Глава 16

Как села в машину, Лиза запомнила плохо.

О чём-то трещала Вероника Владимировна, что-то отвечал ей Роман. Временами один из супругов, чаще всего Вероника, обращался к ней, и Елизавета на автомате кивала или дакала, совершенно не вникая в суть вопроса или предложения. Видимо, угадывала, потому что её наниматели не заподозрили, что в данный момент суррогатная мать находилась в машине только оболочкой. Мыслями же она переваривала полученную информацию, прикидывая, как жить дальше, вяло удивляясь, насколько спокойно восприняла новость.

Как на грех, Роман решил выполнить и вторую часть своих обещаний, и вместо того, чтобы вернуть сурмаму в посёлок, повёз всех в Торговый Центр.

Если честно, сейчас Лизе было совершенно не до выбора подарков, но отказываться тоже не вариант — Лавров может прицепиться с расспросами. Что она ему скажет: «Извините, Роман Александрович, я слегка не в себе — полчаса назад узнала, что вынашиваю неизвестно чьих детей»?

И вот она с умным видом слушает разглагольствования менеджера отдела бытовых товаров. Кивает головой на перечисления преимуществ той модели перед этой, но если её попросить повторить, то Лиза сможет произнести только название кухонного гаджета — мультиварка. Без подробностей и принципов работы.

В одно ухо влетело, в другое вылетело…

Наконец, подарок для мамы был выбран, и все перешли в отдел детских игрушек. Казалось бы, она легко справится, но и тут тоже её ждал подвох — рассматривая коробки с игрушечными железными дорогами, Елизавета нет-нет, да косила глазом в сторону отдела для младенцев. Погремушки, музыкальные мобили на кроватку, яркие, блестящие или мягкие, резиновые игрушки для самых маленьких — глаза разбегаются. Ей хотелось осмотреть их поближе, но как, если сзади, дыша в затылок, следует сердитая Вероника Владимировна? Нечего надеяться, что Роман отзовёт супругу — он сам, как мальчишка, увлёкся игрушечными паровозиками и, забыв о спутницах, с увлечением беседует с продавцом, обсуждая достоинства и недостатки представленных моделей.

— Скоро? — вполголоса, чтобы слышала только Елизавета, произнесла Лаврова. — Запарилась уже. Сколько можно выбирать? Можно подумать, для принцев…

И снова этот взгляд, полный презрения и превосходства.

Лиза отвернулась, сдерживая колкий ответ — нельзя показывать, что ей известно! Пока она не обдумает всё как следует, пока не решит, что делать, чтобы не попасть на неустойку, нужно держать нейтралитет. И первым делом она должна перечитать свой экземпляр договора!

Словно очнувшись, Елизавета ткнула пальцем в одну из коробок.

— Вот эту. Две штуки.

— Два одинаковых набора? — уточнил продавец. — Отличный выбор, это хит продаж! Дети будут в восторге.

— Да, два одинаковых, чтобы не спорили, кому достался лучший, — выдавила из себя улыбку Лиза.

Рома, как ей показалось, с сожалением оторвался от увлекательного обсуждения, и отправился платить за покупки.

— Жируете за чужой счёт, — не выдержала Вероника Владимировна.

— Роман Александрович сам предложил, — отозвалась Елизавета.

— А ты и рада стараться, — стоило им впервые за всё время остаться наедине, как с Лавровой тут же стекли и приветливость, и дружелюбие. — Сильно-то губы не раскатывай, а то оглянуться не успеешь, как тебе их оттопчут!

— Я ничего не просила!

— Могла бы отказаться или выбрать подешевле, — прошипела Вероника и тут же сменила тон. — Рома, всё? А то Лизочка устала, не пора ли её покормить и отвезти в Липки, отдыхать? Или лучше сразу домой, а то где здесь, — она показательно огляделась, — можно найти нормальную еду?

— Дома поем, — Лиза представила, что ей придётся терпеть общество Вероники Владимировны ещё один час, и внутренне содрогнулась.

Лицезреть этого хамелеона в юбке дольше необходимого? Лучше поголодать, тем более что от новостей аппетит куда-то пропал.

— Ну домой, так домой, — Роман не стал спорить, и спустя час с небольшим Елизавета оказалась в своей спальне.

— Устали? — участливо поинтересовалась Виктория Валерьевна.

— Очень.

— Тогда сейчас пообедаете, и отдыхайте!

Лиза думала, что не уснёт, ведь столько всего случилось! Но едва прилегла на кровать, как её сморил сон.

***

Вероника еле сдерживалась, так хотелось выцарапать бесстыжие глаза суррогатной матери. То есть, не суррогатной, но мерзавка ещё об этом не знает.

Главное, прикидывается невинной овечкой, а сама не только на чужого мужа глаз положила, но и запустила в семейный бюджет загребущую лапку!

И Рома хорош — готов всё спустить на постороннюю девку!

Свободного времени у Ники теперь было хоть отбавляй, и в один из далеко не прекрасных дней, она решила изучить договоры с клиникой и суррогатной матерью.

Можно представить её гнев, когда Вероника дошла до причитающегося Елизавете гонорара: Роман с ума сошёл, не иначе, решив отвалить такие деньжищи! Неужели услуги суррогатного материнства стоят так дорого??

Погуглив, она быстро выяснила, что обычно плата за ребёнка составляет от пятисот тысяч до полутора миллионов. А Роман собрался купить нахалке квартиру!!! Ладно бы, в каком-нибудь Муходрищенске, так нет — в Москве! Да за эти деньги они могли нанять пять суррогатных матерей!

Прошлые подозрения, что муж неспроста обратил внимание именно на Рощину, вспыхнули с новой силой. Нет, ну логично же — кто станет платить в пять раза больше незнакомому человеку, если не планирует поддерживать с ним потом отношения?

Значит, она правильно думала, что тут нечисто. Видимо, Ромка давно путается с Лизой, вот и…

От обиды и злости аж скулы сводило. И единственное, что удерживало Веронику от скандала — надежда на месть. Скоро, ещё каких-нибудь три с половиной месяца, и Лавров убедится в коварстве и неблагодарности своей девки. А пока несчастной, преданной им жене приходится изо всех сил сдерживаться.

Настроение Вероники оказалось даже не на нуле, а прошло минусовую отметку ещё и по причине молчания Михайлова.

Да, да, с момента её отъезда Игорь ни разу ей не позвонил! Ника надеялась, что на контрасте со старой женой мужчина быстро осознает, какое Ника сокровище и примется забрасывать её звонками и СМС-ками. Да не тут-то было — режиссёр молчал. Месяц уже ни одного звонка или сообщения! Словно, стоило ей уехать, как он вычеркнул Лаврову из памяти.

Сама же она напоминать о себе не решалась. Сначала ждала, что Михайлов вот-вот объявится сам, а теперь тем более глупо звонить первой, словно она соскучилась и навязывается. Мужчины предпочитают роль охотника, а не дичи!

И по всему выходит, что пускать на самотёк увлечение Ромки ей никак нельзя. Она не успеет оглянуться, как мерзавка окончательно запудрит ему мозги, и тот решит бросить законную супругу. К сожалению, согласно брачному договору при разводе ей полагается всего лишь квартира и так, по мелочи. Нет уж, она не собирается сдаваться без боя и возвращаться к нищебродской жизни! Если не Михайлов, то Лавров!

Все дни Вероника из кожи вон лезла, показывая супругу, насколько рада будущему материнству и семейной жизни. Была приветлива, аж зубы от сиропа сводило, встречала с работы, интересовалась делами и всячески демонстрировала, насколько рада быть его супругой.

Рома принимал всё спокойно и как бы положительно.

Но Нику очень беспокоило, что они до сих пор не приступили к выполнению супружеского долга. Не то чтобы она без этого слишком страдала, но не может же нормальный мужчина так долго обходиться без секса? Неужели она просчиталась, и Лиза Рощина давно пройденный этап, а забота о ней со стороны Ромки обусловлена наличием в этой самой Рощиной его, как он думает, детей?

Что-то в этой мысли есть… возможно, зерно истины?

Вероника точно знала, что интимные встречи Лизки и Романа после переезда сурмамы в Липки совершенно невозможны — в доме у неё были свои люди. А если подумать, то вряд ли женщина с расплывшейся талией будет по-прежнему привлекать мужчин. Что же — у Ромки есть кто-то ещё?

Это была плохая новость.

Поэтому Ника решила прибегнуть к самому действенному способу: соблазнить и забеременеть. Осталось продумать, как это осуществить, чтобы мужу в голову не пришло, что это произойдёт отнюдь не случайно.

На этот раз Вероника подготовилась основательно — проштудировала Интернет, несколько раз консультировалась с врачами. Даже съездила пару раз на приём — конечно, не в Центр, где её могли узнать и донести Волошину, а через него — Лаврову. А в другую частную клинику, где за хорошие деньги гарантировали молчание.

И наконец, нужный день пришёл — как сказал врач, у неё есть три дня, но если с ней и мужем всё в порядке, то достаточно будет и одной ночи.

— Мы недавно проходили обследование, — заверила она доктора, — у нас с супругом всё в порядке!

— Тогда желаю удачи! — улыбнулся мужчина. — Помните — таблетку лучше натощак, но если получится принять после еды, то надо будет подождать не полчаса, а полтора, пока она растворится, попадёт в кровь и начнёт действовать.

— Я это учту!

Роман не следил за её перемещениями, но на всякий случай она заехала в первый попавшийся бутик и набрала одежды, даже особенно не выбирая, лишь бы было алиби на случай вопроса — где была? Все знают, что женщина может целый день примерять наряды, да так ни одного и не выбрать, и муж ничего не заподозрит.

Благодаря актёрскому опыту, она смогла вести себя как обычно, муж ни о чём не догадывался.

— Ложись, я поработаю, — привычно произнёс Роман, после позднего ужина.

И Ника дежурно пожелала ему скорее закончить дела и доброй ночи. Но не легла, а, накинув на голое тело пеньюар, стала аккуратно наблюдать за передвижениями супруга.

Сначала Роман на самом деле чем-то занимался, сидя за столом в кабинете, но спустя сорок минут мужчина явно забеспокоился. Раздались звуки отодвигаемого стула, шагов и бормотания.

В принципе, по времени пора — таблетка, заботливо растворённая в чае, который Роман выпил за ужином, уже должна подействовать.

Ника решила для верности выждать ещё полчаса — в аннотации к средству написано, что результат сохраняется на протяжении четырёх часов, но пика организм мужчины достигает только через час-полтора после приёма средства.

Лавров ощутил прилив крови в неподходящий момент — как раз просматривал новый вариант договора с суррогатной матерью, который ему, наконец-то, юристы скинули на мыло. Сначала он попробовал игнорировать возникший дискомфорт, но, похоже, вся кровь отлила от головного мозга, устремившись совсем в другое место, потому что чем дальше он изучал документ, тем меньше понимал. Зато перед мысленным взором встала Лиза — милая, нежная, такая… такая…

Чёрт!!!

Пожалуй, его воздержание чересчур затянулось! Но что делать — к Нике по-прежнему он никакого влечения, кроме физиологического, не испытывал. И то вполне мог им управлять, а тут что-то новенькое.

Решив справиться с неожиданной проблемой проверенным способом, мужчина отправился в ванную, раздеваясь по дороге: прислуга на первом этаже, Ника в спальне, кто его тут увидит?

Но в ванной его поджидал сюрприз — Лавров только успел туда войти, рывками расстёгивая брюки, как дверь приоткрылась, и по обнажённому животу мужчины прошлись горячие ладошки.

— Что тут у нас? Оооо! Ты великолепен! Сейчас я тебе помогу, милый!

Роман перевернулся на бок, нашарил на тумбочке часы — шесть. Можно уже вставать, пока соберётся, пока позавтракает и доедет до офиса…

— М-м! — раздалось за спиной. — Ещё рано, спи!

И на него лавиной нахлынули воспоминания о прошедшей ночи — это было какое-то безумие! Никогда он настолько не терял разум, никогда не доходил до такой степени — неужели из-за долгого воздержания?

— Ты мой тигр-р! — проурчала Вероника. — Все соки из меня выпил…

— Спи, — буркнул мужчина, испытывая странное чувство сожаления и стыда.

Словно он не с женой этим занимался, а с посторонней женщиной. И что на него нашло, ведь не привлекает Ника его больше! Не тянет к ней! По-хорошему, надо им развестись, но он пока не представляет, как ей об этом объявить. Ещё и дети скоро…

Дети! Его и Лизы!

И снова чувство сожаления и вины, словно этой ночью он был не с законной женой, а как раз изменил той с любовницей.

Чёрт, всё-таки с чего он вчера так распоясался? Не юноша в пубертатном периоде, когда только об этом и думаешь, а взрослый мужик, который вполне умеет держать себя в руках.

— Ро-о-ма, — капризно протянула жена, когда он встал, — а поцеловать?

Он почувствовал как волнами накатывает раздражение: голос Вероники будил в душе Романа что-то нехорошее. Поэтому, чтобы ненароком не сорваться на жену, он молча поднял брюки и сделал шаг в сторону ванной комнаты.

— Рома! Ну что ты, как неродной? — настаивала супруга. — Посмотри на меня! Ведёшь себя, словно новобрачная после первой ночи, а у нас уже скоро дети родятся!

И хихикнула.

— Ром, а ведь мы не предохранялись! Вот будет хохма, если ещё один ребёнок у нас родится ровно через, — она замолчала, подсчитывая в уме, — шесть месяцев после рождения близнецов.

И у него второй раз в жизни под ногами качнулась Земля.

Роман не помнил, что ответил жене, не заметил, как собрался, как спустился на первый этаж и вылетел из дома.

Шею не свернул — ни Никину, ни свою — уже хорошо.

В голове отбойным молотком стучал вопрос — почему? Дети, конечно, счастье, и он сам настаивал на появлении наследника. Но одного, а не трёх! В смысле — от одной матери, а не…

Чччёрт! Как всё хреново-то!!! Только-только устаканилось, только-только он принял окончательное решение, словно камень с души сбросил. И надо же было настолько потерять берега? Что делать, если Вероника на самом деле забеременеет?

На улице морозный воздух немного остудил пылающий лоб, стало легче и дышать, и думать.

Пока его машину выгоняли из гаража, Роман зачерпнул рукой снег с газона, размял в руках, наблюдая, как тот превращается в воду, сбегает сквозь пальцы, обжигая холодом кожу.

И почти совсем успокоился.

— Сам поведу, вы остаётесь при Веронике Владимировне, — бросил водителю, занимая место за рулём.

Вождение Романа всегда успокаивало — на дороге, хочешь-не хочешь, а приходилось выбрасывать из головы неприятности, заботы, нерадивых поставщиков и плохое настроение. Иначе далеко не уехать.

Вот и сейчас Лавров рулил и чувствовал, как ему становится легче. Спустя сорок километров произошедшее уже не выглядело полной катастрофой.

Задачи решать нужно по мере их поступления, дёргаться в режиме «а вдруг?» не имеет никакого смысла. Всё равно, пока невозможно узнать, залетела Ника или обошлось, будет правильнее временно выбросить этот вопрос из головы и сосредоточиться на неотложных делах.

На ходу, благо, есть гарнитура, он дозвонился знакомому эскулапу и договорился, что его будут ждать в течение часа. Следом связался с офисом и по маковку нагрузил подчинённых работой. Так, чтобы им до возвращения начальства даже головы поднять было некогда.

«Праздность или безделье — мать всех пороков» — пусть шуршат, от этого всем только польза.

Сам же вместо офиса поехал в клинику проверять здоровье.

— Что мы должны искать? — поинтересовался врач, после того, как из Романа сцедили мензурку крови. — Наркотики, растительные яды, металлы, соли, афродизиаки?

— Всё, — решительно ответил Лавров. — Я не знаю, что могло попасть в мой организм, поэтому делайте полный анализ. За скорость плачу отдельно.

— Ну, батенька, не всё зависит от денег и нашего желания, ещё существуют и законы природы, химия там, физика, — развёл руками доктор. — Мы постараемся, аппаратура у нас самая современная, и реактивы лучшие, но некоторые вещества просто невозможно выявить за полчаса. Тем более, вы хотите видеть не просто перечень, а список с подробностями по каждому пункту.

— Хорошо, наберусь терпения, — Лавров выдавил из себя кривоватую улыбку.

— Вот и славно! А теперь раздевайтесь! — потёр руки доктор. — Пока лаборанты трудятся, позвольте мне вас тщательно осмотреть. Чем, говорите, вас опоили?

— За этим я сюда и приехал — чтобы узнать, чем именно меня опоили, — буркнул Лавров. — Изучайте, я весь ваш.

— Подозрение обоснованное?

— Более чем.

— Ну, вы бы хоть симптомами поделились, ощущениями, вкусом или состоянием?

— Нет, изучайте представленный материал, — Роман развёл руками, мол, объект перед вами, — без наводящих вопросов. Для чистоты результата, так сказать.

— Как скажете. Дышите! Так, хорошо. Теперь не дышите…

К двенадцати было установлено, что мужчина находится в неплохой физической форме. Правда, наблюдается небольшой упадок сил, видимо, из-за нарушения режима сна, а так же вследствие стрессовых ситуаций. Но в целом повода для беспокойства нет.

— Нервничаете много, — констатировал врач. — Для здоровья очень вредно принимать близко к сердцу всё, что происходит — с вами ли, с вашими близкими или знакомыми. Проще будьте, проще! И обязательно спите не меньше семи часов, это важно! В остальном — у вас довольно крепкий организм.

— Что же — меня не опоили?

— Ну, как вам сказать — кое-что нашли. Только следы, но по их наличию можно сделать определённые выводы.

— И что именно вы нашли? — он не ошибся, Вероника вчера действительно подлила или подсыпала ему какой-то препарат! Ну не мог он настолько потерять голову!

— Метаболиты сильденафила. Да не пугайтесь вы так, предупреждал же — нервничать вредно! Отравление вам не грозит — вчера вы приняли всего-навсего виагру.

— Что??

— Не сами, так понимаю? — врач правильно оценил ошарашенный вид Лаврова. — Надеюсь, последствия были приятными.

— Виагру? — ну, Ника…

— Да. Всего лишь виагру. Хорошее средство, но обязан предупредить — лучше не увлекаться, а если вас что-то беспокоит…

— Меня ничего не беспокоит, у меня всё в порядке, — машинально отреагировал Роман.

— Ну, не вас, а вашу партнёршу — не суть важно, — невозмутимо продолжил доктор. — Вместо самолечения и приёма чудо-таблеток лучше обратиться к специалисту. Вы ещё молоды, вам непременно помогут восстановиться без подручных средств.

— Благодарю за совет, — сквозь зубы пробормотал Лавров. — Могу я получить официальное заключение о найденном в моём организме препарате?

— Да, конечно.

Из клиники Роман сначала заехал в офис. Во-первых, работу никто не отменял. Во-вторых, прежде чем ехать к Веронике, надо было выработать стратегию и тактику. И подумать, что делать.

Он не ошибся, жена отчаянно его ревновала к суррогатной матери. Настолько, что решилась испортить свою фигуру, только бы удержать супруга.

Как, ну скажите — как? — она почувствовала, что он принял решение расстаться? Ведь ни словом, ни делом не показывал, что семьи у них больше нет!

Хотя…

Ника всё это время ластилась к нему, а он всячески избегал физических контактов… Да, наверное, в этом и была его ошибка — женщины очень чувствительны к таким вещам! Вот и Вероника решила привязать его ребёнком. Можно сказать, что он сам толкнул её на это.

Надо было сразу поговорить и расставить все точки, так нет, хотел дать Лизе возможность спокойно доносить…

Парадокс — он обратился к услуге суррогатной матери, потому что жена категорически отказалась сама рожать. Фигуру берегла. Знал бы раньше — сразу пригрозил ей разводом, сейчас ходила бы беременная.

И он бы никогда не встретил и не полюбил Лизу…

Ах, ты ж, чёрт побери, как эта ночь всё усложнила!

Если Вероника беременна, то о разводе уже не может быть и речи. Бросить жену с ребёнком и жениться на любовнице? То есть, не на любовнице, а на матери своих детей, но для всех это будет выглядеть именно так — бросил жену ради любовницы. Правда, совсем не факт, что Елизавета, когда он всё ей расскажет, согласится за него выйти.

Роман Александрович обнаружил, что уже несколько минут пялится в монитор, совершенно не вникая в содержание очередного документа.

Безусловно, Лиза будет шокирована, именно поэтому он собирался оставить всё как есть до её родов. Ни к чему беременной женщине такая нервотрёпка, родит, тогда он ей всё и расскажет. Заодно подкрепит слова результатами теста.

Она удивится? Испугается? Захочет ли стать детям матерью и самой их воспитывать? Или предпочтёт выполнить условия договора, то есть, обменять малышей на деньги и вернуться без них в привычную жизнь?

И поняв, что всё равно сегодня не работник, Лавров отправился домой.

Если Вероника и беременна, то ещё не настолько, чтобы с ней нельзя было серьёзно поговорить. Главное, держать себя в руках. А ещё лучше — засунуть их в карманы.

— Милый, ты сегодня так рано? — судя по всему, у жены было прекрасное настроение, и она ни капли не раскаивалась в содеянном.

— Ника, пойдём в спальню, нам надо поговорить.

Жена повела точёным плечиком, красиво изогнула совершенную бровь.

— Что-то случилось, милый?

Не отвечая, он стал подниматься по лестнице.

— Да что такое? — Ника ворвалась следом за ним. — Ты опять всё портишь — к чему весь этот драматизм? Нам же было хорошо этой ночью! Ро-ом?

— Объясни, зачем ты это сделала?

— Что? — жена непонимающе округлила глаза и похлопала ресницами.

М-да, а актриса из неё и вправду не очень. Не зря её игру так критикуют — насквозь фальшивая. И как я раньше этого не замечал?

— Зачем ты подсунула мне вчера виагру?

Вероника прищурилась и стёрла улыбку с лица.

— За тем самым! — с вызовом вскинула голову. — Я твоя жена, а ты ко мне уже несколько месяцев даже не прикасаешься. Было бы лучше, если бы я пошла искать утешения у другого мужчины?

— Ника, втёмную использовать людей — подло.

— Ой, кто бы говорил! — с жены слетели остатки доброжелательности. — Ты думал, что я буду молча глотать твои измены?

— Какие измены?? Вероника, не сходи с ума! Я тебя афродизиаками не опаивал!

— Ты сам меня вынудил! Как её зовут? Скажи?

— В твоём случае, видимо, белочка.

— Я не алкоголичка! — взвилась Вероника. — Но и не олениха, рога мне ни к чему. Думай, что хочешь, но я никому тебя не отдам! Всё, что я сделала, было ради сохранения нашей семьи.

— Какая семья, Ника? Ты за последний год дома почти не была, — устало вздохнул Роман. — А когда была, меня к себе и близко не подпускала, только деньги требовала. Потом, я не вещь, чтобы отдавать меня или нет. Ты поступила низко, понимаешь это или нет?

— Да, я дала тебе виагру, но разве нам было плохо? Мы муж и жена, если ты забыл, и то, чем мы занимались всю ночь, вполне естественно между супругами!

— Ты использовала моё доверие. Очень жаль, что до тебя не доходит, как это выглядит со стороны!

Вероника вскинула вверх подбородок и скрестила на груди руки.

— Думаю, наш брак себя исчерпал, — Роман покатал желваки. — Я отдам юристам распоряжение готовить бумаги на развод.

— Я могу быть беременна! — взвизгнула Вероника. — Больше скажу — я уверена, что забеременела, у меня самый подходящий день! Развод ты не получишь!

— Всё продумала, да? — устало покачал головой Лавров. — Долго же ты держала маску… Аплодирую стоя. Но знаешь, беременность не приговор. Есть такое средство — экстренная контрацепция называется. Если ты выпьешь таблетку, то твоё безрассудство не оставит никаких последствий.

— Убить ребёнка? Никогда! — женщина презрительно посмотрела на Романа. — Как ты можешь такое предлагать? Я рожу его, и даже не мечтай от нас избавиться! Твоей карьере придёт конец, если ты только попробуешь подать на развод, уж я об этом позабочусь.

— Что ж, значит начну всё сначала, — пожал плечами Лавров. — Не страшно, сделал карьеру один раз, сделаю и второй. А вот ты, если решишь испортить мне репутацию, при разводе получишь намного меньше, чем могла бы.

— Развода не будет! Без согласия беременной или кормящей тебя никто не разведёт, даже не мечтай! А за два года, я надеюсь, твоя любовница устанет ждать, тем более что я за тобой буду очень внимательно присматривать. Ведь доказательства твоих измен мне очень пригодятся на бракоразводном процессе!

— Ну ты и стерва! По себе судишь, что ли? У меня нет любовницы.

— То есть, ты игнорировал красавицу-жену, потому что импотент? В таком случае, должен быть особенно благодарен за виагру… и ночь, — рассмеялась Вероника.

— Да ты!!!

— Только попробуй меня хоть пальцем коснуться, — теперь женщина шипела, словно рассерженная кобра, — и я напишу заявление в полицию!

Роман смотрел на жену и удивлялся переменам — как же она хорошо маскировалась! Или это он был настолько слеп? Видел только её красоту и любил память о той девчонке, которой Ника была ещё несколько лет назад… А она давно уже не та наивная и добрая Вероника. Просто обратные метаморфозы: ослепительная бабочка сначала превратилась в невзрачную куколку, а из той через некоторое время вылупилась уродливая гусеница.

— Как ты себе представляешь наше совместное сосуществование? Я всё равно с тобой жить не стану — не получится развестись сейчас, подожду, когда ребёнку исполнится год, отсужу его у тебя, а ты отправишься на родину. Причём, с голым задом. Конечно, если ребёнок будет, ты несколько преждевременно размахиваешь им, словно флагом. Ничего, где двое, там и трое.

— Ах, да, я совсем забыла про суррогатную мать! — жена нехорошо прищурилась. — Ты главное, когда она опростается, не забудь сделать детям тест на определение отцовства. Думаю, эта идеальная Лизочка ещё не раз сумеет тебя удивить! Так, Лавров, у меня дела, так что прости, наш разговор окончен.

И вышла, напоследок окинув Романа насмешливым взглядом.