Глава 23

Они устроились на диване и взяли рукопись Артура. Девушка долго гладила обложку, не открывая тетрадь, и потом вздохнула, посмотрев Лёше в глаза.

— Я должна тебе кое в чём признаться… Пока мы не начали читать…

— Что ж, вряд ли будет хуже, — подбодрил он её.

— Это я тебя придумала… — выпалила она, поспешно отводя взгляд.

— Но я персонаж романа Кощеева… — напомнил он, словно она могла забыть об этом факте.

— Верно. Он тогда не знал, как придумать главного героя, а я как раз зашла к нему на чай… И описала мужчину, о котором бы хотела прочесть… Он спросил, какое выбрать имя, и я призналась, что совершенно не умею придумывать имена. Он спросил, какое имя моё любимое, и я ответила, что Лёша. Я сказала, что это не самое подходящее имя для героя фэнтези, на что Кощеев лукаво заметил, что это его книга и он может давать своим героям какие угодно имена, не считаясь ни с какими канонами… — она тяжело сглотнула, так как в горле стал ком. — Прости меня… Если бы я тогда знала, что всё так обернётся… — она осеклась, так как действительно не знала, что бы она сделала, если бы заранее знала.

— То что? — переспросил он. — Придумала бы кого-нибудь получше?

— Да ну нет же! — немного обидевшись и в то же время смутившись, ответила Алина. — Я бы не сделала твою судьбу столь… несчастной?

Мужчина понимал, о чём она, но решил всё же уточнить:

— Шрамы — часть созданного тобой образа?

— Да… — нехотя ответила девушка и попыталась хоть как-то объяснить свой выбор внешности персонажа: — Кощеев считал, что все люди должны быть красивы, а я говорила, что красота не важна и, если бы я писала книгу, сделала бы главного героя… ну…

— Ну и как, довольна результатом? — он задал этот вопрос без вызова и без обиды, просто спросил, чтобы в который раз избавить девушку от мучительного формулирования фразы, смысл которой он и так понял.

— Прости меня… — повторила она и нерешительно протянула к нему руки, прося разрешения обнять. — Вернее, надеюсь, ты когда-нибудь сможешь меня простить…

Лёша подвинулся к ней, и его сильные руки сжали Алину в крепких объятьях. Она тяжело вздохнула. Наверно, она бы могла заплакать, если бы по этому поводу не печалилась вчера. Так что сегодня оставалось только признаться свою вину. Что она могла сказать ему? Что да, он такой, каким она хотела видеть героя романа Кощеева? Что ей он действительно нравится таким и что она вообще-то влюбилась в него или что ей безумно жаль, что они написали ему такую предысторию?

— Всё не так плохо, поверь… — шепнул он ей на ухо, обжигая кожу горячим дыханием. — У меня много качеств, за которые можно было бы поблагодарить тебя: я неунывающий, смелый, добрый и умный… а ещё скромный, естественно, и это лучшая моя черта…

Девушка немного отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза. Они светились лукавым огоньком: Лёша смеялся. Разговор, едва не вызвавший у Алины слёзы от сочувствия ему и осознания собственных ошибок, вовсе не заставил его грустить.

— Мне не за что тебя прощать, — подытожил он. — Я нравлюсь себе, — он снова озорно улыбнулся, и было неясно, шутит он или говорит всерьёз.

— А ещё тебе неведом страх… — заметила Алина. — В плане фобий, я имею в виду: ты ничего не боишься просто так… ну, может, за исключением быть слабым…

Он задумчиво поджал губы и через мгновение ответил прежним полусерьёзным-полушутливым тоном:

— Не хотелось тебя разочаровывать, но почему-то мне кажется, что Кощеев создал меня не совсем таким, как ты просила…

— Ты чего-то боишься… — догадалась она.

— Наверняка, — честно ответил Лёша. — Пока не знаю, чего, но уверен, что я не такой, каким ты просила меня описать. Не жалей о моём прошлом. Оно у меня ничем не хуже любого другого.

— Я бы так не сказала… — тихо заметила девушка.

— Слушай, что бы там ни было — это лишь воспоминания. Как о фильме или давнем приключении. Нет большой разницы, что было раньше, прошлое неважно, важно лишь то, какой отпечаток оно накладывает на тебя настоящего. Я бы не был таким, как есть, Алина… Я тебе симпатичен? — Она кивнула, не в силах ответить на этот прямой вопрос, и он улыбнулся, приобнимая её: — И это главное. Я нравлюсь себе, нравлюсь тебе. Жалеть не о чем! Давай посмотрим, что там написал Артур…

Они некоторое время молча читали рукопись. Мелкий почерк, казавшийся неаккуратным, оказался на редкость разборчивым и понятным. Только проблема рукописи Кощеева заключалась в том, что какие-то моменты были описаны подробно, а какие-то пропущены настолько, что понять сюжет было невозможно. Артур явно оставил большую часть мыслей в своей голове или в компьютере. Только добраться до него Алина даже не думала. Приходилось работать с тем, что есть.

Кроме различных записей в тетради обнаружился сложенный вчетверо лист, на котором была нарисована та самая сосна, с помощью которой Лёша попал в этот мир. Нарисованная при помощи чёрной ручки, картина смотрелась весьма интересно, только линии от сгиба бумаги портили её.

— Я кое-что знаю об его… твоём мире, — призналась девушка. — Он придумал его как-то спонтанно. Вообще, Артур не любитель писать про другие миры, и меня удивило, когда он рассказал мне об этом. Я уже и позабыла о его идеи написать роман, и не вспомнила бы ничего, но читая отрывки в его тетради, я могу примерно воспроизвести сюжет… — она сделала паузу, и Лёша прокомментировал услышанное:

— Хорошо, это уже что-то. Итак, каков был его мир? — почему-то он не был удивлён. Сам не понимая, отчего, он относился к тому, что рассказывала Алина со спокойным хладнокровным доверием и каким-то безразличием. Ему было в принципе всё равно, как образовался его мир, это было данностью, которую нельзя было изменить, а потому и думать об этом было бы лишним. Однако в том, что намеревалась рассказать девушка, могло найтись что-то полезное для поиска путей сохранения мира.

Алина немного задумалась. Вспомнить-то она вспомнила, но только совершенно не представляла, как вкратце рассказать обо всём. Потому она ответила не сразу:

— Там жили чародеи в лесах, и часто взаимодействовали с людьми, особенно в деревнях, они были древним и мудрым народом, обладали невиданной красотой. И самый прекрасный из них в конце оказался подлецом и злодеем, став советником Короля. Его звали Додлим…

— Почему? — перебил Лёша вопросом.

Алина немного растерялась и нерешительно ответила, словно он знал правильный ответ и проверял её, а она боялась ошибиться:

— Ну, я не знаю… Я только тебе имя придумала, остальные — Артур…

Лёша улыбнулся:

— Да нет, его имя — это его проблемы. Почему он сделал его злодеем?

Девушке вздохнула. Причина была ей, как ни странно, известна и даже была весьма весомой, но в данный момент она Алине таковой не показалась.

— Потому что… это было неожиданно. По сюжету, все думают, что чародеи слишком правильны, горделивы. Они немного заносчивы, но всегда поступают благоразумно и честно. Никто не знает, в ком кроется корень зла. Было логично сделать главным злодеем того, на кого сложно подумать. Сперва Артур говорил, что это будет сам Король… но потом это показалось слишком избитым… Ну, как бы рыба гниёт с головы и всё такое. В общем, получалось, что ты… — она замялась. — Знаешь, я предлагала… — она закрыла лицо руками, чтобы Лёша не видел её стыда.

— Да говори уже, — мягко улыбнулся он.

— В общем, ты намного красивее того, кого я описывала Артуру. Твоё лицо осталось нетронутым и прекрасным… Я предлагала другой вариант… Тогда получилась бы, что ты, обладатель не самой приятной наружности — отличный парень, а красавец чародей с безупречной внешностью — злодей… Долой стереотипы, что ли…

— Неплохо… — подбодрил Алину Лёша, видя её некоторое смятение, и выжидающе уставился на неё своими сиреневыми глазами.

Каждый раз, глядя в глаза этому мужчине, Алина ощущала себя, как во сне. Каждый раз этот сиреневый естественный и вполне подходящий Лёшиным глазам цвет возвращал её к мысли, что всё происходящее как минимум ненормально. Девушка постаралась не думать об этом: собеседник ждал продолжения повествования, и действительно следовало всё ему рассказать.

— Существует поселение крылатых людей. Они стараются не вмешиваться в чужие проблемы и вообще не очень-то любят общение. Они замкнуты, но им открыты тайны природы, почти, как ведунам. И ещё это единственные создания, способные приручать дрейков. Дрейки — огромные крылатые существа, внешне во многом схожие с драконами, только огнём не плюются и вообще с людьми не взаимодействуют: не общаются с ними, не едят, не пугают и вообще мало обращают на них внимания. Кстати, с дрейками там была отдельная проблема — они всегда жили где-то на дне морском и лишь иногда летали в небе, но с недавнего времени стали переселяться на острова. В этом виноваты люди, которые стали вторгаться в море, исследовать его. И в отместку дрейки решили освоить сушу. Эти люди, из-за которых в мир пришла нестабильность, — поклонники техники, они мечтают о мире, в котором не будет магии. Своей первой задачей они видят порабощение всех людских поселений, путём внушения простакам своих истин. Это то, в результате чего ты пострадал… — она снова закрыла лицо руками, а потом, когда отняла их от лица, воскликнула: — Чёрт, Лёша, я до сих пор не могу поверить, что говорю с тобой!.. В общем, кроме порабощения людей захватчики пытались разведать, нет ли ещё каких-либо рас, владеющих магией. Они отправились в царство дрейков на поиски, но лазутчики были замечены и убиты морскими правителями. Ты должен был решить, что лучший способ уничтожить захватчиков — натравить на них дрейков. Единственные, кого дрейки могут послушать — крылатые люди, но они слишком отчуждённо живут, и мало, кто может найти их… Обитают они в районе Ольбримсских островов. Именно туда ты и должен был решить отправиться, оправившись от … Чёрт! Как всё запутано… — она посмотрела на собеседника, прикидывая, как ему трудно воспринимать этот поток информации, но он развеял её сомнения:

— Нормально, я вполне успеваю всё запоминать, продолжай.

— Существует ведун по имени Аттиз Ир. Он должен сыграть свою роль, направив тебя на Ольбримсские острова. Он многое знает, и, возможно, нам стоит начать с поисков его…

— Нам? — переспросил Лёша.

— Ну да… — смутилась девушка. — Ты что, не пойдёшь спасать свой мир?

— Я-то пойду… — ответил он. — Но это мой мир, в котором я ещё планирую жить…

— Это мир, придуманный Артуром, и я не могу позволить уничтожить его, превратив в обыкновенный, лишённый магии и населённый алчными людьми мир. Кощеев умер, давай хотя бы спасём его мир?

— Алина… — попытался вставить хоть слово Лёша, но девушка перебила его:

— Ты говорил, что хотел бы быть со мной. Ты лез мне в душу при каждом удобном случае. А теперь хочешь бросить? — серые глаза стали холодными и колючими.

— Нет… — он накрыл своей ладонью её руку. — Если ты хочешь пойти со мной — я буду только рад. Хоть это и опасно…

— Жить вообще опасно!.. Давай вернёмся к рукописи. Ты спрашивал, как тебе удалось выжить тогда… Тебя спас чародей по имени Глорф. Он потом всё время помогал тебе… как бы. У него был свой путь, параллельный твоему и направленный тоже на спасение мира. Вы пересекались несколько раз за всю книгу, но именно он не дал диким зверям растерзать тебя у сосны… Смотри, — она пролистала тетрадь, находя нужный отрывок: — Это про него… В тетради есть список имён персонажей, он на последней странице, в тексте всех героев Артур обозначал по первой букве имени, чтобы было проще… Он экономил свои силы, чтобы не выводить каждый раз имя целиком.

Мужчина прочитал указанный отрывок, в котором было подробно рассказано, как чародей встретил вернувшихся с леса захватчиков, которых интуитивно недолюбливал, и решил разведать, отчего они такие довольные. Выяснив из подслушанных разговоров всю историю, он отправился на поиски того, с кем они так стремились расправиться, и в результате вовремя подоспел на помощь Лёше.

Баламут перечитал отрывок два раза, и спросил:

— Какие ещё конкретные персонажи были у Артура, о которых сложно понять что-то из рукописи?

Девушка перелистнула на последнюю страницу, где находился список имён.

— Нилана… Чародейка. Артур сам не знал, хорошая она или плохая, но совершенно точно она гордится своим происхождением и знает себе цену. Додлим — её жених, которого она ненавидит, так же он был приятелем Глорфа. Они должны были сразиться в конце романа. Аттиз Ир — добрый советчик, ведун, к нему трудно пробраться, он живёт среди зарослей терновника в лесу, недалеко от болот. Куад…

— Этого я знаю, — перебил мужчина.

— Вот, пожалуй, и всё… Давай я покажу, что Кощеев успел написать про них, — девушка принялась выискивать отрывки и сопоставлять их с персонажами.

Лёша старался всё запоминать. С чародеями и ведунами он не встречался никогда, и известие о том, что они не редки в его мире, не порадовало его. Тем более все чародеи, кроме Глорфа, были какими-то подозрительными, и было неясно, что можно ожидать от описанных в рукописи представителей их рода.

— Кто убил Артура? — сам у себя задумчиво спросил Лёша.

— Ты продолжаешь считать, что его убили? — удивилась девушка.

— Да, продолжаю… Ты сама говорила, что он случайно встретил в лесу странного человека, проявившего нездоровый интерес к его рукописи. Согласись, это странно… По описанию этот человек похож на чародея, и он вполне мог что-то придумать, чтобы убить Артура так, что никто и не подумал, что его смерть не случайна.

— Допустим, — согласилась Алина. — И кто это может быть? Судя по описанию твоего мира, чародеев там немало, и, даже если ты прав, то вряд ли это кто-то из описанных здесь персонажей…

— Не согласен, — признался мужчина. — Просто чародею не было бы смысла убивать того, кто не опасен для него. Если представить, что развитие событий в моём мире зависит от написанного Артуром, то кто-то злой, кому грозила смерть в конце романа, вполне мог решить не допустить его завершения.

Алина устало вздохнула. Это было слишком бредово, чтобы быть правдой. Девушка заглянула в глаза мужчине. Сиреневые. Этот факт немного отрезвлял, заставляя принимать не укладывающуюся в голове действительность. Она посмотрела на Лёшу, в который раз восхищаясь, как уютно он смотрится в халате. Совсем как нормальный человек. Жаль, что в действительности это было не совсем так.

— Оденься во что-то более удобное, чем халат, и пойдём отсюда… — сказала она, чувствуя, что ещё немного, и она передумает идти с ним в лес с целью отправиться в чужой мир, существование которого вдруг снова показалось ей абсурдным.

— Куда пойдём? — спросил он.

— В твой мир, — просто ответила девушка.

— Гроза начнётся разве что к ночи, — он прикусил нижнюю губу и пожал плечами. — Но, если хочешь, то пойдём…

Алина нехотя признала его правоту. В синем небе не было ни облачка, к тому же царило безветрие — ни один листок не трепетал на макушках берёз. Надеяться на грозу было глупо — в ближайшие часы её точно не будет.

В этом был и небольшой плюс: можно было собраться и ещё раз всё продумать. Путём долгих размышлений и вялотекущих споров приняли решение отправиться в терновники, чтобы отыскать Аттиз Ира. Дома у Лёши было предостаточно всяких инструментов, и потому он отговаривал Алину брать с собой секатор, с помощью которого она намеревалась бороться с тёрном.

К вечеру на небе стали появляться облака и поднялся ветер. Алина закрыла дверь, спрятала ключи под крышей, видимо, взяв пример с Артура. Напоследок обвела взглядом свой участок и горестно вздохнула.

— Уверена, что хочешь пойти со мной? — заметив её смятение, спросил мужчина.

— Уверена, — она ответила решительно и не менее решительно направилась к калитке.

В своих поношенных кроссовках, походных маскировочных брюках и белой тонкой рубашке Лёша смотрелся странно, но более подходящей одежды для перемещения в его мир найти не удалось. Сама Алина надела спортивные штаны и майку, при этом захватив с собой кофту. Мужчина мысленно одобрил её расторопность.

Лёша решил оставить книгу, с помощью которой пытался познакомиться с Алиной, у неё. Это было опрометчиво, поскольку он представить себе не мог, насколько полезную информацию хранили страницы со старыми сказками его мира. Он ещё не ведал, что практически все сказки на поверку оказываются правдивыми историями, просто чуть преувеличенными… или наоборот.