Глава 15

– Напомни мне больше с тобой не пить, – пробормотала Рона, пытаясь ключом попасть в замочную скважину.

Я рядом подпирала стену и морально поддерживала подругу. Как мы под руку ковыляли от моего дома до Управления, вспоминать не хотелось.

– Ты каждый раз так говоришь.

– И каждый раз наступаю на те же грабли.

Замок наконец-то сдался, и Ровена пинком распахнула дверь. Ввалившись в кабинет, вампирша отмахнулась от потянувшейся ей навстречу Стесняшки, без всякого изящества скинула с ног туфли, швырнула на свой стол сумочку и упала на диван. Я вздохнула и полезла в шкаф за тоником – до вечера он нас воскресит, а потом сдам Рону на руки жениху, пусть Нар дальше с ней сам возится. Надеюсь, Том сможет забрать меня, а если нет – телепортируюсь сразу в его спальню, ориентиры-то я теперь знаю. И ведь это ещё даже не девичник был…

Кинув в подругу зельем, предусмотрительно разлитым по небольшим фиалам, я выпила свою порцию и, устроившись за столом, положила голову на руки. Минут десять, и мы перестанем быть похожими на зомби. Как так получилось, что у меня дома не оказалось тоника?

– Девушки, а вы почему в таком состоянии? – отвратительно бодрым голосом поинтересовался Морриган. Его единственного во всём Управлении Стесняшка почему-то не трогала, поэтому следователь беспрепятственно вошёл в кабинет.

– У нас помолвка, – ненадолго приподняв голову, сообщила я Алу.

– Что, у обеих? – не поверил Морриган.

– И ты молчала?! – встрепенулась Рона.

Я закатила глаза, но, так как лежала лицом в стол, никто этого не увидел.

– Тьфу на вас! У Ровены помолвка, поэтому мы вчера пили. Много. Так понятно?

– А, а я-то думала… – откинулась обратно на диван подруга.

Судя по реакции, жениха-Ловчего некромантка окончательно приняла и даже с высшим вампиром в друзьях готова смириться. Отлично, не зря столько настойки на неё извела. Меньше суток прошло, а эффект – будто месяц назад о гончих рассказывала.

– Рона, поздравляю, но у нас дело. Студенты университета отмечали за городом новый учебный год, и две девушки с вечеринки не вернулись. Последний раз их видели на празднике. Сначала посчитали, что девушки уехали домой раньше, а в учебный день их отсутствие списали на прогул. Пока спохватились, прошло почти двое суток, поэтому работать будем вместе с убойным и отделом пропавших, они сейчас в основном подозреваемых опрашивают.

– Их много? – Голос Ровены звучал уже не так страдальчески, как с утра. Тоник понемногу начал действовать.

– В данный момент около пятидесяти, не считая нанятой обслуги. Говорю же, вечеринка была. Коллеги в ужасе: чем больше спрашивают, тем больше людей добавляется в список приглашенных. Ощущение, будто в том поместье половина города отметилась. Поэтому вставайте, Освальдсон ждёт.

Вздохнув, мы с вампиршей кое-как привели себя в порядок и, опираясь на Морригана, поплелись наверх. Стоило нашему трио выползти из подвала, как мы столкнулись с начальством.

– Что с вами? – нахмурившись, поинтересовался полугном.

– У них помолвка, – ответил за нас Морриган.

– Что, у обеих?

Я вздохнула. Да если бы… Со всеми событиями хоть бы просто увидеть Тома. Стоило переезжать, если я вторую ночь подряд провожу в своём доме?

– Пока что только у меня, – нашла в себе силы улыбнуться Ровена. Это она зря-я-я…

– Отлично, значит, хорошо отдохнули и готовы поработать на свежем воздухе, – многообещающе усмехнулся Освальдсон. – Берите Герцена и отправляйтесь вчетвером в летний дом Новаков, осмотрите там всё. Следователи вас по пути в курс дела введут. Морриган! Катарину без присмотра чтоб не оставляли!

– Это ещё почему? – возмутилась я, когда мы вышли на улицу и Освальдсон не смог бы меня услышать. Алистер усадил нас в свою машину и только потом ответил:

– Одна из пропавших, Рамина Ленская, – рыжая.

Дождавшись Герцена, мы дружной компанией выехали к месту вечеринки. Оборотень слегка морщил нос, но комментировать наше с Роной состояние не стал, за что я его зауважала ещё больше, чем раньше. Я б на его месте точно что-нибудь ляпнула.

Морриган пересказал всё, что успел узнать от следователей из убойного. Праздник организовал Терри Новак, артефактор-ювелир последнего года обучения. Приглашены были не только маги, с которыми учился Терри, но и весь выпускной курс. Кто именно пришёл, а кто ушёл и когда – никто не контролировал, поэтому коллеги из убойного и отдела пропавших взвыли, пытаясь восстановить хронологию событий.

Исчезнувшие девушки были подругами с первых курсов, учились вместе на целительском и жили в одной комнате в общежитии. Одна, Рамина Ленская, – соответствовала типажу убийцы и была на восьмую часть эльфийкой. Я удивилась, когда услышала – эльфы, как и дриады, жили обособленно, в Родене почти никогда не появлялись и редко вступали в смешанные браки. За всю свою жизнь я встретила только одного человека с примесью эльфийской крови, и то у Линарда её была малая капля, но на внешности она отразилась ещё как. А тут одна восьмая! Красивой девушкой должна быть эта Рамина. Вторая, Лика Ойш, оказалась младшей дочерью главы влиятельного рода – понятно, почему Управление на уши встало, – и чистокровной дриадой, что было совсем странным.

– Дриада на целительском? – опередила меня с вопросом Ровена. – Это как? Она ведь даже укол поставить не сможет, суть не позволит ни малейшего вреда живому существу причинить.

– Дриада учится на целителя душ, эльфийка – на детского целителя. Кафедры разные, но девушки почти всё время ходят вместе, – пояснил Морриган. – Все в шоке от их пропажи, зато никто не удивляется, что даже потеряться они умудрились вдвоём.

– Надеюсь, найти получится тоже обеих, – тихо вздохнула я.

Летний дом Новаков оказался просторным двухэтажным особняком, стоящим на опушке прозрачного берёзового леса. Свет солнца и золочёные листья деревьев делали открывшийся нам пейзаж сияющим и ярким. Дом из светло-коричневого камня буквально утопал в пёстрых осенних цветах, высаженных вдоль подъездной дорожки. Если бы не выставленные в ряд служебные автомобили и мелькающие повсюду тёмно-синие мундиры охраны порядка, было бы сложно поверить, что именно здесь в последний раз видели пропавших подруг.

Стоило нам подъехать, как Наран обернулся огромным серым, с рыжеватыми подпалинами волком и отправился исследовать территорию вокруг особняка. Мы же с Алом и Роной прошли в дом. Внутри ничто не напоминало о прошедшей здесь вечеринке – неудивительно: прошло два дня, а девушек начали искать только сегодня утром. Из комнаты в комнату сновали рядовые патрульные, имитируя бурную деятельность. Со второго этажа доносился визгливый противный голос Рока Шантора – эксперта из убойного. Я поморщилась: насколько мерзким он был человеком, настолько же хорошим оставался профессионалом. Только поэтому коллеги его и терпели.

– Мы с Роной идём опрашивать местных слуг, которые работали на вечеринке и после неё, – сообщил мне Морриган. – Катарина, для тебя приготовили особое задание – после праздника уже прибрались, но всё равно осмотрись, возможно, найдёшь что-то запрещённое.

Я фыркнула, не сумев сдержать смех. Он это серьёзно? Морриган не понял, пришлось пояснять.

– Это вечеринка студентов, Ал. Если б я оказалась тут два дня назад, пришлось бы постараться, чтобы найти разрешённое! Тем более весь мусор уже убрали.

Алистер взял меня за локоть и отвёл в сторону.

– Одна из пропавших – рыжая, Кэт, – понизив голос, напомнил следователь. – Подумай, не сможешь ли ты найти следы зелья, которым занимаешься в Дознании? Тумана ведь не было, можно попробовать магически эхо уловить.

– Нельзя, – мрачно сообщила я. Если б мои разработки было так легко отследить, для палачей они были бы бесполезны. – Но я поняла, осмотрюсь и поищу странное.

– Патрульного в помощники возьми, одна не ходи!

Закатив глаза, я пальцем поманила ближайшего служащего. Совсем юный, стажёр, что ли? Ну, зато под руку с ценными советами лезть не будет.

Обойдя первый этаж идеально вычищенного особняка, – хорошие у Новаков слуги, старательные, – я поняла, что так ничего не добьюсь. Стажёр тенью следовал за мной и совал свой нос во все углы, в точности повторяя мои действия, чем невыносимо раздражал. На второй этаж я не пошла – оттуда всё ещё доносился голос Шантора, сталкиваться с которым лишний раз не хотелось. Вздохнув, я села на диванчик в гостиной и задумалась. Вот бы знать, что вообще пропавшие девушки из себя представляли? Хм, а у меня ведь в университете есть свой источник информации! Я потянулась за связником.

«Пожалуйста, скажи, что ты общаешься с кем-нибудь с факультета целителей», – взмолилась я, настроив связь.

«Разумеется, общаюсь – я же декан факультета, лидирующего по количеству травм! Эти коновалы нас факультетом подопытных кроликов называют!» – возмутился друг. Я хихикнула.

«Мне нужно всё, что ты знаешь или можешь узнать о Рамине Ленской и Лике Ойш».

«Пропавшие студентки? Тебя втянули в расследование?»

«Сижу в особняке Новаков, пытаюсь понять, зачем я тут нужна», – призналась я.

«В Университете ты нужна ещё меньше, тут не продохнуть от следователей, допрашивают всех подряд. Учебный день сорван».

«Сходи к целительницам посплетничать, а? – попросила я. – На всякий случай. Наш отдел подключили из-за Ленской, Освальдсон опасается, что она – следующая жертва убийцы рыжих. Я печёнкой чую, наш психопат ни при чём, но доказательств никаких. Может, ты что-то выяснишь? Сам знаешь, следователям рассказывают далеко не всё».

«Если Ровена узнает, свалю всё на тебя!» – не задумываясь, согласился Нар.

Отключившись, я улыбнулась. Ведьминская интуиция шептала, что поход друга в змеиное логово целительниц окажется ненапрасным.

«Между прочим, о том, что я помолвлен, здесь ещё никто не в курсе! – услышала я возмущённое сопение друга часа через полтора. – Ты хоть представляешь, куда меня отправила?!»

«Представляю, поэтому Ровене не выдам твой подвиг даже под страхом смерти, – пообещала я. – Узнал что-то интересное?»

«Ты просила сплетни собрать, а не дело раскрыть, – фыркнул Линард. – В общем, слушай. Девчонки обе нелюдимые и замкнутые, учатся много, с посторонними общаются мало. На тебя в студенческие годы похожи. Ходят парой, расстаются, только когда на спецкурсы своих кафедр уходят. Лика Ойш – дриада которая – дочь какой-то шишки и в Роден, считай, удрала из-под контроля папочки. Говорят, он на первом курсе приезжал, скандалил, хотел дочурку забрать, но не вышло – к тому времени Лика уже числилась студенткой и была под защитой университета. Зато содержания дочь лишилась, живёт в общежитии на стипендию. Вторая – Рамина Ленская, соседка Лики по комнате, так и… Вашу ж ма!..» внезапно оглушил меня ментальный вопль Линарда, и связь оборвалась на середине слова.

Я подождала немного и рискнула вновь послать вызов, но друг не ответил. Наконец, спустя почти десять минут, когда я уже перестала надеяться узнать побольше про вторую пропавшую, связник вновь подал сигнал, и в мои мысли ворвался полный восхищенного негодования голос Нара.

«Представляешь, не заметил и вляпался в магическую растяжку, – ошарашил меня он. – Старшие курсы такие на первогодок ставят, пока у тех ещё бдительности никакой… Я весь в кислотно-зелёных блёстках! Весь! Даже в волосах! И они не отмываются! – экспрессивно жаловался Линард. – Вот выясню, кто такой умный оказался, и…»

«Устроишь внеплановый зачёт по боевой магии?» – предположила я.

«Рецепт записать и запатентовать заставлю! – фыркнул он. – Эти блёстки даже Тень не берет! Так, о чём это я? Ах да, Рамина Ленская. Про семью ничего не узнал – значит, не было ничего запоминающегося. Красивая, ни с кем не встречается, хотя попытки ухаживать за ней были, но все отступались, столкнувшись с категоричным отказом. Ходил даже слух, что Лика с Раминой не просто подруги, но это целительницы категорически опровергли – утверждают, что особых отношений между девчонками нет. Ну, им виднее. Скандал с Раминой связан только один, и тот двухлетней давности – один поклонник никак не хотел оставить её в покое, и девчонка ударила его сумкой, сломала нос. Имя парня – Юрген Данс, его целительницы вспомнили, хотя он два года назад выпустился, говорят, тот ещё ходок был. На этом всё, остальное сама выясняй, а я пошёл искать злого гения».

Упорядочив полученные сведения на листке блокнота, я подняла взгляд и обнаружила сидящего в кресле напротив Нарана Герцена.

– Уже закончил изучать окрестности?

– Всё затоптано, на дорожках пролита какая-то вонючая гадость, мусор собран и вывезен. Здесь вычищено, как в лечебнице во время инспекции, – угрюмо поведал оборотень. – А у тебя что?

– У меня такие же выводы – про лечебницу, – я протянула Герцену блокнот. – Если слуги Новаков всегда так убираются, я хочу адрес агентства, через которое их наняли. Пригодится.

– Хм, а я сегодня уже слышал это имя, – приподнял брови Наран, дочитав мои записи. – Идём.

Я послушно последовала за оборотнем на второй этаж, откуда с каждым шагом всё более чётко доносились звуки разгорающегося скандала.

– Прошло два дня! Неизвестно, где ещё эти девчонки побывали! У вас нет основания подозревать моего сына и переворачивать вверх дном мой дом! – кричал на Морригана и Клайвера, следователя отдела пропавших, невысокий крепкий мужчина с округлым лицом и пробивающейся в шевелюре и бородке сединой.

– Новак-старший приехал, – тихо пояснил мне Наран и без стука прошёл в комнату.

– Скажите, господин Новак, госпожа Элина Данс – ваша жена? – Низкий, с рычащими нотками голос оборотня заглушил очередное обвинение Новака-старшего и заставил того вздрогнуть.

– Да, но при чём здесь…

– А Юрген Данс – её сын?

– От первого брака, но…

– Где он сейчас? – Наран протянул Морригану и Клайверу мой блокнот и коротко пояснил: – На последней строчке.

Следователи, прочитав, синхронно приподняли брови.

– Где ваш приёмный сын, господин Новак? – повторил вопрос оборотня Морриган.

– Вместе с Терри… – растерялся Новак-старший. Повинуясь кивку Клайвера, пара сотрудников Управления вышла в коридор. – При чём здесь Юрген?

Вопрос так и остался без ответа, пока в комнату не ввели обоих сводных братьев. Я отошла к примостившейся в уголке Ровене. Не у всех вампиров проявлялось чутьё на ложь, но у Клайвера оно было, поэтому подруга могла себе позволить отдыхать в стороне и наслаждаться разворачивающимся представлением.

– Мы арестованы? – с порога высокомерно поинтересовался Юрген. Вошедший следом Терри вздрогнул.

– Пока нет, но нам необходимо побеседовать. Присаживайтесь.

Братья переглянулись и заняли свободные места на диване, придвинувшись поближе к отцу. Клайвер устроился на стуле напротив них, а Морриган отошёл к окну.

– Какие отношения связывали вас с Раминой Ленской и Ликой Ойш? – черкнув пару слов в блокноте, поинтересовался вампир.

– Мы учимся на одном курсе, хотя никогда толком не общались, – первым ответил Терри. – Я вообще удивился, когда они приехали, но решил, что их девчонки с целительского уломали.

Я краем глаза покосилась на Ровену, и подруга кивнула. Значит, этот брат пока не врёт. Клайвер перевёл взгляд на Юргена.

– Я ухаживал за Раминой, пока учился, – уверенно проговорил старший. – Лику знаю, но никогда с ней не общался. Она странная.

Ровена снова незаметно кивнула, а я поморщилась. Слишком спокойно чувствовали себя братья. Неужели я ошиблась?

– За что Рамина Ленская сломала вам нос? – не стал затягивать с допросом Клайвер. При его способностях словесные ловушки можно было не устраивать – преступник, солгав, сам выдаст следователю, в каком направлении тому следует работать.

– Какое это имеет отношение… – попытался влезть Новак-старший, но Юрген перебил его.

– Мы поругались, – вампирша кивнула. – Но после того случая больше не общались. – Есть! Это уже была ложь!

– Вы были на вечеринке вашего брата?

– Заезжал ненадолго, но почти сразу уехал, – Рона снова мотнула головой, и я сжала кулаки от напряжения. Точно, он!

Прикрыв глаза, я сосредоточилась, осторожно выпуская свою силу. В любом другом случае я не стала бы рисковать выдать себя, но прошло уже два дня… Если девушки до сих пор живы, каждая минута промедления может оказаться роковой. Первым занервничал Терри. Я постаралась коснуться только братьев и не задеть следователей – коллеги, даже если не поймут сразу, позже, анализируя этот день, обязательно догадаются, что их внезапная нервозность была беспочвенной, а значит, наведённой. Мне это было ни к чему.

Через минуту бравада начала сползать и с Юргена. Что именно братья скрывают, я выяснить не пыталась – с этим Клайвер и без меня справится. Даже за ходом допроса следить перестала, полностью сосредоточившись на том, какие мысли осторожно вкладывала в головы подозреваемых.

Вы попались…

Догадавшись, чем я занимаюсь, Ровена, приоткрыв рот, широко распахнутыми глазами уставилась на меня. Я приложила палец к губам, чтобы вампирша меня не выдала. Подруга быстро кивнула, глубоко вздохнула, вцепившись обеими руками в сумочку, и замерла. Я мысленно поблагодарила её: зная свою импульсивность и порывистость, она сделала всё от неё зависящее, чтобы случайно не привлечь к нам внимание.

Они всё знают. Вы у них как на ладони.

Доносившиеся до меня голоса братьев становились всё менее уверенными, а тон Клайвера – всё более жёстким.

Они всё знают и теперь просто над вами издеваются. Для вас всё уже решено.

– Не смейте вешать это дело на моих детей! Я этого так не оставлю! – прорвался сквозь мой транс возмущённый вскрик Новака-старшего.

Их нашли. Ваши старания ничего не стоили. Вас обоих казнят.

– Я ничего не знаю о них!

– Я просто хотел пошутить! – одновременно выпалили братья, сдаваясь.

Я глубоко вздохнула, отзывая свою силу. Покосилась на бледную застывшую вампиршу, осторожно ткнула её локтем в бок. Ро вздрогнула, едва не выронив сумочку, но всё-таки отмерла и повернулась ко мне.

– Я – всё, – одними губами шепнула я ей и улыбнулась. Подруга судорожно выдохнула и так же еле слышно ответила:

– А Юрген опять врёт!

Разумеется, «просто шуткой», как попытался представить историю Юрген, спланированное и подготовленное похищение двух девушек назвать было нельзя. Впрочем, нужна была ему только Рамина – именно для неё настырный поклонник подготовил потайную комнату в подвале летнего дома, где оставил еду, воду, ночную вазу, прикованную к стене цепь и россыпь глушащих звуки и магию артефактов под потолком. Терри, кстати, про комнату ничего не знал, а когда понял, как сводный брат использовал его артефакты, едва не упал в обморок от ужаса.

В том, что Рамина прибудет на вечеринку брата, Юрген не сомневался – все два года после выпуска он продолжал следить за девушкой и знал, что та взялась помогать с социализацией Лике, не желавшей после выпуска возвращаться в закрытую общину. Дриады по своей натуре ранимые, наивные и практически беспомощные, потому и жить стараются обособленно, среди своих. Удивительно, что у Лики когда-то хватило силы духа и смелости, чтобы добраться до Родена и поступить в университет. Вдвойне повезло дриаде оказаться в одной комнате с ответственной и доброй девушкой, которая взялась опекать хрупкую соседку. Ничего странного, что их везде видели вместе – Лика банально боялась оставаться одна.

Однако именно Лика заметила, что Юрген уводит опоённую Рамину в подвал, и вмешалась в тщательно продуманный план похищения. Дриаду подвела её натура – девушка, как ни старалась пересилить себя, так и не решилась ни к кому подойти и привлечь к себе внимание, а потому сделала единственное, что ей оставалось – кинулась на помощь подруге одна. Силы были неравны, и вместо одной девушки в плену у Юргена оказались сразу две. Лика, пытаясь защитить подругу, ещё и пострадала – неудачно упала, когда похититель втолкнул её в подвал, и разбила голову. Рамина, как только выветрился дурман, истратила почти всю воду, чтобы промыть дриаде рану, и перевязала её, порвав собственную юбку на лоскуты. Двое суток с момента пропажи девушки провели одни в темноте и тишине.

Если бы не наводка Линарда и не вовремя развесивший лохматые уши Наран, план Юргена мог бы удасться. Новак-старший и Элина Данс поженились всего год назад без пышных церемоний и лишнего шума. О том, что Юрген и Терри – сводные братья, в университете никто не знал. Герцен, пробегая в волчьем облике под приоткрытым окном, совершенно случайно не только услышал, но и запомнил имя жены Новака-старшего. Мало того, когда я показала оборотню свои записи, моментально связал две одинаковые фамилии воедино и понял, что к чему.

В подвале рядом с девушками Герцен тоже оказался первым, убедился, что обе живы, и не дал обессиленной Рамине, решившей во что бы то ни стало защитить не приходящую в сознание подругу, швырнуть в следователей ночной вазой. Наверх к прибывшим экстренным телепортом целителям девушек вынесли вместе. Рамина вцепилась в руку дриады и категорически отказалась её отпускать, пока пострадавшую не осмотрели. Волновалась Ленская не зря – по словам целителей, Лика оставалась жива только благодаря заботе подруги. Сама Рамина отделалась обезвоживанием – всю воду, оставшуюся после обработки раны, девушка по каплям споила дриаде. Навредить своим жертвам сильнее Юрген не успел – в ночь вечеринки и наутро был занят заметанием следов, а затем был вынужден подменить заболевшего продавца в одном из магазинов Новака-старшего. В летний дом похититель вернулся только сегодня, когда особняк уже был полон следователей.

Заметив, что Наран стоит в стороне от суетящихся целителей, я подошла к нему.

– Ты должен сопровождать девушек в лечебницу, – шепнула я оборотню, краем глаза следя, как целители и следователи готовят пространство для открытия массового портала.

– С чего бы? – не понял Герцен. – Всё, что надо, мы выяснили, можно по домам ехать. Дальше пусть отдел пропавших работает.

– Наран, не разочаровывай меня. Ты своё счастье упускаешь.

– Какое ещё…

– Рыжая, юная, гордая и самостоятельная, – перебила я и кивнула в сторону Ленской. – И встретил ты её на работе, только не там, где ожидал. Вперёд, пока кто-нибудь другой не подсуетился.

Герцену дважды объяснять не пришлось. Поняв, о чём я говорю, оборотень удивлённо приподнял брови, по-новому, оценивающе присмотрелся к полуэльфийке и решительно направился к готовящимся к переходу в лечебницу коллегам. Подслушавшая нас Ровена подхватила меня за локоть и вывела на улицу, подальше от лишних ушей.

– Это что сейчас такое было? – наконец дала она волю своему любопытству.

Пришлось по большому секрету поведать историю с предсказанием об идеальной жене. Не знаю, была ли Рамина для Нарана действительно той самой, но по крайней мере теперь оборотень точно от меня отстанет. Мне в красоте с эльфийкой не тягаться – даже заплаканная, истощённая и грязная, она оставалась поистине прекрасной. Девушка ещё и детей любила – не зря же учится их лечить. Можно даже не сомневаться, кого из нас предпочтёт считать «той самой» оборотень.

– М-да, не ожидала такого от рационального и обстоятельного Нарана, – украдкой похихикала над историей вампирша. – А наверху, во время допроса? – Ровена огляделась, убеждаясь, что рядом никого нет. – Ты помогла? – шёпотом спросила она. Я молча кивнула. – Но почему ты не пользуешься своей силой постоянно? Это же такое подспорье в расследованиях!

– У всего есть своя цена. – Я присела на ближайшую лавочку и ещё раз оглянулась, проверяя, не собирается ли кто к нам подойти. Ровена устроилась рядом и подставила бледное лицо прохладному осеннему солнцу, не забыв прикрыть вуалью чувствительные к яркому свету глаза. – Думаешь, приятно копаться в чужих мыслях? Это похоже на ныряние в яму с густой зловонной грязью, которая обволакивает тебя, буквально пропитывает, заставляет захлёбываться и прилагать все силы, чтобы просто удержаться на поверхности и сохранить себя, – я невольно замолчала, вспомнив, как тяжело мне дались самые первые опыты погружения в чужой разум. Как я проклинала тот день, когда согласилась на ритуал, подаривший мне отвратительный ненужный дар, способный свести меня с ума, если я не научусь с ним управляться… – Мало того, эта грязь налипает на тебя, и, выбираясь из бездны чужого сознания, недостаточно вытащить за собой нужные сведения, нужно ещё и стряхнуть всё лишнее, всё, что не твоё. Как думаешь, это возможно? Или, с трудом выбравшись из этой гадости, ты упадёшь без сил, а потом ещё неделю, а то и дольше, будешь постоянно вздрагивать, то и дело чувствуя въевшийся намертво запашок?

Ровена передёрнула плечами и скривилась, видимо, слишком живо представив ощущения. Ну и хорошо, значит, больше таких вопросов не возникнет. Я пробовала помогать друзьям, потроша чужое сознание. Хватило пары раз, чтобы Том стал обращаться ко мне с подобными просьбами лишь в исключительных случаях. Слишком плохо мне было потом, слишком долго я приходила в себя – уставал не только разум, но и всё тело. Да и мастерства Тома почти всегда хватало. Я же обычно помогала, как сегодня: забрасывала камушек-приманку, пугала и смотрела, какие брызги мыслей выплеснутся в ответ, а всю основную работу оставляла дознавателю.

– Не знала, что всё настолько плохо.

– Об этом мало кто знает. – Описать эти ощущения может только менталист, но кто в здравом уме выдаст себя? – Ментальных магов не зря почти не осталось – было время, когда нас буквально держали в рабстве и заставляли работать на хозяев. Пару столетий назад иметь ручного ментального мага считалось показателем престижа и статуса. Таких, как я, не истребляли – не было необходимости: от постоянного вынужденного копания в чужих мозгах менталисты сходили с ума один за другим. Многие покончили с собой, от других избавились, как от сломавшихся вещей. Потому-то и прервались целые рода ментальных магов. И поэтому я делаю всё, чтобы обо мне не прознали. Желающих воспользоваться моей силой будет много даже сейчас, разве что хвастаться приобретением никто не станет.

Ровена замолчала, переваривая и принимая очередную грань мира, до сих пор бывшую сокрытой от её глаз, а я заметила призывно машущего нам Алистера.

– Кэтти, Рона, вы чего застряли? – крикнул нам Морриган, выглядывая из окна своей машины. – Поехали по домам, кушать хочется!