Глава 18

Алекс.

Раньше я свою бывшую жену ещё как-то понимал, ничего в её сторону не предпринимал, даже был готов хоть немного помочь. Но после того, что она натворила в тот момент, когда я был спокоен и удовлетворён тем, что избавил Лину от всех её проблем, во мне вспыхнуло желание придушить её собственными руками. Чувство ярости жгло изнутри, смешиваясь с усталостью и отчаянием — я был на грани.

Так вот, выбрав место для отдыха — уютный горнолыжный курорт — я забронировал для нас номер и с вожделением начал возить своих домочадцев по магазинам, покупая всем обновки. Лина пыталась сопротивляться, но я был непреклонен. Я хотел, чтобы моя девочка выглядела шикарнее всех и чувствовала себя удобно везде и во всём. Закупившись одеждой и снаряжением, мы направились в продуктовый магазин, где, как обычно, набрали полную тележку разнообразных продуктов, радостно обсуждая будущие блюда и лакомства.

Дома, разобрав покупки, мы устроились в гостиной перед телевизором. Немного отдохнув, девочки отправились готовить обед. Лина каждый день придумывала что-то новенькое, стараясь радовать наши вкусовые рецепторы. Тася, как тень, постоянно была рядом, наблюдая, помогая и спрашивая, что куда положить.

Когда Лина стала накрывать на стол в столовой, я подошёл к ней сзади и прижал к себе, показывая ей, своим поведением, всё своё желание.

— Мы с тобой женаты уже месяц, а за это время мы занимались с тобой сексом только один раз. Я постоянно хочу тебя, девочка моя! — прошептал я ей на ухо, чувствуя, как кровь приливает к вискам.

— Поумерь свой пыл и своего коня! — выпалила Лина. — Вот пройдут твои рёбра, тогда и посмотрим на ваше с ним поведение!

— У меня с рёбрами уже всё в порядке, я тебе клянусь! — сказал я и тут же пожалел об этом, получив толчок локтём по больным рёбрам, от которого даже дыхание сбилось.

— Ну, как? Всё ли в порядке? — переспросила Лина, когда я судорожно ловил воздух ртом.

Я обиженно расцепил руки и сел на диван, пытаясь отдышаться.

— Не боишься, что пойдёт налево? — прошептала Тася, наблюдая за нами с хитрой улыбкой.

— Пусть только попробует! Оторву всё, что мешает спокойно жить! — выпалила Лина, и в этом голосе звучала стальная решимость.

Тася хохотнула и снова занялась посудой, помогая накрывать стол. И тут началось неожиданное веселье: телефон Лины запиликал — событие крайне редкое. Девочка взяла его в руки, разблокировала и побелела. Через минуту пришло сообщение и мне: «Получи фашист гранату!» — от моей бывшей жены.

— Б**дь! И что же там у Лины? — тихо прошептал я.

— Пап, тут у Лины ты голый с мамой в постели, — сказала Тася, заглянув в телефон. — Ты за мной ездил, успел ещё и с мамой встретиться? Только почему так, а не в каком-то более скромном месте, если ты утверждаешь, что любишь Лину?

— Тась, я не встречался с твоей матерью, я сразу из аэропорта за тобой! — попытался объяснить я.

— Пап, мне твои объяснения не нужны. Попробуй теперь Лине доказать, что у вас с мамой ничего не было, — сказала дочь, глядя на Лину.

Лина тем временем засунула телефон в карман домашних штанов и стала подниматься на второй этаж. Я последовал за ней.

— Лина! Остановись! Давай поговорим! — окликнул я её, поймав за руку.

— Я поживу в отеле у Олега Викторовича. Зарплату и расчёт по больничному получу — этого хватит на первое время, — ответила Лина, твёрдо убирая взгляд.

— Не делай глупостей!

— Алекс, я уйду. Я не буду жить с человеком, который обманывает меня и не прислушивается к моему мнению!

— Прошу тебя. Не уходи. Я правда не изменял — это, наверняка, фотошоп.

— А если и не фотошоп? — прорычала она.

— Не придирайся к словам. Прошу ещё раз: не уходи. Эта стерва может ещё что-нибудь придумать, чтобы разлучить нас сильнее.

— Посмотрим. Считай, это экзамен для нас и проверка на прочность.

Я стоял, наблюдая, как Лина с остервенением собирает вещи, но при этом тщательно отбирает только нужное — показывая мне, что она не алчная и не злостная. Собрав сумку, она отправилась в комнату к Лёшке, и через полчаса они сели в такси и уехали.

Я бессильно уселся на диван, безжизненно глядя в стену. Чувство пустоты и одиночества сжимало сердце. Даже Тася, прижавшаяся ко мне, не могла изменить моего состояния. Неужели всё закончилось? Или есть шанс всё исправить?

— Пап, мы что-нибудь обязательно придумаем и вернём Лину с Лёшкой домой. Я буду помогать во всём! — прошептала Тася.

— Спасибо, доча… Пошли пообедаем. Не пропадать же тому, что вы с Линой приготовили.

Мы сели за стол, но аппетита у меня не было. Мы ели молча, каждый погружён в свои мысли, но я понимал: ради Таси нельзя расстраиваться дальше.

После обеда я закрылся в кабинете, не желая никого видеть. Тася осталась на кухне, гремела посудой, наводя порядок, но меня это больше не трогало. В столовой и на кухне не было моей Лины, и мысль о том, что я могу её не вернуть, терзала меня. Как жить без неё? Она — моя жизнь, так же как и Тася… без них дышать было невозможно.

***

Лина.

Снова больно. И как поверить его словам, если он всё делает по-своему, не спрашивая моего совета? Но так хочется ему верить и доверять!

Горестно размышляя о нашей новой проблеме, я почувствовала, как к горлу подступает лёгкая тошнота. Пришлось подняться из своего укрытия на летней террасе и направиться к барной стойке, решив, что, возможно, просто проголодалась. Отрезала себе небольшой кусочек торта, но и он не принёс облегчения. Через две недели тошнота усилилась до невозможности — мутить стало буквально от всего и в любое время суток.

— Так, детка, — сказала мне Тамара Михайловна на работе, в школе. — Не пора ли тебе сделать тест на беременность?

— Чего? — не сразу поняла я.

— Того самого, — многозначительно протянула она.

— Нееееет! Только не сейчас!

— А чего это вдруг? Ты молода, пора уже рожать.

— Не всё так просто, — выдохнула я, опустив глаза.

— Поругались, что ли? — прищурилась она. — То-то я смотрю: ходишь две недели мрачнее тучи. А я-то думала, что у вас всё хорошо. Он ведь каждый день приезжает к школе! Что на этот раз у вас случилось?

— Муж мой изменил мне со своей бывшей женой.

— Откуда ты узнала?

— Бывшая фото прислала.

— Ну и дурочка ты, — сказала Тамара Михайловна, строго покачав головой. — Поверила в эти фотографии? Да сейчас фото легко и качественно подделываются. А если нет других доказательств — значит, это сплошная брехня! Поверь, детка: не видела своими глазами — значит, не было! Не держала свечку — нечего и верить! Не дури, помирись со своим мужем, тем более, что, похоже, ты беременна.

— Про беременность ещё надо выяснить, — пробормотала я. — Может, просто отравилась.

— Дома выяснишь! — услышала я за спиной голос Алекса. — Её рабочий день уже закончился? — спросил он у Тамары Михайловны.

— Да! Забирайте её, — улыбнулась женщина и подала ему мою сумочку с телефоном, которые всё это время спокойно лежали на подоконнике.

Алекс взял вещи, крепко схватил меня за локоть и буквально вытолкал из кабинета, несмотря на моё возмущённое сопротивление.

— Будешь упираться — перекину через плечо, и будешь сверкать своей пятой точкой по всей школе! — прорычал он.

Я вздохнула и покорно пошла к выходу.

На улице он затолкал меня в машину, и мы поехали сначала за Лёшкой, потом — домой. По пути заехали в аптеку за тестами на беременность.

— Быстро проверяться, — велел Алекс.

— Ага, бегу и спотыкаюсь, — пробурчала я.

— Что происходит? — спросила Тася, встретив нас на пороге.

— Мы, похоже, беременны, — буркнул Алекс, — только Лина не спешит это подтвердить. Если не пойдёшь делать тест, силой утащу в больницу!

Показав ему язык и смешно сморщив нос, я спряталась в туалете и заперлась на замок.

— Открой дверь! — требовательно раздалось снаружи.

— Нет!

— Я сейчас выломаю её!

— Ага, и будешь смотреть, как я писаю? Делать тебе больше нечего? Иди, развлекайся со своей бывшей женой!

— Не доводи меня до белого каления!

— А ты не заставляй нервничать потенциальную мать твоего возможного будущего ребёнка!

— Зараза! — донёсся его глухой голос, а за ним — тяжёлый удар кулака в дверь.

Я нарочно провела в туалете дольше обычного, пристально глядя на тест, где чётко вырисовывались две полоски. Сердце сжалось. Как же так? Забеременела после первого и единственного раза?

Молча вышла из туалета, вложила тест в руку Алексу и прошла мимо. Он догнал меня уже на кухне, когда до него дошло, что я действительно беременна.

— Больше тебя никуда не отпущу, — сказал он, обнимая меня крепко, почти до боли. — И только попробуй сбежать снова!

— Зная твою бывшую, — прошептала я, — не удивлюсь, если она подстроит что-нибудь ещё, чтобы ты сам выгнал меня из дома… из своей жизни.

— Не позволю, — твёрдо произнёс Алекс, осыпая моё лицо поцелуями. — Ты моя. Только моя. Никуда тебя не отпущу.

— Зато ты не мой! — вырвалось у меня, всё ещё горя от обиды из-за тех проклятых фотографий.

— Да не виделся я с ней тогда, когда ездил за Тасей! Забудь уже об этом. Поехали лучше встать на учёт — токсикоз ведь плохое дело.

— Да неужели? Ты теперь специалист по беременности? — фыркнула я. — На стороне у твоей любовницы есть ещё дети от тебя, помимо Таси?

— Прошу тебя, перестань издеваться, — сказал он тихо, с явной обидой.

Я молча сняла одежду, чтобы переодеться в более удобную для больницы. Но едва осталась в одном белье, как оказалась в его объятиях.

— Выпусти меня, медведь!

— Не могу… Я хочу тебя.

— Отпусти сейчас же! Нам в больницу надо ехать.

Кое-как оттолкнув Алекса, я быстро стала одеваться, чтобы он снова не успел на меня накинуться. Вскоре мы оказались в кабинете гинеколога, причём Алекс зашёл вместе со мной. Самым забавным для меня оказался его взгляд, когда он заметил, что моим гинекологом оказался мужчина, а не женщина.

— Простите, а можно мою жену будет осматривать женщина? — смущённо спросил он.

— А что вас смущает во мне? — спокойно ответил гинеколог.

— То, что вы мужчина…

— Я гинеколог, — улыбнулся он. — Для вас не должно быть важным, что я мужчина. Я медицинский работник, и это главное.

— Всё равно… остаётесь мужчиной.

— Мужчина, — сказал доктор строго, — я за стенами в больнице, а кроме того, я счастливый муж. Если вы будете отвлекать меня, придётся попросить вас выйти, чтобы я мог спокойно заниматься своей работой.

Пока мужчины спорили, я уже разделась по пояс и заняла гинекологическое кресло. К моему удивлению, смущение полностью исчезло — я наблюдалась у этого врача последние пару лет и доверяла ему.

Алекс нервно расхаживал по кабинету, внимательно следя за каждым движением гинеколога, который аккуратно взял анализы и тщательно осмотрел меня — и снизу, и сверху.

— По увеличенной матке можно смело сказать, что вы действительно беременны. Можете одеваться. Пойдёмте на УЗИ, потом сразу сдадите кровь, — сказал доктор.

Я послушно спустилась с кресла, оделась и следом пошла за гинекологом в соседний кабинет, где сделали УЗИ и подтвердили беременность сроком около четырёх-пяти недель. После этого я сдала кровь из вены, а Алекс ходил за мной по пятам, словно моя тень. Вернувшись к гинекологу, он выписал мне витамины и пару других лекарств, назначил приём на следующий день, чтобы поставить меня на учёт по беременности, получив при этом все результаты анализов.

Дома я с усталостью растянулась на кровати, не в силах даже раздеться и сходить в душ. Алекс, тем временем, занимался своими рабочими делами по телефону, а я погрузилась в крепкий сон. Но вскоре приснился кошмар — я резко села на кровати и тут же обнаружила рядом Алекса, который мгновенно обнял меня, лаская и успокаивая. Паника и истерика охватили меня полностью: я уткнулась ему в грудь и рыдала, как маленький обиженный ребёнок. Чёртов сон! Я сама ещё хочу быть ребёнком, а у меня скоро появится своё дитя.

— Я с тобой, девочка моя! Успокойся! — шептал Алекс, поглаживая меня и крепко прижимая к себе. — Я всегда буду с тобой. Везде и во всём. Я буду помогать тебе. Прошу, только не плачь. Я люблю тебя! И буду говорить тебе об этом бесконечно.

— Саш… я боюсь становиться мамой, — впервые сказала я его имя на другой, более нежный лад.

— Дурочка! — засмеялся Алекс. — Ты будешь самой настоящей и лучшей мамой! У тебя будет поддержка со всех сторон.

В этот момент его телефон запиликал. Алекс посмотрел на экран и нахмурился:

— Ох, как интересно… Смотри, моя жена снова постаралась и прислала новые фотографии.

Он показал мне экран телефона, где была я — с неизвестным мне мужчиной.

— Мне уже начинать оправдываться? — тихо спросила я, осознавая, что зря злилась на Алекса.

— Ты знаешь этого мужчину?

— Нет… но если бы встретила его на улице, может, и замутила бы что-то, — сказала я, с лёгкой улыбкой, осознавая всю абсурдность ситуации.

Алекс недолго задумался, а потом, догнав шутку, рассмеялся в ответ.

— Ну ты и заноза! — произнёс он, улыбаясь.

— Мы теперь квиты? — ответила я.

— Да. Давай не будем из‑за этого ссориться и ругаться? — тихо предложил он.

— Согласна. Я в душ хочу.

— Мне с тобой можно? — робко спросил он.

— Нет! — отрезала я. — Я просто хочу помыться и лечь спать дальше. Меня всё ещё мутит, не хочу, чтобы меня вырвало на тебя.

— Ты голодна. Тебе бы перед сном поесть не помешало.

— Не хочу есть, а вот от сока бы не отказалась.

— Иди в душ, а я за соком.

Я медленно встала с кровати, прихватив полотенце из шкафа и сорочку с трусиками, и скрылась в ванной. Душ смыл с меня напряжение — горячая вода текла по плечам, уносила тревоги. Вернувшись в спальню, я не обнаружила Алекса: на прикроватной тумбочке стоял сок. Я выпила глоток, забралась под одеяло на его место и вскоре снова уснула. К счастью, проспала спокойно до самого утра; к пробуждению меня ждал завтрак в постель — аккуратно сервированный, с тёплым хлебом и апельсиновым соком.

После завтрака, под пристальным, но нежным наблюдением мужа, я отправилась рыться в шкафу в поисках одежды для работы.

— Куда это ты собралась? — поинтересовался Алекс, появившись у дверцы.

— На приём к гинекологу и затем на работу.

— Может… ну её, твою работу? — предложил он, с явной заботой в голосе.

— Нет! Об этом не может быть и речи. Я буду работать до декрета. И прошу тебя: не отговаривай меня. Я не хочу сидеть целыми днями дома и медленно толстея.

— Постараюсь больше не заводить разговоры на эту тему, — пообещал он, понуро кивая.

Алекс снова отвёз меня в больницу, а затем довёз до работы и уехал по своим делам. На работе мне постоянно дозванивался ь Лёша, узнавая, как у меня дела, говоря при этом, что сильно скучает по мне.

— Помирилась с мужем? — поинтересовалась Тамара Михайловна, как только я появилась в кабинете.

— Да. И — я беременна.

— Вижу, что радости в твоих глазах мало.

— Я не была к этому готова, поэтому пока не знаю, как правильно реагировать.

— Когда малыш начнёт шевелиться, тебя накроет всеми положительными эмоциями и чувствами, — улыбнулась она. — А пока постарайся не думать о плохом: материнство — это счастье.

Мы ещё немного поболтали и приступили к документам. В конце рабочего дня за мной зашёл Алекс.

— Не шалила тут моя девочка? — поцеловал он меня, обнимая.

— Нет! — ответила Тамара Михайловна. — Вы бы его брата в какой‑нибудь лагерь отправили, а то он постоянно названивает и дергает её. Там он был бы под присмотром круглосуточно.

— Я не смогу не видеть его целыми сутками, — возразила я.

— Можно найти лагерь, откуда ребёнка будут забирать на ночь домой — и мальчишке это пойдёт на пользу: общение с другими детьми, новые друзья.

Я перевела взгляд на Алекса; он кивнул:

— Сначала узнаем у Лёши. Если он согласится — найдём подходящий лагерь и отправим. Поехали домой.

Попрощавшись с Тамарой Михайловной, мы вышли и заехали в магазин, закупились продуктами и отправились домой — маленькая, обыденная последняя сцена дня, где за кухонным столом вновь собиралась наша семья.