Глава 13

— С ума сошла? — рявкнул Роман, на одних инстинктах успев плавно нажать на тормоз и удержать автомобиль, пока тот не замер на обочине.

Вероника в ужасе вжалась в кресло, стиснув сумочку до белых пальцев. На соседнем сиденье Лавров с облегчением переводил дух, не веря в случившееся чудо.

Живы! И совершенно целы!

Тикали минуты, золотистая Toyota Prius покачивалась от воздушных потоков от пролетающих мимо машин, а они всё сидели, не в силах произнести ни слова.

Наконец, Роман отмер.

— Ладно, допустим, ты решила свести счёты с жизнью — это твоя жизнь, тебе ею и распоряжаться. Но я-то причём? У меня, между прочим, дети на подходе, и покидать этот мир, тем более, с тобой за компанию, в моих планах не значилось.

— Рома, я… не подумала.

— В том-то твоя беда и состоит, Ника, что ты стала сначала делать, а потом думать, — мужчина завёл машину и снова влился в автомобильный поток.

— Мы… куда? — похоже, Вероника уже пришла в себя, потому что женщина отпустила сумочку и довольно бодро осматривала окрестности. — Не в Липки?

— Домой, — немного более резко, чем собирался, ответил муж. — Надеюсь, ты не собираешься пугать суррогатную мать? Посмотри на нас — какие гости? Волосы дыбом, глаза, как у лемура, руки дрожат. Нет уж, сначала домой, а будущих детей мы навестим завтра! Когда не будем выглядеть так, словно мы только что сбежали из психушки. Елизавета должна увидеть нормальных людей.

И Ника решила не спорить.

Вечером она особенно тщательно приводила тело в порядок, проведя в ванной полтора часа. А потом, надев новый комплект откровенного белья, медленно продефилировала по спальне, с удовольствием отметив, как потемнели глаза мужа.

— Ро-о-м, я соскучилась!

Но тот повёл себя странно — сглотнул и отвёл взгляд, глухо бросив, что у него остались незавершённые дела, а так же важный звонок с Мэрилендом. Дескать, там как раз разгар рабочего дня.

— Ты бы накинула на себя что-то поплотнее, а то продует. Я в кабинет. Ложись, не жди меня, — и вышел.

А Вероника осталась хлопать ресницами и негодовать.

Отверг…

Её!

Собственный муж!!

С ума сойти…

Неужели он уже поладил с этой мерзавкой?

Накинув на плечи первую попавшуюся под руку тряпку, Вероника потянулась за сотовым.

Поздно?

Раз она не спит, значит, ей нормально. А понравится ли репродуктологу ночной звонок, её нимало не волнует. Проснётся, ничего с ним не сделается.

Первая попытка завершилась ничем, но Вероника собиралась звонить до победного, и стоило телефону отключиться, как она тут же снова нажала на вызов. На десятом или одиннадцатом гудке Волошин ответил.

— Алло, — судя по голосу, врач уже видел десятые сны.

— Николай Сергеевич, это Лаврова, — сухо представилась Ника.

— Да, вижу, — в голосе Волошина только бесконечная усталость, и ни малейшей радости.

Надо же, как деньги получать, так он не отказывался, а как поговорить, изображает одолжение!

— Я в Москве.

— С приездом, — осторожно отреагировал мужчина. — Вы хотели только это сообщить или есть другие вопросы?

— И другие тоже, — Вероника покосилась на дверь и понизила голос. — Как наше дело?

— Какое дело? — врач довольно правдоподобно изобразил, что не понимает, о чём она спрашивает.

— Муж мне сообщил, что у нас будет двойня.

— Да, двойня. Такая радость, я вас поздравляю, — немного оживился Николай Сергеевич. — Знаю, что каждая будущая мать волнуется, поэтому могу вас успокоить — с детьми всё в полном порядке! Они совершенно здоровы и развиваются без патологий, в строгом соответствии со сроком. Можно сказать, образцово-показательная беременность.

Мужчина пару секунд помолчал, и продолжил.

— И с суррогатной матерью всё в порядке. На редкость ответственная женщина — все рекомендации соблюдает, не самовольничает.

— Я рада, — если бы яд, сочившийся из голоса Вероники, можно было переслать собеседнику посредством сотовой связи, репродуктологу уже требовались бы услуги токсиколога, а то и патологоанатома. — Вы сделали всё, как мы с вами обговаривали?

«Вот же… су… амка собаки», — мысленно обозвал женщину Волошин.

— Да, Вероника Владимировна, в точности, как вы и хотели, Мы же с вами уже беседовали на эту тему, и я подтвердил, что всё в полном порядке, — лихо соврал мужчина, прикидывая, записывает клиентка разговор или нет?

От такой можно ожидать, что угодно, поэтому лучше придержать язык за зубами. Тем более что Лавров доступно объяснил, насколько в его случае верны поговорки «молчание — золото» и «доносчику первый кнут».

— Всё-всё?

— Да. Я не привык халатно относиться к своим обязанностям. У нас, знаете ли, клиника с мировым именем!

— Хорошо, Николай Сергеевич. Доброй ночи!

С чувством выполненного долга Ника отбросила телефон, зарылась в подушки и через пять минут крепко спала.

А Волошин до утра не сомкнул глаз, переживая за репутацию. И, на всякий случай, за свою жизнь.

К семи утра он окончательно утвердился в мысли, что московский климат чрезвычайно вреден для его организма. И решил срочно поменять географию, ведь со здоровьем не шутят!

Утром Вероника проснулась прекрасно отдохнувшей. Но непримятая вторая подушка настроение несколько подпортила.

Это что же, Ромка заработался, и совсем не спал?

Ника потянула за шнур.

В своё время она настояла, чтобы из спальни в комнату горничной провели такой звонок, как в прошлом — или позапрошлом?? — веке был в богатых европейских домах: шнур с кисточкой. За который хозяйка тянет, и у горничной дребезжит колокольчик.

Анахронизм, но ей нравилось.

— Доброе утро, Вероника Владимировна, — через минуту в дверях материализовалась горничная.

— Где Роман Александрович? — Ника проигнорировала приветствие. — Он сейчас завтракает?

— Роман Александрович в восемь уехал, — растерялась женщина. — Наверное, завтракал, я не следила. Нужно было привести в порядок гостевую спальню. Извините…

Значит, Рома лёг спать отдельно от жены? Вот это номер…

Вероника поджала пухлые губы. Ну как — поджала? Попыталась. К сожалению, ботокс, из которого теперь они состояли, сделать этого не позволил.

И женщина рассердилась: почему всё опять идёт наперекосяк? Сначала Игорь мозг выносил, теперь муж строит обиженного. И даже собственный организм пытается жить своей жизнью, не всегда подчиняясь хозяйке!

Рома, значит, решил, что может пренебрегать женой. Может быть, даже брезгует?

Да ну, откуда бы он мог узнать про ночи с Михайловым? О них и на площадке не знали. Подозревали — не без этого, но наверняка ни один не мог бы поклясться, что да — было.

Что ж тогда?

Обиделся, что в предыдущий приезд она ему птицу обломинго устроила? Или, всё-таки, с кем-то законной жене изменяет?

— Будут какие-нибудь распоряжения? — напомнила о своём присутствии горничная.

И Вероника приняла решение.

— Да. Пусть через полчаса подадут завтрак — два тоста без масла, одно яйцо пашот, половинку грейпфрута и кофе. А ты приготовь мне брючный костюм, — на секунду Ника задумалась, — брусничный. Надеюсь, он в порядке?

— Конечно. Я вчера все вещи из чемоданов разобрала, — торопливо ответила горничная. — Что-то отдала в чистку, что-то сама отпарила. Всё уже в гардеробной. Те вещи, которые оставались дома, в отличном состоянии, я за этим слежу.

— Хорошо. Значит, приготовишь мне брусничный костюм. Через три четверти часа пусть подадут машину.

Горничная заверила, что немедленно всем займётся, и исчезла.

А Ника лениво выбралась из кровати и потопала принимать душ.

«Что ж, если Магомед не идёт к горе, то гора сама навестит Магомеда, — пробормотала она себе под нос. — Рома, Рома, лучше бы тебе или вчера меня послушаться и завернуть в Липки. Или сегодня не вредничать, а как минимум, дождаться пробуждения супруги. Игнорируешь? Избегаешь? Ничего, сама справлюсь. Кажется, мне давно пора навестить эту Елизавету и покороче с ней познакомиться».

Вероника навела марафет, позавтракала и в хорошем настроении села в автомобиль.

— Сначала в ближайший гипермаркет, — приказала она водителю. — Что тут есть, чтобы недалеко и не въезжая в Москву?

— Лента? — неуверенно произнёс мужчина.

— Годится.

Водитель покосился на женщину, но не рискнул предложить другой вариант. Он знал, что хозяин никогда не отоваривался в подобных местах, но спорить с хозяйкой может быть себе дороже, поэтому правильнее просто выполнять свою работу. И не лезть с непрошенными советами

.

Продуктовые магазины Ника терпеть не могла, однако ехать с пустыми руками как-то не комильфо. Она же с добрыми намерениями, а не просто так! «Суррогатная» мамочка не должна подозревать, что жена Лаврова в курсе их совместных ночёвок.

Как там, в «Мадагаскаре»? — улыбаемся и машем…

Но ради третьесортной нахалки тратить время, заезжая в «Азбуку Вкуса», «Глобал Гурмэ» или «Елисеевский» Вероника не захотела. Вот ещё — обойдётся дежурным набором из «Ленты» или «Пятёрочки»!

Потом, медлить было нельзя — Ника собиралась побыть с Лизой наедине, оценивающе на неё посмотреть, прощупать почву. Но если она хорошо знает своего супруга, то Рома скоро ей позвонит. Чтобы не мяться, придумывая небылицы — сообщать ему, куда она отправилась, Ника пока не собиралась — она поставила телефон на беззвучный режим и бросила его в сумочку.

Всегда можно извлечь сотовый и растерянно пробормотать, мол, забыла переключить, поэтому и не слышала звонков. А так-то она, конечно же, непременно ответила бы!

Всё-таки мужа она за пять лет изучила неплохо, поэтому уверена — не дозвонившись жене, Роман позвонит домоправительнице, горничной, охраннику — по очереди или кому-то одному. И довольно скоро выяснит, что она уехала из дома. А потом один звонок водителю, и Лавров получит информацию — куда поехала его супруга. И чем позже это произойдёт, тем больше времени у неё будет, поэтому стоит поспешить!

Вихрем проносясь по магазину, Ника брезгливо косилась на непритязательно одетую публику и их гружённые чем попало тележки. Запахи тоже не радовали, поэтому она не стала задерживаться — не глядя, кинула в корзинку пару коробок конфет, упаковку какого-то сока — судя по цене, из подкрашенной воды, и прихватила аляписто размалёванный тортик. Наверное, из пальмового масла, сплошных Е и тому подобной гадости. Ничего, этой сойдёт, а сама она есть такое и не собиралась.

Нужно ещё фруктов каких-нибудь, ведь к беременной едет!

Фрукты тоже аппетит не возбуждали. Она уже и забыла, как выглядят продукты в магазинах для бедных. Поморщившись, Ника выбрала несколько груш, недозрелый авокадо и виноградную кисть.

До Нового года больше месяца, но магазин уже развесил новогоднюю атрибутику — безвкусную мишуру и пластмассовые шарики токсичных цветов. Удивительно, но публика такое покупала, она сама видела!

Сморщив носик — ну как можно на такое польститься? — Вероника еле дождалась на кассе своей очереди, расплатилась и вернулась в машину.

— В Липки.

Водитель заметно напрягся.

— А Роман Александрович…

— В курсе, — не моргнув глазом, соврала женщина. — Вечером договорились, что я сегодня навещу нашу гостью.

Мужчина неуверенно кивнул, но усомниться в словах хозяйки не решился.

Меньше чем через полчаса автомобиль посигналил у ворот, затем въехал внутрь и остановился возле входа.

Из дома тотчас вышла незнакомая Нике женщина.

«Лет пятьдесят, не меньше», — прикинула Вероника.

— Добрый день! — поздоровалась незнакомка, переводя взгляд с водителя на Нику.

— Это Вероника Владимировна, супруга Романа Александровича, — представил хозяйку шофёр.

— Приехала проведать Елизавету, — улыбаясь во весь рот, пропела Ника. — Я всё время в разъездах, по заграницам, совершенно не было времени, чтобы навестить Лизочку. Но вот, наконец, выдался небольшой отпуск. И, кстати, а вы кто?

— Я — Виктория Валерьевна, — отозвалась женщина. — Профессиональная сиделка с медицинским образованием, и по совместительству, компаньонка Елизаветы Максимовны.

«Ага, Рома приставил к дуре своего надсмотрщика. Умно!»

— Очень приятно. Я только вчера прилетела из Италии, супруг с утра умчался на работу, и мы не успели обсудить последние новости.

И обернулась к водителю.

— Денис, заберите пакеты с заднего сиденья и отнесите на кухню.

Мужчина полез внутрь машины, а Ника, продолжая ослепительно улыбаться, пояснила:

— Немного вкусного для Лизочки. Кстати, а где она? — и выразительно оглядела пустой двор.

Погода, конечно, к прогулкам не располагала — ноябрь в этих широтах не самый приятный месяц.

То ли дело в Италии!!! Эх… Как там Игорёк со своей старухой? Надеюсь, ему несладко!

— Елизавета Максимовна в доме. Идёмте, — компаньонка поспешила распахнуть перед хозяйкой дверь.

Вероника благосклонно улыбнулась ей, вошла и сразу сбросила лёгкую шубку, Виктория Валерьевна едва успела ту подхватить.

«Правильно, старайся! — мысленно фыркнула Ника. — Я здесь хозяйка, ты — прислуга. Угождай, глядишь, похвалю».

Не разуваясь, она пошла по дому.

— Когда я услышала шум машины, — в спину ей произнесла компаньонка, — Елизавета Максимовна пила чай в угловой диванной.

Где была эта комната, Вероника помнила, поэтому тут же сменила траекторию, уверенно направившись в дальнюю часть дома.

Беременная «суррогатная мать» всё ещё чаёвничала, и, увидев, кто пожаловал в гости, отставила чашку и встала.

Взгляд Ники пробежался по её фигуре, на секунду задержавшись на лице, а потом остановился в области живота молодой женщины.

«Ну надо же — уже виден! Ах, да, там же двойня!»

Нацепив самое сладкое выражение, Вероника бросилась к немного растерянной Лизе с распростёртыми объятиями.

— Лизочка! Наконец-то я могу тебя обнять! Ты почему-то похудела. Плохо кормят? Я сегодня же попеняю Роме! Надо сменить повара, если она невкусно готовит.

— Здравствуйте, Вероника Владимировна, — Лиза неуклюже ответила на обнимашки. — Нет, Полина отлично готовит, не надо её увольнять! Просто у меня из-за токсикоза больше двух месяцев в желудке надолго почти ничего не задерживалось! Но уже всё наладилось. С возвращением! Вы надолго?

И застенчиво улыбнулась.

«Переживаешь, что Рома больше не сможет проводить с тобой ночи?» — мысленно рыкнула Ника, но вслух произнесла совсем другое.

— Да, я теперь до рождения малышей никуда не уеду! Буду смотреть, как они растут, привыкать к мысли, что скоро стану мамой.

— Чаю? — материализовалась компаньонка.

— Да, буду признательна, — улыбнулась ей Вероника.

Хорошо, что улыбка давно отработана, иначе у неё давно бы уже свело скулы — столько держать губы растянутыми! И кому, главное, сиять? Профурсетке, которая положила глаз на чужого мужа!

«Ничего, полгода я продержусь. Представлю, что играю роль, а потом нахалка мне за всё заплатит!»

— Расскажи, как ты? Как дети?

— Всё хорошо, — оживилась женщина.

И принялась трещать о младенцах, о том, что она уже ощущает шевеления. Правда, слабые, ведь срок ещё небольшой, но детей двое, поэтому…

Ника слушала вполуха, время от времени кивая и ахая или переспрашивая — да что ты! Вот это да!

А дурочка не замечала, что хозяйка не столько вникает в рассказ, сколько оценивающе её рассматривает.

Смазливенькая, этого не отнять. Пока ещё тоненькая фигурка, но уже заметно припух живот. И грудь налитая — полновесная троечка. На такой фигуре и такая грудь! Или это из-за беременности?

Вероника ревниво оценивала волосы, голос, выразительность лица и мимики «суррогатной матери». И с сожалением вынуждена была признать — такая вполне могла заинтересовать сидящего на голодном пайке Романа.

Тем более что ему нравятся такие. Они на неё саму тогда клюнул именно из-за бесхитростного и доверчиво-беззащитного облика!

Сколько воды утекло! И она уже давно не беззащитна, да и не доверчива.

Значит, мужу не хватает вот такого провинциально-плебейского поведения?

«Ах, вчера он толкнулся два раза! А второй только один раз и сегодня»

Тьфу!

Кто там разберёт, который толкается? Потом, может быть, это вовсе газы.

И еле удержалась, чтобы не рассмеяться.

Надо же, эта дурочка принимает своё положение всерьёз, словно знает, что вынашивает собственных детей. Байстрюков, три раза ха-ха!

Под оживлённую болтовню Лизы Ника почти допила свою чашку, когда со стороны дверей послышались торопливые и явно не женские шаги, потом дверь распахнулась, едва не врезавшись в стену, и в комнату влетел Роман.

— Рома! — просияла Вероника. — Как хорошо, что ты сегодня смог освободиться пораньше! А мы тут чаёвничаем. Лизочка мне столько о наших детях рассказала, я просто заслушалась! Представляешь, они уже шевелятся!

Роман окинул быстрым, внимательным взглядом Елизавету, потом сияющую супругу и заметно расслабился.

— Да, получилось вырваться, — глухо произнёс он. — Елизавета Максимовна, как вы?

— Всё хорошо, Роман Александрович.

— Ну и прекрасно! Вероника, ты уже напилась?

— Да.

— Тогда поехали домой.

— Но я хотела провести с Лизочкой побольше времени! 152e1bc

— В другой раз. Ты хотела ремонт в детской? Вот-вот прибудет бригада и дизайнер. Во избежание недопониманий и последующих переделок, лучше, чтобы ты с самого начала им объяснила, что хочешь. Да и Лизе надо отдыхать, а гости всегда утомляют. Навестим её, скажем, послезавтра, у меня как раз будет окно в середине дня.

И Ника поняла, что если она хочет поддерживать образ сладкой идиотки, которая мечтает о слюнявых младенцах и уютном гнёздышке, ей следует уступить мужу.

Но какой он встрёпанный ворвался! Наверняка, не дозвонился, потом выяснил, куда она поехала, и примчался, сломя голову. Так испугался за любовницу?

В душе шевельнулось что-то нехорошее — обида и желание отомстить. Но Вероника затолкала их подальше — ещё не время! Месть подают холодной! Она подождёт, а пока… пусть неверный муж думает, что она на самом деле ничего не знает о его отношениях с «суррогатной матерью».

— Конечно, милый, как скажешь! — она встала, подарила Елизавете очередную ослепительную улыбку и достала из сумочки визитку. — До свидания, Лизочка! Если что-то почувствуете или просто захотите поболтать, то не стесняйтесь звонить мне в любое время дня и ночи. Для вас я всегда в доступе!

— Угу… Если только не забыла включить телефон, — буркнул Роман. — Или что там у тебя с ним стряслось, что невозможно дозвониться?

— Ой, на беззвучке! — она извлекла сотовый и похлопала ресничками. — Рома, не сердись, я просто забыла его отменить! Обещаю, что теперь забуду про беззвучный режим, и до меня всегда можно будет дозвониться!

— Елизавета Максимовна, до свидания! — Роман попрощался с сурмамой, подцепил жену под руку и аккуратно, но решительно повёл её к выходу.