ГЛАВА 14

Колокол на главной башне насгера ударил дважды.

В последний раз оглядевшись по сторонам, Амирэль, нервно стиснула пальцами учебники и пошла по дорожке к учебному корпусу. В душе царило гнетущее чувство уныния и тоскливой апатии.

Элл опять не приехал.

Он больше не появлялся в Эвалоне ни разу с тех пор, как, повздорив на берегу моря с Ами, рассказал ей о договоре с Магридом.

Ами пыталась осторожно выяснить у Гилдалеона, чем сейчас занимается Владыка, но в ответ получала лишь скупую констатацию фактов, что светлый правитель жив, здравствует и занят делами.

Девушка злилась и на себя, и на него. На себя за то, что в сердцах бросила ему, чтобы больше не приезжал, а на него за то, что принял ее слова всерьез.

Без Элла ни елось, ни пилось, ни дышалось. После долгой разлуки хватило одного только его взгляда, чтобы тяжело заболеть им снова. Если бы не выпускные экзамены, Ами, наверное, плюнула бы на все и отправилась в Таоррисин. Она плохо представляла себе, чем объяснит свой приезд Владыке и что станет говорить дальше, просто хотела его видеть, потому что без него вся ее жизнь превращалась в серый кошмар.

— Ты где ходишь? — набросился на Ами Симлазар, едва она вошла в аудиторию и села за парту. — Орииль уже два раза заходил и спрашивал о тебе.

— Зачем я ему понадобился именно сейчас? — хмуро поинтересовалась Ами.

Сим, напустив на лицо важности, таинственно пригнулся и зашептал:

— Вчера в нагсере было собрание мэтров. Ходят слухи, что двоим ученикам нашего электа собираются предложить аспирантуру, и есть все основания предполагать, что это мы с тобой. Ты только представь — практика в Мирнринделле, аспирантура в Эвалоне, а потом мы с тобой сможем преподавать здесь — в лучшем нагсере Айвендрилла.

Ами криво улыбнулась, не выразив особой радости по этому поводу.

— Ты не рад? — удивился парень. — Ты, человек, будешь учить эльфов. Разве это не чудо?

— Я предпочитаю лечить, а не учить, — вяло ответила Ами.

— Ты хочешь сказать, что после окончания нагсера предпочитаешь поехать практиковать в какое-то захолустье, а не остаться здесь? Ты шутишь?

— Там я, по крайней мере, буду приносить большую пользу, — возразила девушка, после чего открыла книгу и бездумно уткнулась в строчки, делая вид, что читает.

В распахнутые двери вошел дэр Гилдалеон в сопровождении нескольких преподавателей, и Сим, вставая с места, так и не успел что-то сказать Ами в ответ.

— Итак, — Гилдалеон обвел острым пронизывающим взглядом студиозов. — Сегодня для всех вас наступил важный и решающий день: подведение итога проведенных в стенах нашего учебного заведения четырех лет. Ах, да. Для Амира — двух, — насмешливо заметил протэктор, вызвав у всей аудитории улыбки. — Скажу сразу, что экзаменационное задание для каждого из вас мы подбирали индивидуально, учитывая все ваши сильные и слабые стороны. Цель — опираясь на приобретенные знания, в максимально короткий срок заставить вас показать истинные возможности вашего дара, раскрыться по максимуму. Каждому студиозу на испытание дается не больше десяти-пятнадцати минут. Ровно столько, сколько времени ваш пациент может прожить с травмой без помощи целителей. Дальше, как вы понимаете, наступает смерть. Сдавать экзамен вы будете на фантомах, и у каждого будет две попытки, но… прежде, чем что-то делать, советую все же помнить, что второго шанса в настоящей жизни вам никто не даст.

Протэктор замолчал, с доброй улыбкой разглядывая серьезные и сосредоточенные лица учеников, а затем спросил:

— Кто желает сдать экзамен первым?

— Я, — мгновенно подняла руку Ами, посчитавшая, что чем больше будет сидеть и ждать своей очереди, тем сильнее начнет волноваться.

— Похвально, — слегка склонил голову Гилдалеон. — Тем более, что ваше задание, Амир, самое сложное, учитывая ваш уровень силы.

Ами нервно выдохнула, даже не представляя, что могли для нее придумать преподаватели.

— Какое самое простое и действенное средство, нейтрализующее яд, вы можете назвать? — неожиданно задал вопрос Гилдалеон, и прежде чем подумать, Ами на автомате ответила:

— Кровь нелюдя на гномьем спотыкаче.

Глаза протэктора полезли на лоб, а зал зашелся дружным хохотом.

— Неожиданно… — прочистил горло Гилдалеон, разглядывая Ами с живым интересом, затем взмахнул рукой, и в воздухе возникла голубоватая сфера, внутри которой находился призрачный фантом эльфа, зависшего над землей в горизонтальном положении. — Предположим, что в вашем распоряжении нет ни крови нелюдя, ни гномьего спотыкача — только две пары рук, знания и ваш дар, — дэр взмахнул рукой, сфера исчезла, открывая взору раненого мужчину, и у Ами в горле застрял воздух, а руки мгновенно вспотели и начали дрожать.

— Ваш пациент, Амир, — холодно и спокойно продолжил Гилдалеон. — Тройное ранение стрелами. Повреждение мягких тканей плеча, бедра, раздроблена кость голени. Наконечники стрел отравлены ядом атрикса.

В аудитории поднялся возмущенный гул, и кто-то из эльфов выкрикнул:

— Так не честно. Это безнадежный случай.

— И, тем не менее, пациент выжил, — многозначительно поднял бровь Гилдалеон, давая всем понять, что данный случай не выдумка учителей.

Ами смотрела на безликое полупрозрачное тело эльфа, лежащего перед ней, на синие реки вен, сосуды, кости, проекцию его сердца, и ей казалось, что она снова вернулась в леса Нирнистаура в тот ужасный день, расколовший ее жизнь на "до" и "после".

Жестоко со стороны Гилдалеона было снова заставлять ее проходить через это.

Жестоко…

Но необходимо… Два года назад Ами бы его не поняла. Сейчас знала, чего добивается от нее протектор. Если бы тогда, в лесу, она все сделала правильно, то не пришлось бы идти за грань следом за Эллом, не было бы привязки и не было бы тяжелых последствий, едва не погубивших их обоих. Учитель говорил, что в настоящей жизни второго шанса никто не дает. Сейчас же, опровергая собственное утверждение, он давал возможность Ами все исправить. Странно, но сегодня это было именно то, в чем Амирэль так нуждалась.

— Я готов, — кивнула она, вытирая взмокшие ладони о ткань брюк, и Гилдалеон, щелкнув пальцами, запустил сердце фантома. По венам эльфа побежала кровь, легкие расширились и сжались, прогоняя воздух, а грудная клетка высоко поднялась на вздохе.

Вскинув руки, Амирэль мгновенно ударила в плечо мужчины квадрой стазиса, пережимая сосуды и отрезая путь для распространения яда. Рана в плече была самой серьезной, потому что находилось ближе всего к сердцу, ошибкой Ами в прошлый раз было то, что начав с бедра, она потеряла слишком много драгоценного времени. Ухватившись за оперение стрелы, девушка сломала древко, затем, протолкнув наконечник вперед, осторожно вытащила стрелу из раны. Пальцы по инерции плели защитную сеть заклинаний, поддерживающих работу сердца, останавливающих кровь и нормализующих работу остальных органов. Мозг девушки работал как безотказный механизм, диктуя рукам коротко и четко, что следует делать дальше. Один за другим локализировались очаги заражения, ломались и вынимались стрелы, сращивались кости и останавливалась кровь…

Фантом уже с ног до головы был опутан ручейками магии, а Ами все еще продолжала методично сканировать тело, придирчиво и скрупулезно проверяя, как работает каждый орган. На секунду она замерла, отрешенно глядя на спокойно и размеренно бьющееся сердце пациента… и вдруг за ее спиной раздался громкий хлопок. Вздрогнув, Амирэль непонимающе заскользила взглядом по поднимающимся с мест эльфам, а затем растерялась совершенно, когда все они стали ей аплодировать.

— Браво, Амир, — тихо произнес Гилдалеон. — Ты справился с задачей всего за десять минут.

Ами рассеянно моргнула. Десять минут? Ей показалось, что прошло не меньше часа.

— У меня получилось? — хрипло уточнила она.

— Высший балл, Амир, — улыбнулся ей дэр Геристрэлль. — Вы сдали экзамен на "отлично". Можете остаться в аудитории и посмотреть, как будут проходить испытания ваши друзья.

— Я, пожалуй, выйду ненадолго, — чувствуя, что ноги начинают подкашиваться, а руки после перенапряжения ломить и болеть, попросила Ами.

— Твое право, — согласно кивнул Гилдалеон, тут же переключаясь на остальных учеников. — Кто следующий?

Амирэль вышла в коридор, так и не услышав, кто отважился сдавать экзамен после нее. В голове шумело, и тело было легким и чужим. Непослушным. Чего-то хотелось… Заплакать. И… Кажется, выпить… Желательно, крепкого эльфийского.

Сглатывая и тяжело дыша, девушка смотрела в яркий проем окна, пытаясь успокоиться. Получалось отвратительно. Вернее, совсем не получалось. В памяти всплывали события двухгодичной давности, и рука конвульсивно прижималась к груди то ли в попытке почувствовать появившийся там с тех пор цветок, то ли в стремлении стереть его одним легким нажатием ладони.

Наверное, Ами простояла так довольно долго, потому что очнулась она оттого, что на плечо ей опустилась чья-то рука, а следом за ней раздался восторженный голос Симлазара:

— Амир, я сдал.

— Поздравляю, — пытаясь улыбнуться, произнесла Ами.

— Ты чего серьезный такой? — растерялся эльф. — Все, расслабься. Все закончилось. Ты, конечно, сегодня превзошел сам себя. Ну и задачку тебе мэтры задали. Я бы точно не справился. Я только потом догадался, что это был случай с покушением на Владыку на празднике в Нирнистауре. Говорили, что его спас один из учеников Манэльдора.

Ами поморщилась, не желая рассказывать другу правду о себе, а Сим, не замечая ее смущения, продолжал на радостях трещать без умолку:

— Кстати, о Владыке. Ты что собираешься сейчас делать?

— Не знаю, — мгновенно напряглась Ами.

— Тогда полетели со мной в Рофельяр, — предложил эльф. — Там сегодня спускают на воду два корабля, и Владыка будет открывать праздник. Я посмотреть хотел.

— Владыка? — хрипло переспросила Ами, чувствуя, как пульс начинает биться по нарастающей амплитуде, а тело ощутимо дрожать. — Уверен, что он там будет?

— Конечно, уверен, — удивился парень. — Я же сам родом из Рофельяра, у меня там родители живут. А брат отца один из этих кораблей лично строил…

— Полетели быстрее, — не став слушать дальше, выпалила девушка. Симлазар удивленно расширил глаза, и Ами пояснила: — Пропустим ведь начало праздника.

Сим, согласно кивнув, повел Амирэль к площадке для скирргорнов, воодушевленно рассказывая по пути, что наконец познакомит своего лучшего друга с родителями, а Ами слушала его вполуха, думая лишь о том, что всего через полчаса снова увидит своего любимого эльфа.

* * *

В Рофельяре царила праздничная атмосфера, и после чопорного и степенного Эвалона город, обвешанный разноцветными фонариками, флажками, колокольчиками и лентами казался эдаким сундучком с безделицами, в котором долгие годы складывался милый хлам, в надежде, что он однажды может пригодиться.

По улицам с цветастыми вертушками на длинных палочках шумно носилась детвора, разбавляя звонкий гомон города своим мелодичным смехом и, проникнувшись всеобщим весельем, Сим остановился возле большого лотка со сладостями, чтобы купить холодный десерт. Пока ему в печеные стаканчики насыпали лесных ягод с воздушным кремом, Ами глазела по сторонам, пытаясь понять, в какой стороне находятся верфи, где будут спускать корабли.

Откуда-то с балкона раздался радостный вопль: "Владыка приехал", и живое течение горожан, подхватив Амирэль, как сухой лист, понесло вперед, не дав даже успеть что-нибудь крикнуть Симлазару.

Огромная площадь, на которой собрались все эльфы города, упиралась в широкие, спускающиеся к набережной ступени, и с ее высоты очень хорошо было видно и приземлившийся на каменной площадке ольдт, и легко спрыгивающего с птицеящера светлого правителя Айвендрилла, с улыбкой идущего навстречу королю морских эльфов.

Растолкав локтями зевак, Ами удалось подобраться поближе к кордону охраны, перегораживающей доступ к лестнице, откуда происходящее внизу виделось как на ладони.

Собственно говоря, сама праздничная церемония мало интересовала Ами. Она не слышала ни приветственную речь короля Эйрмарилла, ни тех слов, что после него говорили другие высокопоставленные эльфы — все ее внимание было занято Элладриилом, взирающим на приветствующих его подданных, как показалось Ами, с какой-то грустной улыбкой.

Он немного похудел, но истощенным не выглядел. Спокойный и безмятежный, сейчас он был именно таким, каким Амирэль увидела его в Арум-Рисире впервые, и девушка блуждала влюбленным взглядом по его лицу, радуясь, что, будучи незамеченной, может это делать совершенно безбоязненно.

Громко заиграла музыка и, под ликующие вопли собравшихся, Элл и король Эйрмарилл спустили корабли со стапелей, после чего направились к воде, чтобы опустить в нее по традиции венки из ветвей священного дерева лидринн, приносящих удачу мореплавателям и умилостивляющих водную стихию.

Ами сдвинулась вправо и привстала на носочки, потеряв Владыку из виду, и тут на ее плечо тяжело опустилась чья-то рука, а затем раздался удивленный голос Итилгила:

— Амир?

Вывернуться и удрать у Ами не получилось. Начальник ольдта, вцепившись в ее плечо, как щука в хвост несчастного карасика, быстро выволок ее из толпы и, сурово сдвинув к переносице густые брови, недовольно дернул своим выдающимся носом:

— Ты что здесь делаешь?

— Гуляю, — заикаясь, промямлила Ами.

— Ты почему не в Эвалоне?

— Праздник хотел посмотреть. Уже насмотрелся. Теперь можно и обратно, — Ами попыталась выдернуть руку, но Тиль сжал ее еще сильнее.

— Куда? — нехорошо протянул он. — А ну, пойдем.

Эльф размашисто пошагал в сторону моря, волоча за собой Ами, тщетно пытающуюся упросить его не делать этого. Остановившись в нескольких эртах от стоящего спиной к ним Владыки, тихо беседующего с королем Эйрмариллом и его окружением, Итилгил подал какой-то знак рукой Салмердиру, находившемуся чуть дальше и имеющему возможность видеть лицо Элладриила. Салм странно повел шеей, и в ту же секунду Владыка, разомкнув сцепленные за спиной ладони, резко развернулся, напоровшись взглядом на испуганно закусившую губу Ами.

Несколько секунд он просто смотрел. Пристально. Хмуро. Словно сверлил своим взглядом в Ами дыру.

Возникло отчаянное желание превратиться в лужу и испариться на солнце, так неуютно чувствовала девушка себя в этот момент.

— Как ты здесь оказался? — голос Элладриила звучал холодно и спокойно, и Ами расстроилась еще больше, не заметив улыбки и хоть какой-то капли радости от встречи на лице мужчины.

— Я здесь с другом, мы прилетели на праздник посмотреть, — тоскливо сообщила она.

— У тебя сегодня экзамен, — бровь эльфа вопросительно изогнулась, и Ами едва не подпрыгнула от счастья.

Значит, все это время Владыка интересовался ее жизнью. Почему же не приезжал? Обиделся?

— Я уже сдал экзамен. Самый первый. На отлично, — похвасталась Ами, ожидая, что Элл перестанет хмуриться и станет ее поздравлять.

Реакция Владыки была неожиданной: он опять замолчал, глядя на Ами с какой-то мрачной отрешенностью. Пауза стала гнетущей, неловкой, и, не зная чем ее заполнить, Амирэль рвано вздохнула:

— Ты не рад за меня?

— Поздравляю, — как-то очень бесцветно и скупо обронил Элл. — Я рад. Правда рад… Что собираешься делать дальше?

— У меня через две недели практика в Мирнринделле. Я пробуду там больше месяца, — осторожно начала Ами, а потом, отбросив стыд, выпалила: — Я хотел эти две недели провести с тобой. Ты когда-то обещал свозить меня к водопадам Файгона… Может, поедем?..

Элл вздрогнул, сжал руки в кулаки, а затем и вовсе спрятал их за спину.

— Прости, но я в это время буду занят, поэтому не смогу уделить тебе внимание.

Ами в беспомощном отчаянии посмотрела в глаза эльфа, и он, не выдержав, отвел взгляд.

— Ты сердишься на меня? — пытаясь не заплакать, спросила Ами. — Это из-за того, что я в прошлый раз сказал тебе, чтобы ты больше не приезжал?

— Нет, — так и не поднял взгляда Элл. — Я действительно буду занят, Амир. Я… Я женюсь. У меня скоро свадьба.

Амирэль показалось, что ей в сердце воткнули раскаленный прут. Хватая сухими губами воздух, она безжизненно переспросила:

— Женишься? На ком?..

— Ее зовут Эстэль Варгард, — тихо ответил Элл.

Земля под ногами Амирэль качнулась и звуки стали стремительно ускользать.

— Эстэль Варгард… — потрясенно повторила она. — Поздравляю… Тебе повезло…

— Ты ее знаешь? — на лице Элла наконец проскользнула живая эмоция, пробивающая наброшенную на него сдержанную и холодную маску.

— Лучшей жены тебе не найти во всем белом свете… — непослушными губам прошептала Ами, а потом, неуклюже повернувшись, бездумно пошла прочь.

— Подожди, — голос Элла прозвучал над ее головой, как удар колокола. Теплые пальцы жестко сомкнулись на озябшей ладони Амирэль, и ее настойчиво потащили куда-то вперед.

Девушке казалось, что она оглохла и ослепла, и в окружающем ее ледяном холоде только рука Элла была живой и горячей, дающей ей ощущение защиты и безопасности.

— Садись на скирргорна, — подтолкнув Ами к Рахду, приказал Элл.

Придя в себя, девушка мазнула невидящим взглядом по птицеящеру и безучастно спросила:

— Зачем?

— Поехали домой, — тяжело вздохнул Владыка. — Ты же хотел вернуться в Таоррисин?

— А как же?.. Ты же сказал?.. — находясь в каком-то плотном тумане оцепенения, пробормотала Амирэль.

— Мы с тобой два года не виделись. И неизвестно, когда увидимся вновь. Так неужели мы не имеем права хотя бы две недели побыть вместе?

— Не надо пытаться быть таким вежливым только потому, что я тебе навязался, — качнула головой Ами.

— Откуда ты это взял? — недоуменно приподнял бровь Элл.

— Ты ведь не собирался больше ко мне приезжать, зачем же теперь хочешь забрать с собой?

Элл опустил голову и сдавил пальцами переносицу, понимая, что проиграл. Проиграл самому себе в борьбе с собственными чувствами в тот миг, когда коснулся руки Амира.

Что такого было в этом мальчишке, что диктовало Эллу такую острую извращенную необходимость держать его возле себя? Почему, глядя на него, он совершенно тупел, и почему только рядом с ним было так отвратительно хорошо, даже сейчас, когда Амир просто стоял и молчал?

Как же честно он пытался держаться от него подальше. Не видеть, не слышать, не думать… и вот теперь глупый случай все испортил, свел на "нет" все его старания и борьбу.

— Я не приезжал, потому что думал: так будет лучше. Ты в прошлый раз совершенно правильно упрекнул меня в том, что я не имею права вмешиваться в твою жизнь и пытаться тебя контролировать, так, будто купил тебя у Магрида, словно вещь. Я хотел, чтобы ты знал, я сделал это из добрых побуждений и никогда не воспользуюсь своими правами на тебя. Твоя жизнь теперь принадлежит только тебе, и ты можешь распоряжаться ею так, как тебе захочется. Никто не смеет тебе диктовать, куда идти, что делать и с кем дружить. Хочешь остаться в Эвалоне и преподавать в нагсере? Что ж, замечательно — это твое право и твой выбор. Я буду только рад за тебя, что ты нашел дело по душе…

— А если я скажу тебе, что хочу остаться с тобой? — не смея смотреть Владыке в глаза, отчаянно прошептала Ами.

Элл шумно втянул носом воздух, а потом резко сгреб Ами в свои объятия, надавив подбородком в ее макушку.

— Так нечестно, Амир, — бессильно простонал он. — Нечестно… Это запрещенный прием. Ты же понимаешь, что я не смогу тебя прогнать?

— Так не прогоняй, — прикусила дрожащую губу Ами.

— На нас все смотрят, — Элл поднял голову, только сейчас заметив, что за ним с Амиром наблюдают абсолютно все подданные. — Поехали отсюда. Дома поговорим.

Боясь, что Элл может передумать, Ами, как под действием дурмана, взобралась на Рахда, и только когда Владыка, усевшись за ее спиной, прижался к ней грудью, пришла в себя.

Всевидящий, что она делает? Чего добивается? Элл ведь почти муж ее сестры.

Сестры…

Амирэль хотелось умереть. Даже она не смогла бы найти для Владыки более достойную пару, чем Эстэль. Ами вдруг подумала, что если бы она попросила сестру не отнимать у нее ее любимого, то она обязательно бы сжалилась над ней. Вот только нужно ли это было самому Эллу? Нужна ли ему была Амирэль Варгард — обманщица и лгунья? Не возненавидит ли ее светлый Владыка, когда узнает о ней всю правду?

Мысли жалили больнее ос и бросали Ами из крайности в крайность. Она запуталась еще больше, а теперь просто не знала, за какую нитку нужно дернуть, чтобы развязать все то, что она наворотила, никому при этом не причинив зла.

В отличие от взбудораженной и взвинченной Ами, Владыка был хладнокровен и спокоен. Сейчас он очень ясно понимал, что на то, чтобы попрощаться с Амиром, у него осталось всего две недели. Нет, ни о каких глупостях Элл даже не думал, просто решил позволить себе две недели побыть рядом с тем, кто был ему бесконечно дорог. В конце концов, он имел на это полное право.