающий барабанный перепонки. Что-то не так.

Наконец, удар, еще один, шелест листвы, какие-то ветки. Мир вертится перед глазами и я утыкаюсь носом в грудь Кота, остановившего наше падение. Резко сажусь и оглядываюсь. Мы в лесу. Здесь глубокая осень. Вся земля усеяна красными и желтыми листьями, а деревья, уже голые, сиротливо жмутся друг к другу. И воздух…странный. С привкусом что ли. Я не понимаю, что именно не так, просто тревожное ощущение внутри. И оно растет с каждой секундой. Оуэн скатился с пригорка ниже нас, и сейчас карабкается наверх. Я слышу, как он пыхтит, чертыхаясь.

— О чем ты думала? — Кит хватает меня за плечи и сильно встряхивает, — О чем ты думала, твою мать?! Говори!

Я поднимаю на него растерянный взгляд. Я предполагала, что видела Кота злым раньше, но, оказывается, что до этого момента нет.

— Я…О Земле. О доме отца. Я хотела на Землю.

— Ты поэтому со мной переспала? — он резко оттолкнул меня, губы нервно дернулись, — Так вот мы сейчас не на Земле, Лес. Молодец.

— Далеко вынесло от храма? — решила, что он злится, что на совет не успеет. Да, у меня ничего не получилось. Обидно. Но попытаться стоило. Я не жалела. Сейчас.

— Далеко. — Кит как-то странно улыбнулся, — Даже не представляешь насколько далеко, Лесси.

Оуэн наконец добрался до нас и сплюнул, отдышавшись.

— Великий ворон, куда нас занесло, Конуг? — его глаза уже не улыбались и с тревогой смотрели на Кита.

— Я не знаю. Это какой-то другой мир, старик. И волосы из рук выпали. Надо поискать сейчас, но в листве…Мало шансов.

— Мда…вот незадача, — протянул Оуэн, присвистнув, — И магия тут тяжелая. Черная что ли?

Я застыла, открыв рот. Он сказал, другой мир? Другой Мир???

— Как другой мир? — прохрипела, сильно сжав руку Кота.

— Это тебя надо спрашивать как, Лесси — ядовитый сарказм обдал меня с ног до головы, — Твоих же рук дело.

— Это ведьма что ли виновата? Сучка! — Оэун с угрозой зыркнул на меня, но Кит зашипел на него тут же.

— Еще раз…

И тут его слова оборвались, а руки до боли впились в мое тело, прижимая к себе. Я было вскрикнула, но Кот успел зажать мне рот рукой, и наружу вырвалось лишь глухое мычание.

Которое все равно было не расслышать из-за предсмертного хрипа янга Оуэна, валящегося мешком на бардовый ковер из листьев. Из затылка у него торчал толстый арбалетный болт.